Глава 19. Конрад
Тишины на острове Халекани не было даже в хижине Наэлы. Трещали священные травы в жаровне, доносился гул океана, звенели края тарелок в руках островитянок.
Кофе в моей чаше стоял нетронутым, его горький, бодрящий аромат смешивался со сладковатым дымом и… страхом.
Страхом служанок, осторожно сновавших у дальней стены. Страхом Махеалани, сидевшей чуть в стороне, словно тень моей сестры - ее поза была слишком напряженной, а взгляд слишком часто скользил в пол. И страхом… нет, скорее глубоким смущением Элли.
Она сидела рядом, почти прижавшись ко мне, ее колено касалось моего под столом, вызывая желание провести ладонью по шелковой коже. И я бы сделал это не раздумывая, но не хотел еще больше ее смущать.
И без того ее светлая магия вибрировала тихим, растерянным звоном, как колокольчик на ветру. Я чувствовал, как она старается дышать ровно, как ее пальцы теребят край платья.
“Зря согласился и втянул ее в это”, - пронеслось в голове. - Она требовала правды? Вот она, Светлячок, смотри не обожгись…”
Наэла отпила из своей чаши, ее разноцветные глаза изучали меня поверх края. Холодный, оценивающий взгляд оракула. И в нем – легкая тень досады.
- Я думала, этим утром ты будешь в лучшем настроении, брат, - ее голос был ровным, но я уловил подтекст. - А выглядишь так, как будто хочешь стереть Жемчужные острова в пыль. Или… - широкая бровь приподнялась с едва уловимой иронией, - Первая ночь не удалась?
- Удалась. Именно об этом я и хотел поговорить.
В воздухе повисла пауза. Я услышал, как Элли чуть сдавленно вдохнула, ее щеки вспыхнули румянцем. Ее смущение было осязаемым, как жар от костра.
- Тебя укусил Майкл? - Наэла не удержалась от иронии. - Не замечала за тобой потребности обсуждать постельные дела на рассвете. Разве что как раз с Михаэлем после его особенно удачных похождений.
Замечание сестры о моем первом советнике, этом вечном бабнике и повесe, который наверняка сейчас сладко спал в объятиях какой-нибудь очередной мимолетной пассии, вызвала лишь раздражение.
Не до шуток, Наэла. Вот совсем не до шуток.
- Думаю, до такого даже Михаэль бы не додумался, - мой голос прозвучал резко и, пожалуй, грубо. - Есть один нюанс, дорогая сестрица. И от этого как раз зависит останется ли к закату от Жемчужных островов что-нибудь кроме пыли.
Я намеренно сделал паузу, давая словам осесть, наблюдая, как тень беспокойства скользнула по лицу Наэлы. Служанки и стражники у входа замерли, словно каменные.
- Даже так? - Наэла выпрямилась как струна. - Я слушаю.
- Хотел спросить, как давно на Халекани принято угощать гостей ягодами камакахала? В качестве… приветственного десерта?
- Что?! - Глаза Наэлы расширились. Искренний шок. Или отличная игра?
- Что слышала.
Мой голос зазвучал ниже, гуще, насыщенней тьмой, которая начала клубиться под кожей, заставляя плясать пылинки в солнечных лучах. Воздух сгустился. Я видел, как напряглись воины у стен, как служанки замерли с кувшинами в руках.
- Только не говори, что ты не видела, что происходило с ней вчера, - Я резко кивнул на Элли. Она съежилась, пытаясь стать невидимой, ее крылья нервно подрагивали. Ее унижение било по мне волной жара. - Это ты приказала ей их дать?
-Нет! Конечно, нет! - Отпор был мгновенным и горячим. Наэла вскинула голову, ее достоинство было оскорблено. - То есть, конечно, заметила, что она… - ее взгляд скользнул по смущенной до корней волос Элли, - ...под воздействием ягод. Но я решила, что она случайно сорвала их с куста. Ты же знаешь, они тут повсюду растут, как сорняки.
- Нет. - Одно слово, отсекающее все оправдания. Ледяное. - Не сорвала. Кто-то специально подсыпал пару десятков ягод камакахала моей жене на блюдо с фруктами. И она их благополучно съела.
Я почувствовал, как пальцы Элли вцепились в край моей рубашки под столом. Ее смущение сменилось вспышкой осознания, а затем новой волной жгучего стыда.
- А спустя два часа, - продолжал я, нависая над столом, мой взгляд пригвоздил к месту Махеалани, которая побледнела, как смерть, - когда действие этого чертова афродизиака было в самом разгаре и требовало выхода, твоя так называемая правая рука, как там ее?.. Махеалани?.. - имя прозвучало как приговор, - ...заявилась в компании троих молодых, очень готовых к гостеприимствувоинов прямиком к гостевому дому. В котором была моя жена. Ты же понимаешь, сестра, - я намеренно понизил голос до опасного шепота, полного невысказанной угрозы, - что я сейчас об этом думаю?
Наэла побледнела так, что ее смуглая кожа приобрела пепельный оттенок. Затем кровь хлынула обратно, заливая лицо густым, болезненным румянцем. Казалось, у нее самой начался жар. Она прижала ладони к пылающим щекам, словно пытаясь остудить их или скрыть охвативший ее ужас. Ее глаза метались между мной, Элли и Советницей.
- Возможно… возможно это просто совпадение! - вырвалось у нее, отчаянная попытка вцепиться в соломинку. - Конрад, ее бы никто не тронул! Никто! И Махеалани… она бы никогда…
- Никогда? - Я перебил ее с ледяной усмешкой. - После такого количества ягод камакахала? Ты как будто вчера родилась, Наэла! Ты знаешь, как они действуют. Она бы не просто не сопротивлялась. Она бы умоляла их взять ее! Противоядия от них же нет? Нет. - Я встал, тень от моей фигуры накрыла стол. - А на твоих Жемчужных островах гостям ведь не отказывают, не правда ли?! Особенно когда гостья сама… настойчиво просит!
Последние слова я не сказал, а буквально прорычал, чувствуя как деснам становится тесно от прорезавшихся клыков.
Наэла замолчала. Ее лицо исказилось пониманием.
Так бы все оно и было.
И выражение ее лица было красноречивее любых слов.
Рядом Элли съежилась еще больше, ее плечи подались вперед. Она явно жалела, что настояла быть здесь, что попала в эпицентр этого позора и ярости.
- Махеалани! - Голос Наэлы прозвучал как удар хлыста. Резко, властно, без тени прежней доверительности. Помощница вскочила, как ошпаренная, хотя все еще пыталась держаться.
- Али’и Наэла! - женщина опустилась на колени перед своей госпожой. - Прошу, выслушайте! Пуалани - служанка, она вчера относила поднос с фруктами. Но там были лишь папайя, манго, личи… - она лихорадочно перечисляла. - Я проверяла еду. Прошу вас, поверьте. Я готова пройти любую пытку, любую!
- Не волнуйся, за этим дело не станет, - хмыкнул я, демонстративно собирая в руке тени и наблюдая как бледнеет ее лицо. - И как удачно, что вторая служанка тоже здесь.
- Нет, госпожа! Нет! - Пуалани метнулась из угла и тоже рухнула на колени перед столом, ее тело сотрясали рыдания. - Я правда относила еду вашей гостье, но там не было ягод камакахала! Ни одной! Клянусь духами предков и силой океана! Я ни в чем не виновата, госпожа! Умоляю, поверьте мне!
- Допустим… - согласилась Наэла. - А что скажешь на счет твоего появления у гостевого хале вчерашней ночью, Махеалани?
- Что она может сказать? - я зло хохотнул, позволяя ярости проявиться в частичной трансформации когтей. - Первое правило лжи: всегда говори самое простое. Хотела позаботится о гостье, не так ли?
- Но это правда! - выпалила Махеалани. - Я услышала голоса, потом стук. Решила проверить, все ли в порядке. Безопасность гостьи была моей задачей.
- Понятно, - я усмехнулся, демонстрируя испуганным девушкам клыки и обернулся к сестре. - Наэла, отдай их мне. В Илинаре Майкл быстро вытащит из них все и даже больше, чем все.
- Нет! - взвыла Пуалани, вновь падая на колени и пытаясь поцеловать ноги оракула. - Прошу, али’и! Я не виновата! Не отдавайте меня! Прошу…
Советницу тоже трясло от страха. Но она молчала, кусая обескровленные губы, и все еще с надеждой смотрела на свою Повелительницу.
- Не знаю, Конрад, - Наэла приложила пальцы к вискам. - Я знаю их обоих с рождения. Я… я не готова отдать их твоим палачам.
- А к моей ярости готова? Ты же знаешь, я это так не оставлю, - я вернул ей взгляд.
- Возможно, есть еще варианты. Может, мои видения помогут или…
- В Бездну твои видения! - рявкнул я, присоединяя к голосу магию, отчего посуда на столе зазвенела.
- Конрад… послушай, - голос Элли вклинился в нашу перепалку, но когда ее проигнорировали уже возмущенно воскликнула. - Конрад!!!
Пришлось сделать усилие над собой, чтобы не сорваться и на нее тоже. Я не имею права больше этого делать.
- Ты что-то хотела?
- Да. Я тоже хотела кое-что спросить.
Она выдохнула, словно собиралась нырнуть в ледяную воду и обернулась к Махеалани:
- И все же ответь, пожалуйста. Когда ночью ты и те… трое мужчин пришли к хале, это был плановый обход? Днем ты навещала меня одна. Зачем ты пришла с ними?
- Нет, госпожа, это был не обход, - покачала головой женщина. - Я шла к водопаду Умо за цветами икико. Но ночью в джунглях опасно и я взяла с собой троих воинов.
- Серьезно? - я не сдержал яд в голосе, вступая в их разговор. - Ты не могла выдумать что-то более правдоподобное, чем поход в джунгли посреди ночи за священными цветами?!
- Конрад! - Элли вновь попыталась смягчить меня, гневно глядя своими фиалковыми глазищами.
Ну уж нет, Светлячок. Не надо сбивать меня своими оленьими глазками. И я продолжил допрашивать Махеалани.
- Дорога к водопаду проходит прямо по ступенькам гостевого хале?
- Рядом, да, - Махеалани подняла голову отвечая твердо и четко, но все же смотреть в глаза мне не рискнула. - К водопаду лишь одна дорога. Я услышала голоса, потом стук. Решила проверить. Безопасность гостьи была моей задачей.
- Звучит как бред.
- Но я не вру! Это правда! Кахуна Кекоа хотел на рассвете принести дары Пеле - богине вулканов, но ему были нужны цветы икико. Они растут только у водопада и мне пришлось идти в лес. Нельзя отказывать жрецу. Слово кахуна - второе после слова али’и!
- И он, кстати, тоже был у меня… - задумчиво подтвердила Элли.
- Кто?
- Жрец, кахуна Кекоа заходил ко мне, - Элли продолжала вспоминать, накручивая на палец золотистый локон. - После того, как Пуалани принесла еду я ушла к океану купаться. Когда я вернулась он был в хале один.
- И что он от тебя хотел?
- Не знаю… Говорил что-то странное, что я - мост. Что ему что-то там духи показывали. Потом вообще подарил леи…
- Леи?!
- Да, только странное. Не из цветов, а из камней.
- Камней?! - воскликнула сестра. - Не может быть…
Мы обменялись с ней взглядами и я требовательно уточнил у Элли:
- Ты его надевала?!
- Нет, - девушка зябко повела плечами и покачала головой. - Бросила, кажется, на столик в ванной.
- Мануа, позови жреца, - Наэла повернулась к одному из громил-охранников, замерших у выхода. Ее голос дрожал, но все еще был твердым и резким. - Лико, принеси леи из камней из гостевого дома. Немедленно.
Стражники скрылись за дверью, а в хале повисла гнетущая тишина. Наэла повернулась ко мне. Ее лицо было каменным, но в глазах бушевал шторм - гнев, стыд, растерянность.
- Конрад… - она начала, и в ее голосе впервые зазвучала беспомощность. - Я… я не знаю, как это могло случиться. Я ждала вас еще несколько дней назад. У меня было видение, я знала что вы придете вдвоем. Поэтому не удивилась, когда Элли попросилась на Халекани. Но я не думала, что может произойти такое… Под моим носом. В моем доме…
Я откинулся на циновке, мои пальцы невольно сжали руку Элли под столом - слишком сильно. Она вздрогнула от боли. Я тут же ослабил хватку, но не отпустил.
Моя. Они покусились на мое.
Темная усмешка тронула мои губы, но в глазах не было ни капли веселья, только холодная сталь и обещание расплаты.
- А должна бы, сестра, - Я удерживал ее взгляд, заставляя оракула встретиться с бездной Тьмы. - Ответь мне теперь, оракул: что, Бездна побери, происходит на твоем проклятом острове?