Глава 13 · Тринадцатый подвиг

Как выяснилось, мы оказались не совсем на том месте, где Клирикрос обнаружил Мор’Галиана. Несколько сотен лет назад он бывал в Варшаве и хорошо запомнил место, где мы «приземлились». От города нам надо было перебраться немного западней, к тому же цель не стоит на месте. Бог света время от времени поглядывал своим теневым зрением, куда отклоняется маршрут.

Рената Жмудская через последовательниц своего ковена быстро узнала о моём прибытии. По счастливой случайности её загородное имение оказалось рядом. Послушница некромантши, отправляясь за покупкой провианта, обнаружила неладное: мортикант выдавал своë присутствие аурой смерти. Она хотела было ликвидировать злосчастную тварь, но при опросе владельца корчмы сразу узнала в спутнике полумёртвого молодого Повелителя.

Внешность подходила по многочисленным рассказам Верховной и ученица сразу побежала докладывать. В итоге нас подобрали до того, как польская инквизиция вышла на обход.

— Располагайтесь как дома, — любезно предложила она моим спутникам, предоставив шикарные апартаменты в готическом стиле.

Собственно, весь её дом изобиловал отсылками к мифологическим существам и мог сойти за музей: слишком уж много статуй, картин, мозаик и прочих атрибутов искусства наполняли это жилище. Жмудская оказалась заядлым коллекционером и не скупилась на своё увлечение.

— А тебя я никуда не отпущу, — она хищно улыбнулась и без всякого стеснения опустила руку на мой пах.

Надо сказать, что во всём имении не было ни одного мужчины. Все его жители — это послушницы некромантского ковена. Я нет-нет да ловил жадные до похоти взгляды, но стоило хозяйке посмотреть в их сторону, как глаза «сестëр» сразу падали в пол.

— А-а-а, потом, все дела потом, — помахала она пальчиком и приложила его к губам, а после прижалась ко мне упругой грудью, источая сексуальные флюиды всем своим телом.

— На нас же смотрят, — кивнул я на двух дамочек неподалёку.

— Какая разница? Хочешь они присоединятся? Но я первая, я!

— Я не за этим сюда добирался, — честно ответил я ей, наблюдая как она чуть ли не трясётся от желания.

Незаметно мы перебрались в одну из многочисленных комнат и Рената решительно закрыла дверь на ключ и встала перед ней с явным призывом: «Не пущу!»

— А это я спрячу здесь, — ключ уместился между грудей, к слову чёрное платье с открытым декольте ей шикарно подходило. — Ты ещё не понял, куда попал, мой дорогой. Так просто не отвертишься, — она подошла ближе. — Не думай о делах, мы поможем, расслабься.

— Кажется, ты забыла, как следует ко мне обращаться, — строго ответил я ей, схватив за подбородок так, что губы Верховной сжались трубочкой.

Она только этого и ждала и послушно опустилась на колени.

— Простите, мой господин, позвольте этой несносной дуре загладить свою вину, — при этом руки Ренаты сами собой уже стаскивали с меня штаны.

После того, как извинения были принесены несколько раз, я расслаблено лежал на широченной кровати, пялясь в потолок с дурацкой ухмылкой. Чёрт, эти женщины… Вечно вносят в мою жизнь хаос, но иногда так и хочется отдаться течению… Что в той, что в этой жизни они были моей слабостью.

— Ты куда? — спросил я одевающуюся Жмудскую.

— Это по поводу твоего дела, ты лежи, отдыхай, мне надо отъехать. Ах да, тут к тебе гости, — она расправила складку платья и открыла ключом дверь.

— Что за гости? — я удивлённо привстал на локте, наблюдая, как в комнату входит смазливая рыженькая послушница в халате.

— Пока меня не будет им тоже поможешь.

— Им⁈

Я быстро встал с кровати и выглянул за дверь: там ожидала целая очередь из послушниц.

«Это какая-то ловушка⁈»

— Может, потрудишься объяснить? — спросил я Ренату, та явно вертела понятие «ревность» на одном месте. — Зачем всё это? Ладно ради тебя, но…

— До нашей с тобой встречи, я думала, что достигла пика, но всё изменилось после той близости. Процентили полетели вверх. Прошу, помоги и моим девочкам…

Вот это поворот. Я растерянно почесал затылок, глядя на аппетитную послушницу. Та стояла боком и будто случайно, приоткрыла халат, демонстрируя полуспрятанную под ним манящую пышную грудь, на которую ниспадали длинные локоны.

— Ну вот ты и готов, всё я побежала, — Жмудская стрельнула глазами вниз и, чмокнув меня в щёку, выпорхнула из комнаты, оставив наедине с рыжей красавицей.

С уходом госпожи та стала смелее и сбросила халат на пол.

«Похоже, приключение свернуло куда-то не туда», — это была моя последняя мысль перед самым странным марафоном в моей жизни.

Все послушницы также приняли клятву верности, как и их Верховная. Таким образом, весь ковен теперь был мне лоялен. Я пытался себя убедить, что да, это логично, теперь никто из них не предаст интересов Барятинских. Шпионская ячейка на территории Скандинавского союза — это большой козырь.

«А ещё чего расскажешь?» — спросил меня один из клонов сознания, при этом остальные тоже скептически скрестили руки на эфемерной груди.

— Вы должны радоваться за меня, ублюдки!

— Господин, вы с кем разговариваете? — спросила лежавшая у изголовья худая блондиночка.

— Ни с кем, забудь, — отмахнулся я и принял из рук другой любовницы сочный кусок персика. — Принеси ещё, — велел я ей, наблюдая как она дефилирует к столу с фруктами, не забывая при этом вилять бёдрами.

Всего в комнате было четыре некромантши, другие две самозабвенно массажировали мне стопы, одна разминала левую, другая — правую. Съев второй раз угощение, я потянул эту взвизгнувшую оторву к себе и повышение квалификации продолжилось с удвоенным рвением.

Я потерял счёт времени, но в какой-то момент дверь снова открылась и в комнату вошла Рената, явно только-только с мороза. На её чëрном боа ещё блестели кристаллики снежинок.

— Брысь отсюда, — строго велела она своим протеже и девушки, в чём мать родила, кинулись наружу. — Вижу вы успешно справились, мой господин, но у меня срочные новости. Мы нашли Мор’Галиана.

— В смысле? — спросил я, отходя от всплеска гормонов.

— Я же обещала помочь…

Как выяснилось, пока я тут занимался ммм… ратными делами, Жмудская вместе с Ломоносовым успели объездить округу и вычислить точное местонахождение врага. Я оделся на ходу, прогоняя по организму ману, чтобы восстановить силы и попутно слушал доклад Верховной. Её лучшие послушницы уже были готовы к выезду. Среди них, кстати, была и та рыженькая.

Сейчас эти дамочки выглядели суровыми воительницами в артефакторном обмундировании высшего ранга. На каждой тёмно-синий обитый мехом жупан, поверх — лёгкий кожаный доспех с накладками на плечах, высокие сапоги и плащ с глубоким капюшоном. В руках — копья, плюс в чехлах на породистых лошадях покоились клинки с обеих сторон. В целом им не нужен был плотный контакт в бою, но это было элитное подразделение, и оно могло сражаться в любых условиях.

Строгие лица явно контрастировали с тем, что я видел совсем недавно, покладистые девочки испарились в небытие. Мы оседлали коней и небольшим воинством в двенадцать человек выдвинулись по зимней дороге в захолустную деревеньку, где уже ждал Иван.

Ковен нужен был для оцепления территории, чтобы никто не мешал в устранении Мор’Галиана. Этим воительницы и занялись — крестьян выгнали на мороз, заставив забиться подальше и не мешать. Всё для их же безопасности.

Я спрыгнул в снег и сразу же спросил подошедшего ко мне Ломоносова.

— На каком этаже?

— Восьмой, поспеши, он скоро покинет это место.

— Хорошо. Кудяблик, — подозвал я теневика, — ты готов?

Мой руководитель мортикантов снял импровизированный тряпичный «чехол» с атланта и поудобней ухватился за древко. Оно испускало еле заметный серый свет.

— Готов! Осталось только понять к чему…

— Поймёшь, просто помни, чему я тебя учил, — я активировал все свои медали на дыхание и тоже обнажил нож-атлант.

Положив Кудяблику руку на плечо, я перенёс нас на восьмой слой, чтобы тот не тратил лишний раз ману. Окружающее пространство мигом наполнилось совсем другими звуками. Вместо привычной природы с поскрипыванием деревьев, дуновением ветра и хрустом снега, на нас сразу же обрушилось клокочущее дыхание. Оно заглушило даже тревожный противный лай дворняги на окраине деревни.

Всё смолкло и слышался только останавливающийся вдох Мор’Галиана.

«Чёрт, а вот этого я не учёл!»

Противник в буквальном смысле оказался великаном. Порядка пятидесяти метров он сейчас застыл и медленно опускал деформированную овальную голову вниз. На ней было две пары глаз, столько же и с обратной стороны, ноги непропорционально большие по сравнению с верхними конечностями и смахивали на стволы деревьев, наспех прилепленные к телу.

Рёберная клетка выпирала наружу без всяких внутренностей, а из позвонков на спине ветвились длиннные шипы. Анатомия уродца явно не была предназначена для жизни на земле, но вот в тенях…

Я сразу же прочувствовал этот момент — нога резко сократила дистанцию, чтобы растоптать и мне пришлось на теневом скольжении уйти вбок. Кудяблик благоразумно сместился за спину твари, чтобы нанести исподтишка удар, только вот гигант охватывал своим зрением всю область вокруг себя.

И кстати по поводу зрения, я лишь на секунду встретился с ним взглядом и чуть не пропустил атаку ногой. Головная боль разорвала череп так, что в глазах потемнело. Пришлось использовать силу атланта и растворится на тысячи мельчайших частиц.

Мор’Галиан поднял стопу, чтобы посмотреть на раздваленного наглого человечка, но ничего под ней не обнаружил. Я материализовался возле другой и пока он стоял на одной ноге, воткнул атлант, широким движением пройдясь по непробиваемой с виду каменистой коже. Такую обычным оружием не возьмёшь, но вот атлант справлялся отлично.

Настолько, что тварь от боли чуть не растоптала меня. Кудяблик воспользовался моментом и метнул копьё прямо в голень разъярённому Повелителю забвения. Оно прошло на вылет и воткнулось в ста метрах от меня. Без артефакта боеспособность моего слуги сильно снижалась, поэтому я сразу же рванул к воткнувшемуся в камень атланту и вынул его с намерением метнуть обратно.

В это время наша цель поняла, что её главное оружие не действует на полумёртвого и ментально защищённого мага, потому сделала выводы.

«Ах ты трусливый сукин сын, такой большой, а сбежать удумал…»

* * *

Петербургская резиденция Его Императорского Величества Павла VII.

— Что значит потеряли след в Рогаткино? — нахмурившись, переспросил молодой император.

— Жители сказывают — нет их там, и никто не выходил. В доме пусто.

— Может, ушли через тень? У вас же всегда получалось его отслеживать.

— Маловероятно, Ваше Величество, друиды следят за ним сутками. Если барон покинет первый круг слежки, то выйдет на каком-то другом, а их у нас все четыре. Разведку друидов невозможно обмануть. Они всё понимают — это же потенциальный стихийный бог, мы не можем проколоться.

— Но вы прокололись, — Павел вытер щёку салфеткой, после тренировки на свежем воздухе он измарался в копоти от магического огня и готовился к баньке. — Шувалов, найди мне его как хочешь, я и так согласился не трогать барона из-за тебя. Если Барятинский что-то замышляет… Не хочу даже думать об этом.

— Ваше Величество, но вы должны понимать: контролировать все действия божества невозможно! Мы в состоянии только наблюдать и негласно направлять…

— Да помню я! — перебил его император, злившийся, что его власти не хватает, чтобы приструнить какого-то мальчишку, пусть и полезного для страны.

Павла со всех сторон окружали враги, как внешние, так и внутренние, потому он и пошёл на компромисс с Барятинским: есть надежда, что в будущем этот юноша поможет в решении важных проблем.

Скандинавский союз наращивал мощь и вовсю пытался призывать Девятых, а у них в империи с этим пока глухо. Рисковать противопоказано! Как только выяснилось, что Артём, или нечто в его сознании, овладел ста процентилями тени, все подозрения только подтвердились.

Разведка давно трубила о несостыковке количества процентилей у барона. Это выяснилось практически сразу через церковь: описание дуэлей чётко фиксировались в докладах Тайной Канцелярии и сопоставить данные не составило труда. При этом хитрый наследник научился каким-то образом обманывать ауроскоп! Первым порывом было пленить и исследовать непонятный феномен, но Шувалов заявился к нему с другим планом.

— Чтобы вырастить своего бога, нужно хотя бы знать, где он! — император скинул с себя рубашку со штанами и голый сел на любезно подставленный графом стул. — Что там по Распутину? Гомункул приходил к нему? — выдохнул он после вспышки гнева и взял себя в руки.

— Нет, Ваше Величество, — пухлый Пётр Иванович самолично поднял разбросанную по полу одежду и передал полотенце, чтобы монарх прикрыл срам. — С прошлого раза всё глухо, как вы и приказали, держим его на границе с поляками.

— Боже, как было проще моему отцу… Никаких тебе богов, знай правь твёрдой рукой, да поднимай империю, — вздохнул Павел. — Клирикрос, Обскуриан, Барятинский или как его там?

— Аластор.

— Да, именно, — император задумался.

Игра шла на слишком большое количество фронтов и не за горами сошествие бога смерти в наш мир. Это вселяло тревогу. В прошлый раз умерли миллионы жителей Земли. Повторять эту историю Павлу никак не хотелось. Если Ломоносова с Барятинским можно было физически уничтожить, то вот гомункул не поддавался слежке, потому что всё время прятался глубоко в тени.

— Не переживайте, всех обязательно найдём. Вопрос времени. У нас больше ресурсов, людей, власти… Что они такое перед волей целого государства? Взбодритесь, Ваше Величество…

— Действуй, Пётр, осталось всего ничего — месяц.

Сборы на «Северную» уже начались. Зелёные хутора наполнялись работниками. Фитоманты со всей России облагораживали территорию, создавая разветвлённую сеть домов на деревьях для будущих расквартированных войск. Вся эта система формировалась в один объединённый «город» для личного состава.

Строительство обходилось в копеечку, но инфраструктура того стоила. Уже много десятков лет она доказывала свою эффективность. Только так можно было собрать большое количество магов на границе с легендарной непобедимой Брешью.

— Тут ещё один момент, — робко вставил Шувалов.

— Что там?

— Желательно, чтобы вы сами известили Григория Ефимовича…

— Хорошо, — устало бросил Павел.

Распутину это придётся не по душе, ведь император полностью потерял к нему доверие и не мог допустить некроманта на штурм «Северной». Если Обскуриан захватит тело лучшей восьмёрки, весь цвет войск Российской империи так и поляжет там в заснеженных полях. Оказаться между богом смерти и порождениями гигантской Бреши — не лучшая перспектива.

План был жесток, но император пёкся только о своих людях. Он не мог допустить развала государства. Если пострадает армия, ничто больше не будет сдерживать иностранных захватчиков от вторжения.

«Пусть лучше эта тварь пробудиться на их территории…»

Он хотел мысленно добавить «и уничтожит сотни тысяч ИХ людей», но запнулся из-за внутренней борьбы совести и долга. Это было осознанное жертвоприношение и будущая кровь всех невинно убиенных навсегда останется на его руках.

Неожиданно в дверь грубо забарабанили, снаружи слышался разговор на повышенных тонах. Стража не хотела пускать странного посетителя. Павел кивнул Шувалову, чтобы посмотрел, кого там принесло.

Придворный положил стопку одежды на ближайшее кресло и с напускной строгостью распахнул двери.

— Что у вас тут происходит?

— У меня донесение Его Величеству, граф, это срочно…

— Впусти его Пётр.

— Вы же не одеты…

— Я сказал впусти, что случилось? — спросил император у смутившегося гонца, молодой человек тактично отвёл взгляд сторону и рассказал новость, повергшую всех в шок.

— Сегодня в пол первого дня нашли тело патриарха Даниила. Его преосвященство был убит магом тени.

После этой фразы Павел VII и Шувалов тревожно переглянулись, подумав об одном и том же.