Глава 10 · Одно целое

— Какого чёрта, Ваня? Ты не мог предупредить, что потерял контроль над телом?

— Ты про что вообще? — не понимающие отложил он в сторону книжку и встал с насиженного места.

Я повернулся к Софи, опустившей глаза в пол.

— Он ничего не знал, это было условием нашей сделки.

— Сделки? Ты заключаешь сделку, не посоветовавшись со мной? И что же ты ему должна отдать взамен?

— Я… Он просто сказал, что ему не сложно подарить мне эти процентили, сама бы я их получала не меньше года! Глупо от такого отказываться, — запротестовала девушка.

— Глупо идти на поводу у сущности, мотивы которой ты даже не знаешь.

— Мне кто-нибудь объяснит, что тут происходит? Клирикрос что-то натворил?

Я посмотрел исподлобья на друга, а потом на девушку.

— Натворил. Твой попутчик обучил Софи магии барьеров.

— Я освоила технику совместных заклинаний, Артём! Мы может приступить к твоим экспериментам хоть сейчас, неужели ты не понимаешь, что я сделала это для тебя?

— С тобой мы потом поговорим, — строго оборвал я её. — Оставь нас, нам надо с Ваней поговорить.

Когда дверь за Софи захлопнулась, я поинтересовался у Клирикроса.

— Зачем тебе это? Чтобы позлить меня?

Божок как назло не хотел являться и упрямо молчал. Как выяснилось, Ваня не помнил моментов захвата собственного тела, а провалы в памяти замещались дымкой сна. Это открытие сильно обеспокоило его.

— Прости, но я должен уехать прямо сейчас, — твёрдо кивнув сам себе, заключил бывший клирик. — Я не могу подвергать опасности твоих родных, да и ты уже достаточно сделал…

— Не дури, — я взял Ваню за плечо, когда он попытался убраться из комнаты. — Ты мне нужен. Я это знаю, ты это знаешь и Клирикрос тоже. Будет проще, если мы сразу договоримся. Давай, появляйся.

Тело Вани никак не реагировало, тогда я решил зайти с козырей.

— Я знаю, как покончить с Ша’Ругом и остальными порождениями. Даю тебе шанс одуматься и тогда мы договоримся, как это сделать быстрей. Иначе, — я подошёл к Ломоносову, практически в упор наблюдая за его зрачками, — я пойду договариваться о перемирии к твоему божественному дружку.

В моих словах был толк, потому что Обскуриан, а точнее его так называемые дети мне уже не были страшны. Атланты — лучшая управа на них, дело лишь за масштабированием. Видимо, что-то в интонациях моего голоса показалось Клирикросу убедительным и вскоре я увидел знакомое голубое сияние.

— Ты пойдёшь на такую гнусность из-за своей гордыни, смертный? — голос бога с первого его пришествия в наш мир претерпел изменения и явившийся миру Клирикрос больше не шокировал всех волнами ужаса, речь стала мягче и тише, но сути это не меняло — создание, захватившее тело Вани, было опасным врагом.

— Ты плохо меня знаешь, но сейчас не об этом. Мне нужны ответы.

— Я помог твоей женщине потому что так захотел. Потому что могу. Что тебе ещё нужно знать? Я бог и поступаю как мне вздумается. Может, мне интересно увидеть вернëшь ли ты чистое целительство?

Точно. Всё, что знал Ваня до этого, теперь было доступно и вездесущему Клирикросу. Он в курсе моих планов на некромантию, но события вне его органов чувств, он проконтролировать не мог, потому не знал, какой эксперимент я сейчас провожу.

— Насколько мне известно, ты виноват в его исчезновении. Почему тогда сам всё не исправишь? — убрав эмоции в сторону, спросил я.

— Для этого мне нужно стать сильнее, — пожал плечами Клирикрос. — Это тело хоть и удобное, но всего лишь тюрьма. Из-за болезни оно никуда не годится, стоит мне вселиться, как человек умрёт от избытка маны.

«То есть, будучи в бесплотном состоянии и деля сознание вместе с Ваней, он как симбионт питается накопленной в лёгких маной — от того и способен надолго оставаться в мире людей. Патология Ломоносова как ключик к чужому миру. Выходит, он и сам не знает, как материализоваться…»

— С чего такая откровенность?

— Я всё равно ничего не могу, — вздохнул бог и показал большим пальцем себе в грудь. — Воля этого человека слишком сильна. Мне проще сотрудничать с иномирцем. Ты ведь почти из нашего племени.

Я непонимающе поднял бровь.

— Не скромничай, — Клирикрос положил руки в карманы и осмотрел комнату так, будто видел её в первый раз. — В нашем мире есть только две стороны: свет и тьма. Остальные стихии — это часть задумки Всевышнего и даже мы, так называемые боги, ничего для него не значим. Ведь мы всего лишь бывшие люди, а он существовал задолго до нас.

— Хочешь сказать, что были и другие боги света и тьмы?

— Конечно были! Но это осталось историей, только вот ты, — он кивнул на меня, — сбой во всём этом. Не должно быть людей со ста процентилями в других стихиях. Что ты такое? Как так получилось, что ты обошёл наши законы, человек? Сто процентилей тени, выдающиеся способности огневика и барьерщика, некромант… И всё в одном человеке? Слабо верится, что ты простой иномирец.

— В детстве много орехов кушал — от того такой и умный.

— Юмор это хорошо, — Клирикрос отвернулся от меня и подошёл посмотреть в окно. — С такой лёгкостью рассуждаешь, как бы убил детей Обскуриана… Девятых, что омыли кровью весь земной шар… Я отдал всё и даже больше чем всё, чтобы только изгнать их. В курсе ли ты, что это я открыл для людей мир тени?

— Нет.

— Теперь ты знаешь, человек, — осанка и вообще всё внешнее в Ване с первого взгляда казались другими, сейчас он был похож на древнего мыслителя, на которого свалился груз прошлого. — Чтобы победить врага, который тебе не по зубам, ты должен понимать его как самого близкого друга. Тебе ли не знать, Аластор?

— Всё верно.

— Вот и я прикоснулся к тьме, чтобы понять Обскуриана. Бреши — это болезнь нашего мира, его подтачивает червь Ша’Руг в поисках выхода из тюрьмы для своего отца. Как яблоко он грызёт ткань мироздания и открывает дыры в другие миры. Туда, где человек никогда не был и не будет. В ответвления с другой логикой существования. Я думал, что изгоняю чудовище, но призвал полчища других, понимаешь, Аластор?

— Что ты ждёшь от меня, сочувствия? Разбирайся в своих грехах сам, а я предупреждаю: не лезь в мою жизнь.

— В праве ли ты угрожать богу?

— Любому кто угрожает моей семье. Всё что я и целое человечество сейчас делает — это исправляет твою ошибку. Может, ты не будешь мешать хотя бы в этом?

— Поэтому я и пришëл на помощь, и если ты не забыл: барьер в Громовце установил я, — Клирикрос повернулся ко мне и строго посмотрел как на какую-то вошь. — За тобой должок. Считай мы в расчёте, но ты не должен изгонять этого смертного.

«Извернулся, гад».

Мне не нравилось, что Клирикрос будет сутками в поместье, но договор есть договор, тем более с богом. Испытывать судьбу в этом плане мне не хотелось, поэтому я подумал, как бы мне использовать создавшуюся ситуацию себе на пользу.

— Хорошо, можешь остаться, но увижу возле Софи — можешь собирать шмотки.

Никто из нас не поверил друг другу, но этого и не нужно было. Ваня вернулся в сознание и ушёл к себе. Я какое-то время сидел в тишине и слушал мерный стук механических часов на стене, но вскоре решил подышать свежим воздухом. Чем дольше я находился в этом мире, тем больше у меня появлялось проблем.

— Привет, Егор, что делаешь? — поздоровался я с мальчуганом, бегавшим туда-сюда по расчищенной от снега дорожке.

— Доброго денёчка, барин! — обернулся ко мне тот и снял шапку-ушанку.

— Надень, — отмахнулся я от него и новый помощник камердинера тут же нахлобучил головной убор обратно и вытер кулаком ползущую на губы соплю.

— Тренируюсь, ваше благородие, хочу стать быстрее, — и снова пробежал взад-вперед.

Я наблюдал, как он быстро перебирает маленькими ногами и думал, что мальчишка больше играется, но вскоре заметил, как вокруг него заискрилось пространство и неожидано тело Егорки молнией промчалось аж до границы приусадебной территории.

Бедолага еле успел затормозить, а если точнее — тело, чертыхаясь, пронеслось по сугробам, но перед этим я увидел зигзаги.

«Успел уклонится от деревьев?»

Третий уровень Бытия дал рассмотреть эти манёвры подробнее. Для простого же человеческого глаза мальчишка был только что рядом со мной, а потом очутился вдалеке.

Я на теневом скольжении быстро доехал до него и увидел, что дело плохо: множественные переломы ребёр, рук и ног — приземлился наш бегун совсем неудачно.

— Лежи смирно, — приказал я ему и коснулся рукой похолодевшей щеки.

— Я поскользнулся, Артём Борисович, я могу ещё показать, — он порывался было встать от шока, но я шикнул на него и запустил процесс излечения, подталкивая внутренние резервы организма к исцелению.

Егорка поморщился, сжав зубы, что есть мочи, но не закричал. Слезы сами собой потекли из его глаз, а лицо покраснело. Я как мог убирал боль, но везде не поспеешь. Постепенно кости вставали как надо, а ткани заживали от разрывов.

— Ещё чуть-чуть потерпи, — подбодрил я сорванца и приказал не двигаться, когда всё закончил.

Нужно было минуты две полежать, прежде чем шевелить конечностями, маны я потратил немало, но здоровье ребёнка важнее.

— Спасибо, Артём-б-сович… — шмыгая носом, начал Егорка.

— Пустяки, а ты неплохо справился с виражом. Кто научил?

— Сам, — сглотнув, ответил пострадавший, при похвале его глаза загорелись. — Нашёл в вашей библиотеке книжку, ну и…

— А место силы?

— А я незаметно подле вас и фурыжил или нельзя было? — со страхом спросил он.

— Нет, но надо было рассказать.

— Я хочу стать самым быстрым. У всех есть магия… У меня тоже будет, Артём Борисович, я буду полезным.

— Будешь, — я вытер ему испарину со лба и велел вставать. — Надо только научится правильному торможению и укрепить тело, — после моих слов Егорка плюхнулся обратно на задницу — ноги не держали его, как после долгой езды на лошади.

— Не могу встать, — беспомощно развёл он руками и тогда я рывком поднял его и усадил себе за спину.

— Держись, сейчас доедем с ветерком, — после этого я показал ему несколько манёвров на теневом скольжении.

Чем-то они были схожи с молниями, только более плавные и с предсказуемой траекторией, тогда как стихия Егорки позволяла в мгновение ока менять направление, но за это колоссально перегружала организм.

Я прогрел его мышцы на ногах лёгким воздействием некромантии и коротко объяснил физику магического передвижения, чтобы он не вляпался в очередную аварию.

Мальчишка действительно был смышлёный, раз сумел без чужой помощи разобраться в азах. Я помнил тот учебник, что мне подарила в своё время Софи, там было в основном про руническую магию, но в качестве введения подробно разъяснялись принципы работы атрибута молнии в системе «Человек-Источник».

Егорка смог правильно отфильтровать информацию и понять, что ему нужно, а что нет. Руны он точно не потянул бы из-за недостатка образования, но вот простую магию смог. Мы сделали ещё несколько попыток и вскоре у мальчишки получилось сделать два коротких рывка и остановиться.

— Получилось! — радостно закричал он и снова плюхнулся в снег, раздался заливистый хохот.

— Поздравляю, — улыбнулся я, — на сегодня хватит, не перетренируйся.

— Ага.

— Ты молодец.

Видимо, близость с абсолютным местом силы и упорство маленького мага сыграли свою роль. Ауроскоп показал пять процентилей стихии молний — при должной практике Егорка преуспеет в увеличении этого числа.

— Слушай, у меня для тебя будет важное задание, секретное, справишься? — спросил я его, когда мы топали обратно в дом.

— Обижаете, Артём Борисович? Хотите, чтобы я тоже закрывал Бреши?

— Нет, с этим пока повременим, — усмехнулся я, — мне нужно, чтобы ты присмотрел за одним человеком. Это очень важно для меня, понимаешь?

— Сделаю, — серьëзно кивнул Егорка. — За кем?

— Старайся не упускать из виду Софи. Особенно, если рядом Ваня.

— Вы её в чём-то подозреваете? — деловито и даже немного нагло поинтересовался мальчишка.

— Скорее беспокоюсь. Не хочу, чтобы с ней случилось что-то плохое. Если ей будет грозить опасность — бегом ко мне, понял? Это и есть задание, сам ни в коем случае не вмешивайся.

— Я всё понял, — кивнул тот и снова вытер скатившуюся соплю. — Я вас не подведу, Артём Борисович.

— И никому об этом ни слова. Это наш с тобой секрет.

Дома я предупредил Аничкова, чтобы на тренировках присматривал за Егоркой, а после зашёл к Софи. Девушка сразу же встала, ловя взглядом каждое выражение моего лица. Руки непроизвольно разгладили платье.

— Прости меня, я такая дура, что не сказала тебе…

— Идём.

Оказавшись наедине в пустующей кузнице, мы какое-то время постояли в тишине Я взял её за подбородок и невольно засмотрелся.

Большие серые глаза, полные невысказанной нежности, робкая россыпь веснушек и чувственная линия губ. При этом серьёзность миловидному лицу придавали ярко выраженные тёмные брови, контрастировавшие с белыми волосами. Она будто сошла с рук Вечного скульптора, перенёсшего красоту природы в человеческое тело.

— Ты как цветок, — сказал я ей, после того как поцеловал, — такой же прекрасный и легкомысленный.

— Артём, — одновременно нахмурилась и покраснела девушка, — Я не глупая, точнее глупая но… В общем, ты понял, не надо тут на меня чувство вины вешать. Так не честно.

— «Глупая, но не глупая» — понял, так и запишем.

Она закатила глаза и догадавшись, что я не собираюсь её мурыжить за произошедшее, мягко коснулась моего плеча.

— Может, попробуем? — и бросила украдкой взгляд.

Мотивы Клирикроса можно искать вечно, но я не видел оснований отказываться.

— Хорошо, посмотрим, что выйдет.

Как выяснилось, Софи сложа руки не сидела и усиленно осваивала руническую фитомантию. Из пятнадцати процентилей она одолела все пять!

Для такого короткого промежутка времени в пару недель это очень быстро. У неё феноменальные когнитивные способности, даже без всяких медитативных техник и исцеляющей магии. Родись она в моём мире в такой же семье, то смогла бы далеко продвинуться, начав тренировки с самого детства, но даже без этого она была очень близка к определению «гений».

При этом Софи сама не осознавала, насколько она способная. Вероятно, я задал слишком высокую планку и девушка чувствовала себя на моём фоне не такой одарённой, но это далеко не так. Удивительно, что в силу каких-то своих принципов, она долго не выбирала стихию, в которой хотела продвигаться.

— Хочу узнать все тонкости до того, как приму решение, — так она объяснила факт отсутствия атрибутов, слишком долго взвешивала каждое решение и от того топталась на месте, подгадывая момент.

Теперь же у неё были все возможные процентили для заполнения и цель в жизни.

Я разложил камни с прошлого эксперимента на полу и спросил девушку.

— Готова?

— Да, — она моментально стала собранной и мы приступили к созданию барьерного мостика.

Эта техника была для меня знакома ещё с прошлого раза, когда Джон подпитывал меня маной во время создания атланта, но вот Софи волновалась и допускала ошибки, поэтому на калибровку всего процесса у нас ушёл где-то час.

— Успокойся, у тебя хорошо получается, — подбодрил я её и объяснил ошибки.

Как выяснилось, контакт с божественной сущностью и с человеком немного разные вещи: Клирикрос мог вмешиваться и поправлять какие-то вещи напрямую, я же выступал только принимающей стороной и терпеливо ждал, когда партнёр освоится в хитросплетениях маны.

Наконец, у нас получилось! Мы проверили эту создавшуюся связь переливом магической энергии — всё работало как часы. Затем, Софи сколдовала несколько рунических заклинаний, улучшая состав почвы в горшке, дав мне почувствовать, как работает её стихия. Тоже самое сделал и я, использовав земельную магию, заставив ту принимать различные формы.

Всё шло хорошо до тех пор, пока я не показал Софи простейшую некромантию.

— Я так выгляжу изнутри? — поразилась девушка, рассматривая в мельчайших деталях ткани и органы своего тела. — А покажи себя, — попросила она и я открыл доступ.

Девушка в страхе дёрнулась и обрушила связь.

— Что это? Что у тебя там в груди⁈ — её руки расстегнули рубашку, но под ней была обычная кожа и ничего не указывало на признаки «болезни».

Она увидела с левой стороны чёрный сгусток, печать размером с кулак. На первом шаге она была не больше монетки. Я давно не придавал этому значения, потому что привык к её увеличению с каждым усилением некромантии.

— Она как живая, боже, Артём.

— Пустяки…

— Никакие не пустяки, я даже не знаю, как это описать! Эта штука — это сама смерть, ведь да?

Она часто видела как скверна пожирает моё тело, но то были внешние проявления, сейчас же Софи коснулась к заразе на ментальном уровне и её потряхивало от увиденного. Да так, что пришлось сделать перерыв и через некромантию и ромашковый чай ослабить взбудораженную нервную систему. Когда ей полегчало мы продолжили.

Второй контакт получился почти сразу. Мы наладили мостик и принялись собирать общее заклинание из трёх стихий. С меня земля и некромантия, с неё — растения. Задача была проста: получить гибрид. Не важно лечение, не лечение, главное — это доказать возможность совместного магического «творчества». А дальше уже пойдут частности.

Я смастерил миниатюрного голема из обычной земли, точную копию Егорки и вживил в него некромантскую целительную сетку, напитанную запасом маны, а Софи вырастила на его голове травяную копну волос, создав аналогичную хаотичную причёску мальца.

— Ух, как настоящий, — заулыбалась девушка, глядя, как искусственный Егорка выхаживает по кузнице.

— Последняя деталь, — вставил я и в труху отсёк металлическим дрыном искусственную руку.

Из места разрыва тут же отпочковалась новая земля, создавая саму себя и так до тех пор пока не появилась последняя фаланга пальца.

— Вот теперь получилось, — согласился я и почувствовал, как девушка взволнованно сжала мою ладонь в своей.