Глава 3 · Легионеры

«Питомец» выглядел внушительно и его передвижения, усиленные звериными инстинктами были молниеносными, но мои рефлексы выходили за грань человеческих. Поэтому прыжок в тень не заставил себя ждать, а следом помощница-змея обвила всем телом этот комок смертоносных мускулов и прижала к земле, как провинившегося мышонка.

Я смотрел, как пылают бешенством глаза ещё недавнего миролюбивого комочка шерсти, как скрипят в ненависти его зубы и пенится во рту слюна. Покров на всём его теле был распределëн пучками и остановился в росте. Чрезмерное количество мышечной массы не позволило ему восстановиться.

— Получилось? — робко донёсся сзади голос беглеца.

— Если ещё раз подкинешь мне такой «фокус» и я эту хрень вылью на тебя, понял? — строго ответил я ему.

Зверюга могла вырваться и навредить кому-то в усадьбе. Верх тупости ставить здесь эксперименты, а за себя я вообще не боялся.

— Простите, Артём Борисович, больше не повториться, — потупился алхимик.

Я мысленно приказал придушить свирепую тварь и вскоре еë тело с высунутым наружу языком обмякло на досках. Результаты мутации впечатляли. В первый раз я видел такую модификацию живого организма.

«Не считая Артиста, но тот переделывал своё тело, а здесь менялось чужое».

— Мортикант выжил?

— В смысле… А, вы про подопытного, нет, Артём Борисович, мы его сразу убили. Эта штука слишком токсична, я пока не придумал, как убрать бешенство.

— Да, это проблема.

Кратное увеличение объекта в размерах давало преимущество, но контролировать таких тварей было невозможно, а значит и применение подобного зелья ограничено обстоятельствами.

— В целом молодец, что выяснил для чего они, — я держал в руках пробирку и понимал, какая же мощь в ней сосредоточена.

По словам Феликса, больше одной-двух капель не следовало использовать: в противном случае объект умирал, не успевая увеличить остальные органы. Те раздавливались мышечной массой, плюс кровеносная система не справлялась с возникшим объёмом. Ткани не получали питания и некротизировализь. Ну а дальше трупный яд попадал в кровоток.

Долго думать, куда девать тушу я не стал и просто выбросил еë в тень — местные трупоеды найдут ей применение, ещё и спасибо скажут.

— Поможешь мне кое в чём? — я схватил Д’Арманьяка под локоть, когда тот собирался откланяться. — Ты же у нас дока в иллюзиях, мне нужно научиться одному навыку…

Я рассказал ему про скрытие биологического следа и узнал, что для этого потребуется взять двадцать процентилей. Немного больше, чем планировал, но этот навык ключевой в битве с теми же некромантами и сильными мортикантами. Просто так к ним не подберёшься.

Поэтому почти весь день я провёл, обучаясь азам иллюзионистов, создавая различные предметы и меняя свой облик.

— Для вас это пустяк, Артём Борисович, — Феликс явно был польщён вниманием к своим умениями, поэтому радовался успехам «ученика».

Я «навесил» на себя рыцарский доспех и при помощи точек привязки старался, чтобы он смотрелся гармонично. Одно дело статичная иллюзия, а другое — подвижная. Важно чтобы наряд повторял движения хозяина, правильно отбрасывал тень, имел сложную структуру и оттенки, а также различные мелкие детали. Всё это требовало творческого подхода, я бы даже сказал художественного.

До вечера я взял десять процентилей благодаря чудовищному запасу маны и компетентному учителю. Вдруг оказалось, что Феликс хорошо умеет объяснять, поэтому вечером вместо стула я сидел на каменном троне, а мою голову украшал золотистый нимб.

— Богохульство же, Артём! — ткнула в плечо Ривка и попросила убрать его.

Я послушался, но теперь с нимбом сидела она.

— Ведёшь себя как мальчишка.

Я подмигнул Ицхаку, явно довольному происходящим, и набросился на жаркое. По правую руку задумчиво сидела Софи и ковыряла серебряной вилкой спагетти.

Повар, нанятый дворецким, оказался тем ещё затейником и, получив карт-бланш на готовку, с усердием принялся удивлять нового хозяина усадьбы. Стол был завален различной снедью настолько, что даже мне этого будет много.

Семён слишком уж настрощал его, что молодой хозяин крайне прожорлив. Раньше мы всё заказывали в харчевнях, так как Ицхак не успевала одновременно готовить и работать в лавке, а теперь вопрос с едой был закрыт.

Девушки по ходу договорились ночевать со мной через день. При этом одна другой не показывалась на глаза, так что я не успевал выловить их обоих, да и дел было слишком много. Пока не до этого. Подобная рутина приносила мне наслаждение: наконец-то никто не трогает и можно заняться укреплением себя и рода.

Ломоносов в паре с Софи, Ривкой и Ицхаком впрягся в перевод ивритских книг на русский. Эта четвёрка менялась местами за столом и бесперерывно переписывала трактаты по церковной рунической магии. Ваня, если что-то непонятно, поправлял, ведь сам был клириком.

В итоге за полтора месяца этот тандем выдал мне кипу нового материала. Больше семи книг! Это не считая отдельных полуразложившихся свитков.

Дом Гольдштейнов теперь переоборудовали в обычный магазин, а весь товар производился у нас в усадьбе. Таким образом Ривке не приходилось разъезжать туда-сюда из Вологды в Бастион. Достаточно было послать Мамона к Пичуге и бывший контрабандист всё доставлял на своей телеге.

К сожалению, я почти всё время пропадал за созданием атлантов, но в перерывах наслаждался жизнью на полную катушку. Также я оснастил низкопроцентилевой бронёй своё мортиканское воинство.

Сейчас оно было разделено на две части. Теневики искали бреши для церкви, а остальные получили приказ уничтожать мелкие группировки отступников. Тем самым мы очистили Грязовцекий, Кадниковский и Тотемский уезды от присутствия банд.

Я вербовал новичков в своё воинство, полностью доверив управление Кудяблику. Тот на удивление хорошо справлялся. Всего в его подчинении было сто двенадцать боевых единиц. Мой главнокомандующий координировал три больших отряда через голубиную связь и благодаря этому достиг значительных успехов.

Обычно отступники были разрозненны и сбивались в небольшие группы. Поэтому когда на тебя нападает тридцать с лишним хорошо вооружённых магов, шансы выжить минимальны. К тому же лидером одного из отрядов был прожжённый химеролог и по лесам уже прошла молва о беспощадных зубастых монстрах с рыбьими головами. Тела убитых шли на «корм», а сотни пальцев сдавались в Ложу Аничковым. Там такое количество трофеев вызвало фурор: отчëтность поднялась в разы!

Мы хорошо потрепали и оттеснили «нечисть» от границ четырёх уездов, но наш противник тоже не дурак, понял, что надо объединяться под началом могущественных мортикантов и начал сбиваться в гигантские группировки по двести-триста рыл.

Оставалось освободить ещё шесть уездов и вся Вологодская губерния сможет вздохнуть свободно.

— Значит с атлантами ты закончил? — спросила меня Софи, обмакивая губку в тёплой воде и растирая мне спину.

Я сидел в новенькой сияющей белизной ванне и наслаждался шершавыми поглаживаниями по спине и плечам. Ласковые руки девушки знали, как доставить удовольствие.

Недавно я закончил последний пятый цикл создания и поймал себя на мысли, что могу справляться с этим быстрее при одном условии.

«Нужны дополнительные мощности. Ещё один клон сознания».

Увы, но так быстро разбудить его я не мог, так что придётся довольствоваться тем, что имеется.

— Закончил, — ответил я на её вопрос и потянул красавицу на себя.

— Стой, ну ты чего? — возмутилась блондинка, но было уже поздно — теперь она плавала вместе со мной, а и так полупрозрачная сорочка намокла и прилипла к её грудям, ещё больше подчёркивая внушительные формы.

— Прости, не могу больше терпеть, — улыбнулся я поцеловал её в губы, чувствуя сквозь ткань мягкость её тела.

— Я вообще-то хотела с тобой поговорить, — подняв взгляд с моих губ, ответила она.

Её зрачки быстро увеличились, расталкивая серую радужку.

— Я тоже, — моя рука помяла заветные для мужчины мягкости.

— Что-то не похоже, — с сомнением покачала она головой, но сопротивляться не стала, зажмурившись от удовольствия.

— Я уже разговариваю с тобой. Могу перевести с древнеразвратского, — прошептал я ей.

— Пфф, — тут же открыла она глаза и крепко обхватила кое-что под водой, заставив меня напрячься. — А вот это тебе не перевести, полиглот?

После она встала и убрала свои волосы назад, вся обтекая водой и позволяя собой любоваться снизу. Лёгкое движение через голову и её намокший наряд упал на пол, а прелестные ножки вышли из ванной.

— Тебе приглашение нужно? — обернулась она ко мне.

Зрелище было залипательное, но я тут же очнулся и рывком вылез из ванной, всё забрызгав водой, что вызвало у Софи приступ смеха, тут же сменившийся страстью, стоило ей опять оказаться в моих объятиях.

* * *

— О чём хотела поговорить? — отдышавшись и приложившись к чарке с квасом, спросил я её.

Раскрасневшаяся девушка лежала голой на кровати. Одним заходом она не отделалась, так что наше интимное приключение перекочевало в спальню. Внутренним изгибом локтя она прикрывала глаза, а грудь постепенно успокаивалась от тяжёлых вздохов. Наконец, она убрала руку и, выдохнув, потянулась как кошка.

— Мне нужно, чтобы ты помог мне с литературой для фитомантов, — она тоже отпила немного прохладного напитка и снова вернулась на подушку.

— Вот как, — задумчиво кивнул я.

Мы невольно поменялись теперь местами. Раньше она снабжала меня книжками, а теперь моя очередь.

— Я ничего похожего не нашла, но слышала, что у Серапиона в библиотеке есть нужный материал. Сможешь мне выбить местечко?

— Мне самому с трудом оно досталось, но, — я отодвинул руку, чтобы она положила мне голову на грудь, — что-нибудь придумаем, он у меня в долгу.

— Спасибо, — Софи коротко поцеловала меня в щёку и легла обратно.

Все новости по усадьбе и сычовцам она уже пересказала, так что говорить о делах было нечего, да и не хотелось. Поэтому мы просто наслаждадись друг другом пока не заснули, но, как это обычно бывает, все мои наслаждения заканчиваются на пробуждении. Утром я свалился на пол и по привычке вступил в борьбу со своим недугом.

Софи успела проснуться и прыгнула за холодной тряпкой, чтобы прижать еë к моему лбу. В глазах потемнело, но основной напор болезни я поборол. Капельки пота покрыли всë тело, чëрная скверна отступала.

— Что ты здесь делаешь? — раздался сердитый голос Софи.

— Артëм, что с тобой? — тараща глаза, присела рядом со мной Ривка.

— Всë в порядке, сейчас пройдëт, — ответил я и сделал усилие, чтобы присесть на кровать, девушка была сильно напугана.

Когда вся зараза ушла, я сходил в ванну и ополоснулся холодной водой, почувствовав себя омолодившимся. Сейчас все системы организма работали на полную, напитывая ткани кровью. Тело сразу стало здоровым и румяным.

— Это Отчуждение, — ответил я Ривке и коротко объяснил разницу между Сопричастием. — Ты не спала? — спросил я еë посреди рассказа, у девушки под глазами были круги, а коснувшись еë руки, я сразу же прочитал переутомление.

Софи была недовольна визитом соперницы, но вслух ничего не сказала. Видимо, Ривка нарушила их договорëнность.

— Ничего страшного, я только закончила срочный заказ, — отмахнулась она и задумчиво уточнила. — Ты же не собираешься брать потом шестой шаг?

— Собираюсь.

— Ты сумасшедший? — протестующе ударила она меня по бедру. — Не смей этого делать! Ты вообще видел себя со стороны? — на еë лице было написана тревога: губа закушена, брови собрались на переносице, а глаза так и буравят сердито.

— Вынуждена признать, чумазая права — тебе не стоит продолжать, иначе плохо закончишь.

Ривка зыркнула на Софи и подошла к зеркалу, чтобы быстро вытереть замаранную щëку. С ней часто такое бывало, когда заработается. Всë-таки зачарование оружия больше мужская работа.

— Я подумаю, спасибо, что беспокоитесь.

— Ну понятно, — Софи скрестила руки на груди и отвернулась.

— Что, я же согласился? — я не понимающе перевëл взгляд с неë на Ривку и та тоже не особо поверила моим обещаниям.

— У тебя такое лицо, когда ты уже всë решил, — заметила Софи.

— Меня иногда бесит, что ты ни во что не ставишь мнение окружающих, — тоже высказалась Ривка, закончив процедуры с зеркалом. — Мол «да-да, я вас услышал, можете идти в задницу»…

— И всë так вежливо и правдиво, ну да, как же, — дополнила Софи.

— Вы что сговорились? — мне никто не ответил, поэтому пришлось пояснить. — Я ценю ваше мнение, правда.

Ривка в последний раз посмотрелась в зеркало и упорхнула.

— Мне тоже пора, — встав с кровати, торопливо бросила Софи.

Когда они покинули комнату, я пожал плечами и спросил сам себя в слух.

— И какая муха их покусала?

На дворе была середина января и кружил снег. Он так обильно выпал в этом году, что многие ликвидаторы отказывались работать в такую непогоду и из-за этого число Брешей возросло.

Благо мои полумёртвые друзья, зачистив поляну от конкурентов, принялись давить мелкие порталы. Так что местные жители четырёх уездов могли спать спокойно. Клирики каждый день по наводке Кудяблика отправлили процессию на закрытие Бреши.

Всё это приносили мне неслабый такой доход. Покончив с домашними делами, я отправился к Бенкендорфу с последним пятым атлантом для императора. Мой бывший командир в последнее время был завален бумажной работой, поэтому обрадовался, когда я к нему зашёл. Присматривать за мной в Бастионе теперь не требовалось, поэтому он тоже переехал в Вологду.

— Ну, какие новости? — спросил я после того, как он с наслаждением задымил папиросой.

Здание Тайной канцелярии представляло собой спрессованное компактное строение в строгих линиях. Его массивные двери внушали ощущение недоступности, а плотно расположенные окна напоминали глаза, следящие за всем вокруг. Из одного такого «глаза» мы и выглядывали. Александр Христофорович флегматично сбрасывал пепел вниз и рассказывал мне об успешно выполненном плане поставок артефактных наград.

— Император хочет отметить усердие Его Преосвященства, — после этих слов бычок полетел вниз.

— Да, Серапион хорошо постарался.

— Ой, да иди ты, — сморщился Бенкендорф, — знаем мы откуда ноги растут. Лучше вот что скажи, ты сейчас сильно занят?

— А что надо? — деловито поинтересовался я, признаться соскучился по заданиям.

— Да тут такое дело, ублюдки одни захватили целую деревню. Неделю как возвели там самодельную крепость, часть жителей пустили в расход. Всё снегом замело, мы не успеваем — аврал с Брешами. Может, сгоняешь со своими молодчиками?

— Может и сгоняю.

— Мы посылали друида на разведку, их там сотни четыре не меньше. Возьмёшься? Я бы и сам их в бараний рог согнул, но не могу отсюда никак выбраться, работа.

— Хорошо, сделаем.

— Спасибо, Артём, выручил, — он захлопнул сквозившее окно на замок и, взяв меня под руку, повёл по коридору, рассказывая детали, а когда зашли в кабинет, выдал мне самые свежие карты. — Если что надо — обращайся, не тяни.

Деревня оказалась большой. Эмигрировавшие отступники сбились в небольшую армию и вырезали порядка пятидесяти жителей. Остальных выгнали на мороз, забрали собственность и обнесли всё каменными стенами, провозгласив себя легионерами. По кличке некроманта, что их возглавлял.

Вообще, захват населённого пункта это скандал для империи. Обычно некромантское «зверьё» просто разоряло жителей и убегало в леса, но видимо паршивая жизнь в бегах, да ещё и зимой, совсем довела их до ручки. Потому отступники и рады были обзавестись тёплыми избами. В таком большом количестве тесниться по землянкам неудобно, а тут халявные домики — просто приди и отними.

Я же потирал в предвкушении руки — это отличная возможность разжиться кучей обмундирования и до конца зимы закрыть вопрос с «мясом» для мортикантов. Отступники сами себе подписали смертный приговор невиданной жестокостью. К тому же они не взяли заложников, а это фатальная ошибка.

Я велел отдохнувшим сычовцам собираться и раздал указания по хозяйству, пока меня не будет. Усадьба была защищена иллюзорными шестирёнками, а также людьми Бенкендорфа. Тот любезно предоставил их на время моего отсутствия. Первоклассные маги и парочка некромантов до кучи.

Наш крестовый поход лежал через два уезда потому до цели мы добрались только к вечеру и обосновались в небольшом хуторе на ночлег. Староста мигом выдал «военным» всё, что знал о захватчиках и до кучи накинул ещё сведений вперемешку с жалобами на нелёгкую жизнь.

Мои мортиканты передвигались параллельно и пешим ходом. Кудяблик подключил всю сотню бойцов для штурма и разбил их на малые группы, чтобы оставаться незаметными.

Мамон летал туда-сюда, доставляя сведения и передавая команды. Для начала мы послали трёх подсадных мортикантов в качестве разведки и дожидались от них сведений. На рассвете те пришли обратно.

Легионером оказался некромант седьмого шага, а костяк его армии был из семи приспешников пятёрок. Всё остальное — мелкая шушера в виде отступников и мортикантов.

Порядки у них царили строгие: за малейшую провинность выгоняли из стаи, либо пополняли ими коллекцию зомби. Еду добывали местные «друиды», подманивая живность своими навыками, они же занимались и разведкой. Поэтому в случае слишком большого карательного отряда бунтовщики готовы были сделать ноги заранее.

Некроманты пятёрки — это бывшие лидеры вытесненных мной группировок. Усмирив свою гордость, они предпочли выжить под пятой Легионера, чем умереть от рук загадочных лесных карателей.

Всю подручную работу делали убитые жители. Их тела пользовали как кукол, заставляя убираться, таскать тяжести и расчищать дороги от снега. С ними не церемонились и бросали где попало, после того как в их услугах больше не нуждались. Кому надо — подберёт. Из-за зимы трупы почти не гнили и могли использоваться чуть ли не до конца зимы.

Дождавшись сумерек, я приказал своим людям выдвигаться пешим ходом. Соловей и Рюмин внимательно следили за небом, выискивая летунов на бреющим полёте.

Их острое зрение вовремя заметило ястреба. Захар натянул тетиву и зарядил стрелу гравитационной ловушкой. Чем дальше она летела, тем больше формировала вокруг себя конус, способный расплющить живое создание, стоит тому попасть в область действия снаряда.

Так и случилось с друидским шпионом. Он попытался вильнуть в сторону, но его захватило вихревым потоком и перемололо. Операция по взятию Доровицы началась.