ГЛАВА ШЕСТАЯ

Огромный белоснежный лимузин предстал моим глазам. Неужели?… На фоне остальных машин он выглядел как лайнер, каким-то странным образом появившийся здесь, на городской улице. Лихая мысль обожгла мне сердце, и я невольно вцепилась в ладонь Борза. – Это – лимузин, Милашка, – наклоняясь ко мне и обдавая мое лицо щекочущим дыханием, сообщил он. Моя кожа заколола в ответ на эту близость. Горло сдавило, и я, сглотнув, поспешила ответить: – Я вижу, что это лимузин, но зачем он… Здесь? – Малышка, ты очаровательна в своем невинном неведении, – Борз обезоруживающе улыбнулся, – этот корабль доставит нас прямиком в ЗАГС. Бах! И сердце рухнуло куда-то вниз. – В ЗАГС? Зачем?! – Ну ты даешь, зачем люди едут в ЗАГС? Чтобы жениться. Вот и мы поедем туда с такой целью. – Это невозможно! – ощущая грохочущее сердце где-то посреди горла, отвечала я. – Мои документы… Мой паспорт и… – Милашка, расслабься, с документами уже давно решили. А теперь выгружаемся. Борз выбрался из машины и протянул мне руку. Я не спешила ухватиться за неё. – Если ты снова будешь вредничать, то в ЗАГСе ты появишься в таком же виде, в каком я забрал тебя с ресторана, – холодно предупредил Борз. Его угроза возымела действие. Я схватила Борза за ладонь, и он аккуратно вытянул меня наружу. Сохраняя молчание, я прошла с ним до лимузина. И так же молча – залезла внутрь. Стоило мне только усесться на белом сиденье, как Борз сел рядом, и следом салон наполнился романтичной мелодией. Как фокусник, Борз достал откуда-то букет (хотя, возможно, я просто не заметила его сразу) и протянул его мне. Я опустила взгляд на алые, напоминавшие мне кровь, розы. Алые… Не белые, не розовые, а именно алые. Наверняка в этом цвете скрывался особый смысл. Моя рука дрогнула, но я все же приняла букет. Я наклонилась и вздохнула полной грудью. Изысканный аромат роз заполнил мои легкие. Слезы подступили к моим глазам, и я поняла, что еще немного – и расплачусь. – Держи, – Борз протянул мне носовой платок. Я ухватила его. Тонкая ткань хранила мужское тепло. – Как ты догадался? – я нерешительно посмотрела на Борза. Он, вальяжно откинувшись назад, снисходительно улыбнулся: – У тебя всегда краснеет кончик носа, перед тем, как ты расплачешься. Почему-то это замечание разозлило меня, может потому что довольно больно задело тонкие струны моей души, тем самым всколыхнув воспоминания. – Я не хочу за тебя замуж, – скомкав платок, выдохнула я. – Ты смиришься с этим. – Я скажу «нет» в ЗАГСе, – сжимая платок до боли в пальцах, продолжала я. – Ты скажешь «да», если захочешь чтобы твой папочка остался жив. Сердце в груди пропустило удар. – Ты чудовище, – взгляд мой заметался по смуглому лицу Борза, – монстр! Он наклонился так, что наши лица оказались напротив друг друга. На долю секунды мне показалось, что Борз поцелует меня. Но я ошиблась. – Я гораздо хуже, Милашка, – зло процедил он.