Глава 9

Пока я перебирала содержимое полок огромного шкафа, пришла служанка, которую прислала помощница Наэлы. Не старше двадцати, круглолицая, с черными вьющимися волосами и темно-медной кожей, как у всех островитян. Она представилась Пуалани и стала расставлять на стол тарелки с едой. Девушка не умолкала ни на секунду, рассказывая о каждом из них.

- Ломтики хлебного дерева хеи, обжаренные в кокосовом масле. Смотрите, госпожа, какие они хрустящие и вкусные. А вот лаулау - это кусочки тыквы, грибов и кокоса, завернутые в молодые листья таро, приготовленное на пару в листьях ти. А это поке из кусочков авокадо и водорослей лиму. Попробуйте обязательно, госпожа, прошу.

Есть не то, чтобы хотелось, скорее я не решилась обидеть Пуалани, которая так старалась, расхваливая мне местные блюда. Под восторженным взглядом девушки я все же попробовала каждое блюдо по кусочку.

Плоды хлебного дерева с соусом из лимона, имбиря и кинзы напоминали картофель, но с ореховым привкусом. Лаулау с кокосовым молоком было непривычным на вкус, с приятной кремовой текстурой. Больше всего мне понравилось поке на подушке из риса. Кунжут, соевый соус и имбирь придавали невероятно яркий вкус кусочкам авокадо.

И все равно Пуалани ушла недовольно качая головой и приговаривая, что даже пестрые ящерицы моо едят больше, чем я. Почти не тронутые тарелки она забрала, но взамен принесла блюдо со свежими фруктами и ягодами, из которых я узнала только манго и бананы.

А я… решила сбежать к океану, в надежде, что это поможет отвлечься и не думать о муже хотя бы десять минут. Не факт, что сработает, но лучше, чем сидеть и уничтожать себя мыслями.

Выбрала купальник изумрудного цвета, который идеально сел по фигуре, набросила поверх легкое платье и направилась к пляжу.

Воздух хале, пропитанный ароматом тлеющего сандала, сменился соленым дыханием океана.

Тропинка вилась меж зарослей пандануса, чьи колючие листья пытались ухватить меня за подол. Я шла, чувствуя, как земля под босыми ногами меняется от мягкой, почти бархатной пыли - к грубому вулканическому гравию, а потом к шелку белого песка, который обжигал кожу. Океан лежал передо мной - бескрайний, сине-зеленый, с пенными кружевами волн.

Платье из тонкого муслина упало на валун и теплая вода встретила меня нежно, обняв лодыжки, затем колени.

Когда волна дотянулась до пояса, я нырнула, и мир замолчал. Шум ветра в пальмах, крики крачек - все растворилось в гуле подводного царства. Солнечные лучи, пробивая толщу воды, рисовали на дне дрожащие иероглифы. Я проплыла над коралловыми рифами, в которых рыбы-попугаи щипали водоросли, а черепаха, древняя как сам остров, лениво махала ластой, словно приглашая следовать за ней.

Вынырнув, вдохнула полной грудью. Соленые капли стекали по лицу, а прокушенную губу немного щипало от соли.

Я плавала до тех пор, пока мышцы не заныли от усталости, а пальцы не сморщились, словно курага.

Обратный путь казался длиннее.

Песок щекотал ступни, а ветер швырял в спину пригоршни брызг, пока я шла, на ходу вытирая влажные волосы и заплетая их в косу.

Жаль, что так же как воду, нельзя было вытереть мысли.

А ведь он в любом случае придет за мной. Пусть не сию минуту, а через час или через день. И тогда я скажу… скажу Конраду, что не хочу возвращаться в замок Че-ар. Точнее не могу. И что я прошу развод.

Интересно, бывает вообще развод после магического венчания?..

А еще скажу, что… что я сама во всем виновата. Дефектная, ущербная… Фригидная. Я не могу дать ему то, что он хочет. То, на что имеет право, как муж.

Значит, надо отпустить и уйти. Не мешать ему жить той жизнью, к которой он привык.

Да. Расстаться - это будет лучший вариант. Наверное…

По ступеням веранды я почти взбежала. Словно пыталась сбежать от собственных мыслей.

Когда я уже отдернула полог хале, из комнаты скользнула тень, а чей-то сухой кашель заставил сердце болезненно екнуть. Но это оказался не тот гость, которого я ждала.

- Почтенный кахуна Кекоа, не ожидала вас увидеть.

Не иначе, как от удивления, но я вспомнила, как на местном языке звучит слово “шаман”, и уважительно склонила голову при виде гостя. Старик был все в том же плаще из белых перьев альбатроса, а в морщинистой руке держал деревянный посох, обвитый лианами.

Шаман молча опустился рядом на циновку. Запах ветивера, смешанный с дымом священных трав, окутал меня. Воздух вдруг стал густым, как мед, а горячий ветер, которого не было, обжег щеки.

- В видении ко мне пришел акуа - дух, - произнес Кекоа скрипучим голосом, проводя пальцем по древку посоха, блестящему в лучах закатного солнца. - Он показал путь через огонь вулканов. Там, где лава встречает океан, рождается новая земля. И на ней стоит девушка с цветком ильима в руках…

Он замолчал. Я тоже.

- И что это значит?

Шаман вынул из складок плаща леи. Традиционное ожерелье островитян, но не из цветов, а из застывшей вулканической стеклянной крошки. Черные бусины мерцали кроваво-красным, будто внутри этих осколков все еще текла лава.

- Это значит, что ты - не гостья. Ты - мост.