Глава 22 · Кровь и пепел

— Куда они делись? — раздался голос за дверью, — Почему никто не сказал, что эта сучка теневик?

— Я думал это его шлюха…

Аничков, сидевший в соседней комнате смотрел в застывшие глаза Кати и медленно прикрыл их пальцами. Дверную ручку снаружи подёргали, но Пётр успел за собой закрыть. Однако это не остановило офицера. Золотистый кноб раскалился докрасна и вскоре замок расплавился.

Внутрь сначала заглянула рука с пистолетом, а потом хищно сощурившийся человек азиатской внешности, кажется то был казах. Он прокрался внутрь и посмотрел вправо-влево, но никого не обнаружил. Аничков в это время навис прямо над ним на своих пепельных щупальцах. Тело Кати лежало за кроватью и с выхода ничего не было видно.

Стрелок хотел было уже уйти, но вдруг притормозил, его широкие ноздри раздулись, улавливая запах железа. Он снова обернулся в сторону кровати и сделал несколько шагов. Там в луже крови застыла черноволосая девушка со скрещенным на груди руками.

— Вот и нашлась сучка, — радостно произнёс себе под нос наëмник и хотел было позвать товарищей, но почувствовал спиной холодное жжение, ослабившее хват кисти, пистолет полетел на пол.

Рот наполнился какой-то рыхлой дрянью, а из груди налётчик увидел окровавленное щупальце. Обмякшее тело пушинкой взлетело под потолок и прилипло к нему. Боли совсем не было. Из-за паралича стрелок не мог позвать на помощь или подать сигнал остальным. Всё что оставалось в его власти — это таращить глаза вниз.

— Джамал? Эй, ты что там возишься? — раздалось снаружи и внутрь заглянул ещё один преступник.

Он так же почувствовал запах крови и прошёлся к кровати. Пленный никак не мог предупредить друга об опасности, но за него это сделала кровь.

Несколько капель из пробитого плеча упали на погоны вошедшего. Офицер перевёл на них недоумённо взгляд, но это было последнее, что он увидел — в затылок ему вонзилось острое серое щупальце и вышло изо рта.

Джамал в страхе зажмурился. Обездвиженный он не мог произнести заклинание, потому что не чувствовал собственных рук, будто их не было. С ним такое впервые!

Дверь скрипнула и открылась. С потолка спустился хозяин пепельной магии и осторожно выглянул наружу. Аничков насчитал всего девять врагов. Двое обеврежены, остальные старались не привлекать внимание гостей и осматривали помещение. Значит, не в их интересах поднимать шумиху. Хорошо.

Пётр снял тело пленника с потолка.

— Ты от Шуйских? — задал он вопрос парализованному врагу, но тот не хотел идти на контакт.

Тогда щупальце утончилось в размере до верёвки, а его острый наконечник залез под кожу возле бедра. Он распарывал мясо и полз вверх к паху, причиняя неимоверные страдания магу огня.

— Я тебе сейчас яйца оторву, — угроза не была на пустом месте, потому что серый «червь» подобрался совсем близко, — моргни два раза если да.

Джамал моргнул и почувствовал, как пепельная дрянь остановилась. Голосовые связки вновь заработали.

— М-мы следили за вами…

— Как?

— Д…друид, тебя узнал один из старых друидов.

— Понятно, давно?

— Не знаю, дня два назад.

Выходит их заметили при проверке катиных слов. Недооценил он охрану лучшего клана страны, какое нелепое совпадение…

Шпионская сеть Шуйских исправно работала вот уже несколько столетий, неудивительно, что среди них оказался человек, когда-то следивший и за Петром. Чёрт.

— Михаил всё ещё во дворце?

— Н-нет, он уехал почти сразу, т-там только Архип.

— Сын?

— Д-да, старший, пожалуйста…

«То есть, они меня даже за угрозу не посчитали⁈»

Аничков посмотрел в глаза своей жертвы и увидел в них страх. Мужчина догадался, что сейчас будет, но отреагировать не успел — щупальце пробило брюшину, проткнуло кишки и добралось до сердца. Смерть была быстрой.

Встав, Пётр вышел в коридор. Некромантское зрение отлично подсвечивало все фигуры в гостинице, поэтому он ленивой походкой миновал спешащих в курилку гостей. Его путь лежал туда, где сейчас рыскал один из налётчиков.

Пётр отлично его видел и входить самому никакой необходимости не было. Вместо этого из рукава вниз спустилось щупальце и проползло под дверью к своей жертве. Со стороны некромант выглядел как прихорашиваюшийся возле зеркала джентльмен.

Как только пепельный «посланник» ужалил мага, тот грохнулся на пол. Пётр вошёл внутрь и закрыл за собой дверь. Парализованный противник не оказал ему никакого сопротивления.

— Мундирчик в самый раз, — хмыкнул некромант, сверяя размеры своего тела со стрелком.

Пётр переоделся и умертвил парня без лишних пыток, пробив тому аккуратно висок, а само тело затолкнул в шкаф. Выйти из знаменитой гостиницы незамеченным не получится.

Он мог бы выпрыгнуть из окна, но тогда прихвостни Шуйских сразу сядут на хвост. Поэтому смена маскарада сработала как надо. Аничков спустился по ступенькам на первый этаж и, отыскав пьяненького Феликса, взял того под локоть.

— Осторожней, сударь, — наливка разлилась на пол, а возмущённый взгляд торгаша с руки переместился на лицо некроманта. — А это ты, — справедливости ради, спутник быстро смекнул и не стал громко удивляться.

— Иди за мной, — прошептал ему Аничков и они неспешно пробрались мимо многочисленных гостей к выходу.

Феликс вернул им верхнюю одежду и вскоре оба отдалились на приличное расстояние от «Славянского базара».

— Может, объяснишь, что происходит? — спросил тот у своего спутника, прикрытого невидимым барьером. — И где Катя, мы что оставим её там?

— Кати больше нет. Слушай сюда, нам надо всё провернуть сейчас.

— Как… В смысле ты спятил? И что значит Кати нет?

— Её убили. Это сейчас не важно, ты должен мне помочь. Много там осталось шестерёнок, нам хватит их на Шуйких?

— Убили… — Феликс остановился, смотря на спутника остекленевшими глазами. — Да, хватит, — ответил он на настойчивый взгляд некроманта, внутри всё сжималось от утраты «воспитанницы».

Д’Арманьяк не мог понять, почему Пётр говорит об этом, как о рядовом событии, ведь он видел, что девушка симпатизировала некроманту, а тот даже глазом не повёл.

— Отлично, иди ищи нам экипаж.

— Ага, да, — понуро кивнул алхимик и потопал к собравшемуся на углу мужичью.

Они вернулись к трактиру, но вышли за насколько поворотов, чтобы спрятаться под покрывалом иллюзий. Друид или кто-то ещё явно наблюдали сейчас за их стоянкой. Поэтому внутрь пробрались незамеченными и забрали свою поклажу с оружием. Пока убийцы обыскивают гостницу, у Аничкова ещё было время самому нанести неожиданный удар Шуйским.

Он не хотел давать им время скрыться из столицы. Другого шанса поквитаться не будет. Поэтому Пëтр потащил за собой иллюзиониста на самую настоящую войну.

— Ты же понимаешь, что у них этого добра навалом? — спросил Феликс, показывая на шестерёнку.

— Да, но для этого у меня есть ты. Ты ведь поможешь? — уточнил у него некромант и дождался утвердительного кивка. — Спасибо, — добавил он, положив руку на плечо бывшего мошенника. — Направляй, а я поведу.

Тёмный маг достал пять соломенных псов и призвал умертвий для подпитки своей пепельной магии. Не успев появиться, твари мигом растворились в огне и серой струёй вошли в тело хозяина.

Рыжий маг обхватил руками шею Петра и вскоре оба взмыли вверх на высоких пепельных ножках. Гигантский «паук» шагнул к ограде дворца. Сейчас их основное оружие это не пятый шага Аничкова, а невидимость пройдохи Феликса.

Шуйские, как пить дать, усилили свою охрану после обнаружения старого врага в столице. Вероятно там за стеной ждут сильные противники седьмого и восьмого шага, но это Петра совсем не волновало. Всё, что он жаждал — это мести.

Судя по поведению убийц, они не знали, что Катя — теневик, а значит и Феликс для них — рядовой маг. Управляющий Барятинских мастерски строил из себя дурачка и никогда не светил своей редкой стихией перед остальными. Аничков рассчитывал на этот эффект неожиданности.

Он видел, как движутся красные комки жизни за оградой, и потому знал, с какого края лучше всего заходить. Пепельные ножки удлинились и это позволило им перешагнуть через забор, но там их встретила сработавшая земляная ловушка.

Сотни острых тонких шипов вспороли почву и взметнулись вверх. «Ходули» спасли от непоправимых травм. Иначе — прощай ноги, никакой некромант не помог бы.

Как только давление на землю пропало, иглы снова всосались обратно. Подобные защитные артефакты стоили целое состояние, но Шуйские не скупились на оборону. Судя по всему, они ещё и предупреждали о своём срабатывании, потому что сюда уже бежало пять враждебно настроенных некромантов.

Аничков ушёл влево. Охрана кинулась осматривать место, где сработала смертоносная ловушка, но там ничего не обнаружилось. Ни крови, ни даже кусочка одежды.

Оставив их разбираться с проблемой, пара вторженцев переместилась поближе к дворцу, точнее к торцовой его части. У парадного входа напряжённо всматривались в темноту трое магов с оголёнными короткими мечами.

Такое поведение показалось странным. Слишком уж много бойцов.

— Они всё знают, ты уверен, что…

— Понял, — некромант прервал шёпот Феликса.

Сомнений не осталось — среди нападавших в гостинице был друид, он и предупредил князя о неудачном покушении, потому охрана так взвинчена, но главная проблема сейчас в другом. Некромантское зрение не работало на сам дворец. Он оказался экранирован иллюзиями.

Там могла быть как целая куча врагов, так и наоборот — никого. Времени гадать не осталось, потому он спросил у Феликса.

— Как сделать разрыв? Найди мне их артефакт.

Но иллюзионист покачал головой.

— Нужен контакт с шестернëй, думаешь это вот так тяп-ляп? Я не знаю, где они зарыты.

Барьер это плохо. Он не позволит попасть внутрь незамеченными.

— Придумай что-нибудь, ты же головастый, ну же.

— Да я пытаюсь, — ответил ему повисший за спиной маг и с тоской обвëл взглядом периметр. — Есть идея, но тебе она не понравится, — выдал он после нервного смешка, а затем объяснил суть.

— Хорошо, сделаем.

— Мама дорогая, ну за что мне это? — сказал сам себе иллюзионист и зажмурился.

Тут было от чего. Аничков выпустил на свободу сразу десять соломенных фигурок. Они превратились в бешеных волков ещё в воздухе и мягко приземлились на лапы, готовые разорвать всех, кто им попадётся на пути.

Чисто физически контролировать такое количество марионеток Пётр не в состоянии, но демидовская «семидесятка» не подвёла. С помощью нового оружия и усилия воли некромант заставил стаю бежать в сторону парадного входа.

Сохраняя зрительный контакт, он внушил своим созданиям одно простое действие — добежать до ближайшей парадной колонны. Орава могла разбрестись по дворцовой территории, нападая на первые попавшиеся цели, но на них всë ещë действовал инстинкт повиновения. Поэтому получилось нанести мощное точечное повреждение.

Некропсы один за другим ударялись лбами в камень, вызвая серию взрывов и оттягивая не себя внимание. Для Феликса этой энергетической помехи оказалось достаточно, чтобы отыскать ближайший иллюзорный артефакт.

— Там, — шепнул он, указывая пальцем в землю.

Пока враги вычисляли, откуда нанесена атака, щупальце пробило морозный грунт и вытащило наружу шестерёнку. К счастью, она не повредилась. После манипуляций Феликса в стене выключился небольшой сегмент иллюзорного барьера, образовав «щëлочку».

— Отлично, — Пётр заглянул внутрь некромантским зрением и понял, где сейчас находится самый охраняемый объект.

Дворец представлял собой неприступную крепость и только сумасшедший полезет сюда без специальных знаний. Даже если ему улыбнëтся удача, не факт, что он сможет выжить.

Аничков это понимал, Феликс тоже, но отступать не вариант. Скоро их хитрость раскроется, а значит расклад сил качнётся в сторону врага.

Пётр пробил щупальцем ближайшее окно на третьем этаже и бросил внутрь умертвие. Эта осторожность оказалась не лишней. Внутри полыхнуло таким жарким пламенем, что оно столбом вырвалось наружу.

Об этой западне он догадался по расположению охраны внутри: не было никого, кто стерёг бы комнаты с окнами — все оттеснились к центру, явно не желая рисковать людскими ресурсами.

Когда искусственное пламя погасло, они ринулись внутрь и выбили огнеупорную дверь. Феликс выбросил очередную использованную шестерёнку и опять активировал морок. Пепельные ножки упëрлись в стены и подняли магов к потолку. Аничков это сделал, чтобы не выдавать своих следов на богатом ковре.

Прямо под ними попытался пробежать залëтный маг, но получил смертоносный укол в темечко. Мужчина не понял, что произошло, и по инерции сделал ещё несколько шагов, рухнув лицом вниз.

Всё это заняло пару секунд и пепельный «паук» стремительно пополз дальше. В доме было порядка тридцати человек, не считая сбившейся в подвале прислуги. Эти никчёмыши не интересовали Аничкова — он знал маршрут и вскоре добрался до просторного танцевального зала.

На входе стоял облачённый в доспех химеролог, подле него в ногах шарилась гигантская крыса-урод с туловищем собаки и тремя хвостами, махающими вразнобой. Они вдруг разом остановились, застыв в воздухе, а ноздри твари раздулись.

— В чём дело Зозо? — насторожился некромант и посмотрел на своего питомца.

Аничков встретился взглядом с химерой и та всеми тремя хвостами указала в его сторону вверх на потолок.

— Он там! Это иллюзия! — истошно заорал страж и выпрастал руку в сторону притаившихся вторженцев.

Из неё вырвалась магическая кислотная сеть, но угодила в люстру. Основной источник освещения погас, а потом на пол рухнула расплавившаяся конструкция с протяжным стеклянным звоном. Хрусталь разлетелся по всем углам, а снизу уже спешила подмога.

Феликс достал из кармана шестерёнку и под шумок сбросил её вниз. Из неë появилась человеческая фигура, протянувшая к химерологу руки. Тот был на чеку и выстрелил магией первым.

Шквальный кислотный огонь поглотил фальшивку, а для Аничкова это была та заветная секунда, благодаря которой он сделал свой ход.

Голову защитника снëс артефакторный горящий меч. Как только химеролог умер, пепельная «рука» вернула оружие в ножны. Крысопëс, кстати, тоже отправился на тот свет после хозяина. Без него он не мог существовать.

«Кто бы мог подумать, что против иллюзионистов эффективны животные с хорошим нюхом? Вот так чуть не просчитались».

Сняв с груди очередную порцию соломенных кукол, Аничков забросил их к врагам внутрь. В этом был свой смысл. Среди приспешников Шуйского неожиданно выискался клирик. Его барьер защищал спрятавшегося сына князя и прежде чем нападать, следует ослабить врага.

Сзади послышались глотки — это Феликс проворно откупорил зубами крышку зелья маны. Отрыгнув, он бросил склянку на пол.

Обороняющиеся десять магов стреляли по забегавшим внутрь и не все некропсы успевали врезаться в барьер. Пётр аккуратно наблюдал за этой вакханалией с верхнего левого угла двери.

Помимо барьера защитники возвели каменную преграду в качестве укрытия, но умертвия всё равно умудрялись еë перепрыгнуть или оббежать. Не всегда магия попадала в спрятанное ядро, потому они ползли к своей цели в обход и удивляли врага детонацией.

«Надо заходить», — поторопил себя Пëтр, подмога из сильных некромантов уже совсем рядом.

— Держись, — приказал он Феликсу и тот, ещё сильней сжал руки.

Три пса отвлекли на себя внимание и вот невидимый пепельный «паук» скользнул по притолоке и дальше закарабкался по стене, удлиняя ножки там, где это надо, чтобы держаться в подвешенном состоянии.

Полнокровный и приосанившийся сын Шуйского обнаружился сразу. Рядом с ним тëрся щуплый маг в лёгкой кожаной броне и держал Архипа под локоть, готовый чуть что защитить своего князя.

Амуниция врага, как и ожидалось, была лучшего качества: у всех «максималки», тоже самое и с оружием. Драться с ними напрямую — большая ошибка. Эти задавят одной только мощью своих стихий, но что-то Петру не нравилось именно в том особом телохранителе.

Клирик уверенно держал барьер и все надежды достать из-под него наследника улетучивались с каждой секундой — у этого монстра просто прорва маны!

Такими темпами враги дождутся подкрепления и расправятся с нападавшими. Похоже, Аничков затащил Феликса на верную гибель. Силы иллюзиониста тоже не бесконечны и рано или поздно морок падёт. Осталась лишь парочка шестерёнок. Да уж, не на такую месть рассчитывал Пëтр. Обидно.

Некромант закрыл глаза и сконцентрировался, приготовившись разрядить весь свой магический арсенал. Может, барьер он не пробьёт, но пол и стены точно обвалит. Авось, напоследок получиться хотя бы ноги переломать князьку.

«Погибать так с музыкой!»

Но раздражающий попутчик похлопал его сзади по плечу, а затем показал пальцем на клирика. Церковник что-то напряжённо говорил своему господину и вскоре младший Шуйский исчез в тени.

«Ясно».

Решили увести из-под обстрела. Стоит отметить, задумка неплохая — заманить нападавших и оставить ни с чем, но они не учли иллюзиониста, потому не знали, что Аничков видел все эти манёвры.

Некромант прополз по потолку за спину оборонявшимся и сбросил почти все оставшие соломенные чучела. Больше ему не надо было их контролировать, потому те устроили в тылу настоящий хаос.

Сам же Пëтр быстренько пролез обратно к выходу и застыл в дверях, внимательно наблюдая за длинным коридором. Вскоре его терпение вознаградилось — теневик выполз наружу, чтобы сменить кластер.

Это был мастер своего дела, вероятно процентилей восемьдесят и даже раненный он сможет спасти своего господина. Поэтому не факт, что выстрел будет летальным с такого большого расстояния.

Но Аничкову не требовалось его убивать — всего лишь попасть капелькой своей пепельной магии. И это удалось. Брызги задели и его, и Архипа Шуйского. Оба снова нырнули в потусторонний мир и побежали прочь из очага драки, не подозревая, что за ними крадётся хищник.

В конце коридора показалась лестница. Пара снова вынырнула на секунду. На втором этаже встретились спешащие некроманты. Теневик появился подле них в одиночку и коротко доложил ситуацию, а затем вернулся к подопечному. Пётр ждал. Он это умел делать.

Далее парочка спустилась на первый этаж и выбежала наружу, покидая дворцовую территорию. Техника пепельной метки подсвечивала обоих в темноте, от неё можно скрыться только на глубинных слоях теней, но маг не стал заморачиваться и тратить лишнюю ману.

Второй его ошибкой стало само бегство. Останься они под защитой клирика и Аничков потерпел бы фиаско, но хитрецы перехитрили самих себя. Отойдя на пару километров, они расслабились и вышли в обычный мир. Обилие медалей святого Георгия позволяло им сохранять ровное дыхание даже после такого изнурительного побега.

Аничков ощутил напряжённость от Феликса, но бывший жулик не издавал ни звука. Так они и шли следом по зимним улицам, пока князь не изволил присесть на одинокую скамью под фонарëм.

— Кажись, оторвались, — раздался гундосый голос наследника. — Почему про подельника ничего не узнали? Грëбанные иллюзии, надо же, — он достал из запахухи серебряный портсигар и с наслаждением затянулся сигаретой, зажжённой от собственной ладони, — но ловко мы их, а?

— Я бы на вашем месте так не радовался, — мрачно подметил телохранитель.

— Брось, хлопцы его на куски сейчас разбирают, падаль мертвяцкая, — он сплюнул крошку табака в снег и с довольным видом откинулся на лавочке.

— Ваш отец такого не одобряет, надо было сразу их убить, ещё в трактире…

— Ну тебя, — отмахнулся Архип. — Зато теперь у нас есть прецедент: нападение Барятинских! Ложа опознает тело, а папенька меня отметит, вот увидишь. Что так, что так сдох бы Аничков как собака. Из всего надо извлекать выгоду, Герман. Потому я на своём месте, а ты на своём, голова, — он с важностью постучал себя по виску, — голова должна работать на опережение.

— По мне так проще убить, — поморщился чахоточный теневик, выдыхая пар и внимательно следя по сторонам. — Эти ваши дворянские игры мне чужды.

— Что кто-то идёт?

— Да нет, что-то в горле першит, — поморщился Герман и оттянул воротник в сторону.

— Как вернёмся, угощю тебя отцовской мадерой, вкуснее вина ты в жизни не пробовал! Герман? — вновь обратился к нему князь. — Что у тебя с лицом?

— А?

Дворянин указал спутнику на нос. Теневик поднёс к нему руку и вытер кровь.

— Переволновался что ли? Хах, — но кровь следом пошла и по краям глаз, стекая слезинками по щекам.

— Штанина! Герман, штанина! — закричал Архип, тыкая пальцем, теневик увидел невесомую серую субстанцию. — Она и на спине, что это? — в панике заголосил дворянин, объёмная серая хтонь колыхалась жуткими ворсинками. — Господи, забирай меня отсюда, Герман, забери! — прокричал князь, в его руке зажёгся девяносто девяти процентилевый меч.

Кровь полилась из ушей теневика, а потом его голова лопнула, забрызгав мозгами наследника Шуйских. Архип очертил пламенный полукруг перед собой и покрепче сжал меч двумя руками, готовый драться до последнего. Он не видел, что пепельная жижа была и на его спине. Вокруг шеи обвилась удавка, затягиваясь всё туже и туже.

— Кх-х-х, сука… Шука где ты⁈ — хрипел князь, пытаясь содрать с себя эту дрянь.

Его руки загорелись чудовищным пламенем, то же самое случилось и со всем телом. Архип полыхал как факел, уничтожая всё вокруг своей стихией. Снег растаял, а лавка превратилась в жалкие угли. Из-под ног валил пар, земля трескалась, но это никак не повредило пепельной материи. Из неё вверх отпочковалась верёвка, ухватившись за нависший фонарный столб.

Тело Архипа взмыло в воздух и он беспомощно задрыгал ногами. Последнее, что увидело его затухающее сознание — это лицо Аничкова.

— Вот ты и сдох как собака.