Глава 5

Сразу после того, как за мной закрылась дверь ресторана, звуки безудержного веселья стали намного тише — звукоизоляция в заведении оказалась хорошей. Я посмотрел по сторонам: даже с учетом того, что вечерняя подсветка включена, на палубе было достаточно темно.

Возле входа в ресторан стояло несколько столиков, за которым посетители дышали свежим речным воздухом и курили. Тихо играла медленная музыка.

После того, как закончу с этим самоуверенным поросенком, нужно будет выяснить у официанта — может быть возможно поужинать здесь, на свежем воздухе? Я бы с большим удовольствием поменял шумный прокуренный ресторанный зал на тихую палубу. Но это чуть позже, пока у меня есть вопрос поважнее.

В этот момент я услышал испуганный женский голос, откуда-то справа и не раздумывая пошел туда. Никаких сомнений в том, кто это говорил у меня не было. Я завернул за угол ресторана и на расстоянии двадцати шагов увидел знакомую компанию — девушку, нависшего над ней Гедеонова и стоявшего позади него охранника.

Я не спеша шел по деревянной палубе и раздумывал как мне поступить с этим малолетним кретином. В моем мире для подобных случаев были энергетические мечи, которыми дворяне могли отстоять свою честь в поединке и будь я сейчас на Эпсилуме — я бы просто немного поджарил паренька и все на этом.

Здесь же махание шпагой на дуэлях давно уже считалось пережитком прошлого, поэтому дворяне полагались либо на собственный Дар, либо на навыки рукопашного боя, если с магией у них было туго. Что касается меня, то ни с тем, ни с другим проблем нет никаких, а вот на счет Гедеонова уверенности у меня не было. Так что как бы его совсем не зажарить или не сломать. С одной стороны, и покалечить не хочется, а с другой — урок ему нужно преподать обязательно, раз уж дома манерам не учат.

Пока я раздумывал, виконт что-то сказал девушке, получил резкость в ответ и ударил ее по лицу. Вот же гаденыш малолетний!

— Что же вам, Иван Андреевич, в ресторане не сидится? — громко спросил я, привлекая внимание к своей персоне.

Мне это удалось. Охранник повернулся, а виконт тоже потерял интерес к девушке и пристально посмотрел на меня, видимо пытаясь сфокусировать взгляд. Воспользовавшись тем, что ее никто не трогает, девчонка разумно отошла в сторону.

— Ты кто такой? — спросил Гедеонов, видимо перебрав в памяти все знакомые образы и не найдя совпадений.

— Барон Соколов, — ответил я. — Можете не напрягаться особо, виконт, вы меня не знаете.

— Барон? — разочарованно уточнил Гедеонов. — Ну и чего тебе нужно?

— Да вот стал невольным свидетелем вашего конфликта с этой дамой и вышел послушать как вы будете перед ней извиняться. Я так думаю, вы же за этим выбежали на свежий воздух? Я понимаю, бывает наговоришь сгоряча всякого, а потом жалеешь, — между тем я подошел к нему на расстояние нескольких шагов и стал таким образом, чтобы его сопровождающий оказался у меня в зоне видимости. — Так вы не стесняйтесь, извиниться перед девушкой никогда не поздно — ничего дурного в том нет.

Молодой человек нахмурился. Оно и понятно, соображал он сейчас совсем плохо, а картина, которая разворачивалась на его глазах вовсе выглядела нелогично, здесь было над чем подумать. С виду я вроде как не атлет, раза в полтора в плечах меньше его, а вот гляди-ка, осмелился рот открыть. Так это еще с учетом того, что рядом телохранитель стоит, да и чином я пониже буду... Ну и как это понимать?

— Миша, он что плетет, я понять не могу? — спросил он у своего верного амбала. — Какие извинения?

Тот немного поразмыслил, затем окинул меня взглядом и, в отличие от хозяина, что-то его в моем поведении насторожило. Поэтому для начала он решил разойтись миром.

— Шли бы, ваше благородие, по своим вопросам и в самом деле. Виконт отдыхает, зачем вам лишние проблемы?

— Да я вроде бы не тороплюсь, — разочаровал я его. — Какие у меня могут быть свои вопросы на теплоходе? До Саратова еще целая ночь, так что времени у меня хоть отбавляй. Лучше я подожду пока ваш работодатель извинится.

— Миша, дай ему по роже, — лениво сказал Гедеонов и ухмыльнулся.

Здесь, на Земле, те, кто был лишен Дара, но тем не менее хотел что-то представлять из себя, выбирал рукопашный бой и шел путем Силы. Уровень их мастерства можно было определить по рангу, который занимал боец. Конечно, Одаренный всегда более опасен, но отличный боец — это грозная сила и ее нельзя списывать со счетов. Всю эту информацию мне услужливо предоставила память Владимира, видимо, чтобы я имел это ввиду перед боем.

Насколько хорошим бойцом был телохранитель виконта я не знал, но вот в своих способностях я не сомневался — различным рукопашным системам защиты и нападения дворян моего мира начинали учить с детства. Ну что же, посмотрим... Недооценивать его я точно не буду, не зря же ему деньги платят?

Вот только или я переоценил этого Михаила или наоборот, он совсем уж недооценил меня, но долгого боя у нас с ним не вышло. Он лениво потянулся ко мне кулаком, ожидая, что сейчас хрупкий ботаник получит по лицу и останется здесь лежать как минимум до утра, но в этот момент я сделал шаг назад и ребром ладони врезал ему по шее.

Удар получился не таким сильным как мне хотелось — всему виной недостаточно развитая мускулатура Соколова, но на моей стороне была отличная техника, чего вполне хватило, чтобы телохранитель схватился за горло и уставился на меня перепуганным взглядом.

Следующим ударом я сломал ему нос и пока громила завывал и умывался слезами, я подумал над тем, что физической подготовкой нужно заняться как можно скорее — техника, это конечно хорошо, но мои мышцы пока оставляют желать лучшего.

Гедеонов смотрел на происходящее с открытым ртом и не сразу понял, что его верный Михаил помочь ему больше не сможет.

— Ах ты, сука! — сказал он, когда до него наконец дошло. — Да ты мне будешь ботинки лизать!

— Вот это ты зря, виконт. Я тебя не оскорблял, хотел, чтобы ты просто перед девушкой извинился, а теперь придется еще и за себя пару подзатыльников отвесить.

Я шагнул в его сторону и ударил локтем правой руки в лицо — мы с ним примерно одного роста, так что это было очень удобно. Удар пришелся в подбородок. Что-то хрустнуло и Гедеонов рухнул на палубу как мешок с дерьмом.

Возможно я сломал ему челюсть и лишил пары зубов, но в данный момент меня это не очень беспокоило — изначально я не собирался этого делать, просто ему не стоило вести себя как полному мудаку. За свою жизнь я повидал таких высокомерных уродов достаточно и при случае старался спускать их с небес на землю.

В этот момент я услышал за своей спиной торопливые шаги и обернулся. Это был тот самый молодой человек, которого виконт ударил в ресторане. Воротник его рубашки был изорван, а нижняя губа разбита. Увидев парня, девушка не раздумывая подбежала к нему и спряталась за его спину.

К этому моменту телохранитель Гедеонова уже немного оклемался и принял на мой взгляд самое правильное решение в данной ситуации — он поднял своего молодого господина с палубы и водрузил на плечо.

— У графа Гедеонова возникнут вопросы к обидчику его сына после того как я сообщу ему подробности, — с угрозой прорычал Михаил, глядя на меня. — Где он может найти... вас? — последнее слово он выплюнул с большим трудом.

— В Академии Мироходцев, — сообщил я. — Визитной карточкой с номером телефона я пока не обзавелся, но думаю найдет при желании...

Бросив напоследок на меня многообещающий взгляд, телохранитель и бесчувственный виконт на его плече, наконец оставили нас втроем. Как только они ушли, из-за спины молодого человека вышла девушка и улыбнулась:

— Меня зовут Анастасия.

— Ну а меня — Владимир, — ответил я.

Затем блондинка посмотрела на брата.

— Петенька, этот молодой человек...

— Да я понял, что произошло, сестричка, — не дослушал ее парень и протянул мне руку. — Купец первой гильдии, Ермолов Петр Александрович.

Купец первой гильдии в таком юном возрасте? Похвально. Понятно, что без участия отца здесь не обошлось, но этот по крайней мере воспитанный, а может быть даже и толковый.

— Барон, Соколов Владимир Михайлович.

— Спасибо вам за помощь.

— Да ну, ерунда, — махнул я рукой.

Хотя на самом деле ситуация была неловкая и купчишка понимал, что произошедшее это не ерунда. Первый момент — я мог запросто за них не вступаться, потому что они не дворяне. Второй момент — я стал свидетелем того, что ему дали в морду, а подобное не нравится любому мужчине. Ну и третий момент — по внешнему виду я был лет на пять младше купца по возрасту, однако при этом смог надавать по ушам и виконту, и его телохранителю. Последний аспект бьет по самолюбию особенно сильно.

— Насколько я понял, вы направляетесь в Саратов? — спросил он.

— Да.

— Наша семья живет в этом городе. Вот моя визитная карточка и если вы найдете время, то я очень хотел бы угостить вас ужином, — сказал он. — Ну, если вы не против, разумеется.

— С удовольствием, — ответил я и посмотрел на улыбающуюся Настю. Девушка и в самом деле была очень даже ничего, так что время для ужина я думаю найду обязательно.

— Звоните непременно, — сказала она и помахала рукой на прощание.

Какое-то мгновение я еще рассматривал карточку, а потом сунул ее в карман пиджака. Учитывая, что знакомых у меня в Саратове нет совсем, будет теперь с кем поужинать. Хотя благодаря этому у меня еще кое-какие знакомые в этом городе появились... в лице семейства Гедеоновых. Ну, что же теперь делать, будем решать проблемы по мере их поступления. Может быть они не появятся вовсе?

Я глубоко вдохнул прохладный речной воздух и словил себя на мысли, что несмотря на вечернее приключение, мой аппетит никуда не делся и даже наоборот — разыгрался сильнее. Самое время все-таки поужинать, наверное, официант совсем заждался. Надеюсь, в ресторане меня не поджидает еще один пьяный виконт?

* * *

В Саратов теплоход пришел около десяти утра. К этому времени я вполне успел не только нормально умыться, но даже и позавтракать. Для пассажиров первого класса завтрак оказался включен в стоимость билета, что было весьма кстати. Вчера за ужин в ресторане мне пришлось заплатить почти десять рублей, а с учетом моего финансового положения это все же дорого. В качестве утешения для себя, я попросил официанта накрыть мне на свежем воздухе, и он с радостью выполнил мою просьбу. Думаю, в данном случае дело было вовсе не в желании угодить клиенту, а в опасении все-таки выпросить свою затрещину.

Оказавшись на речном вокзале, я взял такси и сказал водителю куда меня везти. Настроение было так себе, хорошо хоть таксист попался не из любопытных и не решился со мной заговорить. Хотя чувствовалось, что его подмывает спросить кто я и откуда?

Здание Императорской Академии находилось практически на противоположном конце города. Внушительное, старой постройки, похожее на средневековый замок и окруженное большим парком — мне оно понравилось.

Я не спеша шел по аллее, ведущей к центральному входу в здание и, разумеется, выделялся на фоне общей массы курсантов. Во-первых, своим внешним видом — в основном на всех темно-зеленая форма, а не гражданская одежда. Ну, а во-вторых, возрастом — практически все, кого я успел увидеть были старше меня. Хотя попадались и ровесники, но это скорее исключение. Видимо дворянам моего возраста родители все же выбирали карьеру Мироходцев лишь в крайнем случае, предпочитая устроить их служить императору каким-нибудь более безопасным образом.

На входе у меня проверили документы, наличие родового перстня и отправили на второй этаж, на зачисление и так называемый вступительный инструктаж.

Пока я шел по коридорам, я с интересом осматривался и пришел к выводу, что чем дольше я находился в этом месте, тем больше мне здесь нравилось. Во всем ощущалась обстоятельность и солидность. Чувствовалось, что в этом заведении не учат географии и прочим наукам подобного рода. Здесь обучают совсем другому — как убивать нечисть и оставаться в живых самому.

Наконец я подошел к нужной мне двери, над которой висел патриотический плакат: «Носить мундир Мироходца — это высшая честь для истинного дворянина!». Интересно, агитация для сомневающихся предназначается или в империи не все гладко с набором новобранцев? Что-то мне подсказывало, скорее всего второе.

Я толкнул дверь и вошел в кабинет. Внутри стояла пара массивных столов, за которыми сидели два человека в форме. У одного нашивка: серебряный щит с двумя перекрещенными мечами, а у второго то же самое, только еще и череп на щите. В иерархии Мироходцев я не разбирался, поэтому даже понятия не имел, кто они по званию. Один из них, тот у которого был череп на нашивке, указал на стул напротив своего стола. Я молча сел и стал ждать, что будет дальше.

— Меня зовут Кочетков Арсений Владимирович, — сказал он. — Я буду проводить с вами собеседование на прием в Академию. Разрешите взглянуть на ваши документы?

Я протянул ему свои документы и пока он изучал их и что-то набирал на компе, я залез в телефон, чтобы все-таки выяснить кем по званию были эти ребята. Оказалось, что у Мироходцев двенадцать рангов и конкретно эти двое занимали пятый и шестой снизу. Тот, который без черепа на нашивке, был просто штурмовиком, ну а Кочетков штурмовиком 1-го класса. Птицы не самого высокого полета, но от земли уже оторвались.

В этот момент Арсений Владимирович многозначительно хмыкнул, взял телефон и кому-то позвонил:

— Софья Николаевна, вы не слишком заняты? У нас здесь очень интересный курсант... Да. Думаю, ситуация требует вашего непосредственного внимания.

Чем это я их так заинтересовал? Я посмотрел на Кочеткова в ожидании какого-нибудь комментария, но по его лицу трудно было что-то сказать. Хотя, мне кажется, я догадываюсь с чем это связано.

Вскоре в кабинет вошла симпатичная девушка, примерно двадцати пяти лет. В отличие от мужчин, у нее на мундире нашивок вообще не имелось, так что звание можно было лишь угадать. Зато у нее имелась шикарная грудь и очень смазливое личико. Она бросила на меня заинтересованный взгляд, подошла к Кочеткову и посмотрела в монитор, на котором он ей что-то показал. Девушка нахмурилась и взяла в руки мой паспорт.

— Вы Соколов Владимир, сын Василия Михайловича? — спросила она. — Нет никакой ошибки?

Ну да, именно об этом я и подумал, чем же я еще мог их заинтересовать, если не своей родословной? Услышав мою фамилию, второй штурмовик оторвался от своего компьютера и тоже посмотрел на меня. Вместо ответа я показал девушке свой гербовый перстень.

— Серебряный сокол на алом поле, — сказала она скорее себе, чем всем остальным. — Ну да, все так и есть. В документах та же самая информация.

— Что-то не так? — спросил я. — Или его сын не имеет права быть Мироходцем?

— Да нет, дело не в этом, — сказала она и поджала губы. — Просто... Вы уверены, что Одарены? По нашей информации вследствие полученного шока от смерти родителей, вы утратили магические способности, а Мироходцем может быть только человек обладающий Даром, иначе просто невозможно.

— Что-то такое припоминаю, — кивнул я. — Какое-то время у меня и в самом деле были проблемы по магической части, но сейчас все в порядке. Иначе бы я сюда не пришел. Если хотите, могу что-нибудь продемонстрировать, но боюсь спалить вам кабинет.

— Стихия огня? — девушка посмотрела на Кочеткова. — Проверьте, Арсений Владимирович.

Кочетков защелкал по клавиатуре и через пару минут подтвердил мои слова:

— Если способности у него и в самом деле восстановились, то все так и должно быть — до казни отца он являлся стихийным магом и владел Даром огня.

— В таком случае я вас поздравляю, Владимир, — улыбнулась девушка. — Утратить подобный Дар, было бы очень неприятно.

— Спасибо, — кивнул я и, судя по тому, что Софья села рядом с Кочетковым, понял — уходить она никуда не собирается.

— Ну что же, приступайте, — распорядилась девушка.

Несмотря на отсутствие нашивок, судя по всему она была старшей среди этой троицы. Сразу после ее команды Арсений Владимирович начал забрасывать меня разнообразными вопросами, целью которых было выяснить насколько я благонадежен с политической точки зрения. Наверное, казалось странным, что я хочу послужить императору, отправившему на плаху всю мою семью.

Вот только скрывать мне нечего, это и в самом деле было так. Единственное, о чем я умолчал, что таково было желание отца и просто сказал: сам хочу стать Мироходцем. А чтобы у присутствующих вообще не осталось никаких сомнений в правдивости моих слов — пришлось сообщить, что с учетом такой биографии, другого пути как-то возвыситься у меня просто и нет. После этих слов они дружно переглянулись между собой, и я понял, что звучало это весьма убедительно.

Когда ситуация с моей мотивацией стала более-менее ясна, Мироходцы перешли к практической части вопросов, суть которых была понять — не сбегу ли я после первого же свидания с нечистью? В конце концов меня перестали мучать и Кочетков погрозил мне пальцем:

— Смотри, Соколов, если надумаешь отсюда сбежать, то выставим тебе счет за форму, еду, потраченное время, а потом еще и штраф вкатаем!

— Я убегать, конечно, пока не собираюсь, но... штраф-то хоть за что? — спросил я. — Просто, чтобы понимать для общего развития.

— За обманутые ожидания, — усмехнулась Софья. — Дабы в следующий раз нам своими романтическими бреднями про подвиги на военном поприще голову не морочил и от работы не отвлекал.

— Понятно, — кивнул я. — А что, много тут таких ходит, которые отвлекают?

— Хватает. Как только в первом Портале оказываются, так желание послужить Отечеству сразу же куда-то испаряется, — сказала девушка, встала со стула и посмотрела на Кочеткова. — Пусть заполняет бумаги. Пройдешь с ним по всем кабинетам, а потом отправляй в третье отделение, им там как раз стихийник нужен. Готовьте его по индивидуальной ускоренной программе.

— К чему спешить? — нахмурился Кочетков. — Несколько лишних дней погоды не сделает, а толку будет больше.

— Ну а почему бы и нет, если парень горит желанием себя проявить? Если он и в самом деле стихийный маг, то особой проблемы я в этом не вижу — только пользу для общего дела. Кстати, скажешь нашему мастеру по магии, чтобы Дар не забыл у него проверить на первом же занятии, нечего до практики ждать, — сказала напоследок Софья Николаевна и вышла из кабинета.

Судя по всему, мой внешний вид особого доверия у нее не вызвал, иначе откуда такая агрессия? Ну что же, придется ей доказать — в моем случае первое впечатление обманчиво.

Тем временем Арсений Владимирович протянул мне несколько листков бумаги и многозначительно подмигнул:

— Соколов, а между прочим понравился ты нашей змейке! Видел, как она с тобой?

— Что-то особой симпатии не заметил, — сказал я и взял бумаги. Вверху первого листа было написано: «Анкета курсанта».

— Ты просто плохо Таганцеву знаешь, — улыбнулся Кочетков. — Если бы ты ей не понравился, она бы на тебя так не реагировала, понял? Ладно, заполняй анкету и пошли — у нас с тобой еще дел на сегодня хватает.

Если бы не понравился? Вот интересно, а если бы я ей очень сильно понравился, тогда как? Она бы мне ухо откусила в знак особой симпатии? Нет, все-таки девушки народ странный, что здесь, что на Эпсилуме — бестии непредсказуемые! Ну, где там моя анкета?