ГЛАВА 4

Артур шел по коридору быстрым шагом. Он прогулялся по всему особняку, отметил, что караулы не дремлют, убедился, что в ближайшем будущем его величеству ничего не угрожает, и собирался навестить того самого королевского художника, потому что ему вспомнился рассказ Нэтти о ее брате. Она упоминала, что внешность у него была нетипичная. И Верна видела возле дворца. Может, он на стороне заговорщиков? Тогда объяснится, почему Нэтти с ним столкнулась, когда относила записку Арта, но при этом во дворце его никто не знает. Как маг, он вполне мог пробраться к комнатам Тильды незамеченным. Да, в охране тоже хватало магов, но с охраной тут вообще отдельный вопрос.

Художник работал над портретом в одной из самых дальних комнат второго этажа. Артуру даже показалось, что он шел до его покоев не менее получаса, а когда, наконец, добрался, пот градом катился по лбу. День выдался жаркий, чувствовалось, что лето вступает в свои права. Художник оказался мужчиной лет сорока, невысоким, полноватым.

– Добрый день, – кивнул ему Артур. – Я тей Донтон, начальник стражи его величества.

– Тей Берринс, придворный художник, – горделиво представился его собеседник. – Вы пришли за портретом для его величества?

– Да, – солгал Арт, потому что Фран не давал ему таких полномочий, однако он был готов немедленно отнести портрет Ференцу. – И у меня сразу же будет к вам небольшая просьба. Не могли бы вы сделать еще одну копию? Чтобы я мог показать ее за пределами двора.

– Если на то воля его величества… – засомневался Берринс.

– Конечно, его величество заинтересован в том, чтобы как можно скорее найти преступника.

– Тогда я сделаю еще один набросок в кратчайшие сроки и пришлю вам, – заверил художник.

– Позволите взглянуть на оригинал?

– Да, смотрите.

И указал на лист бумаги, лежавший на столе. Арт подошел ближе, взглянул и понял, что человек на портрете ему незнаком. У него действительно были достаточно примечательные черты лица: длинные прямые волосы, чуть прищуренные глаза не такого разреза, как у жителей Лиммера, мягкий как для мужчины овал лица. Признает ли Нэтти в этом ночном госте своего брата? И если да, во что же тот ввязался, кто им руководит?

– Благодарю, – сказал он художнику. – Как только будет готово, сообщите.

И покинул временную «мастерскую». Однако далеко уйти не успел. Из-за угла на него вылетел один из сегодняшних охранников Ференца, тей Егорис.

– Тей Донтон! – Он поспешно подошел к начальнику. – Плохие новости. Его величество заболел.

– Что? Как? – Арт ведь только что видел Ференца, и тот был вполне здоров.

– Два часа назад вызвал к себе лекаря. Тот говорит, это переутомление и стресс из-за пожара. Сейчас у его величества жар. И он требует вас к себе, только слуги вас не нашли, вот я и решил сообщить лично.

– Благодарю, тей Егорис. Уже иду.

Артур ускорил шаг. Этого еще не хватало! Да и он не был склонен доверять в этом дворце хоть кому-нибудь, даже лекарю. Может, пригласить другого из столицы? Например, того доброго человека, которого приводила к нему Нэтти. Просто для консультации, верно ли поставлен диагноз. Но Арт не мог сам принять такое решение, Ференц не простит самоуправства. Надо сначала переговорить с ним, убедиться, что есть причины для тревоги. Либо же удостовериться, что их точно нет.

У королевской спальни толпились придворные. Надо же! Обычно днем с огнем не сыщешь, Фран не любил толпу, а сейчас вот дежурят, словно король решил осчастливить их своей смертью. Не дождутся! Арт попросил слугу доложить о нем и дождался разрешения войти.

В спальне были зашторены окна. Фран лежал на кровати, укрытый одеялом по пояс. Стоит признать, выглядел друг скверно. На его лбу блестела испарина, и взгляд казался больным.

– Долго же пришлось тебя искать, – тихо сказал Ференц. – Что там художник? Закончил рисунок?

– Да, – ответил Арт. – Тебе не кажется, что сейчас не время говорить о делах?

– Не кажется. Целитель обещает, что завтра, максимум послезавтра буду на ногах, банальное переутомление. Никогда не болел, чтоб ему! А теперь вот…

Фран поморщился.

– Выгони придворных, – потребовал он. – А то они скоро разнесут мою приемную. И вообще никого ко мне не пускать, понял?

– Слушаюсь, ваше величество, – отчеканил Артур. – Я сам заступлю на дежурство и никого не впущу, пока не прикажешь.

– Спасибо.

Ференц вытер мокрый лоб.

– А ты уверен, что твоя болезнь… не вызвана кем-то со стороны? – осторожно поинтересовался Арт.

– Уверен, – хмыкнул Фран. – Целитель – человек надежный, с детства меня лечит. Правда, особо поводов не было, но тем не менее… Сбитые коленки никто не отменял. Это не яд, даже не думай. Просто… не лучшая была ночь. И кстати, ты больше ничего не хочешь мне рассказать?

– О чем? – не сразу понял Артур.

– Моя жена призналась, что написала отцу. Думала, я и так знаю. Передать письмо она могла только через тебя. Где оно? Не в Илонде, я надеюсь?

– Я его сжег, – признался Арт, чувствуя, что краснеет, как мальчишка. – Она ведь по-прежнему уверена, что я илондский шпион, вот и попросила… Сильно злилась на тебя. Я решил, что это блажь, и уничтожил конверт.

– Интересно, я бы когда-нибудь об этом узнал? – уточнил Ференц.

Артур отрицательно покачал головой. Ответ был очевиден.

– И почему я не удивлен? – Король глухо рассмеялся. – Ладно, уже все равно. Я сам собираюсь писать в Илонд о расторжении брака с Тильдой, моя болезнь – лишь отсрочка. И не начинай! По глазам вижу, хочешь поспорить. Не вмешивайся в это, Артур. Ступай лучше на пост, и пусть мне наконец дадут выспаться.

– Слушаюсь.

Донтон действительно не стал пререкаться. Это личное дело Ференца и Тильды, никак не его. Но с королевой нужно было поговорить. Сказать, что больше никаких встреч между ними не будет. Однако это после. Сейчас нужно выполнить поручение короля, поэтому Арт присоединился к дежурству охраны.

– Его величество приказал всем немедленно покинуть приемную, – заявил он придворным. – Вы мешаете ему отдыхать.

Придворные разом притихли и потянулись к выходу. Вот так-то. И все же Артур беспокоился. Он не верил в банальное переутомление, хотя, конечно, все могло быть. Ференцу виднее. Но вот виднее ли…

Вокруг стало тихо. Ни придворных, ни прислуги. Только сам Артур и двое охранников.

– Одна из служанок видела у комнат ее величества подозрительного мужчину в ночь пожара, – шепотом обратился он к ним. – Темные длинные волосы, не лиммерское лицо, чуть вытянутое, необычный разрез глаз.

– Нет, никого похожего, – помотал головой тей Эйнс.

– А я, кажется, видел, – задумчиво заметил Егорис. – Но не перед пожаром, нет. Гораздо раньше. Он прошел мимо комнат его величества, я хотел спросить, кто такой, бросился за ним, но тот словно сквозь землю провалился. Может, маг?

– Я бы подумал, что призрак, – признался Эйнс.

– Откуда во дворце призраки? Маг, говорю тебе. Темный, что редкость.

– Может, ты и прав.

Темный маг? Артур задумался. Сильных магов сейчас и вовсе рождалось не так уж много, а темных можно было пересчитать по пальцам. Это возвращало к мыслям о брате Нэтти. Но почему по дворцу спокойно разгуливает неучтенный темный маг? Кстати, ладно дворец, а здесь стоит ли защита? Или Фран не успел отдать распоряжения? Если нет, стоит распорядиться самому.

– Эйнс, у вас, кажется, защитная магия? – уточнил он.

– Да, тей Донтон, – ответил тот.

– Я попрошу вас проверить, стоит ли защита на покоях его величества, и если нет, установить ее. Я же пока займу ваше место.

Если охранника и удивила такая просьба, он ничем этого не выказал. Только ответил:

– Будет сделано.

Артур замер у дверей спальни Ференца. Он думал. Темный маг желает убить короля сам по себе? Зачем? Никаких притеснений магов в Лиммере не было. Раньше такие случаи бывали в Илонде, но тоже давно прекратились. Все, что требовалось от мага, – встать на учет, потому что их услуги были нужны государству. Если допустить, что по дворцу бродит брат Нэтти, можно предположить, что за ним кто-то стоит. Кто? И тут ответ напрашивался очевидный. Алекс. Принц, за которым Арт теперь собирался наблюдать куда более бдительно. Особенно учитывая, что Ференц предоставил тому свободу передвижения. Было бы логичным и вовсе напроситься на перевод в охрану принца Александра, но тогда он подставит под удар Франа. И все же мысленно Артур возвращался к тому же плану: убедить Алекса, что они союзники, а не враги. И сделать это будет непросто…

Наверное, именно в таких случаях и говорят: «На ловца и зверь бежит». Стоило подумать об Александре, как принц появился в дверях вместе с матушкой. Похоже, теперь королева Изабелла и вовсе не может налюбоваться младшим сыном, везде ходит с ним.

– Доложите сыну, что мы желаем его видеть, – потребовала королева.

– Это невозможно, ваше величество, – ответил Артур. – Его величество отдыхает и приказал никого к нему не впускать.

– Но я его мать! – возмутилась Изабелла.

– Его величество не оговаривал исключения. Попрошу вас не шуметь, он спит.

Королева, кажется, собиралась сказать что-то нелестное, когда Александр подошел к Артуру и произнес:

– Нам с матушкой доложили, что его величество болен. Можете рассказать, что произошло, тей Донтон?

– Лекарь сказал, это переутомление и переживания из-за вчерашнего пожара, – здесь Арту нечего было таить. – Вашему брату требуется отдых. Поэтому простите, ваше высочество, но дальше никто не пройдет. Даже вы и ее величество.

– Что ж, я повинуюсь приказу брата, – миролюбиво ответил принц. – Матушка, нам стоит дать Ференцу возможность отдохнуть. А вы все делаете правильно, тей Донтон. Я рад, что мой брат назначил вас начальником охраны. Теперь я за него спокоен.

Алекс подал руку матери и повел ее прочь, а Артур проводил их долгим взглядом.

– Я бы не рискнул спорить с королевой, – тихо сказал ему Егорис.

– Предпочли бы оправдываться перед королем? – усмехнулся Донтон невесело.

– Да уж, палка о двух концах.

– Не то слово!

На этом Егорис замолчал, а вскоре вернулся Эйнс.

– Никакой защиты, – доложил он. – Я установил базовый купол. Пусть заклинания наберут силу, и затем можно будет нанизать еще.

– Отличная работа, – ответил Артур. – Продолжайте. Я доложу его величеству о вашем вкладе в его безопасность.

Эйнс тут же удалился. Сам же Арт собирался оставаться на дежурстве, пока Ференцу не станет лучше. А затем нужно будет вернуться в столицу, показать Нэтти портрет. Если Фран успел отдать приказ и для него отыщут имена бывших однокурсников, то заодно нанесет им визиты. Может, получится найти дополнительную помощь, а заодно выяснить подробности о заговоре, в котором обвиняли самого Донтона во время миссии в Лиммере. И пусть картина давно была для него ясна, все же оставались вопросы. Пора бы получить на них ответы.