Глава 6

Инстинкты требовали, чтобы я отдёрнул руку. Или хотя бы использовал магию, чтобы защититься. Из цистерны слышался гулкий рёв, который уже очень сложно было считать членораздельной человеческой речью. Скорее всего, Аларак понял, кто оказался рядом с его импровизированной тюрьмой, которую архимаг мог разнести, как карточный домик, всего за пару мгновений. Вот только контролировать себя африканец уже не мог.

Реакция Рыкова оказалась поистине достойной его звания Ратая. Только благодаря тому, что я заранее использовал аспект Жизни и разогнал своё восприятие до предела, мне удалось убрать плечо с дороги Вепря.

Невыносимо медленно сжимались вокруг моей руки уродливые когти. Летел мимо с тягучими матами командир Витязей. Сознание билось в панике, вынуждая меня сделать хоть что-то, чтобы избежать надвигающейся боли. Разум уже вовсю рисовал хлещущую из оторванной руки кровь.

Я ждал.

Ещё в далёком прошлом у меня получилось вывести ряд особенностей у тех, кто принимал мою силу. Были среди них такие, как Бернхард, способные принять много аспектов. Далеко не всегда это было хорошо или давало серьёзное преимущество. Случалось и так, что разумный с пятью аспектами мог служить только обычной батарейкой. Моему генералу повезло, и он обрёл доступ к Эфиру. Но шанс на это был очень призрачным.

С каждым следующим аспектом тело сложнее принимало новый вид энергии. В этом отношении семья Разумовских была поистине уникальной и настолько близкой к Вершителям, что в это сложно было поверить. Моей семье не хватало только знаний, чтобы обрести истинное могущество. Знаний и запаса энергии, который в современном мире не могли дать даже несколько аномалий вместе взятые.

В разы чаще случалось так, что больше одного-двух аспектов принять носитель не мог. Ему просто не хватало на это выносливости и выдержки. Из таких служителей получались очень сильные маги, которым Вершители могли передавать управление каким-либо аспектом на поле боя. Но был ещё один вариант, который встречался в разы реже — это завершённый дар.

Иногда рождались одарённые, предназначенные для сочетания двух или трёх аспектов. Последних я встречал за свою жизнь всего пятерых. Двоек было больше, но не особенно сильно. Аларак оказался одним из таких. Тем, чей Источник был предназначен для управления Водой и Смертью.

Когти африканца наконец коснулись моей кожи и начали медленно погружаться в неё. Я видел, как проступила первая капля крови. Она попыталась стечь на землю, но практически мгновенно впиталась в уродливый жёлтый коготь. А потом из цистерны раздался дикий, полный боли и отчаяния вой.

Время разом вернулось к нормальной скорости. Ударился о землю Вепрь. Сорвались со своих мест Мастера из оцепления. Они отреагировали всего на мгновение позже, чем их командир, но этого оказалось мало. Скорее всего, Рыков ещё пройдётся сегодня по их подготовке. Темнота в дырках корпуса цистерны расцвела серым и голубым. Со скрипом выгнулась крышка бочки. Звонко лопнул запорный механизм из толстой балки и крышка улетела в небо, будто ей выстрелили из пушки.

— Твою мать! — подскакивая с земли, рыкнул Вепрь. Он зло зыркнул на меня, но я даже не повернулся. Ратай точно сумел понять, что это я уклонился, а не он промазал во время броска. — К бою!

— Нет, — произнёс я и бегущие к нам Витязи напоролись на стену ставшего непроницаемым воздуха. — Всё в порядке.

В этот момент сверху послышался гул и в десятке метров от нас рухнула на землю крышка цистерны. Сияние двух аспектов в цистерне начало угасать и я пошёл к небольшой лесенке, чтобы забраться наверх. А когда оказался у люка, сердито посмотрел вниз.

— Вылезай! — требовательно произнёс я.

— Нет! — секунду спустя послышался усиленный эхом ответ из темноты. Голос Аларака звучал вполне нормально и похоже африканец сам этому порядком удивился. Поэтому продолжил уже не так уверенно, словно прислушиваясь к себе и своим реакциям. — Нет. Кот останется здесь, чтобы никому не причинить вреда. Кот чуть не убил Змея, князь. Еле успел доползти до этой бочки.

— Вылезай, — повторил я и чуть надавил голосом. — Тебе нужно привыкать к своей силе. Я не смогу постоянно быть рядом.

— Князь… — умоляюще простонал африканец, но я даже отвечать не стал. Просто спрыгнул на землю.

— Принесите воды, — приказал я Рыкову.

— Цистерну? — тут же уточнил Ратай. — У нас другой нет, но можем из шлангов…

— Бутылку, — усмехнулся я. — Или кружку. Пить хочется.

— А он? — выразительно покосившись на цистерну, уточнил Вепрь.

— Он уже напился, — ответил я. Аларак наконец решился и полез на свет. Из тёмного провала люка появилась и уцепилась за край когтистая рука. Я услышал, как побежали по цепочке Витязей перешёптывания. Они все любили своего мага, которые не раз выручал бригаду в самых тяжёлых ситуация. И всем им было тяжело видеть Кота в таком ужасном состоянии. Но тут общие ожидания не оправдались.

— Ого… — первым пришёл в себя Змей. — Это ты так отожрался на казённой воде, Котяра?

— От вас дождёшься… — недовольно проворчал архимаг. Он с трудом распрямился и с удивлением осмотрел свои руки, в пальцы которых на глазах прятались когти, возвращая им привычные человеческие очертания. Они были почти такими же, как в день поглощения энергии трупника. Чёрная блестящая кожа покрывала могучие мускулы. По сравнению с той мумией, которую увозили из моего имения, Аларак прибавил в весе килограммов восемьдесят. Однако, этот эффект был временный. — Даже воды для бедного Кота зажали. Пришлось скважину под цистерной пробивать.

— Так это из-за тебя на всей базе воды нет⁈ — зло спросил Рыков. — Возвращай обратно всё, головешка!

— Кот не может, — развёл могучими руками Аларак и от удовольствия неудержимо расхохотался. — Нечего возвращать. В дело вся водица пошла. Но Кот может постараться и немного вернуть, командир. Тебе лично. Надо?

— Поостри мне ещё! — грубо ответил Вепрь, хотя я видел, что Ратай практически счастлив от того, что его маг вернулся в строй, да ещё и в нормальном человеческом виде. — Из-за этой твоей магии, совсем с ума сошёл!

— Это не магия Кота, — легко и непринуждённо спрыгнув на землю, хмыкнул в ответ архимаг. — Вернее, не совсем Кота. Но Кот рад, что снова стал прежним!

— Это ненадолго, — сразу предупредил я и все вокруг, от обычных дружинников до Ратая, разом помрачнели. — Вода уйдёт, если ты её не остановишь.

— Когда? — только и смог выдохнуть Аларак.

— Через день или два, — направляясь к машине, где меня ждали Полоз и Ежа, ответил я. — Но в следующий раз несколько тонн воды тебе не помогут вернуться в нормальное состояние.

— Тогда что мне делать, ваша светлость? — поспешно топая за мной, спросил Кот.

— Вода изменчива, — ответил я. — Смерть более стабильна и постоянна. У тебя очень редкий дар, Аларак. Ты можешь управлять огромными объёмами воды, убивающей всё, чего бы она не коснулась. Но ты должен понимать, что эта вода изначально мертва. Она не может дать жизнь. Поэтому ей тяжело в твоём живом теле, и она стремится превратить его во что-то привычное. Дай ей возможность это сделать там, где это не имеет для тебя критического значения.

— А если везде важно? — очень серьёзно уточнил африканец. — Кот красив и очень хорош собой. Не хочется убивать любую его часть…

— Тогда добавь себе красоты, — садясь в машину, усмехнулся я. — Шрамы украшают мужчин, если у них нет денег, чтобы их убрать. Каждый шрам — мёртвая линия на твоей коже. Направь уходящую воду в нужном направлении, и она всё сделает сама. Ещё пару раз я смогу тебе помочь без вреда для нас обоих, но потом всё станет сильно сложнее.

— Князь, — придержав дверь, которую я уже начал закрывать, произнёс Аларак. — Кот всё понял и начнёт делать уже сейчас. У Кота еще вопрос.

— Слушаю, — спокойно ответил я.

— Когда Кот хотел оторвать тебе руку, — начал африканец и даже сбился от охвативших его эмоций. — Когда Кот почти сомкнул когти, во мне уже почти не было разума. Кот мог искалечить тебя, князь. Почему ты не дрогнул?

— Потому что это именно я дал тебе эту силу, — спокойно произнёс я. — И знаю, что ты не мог причинить мне вред. Таковы правила, Аларак. Это навсегда. И ещё потому, что один бы ты не смог справиться со своей жаждой. Одна капля моей крови, по сравнению с гибелью части дружины, не такая уж большая цена.

— Спасибо, князь, — низко поклонился архимаг. — Кот запомнит твои слова. Навсегда.

— Не откладывай, — посоветовал я и повернулся к Полозу, сидевшему за рулём. — Поехали в Себыкино, Андрей.

Я откинулся в кресле и расслабленно уставился в окно. Ехать было около часа и я планировал провести это время в походной медитации. Раз пока не было возможности полноценно работать с телом, то стоило хотя бы излишки после спонтанных нагрузок убирать вовремя.

Я начал разбирать на части свободные эманации энергий, застрявших в энергоканалах и очищать от них организм. Что-то сразу сжигал, а что-то приходилось выводить за пределы тела. От рук и ног перешёл к туловищу и постепенно добрался до Источника. Когда ядро своей силы очистил от шелухи, даже скорость движения маны стала выше почти в два раза.

Расслабленное наблюдение за структурой дара позволяло видеть его в полном объёме. Вот связи со сферами разума. Прочные и однородные, они были основой моего роста и развития в будущем. Вот канал связи с Алараком. Африканец стал первым носителем моей силы и прямо сейчас, следуя моему совету, занимался стабилизацией. Вот связь с Антипом, которая ещё завершала этап формирования, но уже сейчас была в несколько раз толще всех остальных каналов Источника. Вот сеть мелких линий, связывавших меня с родовой сетью. Я даже тонкую золотую нить, уходящую в аномальную зону, сумел обнаружить. От неё пахло эфиром и свежим ветром. Семикрылый. А потом мой внутренний взгляд споткнулся о едва заметную полосу оранжевого тумана. И словно в ответ на моё внимание, эта полоса начала оживать.

Африка

Юго-восточное побережье о. Виктория

Ганс фон Ведель, ягдмастер Его Императорского Величества Фердинанда II, командир спецотряда «Шварцхунды» наблюдал за результатами устроенного его отрядом побоища, привычно перекатываясь с носка на каблук. Так ему всегда лучше думалось.

Посреди тропического леса образовалась дымящаяся прогалина — прямо в том месте где на них выскочила стая Кровавых уакари — так местные называли тварей, у которых явно в прародителях были обезьяны. Аспект Смерти, третий ранг, эти твари со светящимися в темноте красными глазами, обычно нападали с деревьев. Ну, если им это позволяли.

Вот только ягдмастера были элитой армии Австрийской Империи. Именно глядя на них, в Российской Империи появились егеря — жалкое подобие настоящих бойцов с аномальными тварями. И сейчас, как и всегда, лучшие бойцы Империи не сплоховали.

Маги отряда буквально испепелили стаю тварей, не позволив им приблизиться на расстояние действия их чрезвычайно мерзкой магии, которая парализовала жертву, после чего уакари набрасывались на неё и пожирали живьем.

— Эйсенлёв, мы закончили, — уважительно поклонился подошедший к фон Веделю гросмайстер Крейст — командир группы поддержки, сильнейший из «частично-одаренных» бойцов его отряда.

Именно эти бойцы, среди которых не было никого ниже ранга кемпфера, зачищали за магами территорию, прикрывали их спины в бою и походе, а также прислуживали господам магам на отдыхе, оберегая их покой.

— Хорошо, Эбер, — кивнул фон Ведель. — Организуйте периметр, мы здесь немного задержимся. Привал полчаса! — громко продублировал он приказ для остальных.

— Слушаюсь, — еще один поклон, Крейст удалился, тут же послышались его короткие рубленые команды.

Ягдмастера засуетились, каждый из них знал, что делать. Поддержка, разбежалась обеспечивать периметр, некоторые скинули тяжелые наплечные рюкзаки, чтобы достать продукты для быстрого перекуса. Кто-то из магов аспекта Огня вызвал на руке пламя, подогревая в металлической кружке остывший кофе.

— Что-то чувствуешь, Эйсенлёв? — на этот раз к фон Веделю подошел его заместитель, Фриц Форбек.

Будучи полной противоположностью друг другу, они, тем не менее, смогли найти общий язык и сформировать чрезвычайно мощный тандем. Львиная доля успеха «Шварцхундов» была достигнута именно благодаря невероятной синергии этой талантливой пары командиров.

Фон Ведель, имеющий позывной Эйсенлёв, что переводилось как «Железный Лев» был одаренным с двойным аспектом — Земли и Жизни — невероятно «крепкое» сочетание, владельца которого практически невозможно было не только убить, но и нанести хоть какое-то повреждение. Тем более того, кто хорошо развил оба аспекта. А фон Ведель развил их до уровня архимага и выражение «за каменной стеной» в полной мере относилось к этому талантливому одаренному, когда он вступал в бой. Когда нужно, Эйсенлёв сражался в первых рядах, несмотря на свой статус, а уже за его спиной стоял практически весь его отряд, чувствуя себя под защитой своего непоколебимого командира.

Фриц Форбек также имел два аспекта. И это были Воздух и Тьма, которые он развил до круга Магистра, имея в них по два ранга. А его прозвище Нахталь происходило от ночной птицы — далекой родственницы совы и четко отражало хитрость и изобретательность ягдмастера.

И вдвоем они творили чудеса на поле боя, а их подчиненные буквально боготворили своих командиров.

— Нет, Нахталь, абсолютно ничего необычного. Ты?

— Тоже нет, — покачал головой Форбек.

Их нынешняя задача была, как обычно сложной — практически невыполнимой. Найти и вытащить на «большую землю» родовую бригаду герцога Шварцкопфа — родственника самого Императора, ушедшую к самому эпицентру Африки. Да, фон Ведель прекрасно знал эту одну из самых эффективных бригад Империи и многих из её офицеров лично. И нет, ягдмастера не служба спасения для всех желающих. Дело тут было не в близости рода Шварцкопфа к Императору, а в одном важном задании, которое они выполняли. Сейчас путь отряда 'Шварцхунды’лежал в глубину Черного континента, по следу пропавшей родовой бригады сейчас шли две тысячи, возможно лучших, воинов Австрийской Империи.

К слову сказать, по простым делам, с которым могли справиться наемники, либо родовые бригады, подразделения ягдмастеров типа «Шварцхундов» из столицы Империи не дергали. Да, так получилось, что в Европе не было аномалий и основная работа ягдмастеров проходила на Чёрном континенте, либо же в других дружественных (или не очень) государствах — смотря с какой целью их туда направляли. Но кто хорошо работает — тот хорошо отдыхает, а лучший отдых был, конечно же, в столице их могучей Империи. Тем более, что «мозговые блоки» ягдмастерам не ставили, их обработка была более сложной (и дорогостоящей), хотя и не такой долгоиграющей. Но, по-крайней мере, у них в отряде были менталисты, на которых в Африке не работали обычные блоки, а вот спецподготовка ягдмастеров, наоборот, позволяла магам с аспектом Ментала не сойти с ума на аномальном континенте.

Земля молчала. Воздух молчал. Другие аспекты тоже не показывали ничего странного — ну, кроме обычной активности в аномальной зоне. Именно поэтому фон Ведель дал приказ сделать привал.

Он втянул аромат кофе и уже предвкушал, как выпьет кружечку, когда раздался громкий, встревоженный крик пространственника отряда. А сразу после этого, прямо внутри защищенного периметра группы «Шварцхунды» открылся портал, из которого в буквальном смысле этого слова выпал человек…

Грязный, рваный камуфляж с гербом рода Шварцкопф не оставлял сомнений в принадлежности этого человека. Кажется, фон Ведель даже знал его лично — это был один из офицеров родовой бригады, одаренный. И этот одаренный, кажется, сейчас был полностью безумен.

— Они должны узнать… Они обязаны всё узнать… — прохрипел человек, скребя по земле скрюченными окровавленными пальцами, на которых уже не осталось ногтей.

И тут, одновременно, все четыре менталиста «Шварцхундов» дико взвыли от нестерпимой боли, мешками оседая на землю…