Глава 5

— На чем основано желание? — я выгнула бровь и уставилась на Райзела.

За окном холмы сменились на деревню с высокими двухэтажными домами. Архитектура здесь была максимально чудная. Крыши такие же острые, как уши местных жителей. Камень домов переливался всеми цветами радуги, и хотя штучно они казались хаосом, то в общей картине создавали особенную гармонию.

— Почему ты придираешься ко всем словам? — хмыкнул Райзел.

— Потому что жизнь научила никому не верить. Ну так что?

— Позволь тогда сперва все показать, а потом отвечать на твои вопросы?

Голубые глаза припечатали меня к месту, и мне показалось, словно в мой мозг хотел пробраться кто-то еще. Не смог.

Мы молчали.

Деревня сменилась городом с еще более причудливой архитектурой. А народ… это были необычные существа: высокие с острыми ушами, маленькие с крылышками, страшные, красивые, пушистые или лысые. Всякие разные.

Это настолько меня поразило, что я еще больше закрылась. Не хотела, чтобы кто-то проник в мои мысли и использовал это против меня.

Карета замедлилась, и я первой услышала, как меняется звук.

Не скрип колёс — оно уже стал привычен.

Не фырканье лошадей.

А гул.

Я выглянула из окна, чтобы увидеть его… Огромный величественный дворец из серого камня, больше напоминавший по стилю вантовый мост, чем замок Дисней.

Дворец дышал иначе, чем город. Камень отражал шаги, металл отзывался глухо и глубоко. Когда створки ворот поползли вверх, я невольно задержала взгляд на блоках и цепях — массивные, тяжёлые, но ход плавный. Смазка свежая. Баланс рассчитан верно. Идеально.

Райзел потерял ко мне всякий интерес. Он просто смотрел вдаль.

Карета въехала во внутренний двор.

Здесь всё было шире, выше, чище. Каменные арки поднимались, как ребра гигантского зверя. По периметру — металлические кольца и платформы для грифонов. Я заметила следы когтей на камне и невольно представила, как вес распределяется при посадке. Интересно, рассчитывали ли строители угол атаки крыла?

И вдруг я поняла, что слышит не только металл.

Люди. Существа.

Ритмы множества жизней переплетались, как сложная музыка. Ровная, уверенная, без паники. Двор жил отлажено. Как часы.

— Смотри под ноги, — негромко сказал Райзел, когда я задержалась., пораженная, вылезая из кареты.

Я кивнула.

И в этот момент музыка оборвалась.

Сначала — крик.

Резкий, изломанный.

Потом — тень.

Она скользнула по камню, и я подняла голову.

Грифон.

Огромный, черный, он заходил на круг над двором. Крылья били воздух мощно и уверенно. На спине — всадник в золотых доспехах.

Кай.

Ритм его сердца я услышала раньше, чем узнала лицо.

Ровный.

Сильный.

Без сбоев.

Я не хотела это слышать. А потом что-то неуловимо изменилось.

Короткий импульс.

Не звук. Не вспышка.

А будто по натянутой струне кто-то резко ударил металлическим молотком.

Чужой ритм. Холодный. Ровный. Не живой.

Я вздрогнула, словно меня ударили.

Грифон дёрнулся.

Одно крыло сбилось с такта, воздух под ним словно провалился. Всадник качнулся. На долю секунды он удержался — я увидела, как напряглись его плечи. Он не собирался нападать на кого-то.

И тогда ритм сорвался.

Не распался.

Не затух.

Он сжался, как механизм, в который попал осколок.

— Нет… — выдохнула я, сама не зная почему.

Грифон закричал — я никогда не слышала, чтобы кто-то так кричал. Камень двора отозвался эхом. Существа внизу закричали. Стража рванулась в стороны.

Всадник падал.

Не беспорядочно — почти прямо, как если бы тело отказалось бороться.

Райзел шагнул вперёд прежде, чем кто-то успел его удержать. Я не видела, пытался ли он что-то сделать.

Удар о камень был глухим.

Я не услышала треска костей — его перекрыл хаос. Но ритм — я услышала.

Он не исчез.

Сердце билось.

Сбито, зажато, но билось.

Грифон приземлился тяжело, царапнув когтями камень, расправил крылья и заревел, заслоняя собой лежащее тело. Его ритм сердца был яростным, почти бешеным.

— Закрыть небо! — прозвучал приказ.

Стражники бросились к краям двора. Где-то в вышине щёлкнули механизмы — я машинально отметила движение массивных створок над внутренним кругом. Металлические сегменты начали сходиться, перекрывая пространство.

Система реагировала быстро.

Но слишком поздно.

Райзел уже стоял на колене рядом с упавшим.

Я подошла ближе, не чувствуя, как меня толкают плечами. Я видела кровь — тёмную, растекающуюся по светлому камню. Видела неловко вывернутую руку.

И глаза.

Кай смотрел в небо.

В сознании.

Я поняла это сразу.

Потому что его ритм не был ритмом умирающего.

Он был… застрявшим. Заклинившим.

Как маятник, который остановили посередине хода.

— Он дышит! — кто-то крикнул.

Я не слушала.

Только прокручивала момент.

Сначала — неизвестный звук.

Потом — сбой.

Не наоборот.

В карете было по-другому.

Грифона оттащили. Стража окружила круг. Кто-то уже бежал к внутренним покоям — звать короля.

Старший принц поднял взгляд на небо — закрывающееся, тёмнеющее от сходящихся пластин.

— Лекаря — сказал он тихо, но так, что услышали все.

Лера стояла неподвижно.

Музыка двора была нарушена.

И среди десятков ритмов она всё ещё слышала тот — холодный, чужой, идеально ровный. Единственный, кто не сбился с ритма.

Он исчез так же внезапно, как появился.

Но я знала.

Кай упал не потому, что потерял управление.

Ему помогли.