Глава, в которой тайное становится хоть немного явным
Спала я крепко – от усталости.
Но проснулась невыспавшаяся и раздраженная… все еще не одна.
Во мне будто надломилось что-то за эту ночь. Или надстроилось. За тот момент, пока я стояла в мокрой простыне, а герцог за моей спиной укладывался спать.
Садист? Мазохист? Все разом?
Или просто идиот?
В любом случае, если прежде я решила, что нам не по пути по его причинам, то теперь – по своим собственным. Ничего кроме холодного неприятия не вызывал больше у меня Вардрик.
Я притворяюсь спящей, пока мужчина встает, возится с одеждой, что-то там собирает… Выходит, наконец. Только после того открываю глаза.
Делаю все свои утренние дела и задумываюсь… Я понимаю, «что». Я не совсем понимаю «как».
Как мне раздобыть информацию и найти новые варианты собственной судьбы, если прав у меня не больше, чем у служанок, а знаний еще меньше, а?
Как раз появление служанок и наталкивает на дельную мысль.
Те коротко стучат и заходят втроем. Не суетливо, но быстро и аккуратно снуют по всей комнате, приводят в порядок постель, вытирают ванну, что-то там метут, перекладывают, накрывают заново на стол – снова все свежее и чудесно пахнущее – и на мои вопросы лишь смущенно и односложно отвечают. Что ничего не знают и «господам это понятней».
Интересно, что они не производят впечатление забитых и несчастных. Скорее, молоденьких горничных без образования, которые счастливы работать в лучшем отеле побережья. И которые с готовностью выполнят любое доступное им поручение не пререкаясь. Дело свое знают, с постояльцами им общаться запрещено, ну и самое главное, чему обучены – это быть полезными и незаметными.
Если меня воспринимали за такую вот служанку, понятно почему герцог постоянно удивлялся моей дерзости. А кое-кто другой – дикости.
– Принесите мне такую же одежду, как у вас, – требую по наитию, добавив приказных ноток в голос. А у самой сердце замирает. Как они меня воспринимают? Если тоже служанкой или кем низким по положению – принесут ли?
Но одна выпархивает прочь, без всяких вопросов, и быстро притаскивает аккуратно сложенный и чистый наряд. Если и удивились, то не показали этого.
После их ухода переодеваюсь. Заплетаю несколько косичек. Зеркала большого здесь нет, но в маленьком, ручном, отражение мне даже нравится.
Плотная туника на завязках на манер кимоно или халата – только рукава и чуть ниже локтя. Под ней – нательная рубашка под горло почти и тоже с укороченными рукавами. Шаровары с запахом и что-то вроде балеток. И все это цвета камня… видимо, чтобы еще больше сливаться со стенами.
После плотно завтрака с некоторой опаской выхожу из покоев.
И сливаюсь, да. Я даже могу глазеть по сторонам, а не в пол смотреть, как прочие слуги и служанки. На меня все равно не обращают внимания.
«Господ» немного пока в коридорах. В основном «каменные» снуют – может рано еще. И все заняты своими делами, без дела точно не шарахаются. Никто и меня не останавливает, не спрашивает, что я тут делаю.
Пока что я стараюсь запомнить путь до места проживания.
Покои, судя по их круглой конфигурации, располагаются в одной из боковых башен. Дверь – желтая. И статуя желтого дракона, недалеко от входа.
Пять дверей вперед – выбираю из двух коридоров правый. Лестница наверх – и снова правее. В большом круглом помещении с картинами и несколькими арками немного теряюсь, но в итоге решаюсь пойти левее.
Восемь дверей – и снова лестница и ответвление…
Фух.
Топографическим кретинизмом я не страдаю. И оказываюсь там, где планировала. В боковой стенке-галерее «стакана», центральной башни, полой внутри. Я пересчитываю этажи – галереи. Семнадцать. Стою на четырнадцатом, а надо, полагаю, на самый верх, потому что именно там и располагаются балконы с драконами.
Мне удается попасть на уже совсем знакомую желтую дорожку, а потом и на основную лестницу, ведущую к драконам. Здесь уже стараюсь не задерживаться и не пялиться на все подряд. Хотя грандиозность сооружения и декоративных элементов поражает: как если взять гений Гауди, вложить его во множество архитекторов и резчиков по камню, а потом наслаждаться совершенством строения, во много раз больше Саграда Фамилия.
Не пялюсь, потому что снующие здесь люди деловито снуют, по сторонам не смотрят. Слуги с ведрами и подносами, карвары в доспехах, служанок совсем немного – но все явно озадачены какими-то повседневными хлопотами. А у меня в руках ничего и вообще, я "наш" балкон не помню…
Так, Наташа, сосредоточься. Точно не внизу был и не на самом наверху. Если всмотреться – в расположении арок, ведущих на балконы, есть система. Это спираль по сути. Отсчитываем двадцать самых нижних, а потом…
Ну, придется на каждый заглядывать.
– Простите. Ошиблась, – пищу тихонько, отступая от места, где заляпанный чем-то всадник голышом, ругаясь, с помощью слуг пытается отмыть с себя темные пятна.
На меня даже внимания не обращает. Служанка, что уж.
На трех следующих пусто. Может там должно быть мое Чудовищко, улетело просто… но я поищу дальше. Еще один – с незнакомым и, кажется, злым драконом. Если бы не моя сноровка, могла бы и огнем получить…
На следующем смутно знакомого дракона кормят и смазывают его чешую…
– Чудо! – воплю совсем несдержанно, ступая на «свой»
– Фр-р курлык! – подскакивает моя няша.
Я глажу лобастую бошку, тискаю его, насколько это вообще возможно с его величинами, обнимаю и радуюсь так, будто месяц его не видела, а не одну ночь.
– Хр-фр-бр, – тянет меня к краю площадке, недвусмысленно предлагая полетать.
– Не сегодня, – качаю головой, – Я не слишком-то понимаю, какие у меня права и обязанности – вот например никто не запрещал выходить из комнаты, но вдруг это всем понятный запрет? Я как только на тебе полечу, герцог же явно узнает. И в прошлый раз мой полет не слишком однозначно восприняли – а здесь вообще столица. Подобьют еще с местного ПВО. Нет уж, не хочу давать повода в обвинениях за проступки, которые я опять совершила по незнанию. У меня другая цель. Найти собственную дорогу, чтобы никому больше не мешать, а жить свою жизнь. В идеале, конечно, в своем мире…
– Хрык-прык? – мне кажется вопросительно и грустно спрашивает Драконяша.
– От тебя я вообще не хочу никуда деваться, – не менее грустно отвечаю и обнимаю его за шею, – Вот если бы можно было только с тобой… вдвоем. Такой же свободной и уверенной, как все эти мужики – и никто за задницу не хватает, в Единении не обвиняет. Если бы женщины здесь были столь же уважаемы – без всяких этих историй про право первой ночи. Я бы тебя точно увела от твоего буки. Хоть силой, а еще лучше – через суд. Ты бы с кем из родителей остался, а?
Последнее говорю совсем веселым голосом. Чтобы и дракоша повеселее был – он же явно на мои эмоции и тон реагирует. И понимает шутки.
И снова тискаю и глажу, так что няша аж кверху пузом ложится. Оно не сказать что мягкое и беззащитное, но когда я его глажу – точно нравится.
А я, наобнимавшись вдоволь, иду искать библиотеку. Где провожу остаток дня – даже там никто не лезет к служанкам. Да и нет никого, непопулярное место.
И на следующий деньс самого утра туда бегу. Карвар в покоях не ночует, так что ничто не мешает мне проскользнуть в довольно большое помещение ранним утром. И спустя несколько часов осознаю, насколько мои слова, сказанные на балконе, были близки событиям, произошедшим в давнюю пору.
Потому что в найденной случайно – или неслучайно? что здесь с момента попадания вообще случайно? – книге я прочитываю историю – легенду, которая проливает свет сразу на множество темных пятен.
«Единение – суть Сила. Суть единство и основа, дающая Силу. В Единении мужского, женского и драконьего пламени – творящая возможность нашего мира. Без Единения блекло. Единение – дар. Дар Земли и Неба. Драконы – дар. Дар Пламени и Воды. И будь прокляты те, кто отвергает эти дары. И будь прокляты те, кто пошел против даров и Единения, решив захватить власть и порушить все основы, уничтожить саму возможность будущего…»
Какой-то резкий звук привлекает мое внимание и я быстро оглядываюсь, пытаясь понять, стоит уже бежать и прятаться или не стоит?
И прятать мою пр-ре-елесть.
Потому что в этой тонкой книжке – ответы на многие вопросы. Сказанные, конечно, местами не слишком понятно, будто Йода писал, но точно про важные для меня моменты.
Показалось. Нет никого. В библиотеке снова тихо.
Это не библиотека даже.
Когда я решаюсь спросить у одной из служанок, где та находится, потому что «новенькая во дворце», меня даже не понимают. Приходится уточнять, что «госпожа за книгами послала», может есть место, где их больше всего?
Молоденькая служанка осознает, наконец, о чем речь и сообщает, что «в шестом слое в зеленой ветви» расположен самый большой музыкальный салон и там книг немеряно.
Так я узнаю, как во дворце ориентируются. Нахожу салон, который действительно большой и пустой. Что не может не радовать. Правда «немеряно» – это в моем понимании библиотека из мультфильма «Красавица и чудовище», а не парочка набитых шкафов.
Но и в таком количестве обнаруживается настоящее сокровище под названием «Записи главы Великого Совета сразу после долгих лет Алого заката».
«Ни глупостью, ни молодостью, ни обидами нельзя оправдать то, что было сделано. Ни смертью. Даже после их гибели, даже после признания ошибок, даже после того, как я узнал, что среди губителей была моя дочь, я не буду оправдывать тех, кто почти уничтожил столицу и всякую связь с Пламенем и Небом. Даже после того, как карвары, оправдав свое сердце, сами встали на защиту города и приняли на себя удар драконов, сами, своими руками и мечами уничтожили свое сердце и погибли, я не стану говорить, что это деяние можно считать великим и достойным того, чтобы по нему назначить Год. Никогда и ни за что больше оно не должно повториться. Слишком велика бездна отчаяния и слишком густа темнота, в которой мы оказались. Мои глаза почти слепы и дни, оставшиеся мне до ухода в Изнанку, сочтены, но я хочу передать Великому Совету и пришедшим мне на смену размышления о произошедшем и предупреждение, что никогда в будущем это не должно повториться.
Потому начну с начала.
В те годы случилось так, что пред-Единение произошло сразу во множестве славных семей и свершилось по древним основам по праву дракона. И столица жила праздниками и радостным предвкушением, а огонь между мужским, женским и драконьим бы ярким и хрупким, в ожидании, когда дракон определится…»
Сердце колотится как сумасшедшее, пока я буквально вгрызаюсь в текст. Жадно проглатываю витиеватые строчки и не всегда понятные обороты, снова возвращаясь к неоднозначным моментам. И постепенно в голове складывается цельная картинка, пусть и с некоторыми пробелами.
Насколько уж правдивая – не знаю.
Но даже если на треть…
Сотни лет в этом мире существовали всадники – карвары: мужчины из не всегда родовитых семей, но всегда обладавшие особыми качествами, которые позволяли им управлять драконами. Качества эти проверялись еще в раннем детстве, в специальных "знаниях", где карвары обучались.
Сотни лет существовали в этом мире драконы, волшебный дар людям. И если можно назвать этот мир магическим, то именно благодаря им – даже твари Изнанки, предки, стражи в какой-то мере проявлялись здесь благодаря драконьему пламени, не тому, которое он исторгает из себя, а «истинному», связанному с «твердым».
Сотни лет существовали девушки, которые имели достаточно силы, воли и «внутренних рек», чтобы уравновесить и дополнить связку «всадник-дракон», соединиться с ними в устойчивым треугольник, «когда взросление делалось неизбежным».
Сотни лет Единение, карвары, драконы и их «единенные» были почитаемы и приносили пользу. Карвары и их драконы считались лучшими воинами и «дарителями», драконам строили храмы и приносили хвалу, а иногда и поклонялись, как единственным божествам, и слушали карваров, как их посредников.
В годы, что описывает глава, все начиналось замечательно. Примерно двести пятьдесят лет назад в столице обитали сотни драконов – вместе со всадниками. И достаточное количество девиц с силой. Постепенно происходило что-то вроде запечатления друг на друге: девушки проводили «ночь с драконом», как было принято с давних времен, всадники этому, как правило, не противились, а даже были рады, ну а потом Единение случалось "до полноты".
Только, если я верно поняла, ждала единенных после этого не счастливая семейная жизнь, а «почетная служба во благо королевства».
И вот те девицы решили, что им надоело быть на вторых ролях. "Сошли с ума, чтобы свести с ума половину мира".
То ли относились к ним плохо, то ли меньше уважали, чем всадников, то ли им просто надоело, что власть в этом мире, как ни крути, принадлежит мужчинам. И на драконах летают мужчины. И короли, упоминания о которых я находила в разных летописях и романах, без исключения тоже были мужчинами.
И они решили угнать драконов.
Договорились между собой, провели какие-то ритуалы и сумели "отделить" драконов от карваров – сами стали наездницами. Не знаю, сколько уж долго продержались… но «нарушение сути Единения» привели к страшным последствиям.
Драконы сошли с ума.
Из неоднозначных, но в целом позитивных и почитаемых ящеров превратились в огнедышащих монстров, сжигающих все на своем пути. Стремящихся вернуться к своим карварам.
Наездницы не справились. Не смогли управлять ими, не смогли остановить. Погибли все.
А драконы сожгли столицу. И вместе с ней – вставших на защиту карваров.
Ценой собственных жизней, чтобы остановить безумие, те уничтожили своих драконов. Свои сердца.
"И наступил мрак".
События после сожжения я пролистываю быстрее. Время явно послеобеденное, я голодна. Да и Вардрик, который фиг знает где ходит со вчерашнего дня, уже десять раз мог вернуться и не найти меня…
Хотя основная причина, конечно, не в этом.
А в том, что слишком тягостное впечатление о прочитанном.
Как по голове ударили, серьезно. Жаль сразу всех – девиц, которые не из дурных побуждений летать захотели. А чтобы отстоять свою независимость – просто не вовремя. У нас в конце девятнадцатого века, кажется, сподобились – уже чуть ли не первые самолеты летали и кино показывали, когда женщины потребовали себе право голоса. Здесь же до сих пор воинствующее средневековье, что там пару сотен лет назад. Средневековье, где мужская сила и, похоже, именно мужское умение управлять драконом многое решали.
Жаль и простых людей, которые, наверняка, пострадали от пожаров.
И карваров, тоже массово погибших.
Хотя больше всего жаль драконов…
Я теперь еще осторожнее в своих шагах буду. Не за себя страшно – за Чудушку.
Так что описание ужасов, что творились после уничтожения города, и его строительство просматриваю лишь мельком. Останавливаюсь подробнее лишь на удивительном моменте, где описывается «стая драконов, пришедшая истинным и обычным пламенем на помощь в постройке новой столицы, чтобы расплатиться за безумие своих сородичей».
Я, конечно, знала, что драконы разумны… но даже не предполагала, что у них есть подобие сообщества, еще и способное принимать столь взвешенные решения. С впечатляющим, надо сказать, результатом.
Выхожу из салона в задумчивости.
Понятно, чего все переполошились. И почему начало Единения по древним обычаям «не в почете». Не запрещено и не наказуемо – после такой истории, если бы было запрещено, меня бы давно за решетку посадили или казнили – но не в почете.
Но вопросов остается много.
Например, что за сила у мужчин и женщин, и на основании каких анализов ее видят? И как всадники и драконы находят своих женщин. И что такое «определившийся» дракон. И что со мной будет…
Притащили-то зачем? Во дворец? Из провинции моей? Притащили и не делают ничего.
Может я одна такая уникальная, первую ночь дракону отдавшая? И меня потому надо держать поближе? Как врага. Мало ли, что затею на другом конце королевства.
Все остальные теперь ведь с карваров «начинают»… Или их вынуждают начать с карваров?
И что потом?
«Единенная» – это просто работа? Ну как-то очень… не очень. В таком мире лишившаяся невинности девица вряд ли замуж может выйти за кого-то, кроме как за карвара, который с ней это и проделал… А он что, с одной «единенный», а на другой женат? Или право первой ночи – не повод для расстройства у будущего мужа? Мой-то, погибший, даже будучи не будущим, а настоящим, сам меня подкладывал под господина.
Бр-р…
Я бы тоже на месте девиц рано или поздно взбесилась.
А еще не совсем понятно, что с самим Вардриком. Далеко не все в его поведении объясняется прочитанной историей. Отшельничество, слова о проклятии, то, что он не хочет со своей стороны единения. Ведь это как раз и обезопасило бы и его, и дракона от угона, если я верно записи поняла. Там же сказано, что было только «пред-Единение», когда девицы подняли восстание. Получается тоже незавершенное, как у нас с герцогом. И Вардрик же утверждал, что его можно разорвать.
Как девицы те разорвали?
Разве в свете произошедшего это не опасно, повторять подобное? Разве не надо, наоборот, требовать с меня завершить все процессы?
А что если… если у него есть причины не делать этого – не хотеть делать, как он и объяснял – а его заставляют, уговаривают здесь? Иначе Няша сойдет с ума.
Аж спотыкаюсь на этой страшноватой мысли, а потом еще быстрее иду вперед.
Все – таки окончательные выводы делать рано. Надо получше разобраться со всем: я сейчас такое накручу и напридумываю, что мама не горюй.
Иду быстро и сосредоточенно, глаза в пол – не по приобретенной привычке, а, скорее, потому, что голова от новой информации пухнет и сил нет смотреть по сторонам. Ни на кого не обращаю внимание. И на меня никто не обращает, невидимая я – служанка.
Вот только…
Краем глаза вижу шелковые разлетающиеся одежды слева, ускоряю шаг, чтобы сбежать, но обладатель роскошного наряда вдруг резко тормозит, разворачивается и догоняет меня, удерживая за плечо.
Вздрагиваю и со смиренным вздохом разворачиваюсь и поднимаю голову.
Вот как распознал, а? Может он не эльф, а оборотень – по запаху среди снующих слуг почуял?
«Брат» герцога стоит и смотрит на меня своими яркими глазищами, на этот раз без иронии. А с подозрением и хмуро. Не надо, а! У меня уже комплекс развивается, что от меня все мужики в этом мире страдают и хмурятся. А психотерапевтов между прочим здесь нет, чтобы потом от комплекса избавиться!
– Почему ты не в покоях? – заговаривает, наконец.
– Мне запрещено выходить? – уточняю осторожно.
– По поручению Его Светлости? – всматривается в меня с каким-то странным выражением.
– Э… ну да… – стараюсь говорить уверенно, но получается плохо.
– Вардрик не мог, – отвечает гораздо уверенней и смотрит с еще большим подозрением. И вдруг какая-то мысль у него мелькает, которую он с некоторым удивлением, как мне кажется, озвучивает, – И ты не служанка.
Блин.
Что бы это значило?
Мне сказать «да» или «нет»? Безопасней-то что будет?!
– Так что здесь делаешь? – нависает почти всей своей красивой… всем.
– Мне одной скучно стало… – а теперь стараюсь не пищать смущенно. Есть, блин, в нем что-то такое, от чего хочется смущаться, пищать, падать на спинку и… Тьфу, ну что за мысли? – Я и пошла… книжки нашла. Мне не сказали, что это нельзя!
– Тяга к знаниям?! – сейчас уже реальное изумление.
Я его даже понимаю в какой-то мере.
Если это общество устроено по подобию того, что в моем мире, если вспомнить «библиотеку» в огромной твердыне, понятно, что чтением себя здесь развлекают разве что ученые мужи. Простой люд занят крестьянскими и рабочими хлопотами и выживанием, не знаю даже – умеют ли читать слуги? Воины воюют, благородные танцуют или чего они там делают, и только небольшая прослойка, наверное, озабочена образованием и интересуется прошлым в виде фактов, а не окриков и намеков на то, что «и так понятно».
Ни ответить на реплику, ни толком среагировать мне не дают. Лицо эльфа снова меняется. Он хищно улыбается, отступает и делает недвусмысленный жест рукой:
– Идем. Я тебе кое-что покажу.