Глава 7

Разум моментально перешёл в режим обороны. Я упаковал опасную зону в десяток слоёв защиты на основе разных стихий, но практически сразу понял, что не успеваю. Что бы это ни было, но заблокировать этот туман у меня не получилось. Он просочился сквозь все мои барьеры и начал распространяться внутри Источника.

— Стой! — напряженно произнёс я и Полоз без раздумий ударил по тормозам. Сидевший рядом с водителем Ежа резко обернулся и вопросительно посмотрел на меня. А я не знал, что ответить дружинникам.

Туман исчез. Охватив весь Источник, сияние просто растворилось без малейшего следа. Без вреда или каких-то позитивных эффектов. Просто исчезло и это было очень и очень плохо. Хотя бы потому, что я не понимал, что произошло. А ещё у меня сложилось отчётливое ощущение, что туман растворился не по своей воле. Ему приказали. И это было ещё хуже.

Это означало, что кто-то мог спокойно наблюдать за мной и моими действиями со стороны. Кто-то настолько могущественный, что я ни разу даже не ощутил чужого присутствия в средоточии собственной силы.

— Стоп… — сосредоточенно уставившись в пространство перед собой, произнёс я.

— Что случилось, ваша светлость? — осторожно спросил Андрей. — Мы можем вам чем-то помочь?

— Нет, парни, — покачал головой я. До Себыкино оставалось не больше пары километров и я решительно открыл дверь. — Ждите меня в посёлке. Я остаток пути прогуляюсь. Нужно немного проветриться. Предупредите Олега Дмитриевича, что я скоро приду.

— Сопровождение? — поинтересовался Ежа и я отрицательно покачал головой.

Машина тронулась с места, как только я вышел. Дружинники уехали, а я остался посреди просёлочной дороги с полным ощущением того, что оказался на пороге очень неприятного открытия. Но так ли это было на самом деле?

Я не ощущал в себе следов Ментала или каких-то управляющих заклинаний на основе других аспектов. Никаких повреждений странный туман не оставил. Просто растворился, как только я его заметил. То есть, он ощутил внимание и самоликвидировался. Чему могла служить такая слабая закладка?

Она не могла взять меня под контроль. Для этого нужна другая структура и мощность, которую заложить в этот туман было просто невозможно. Закладка не могла в полной мере сообщать обо мне какие-то данные. У неё не было связи с внешним миром. Никакой. А ещё можно было наверняка сказать, что этот туман не мог быть для меня опасным. Мощность и структура сопряжений уже сейчас были в десятки раз слабее, чем связки моего Источника. Для подобных вещей нужно, как минимум, равенство потенциалов, а здесь этим даже не пахло. Что тогда?

Ноги настойчиво несли меня в сторону Себыкино. Разум отслеживал происходящее вокруг, но не особенно внимательно. Потому что я был полностью сосредоточен на решении внезапно возникшей загадки. Оранжевый цвет энергии странного образования мог принадлежать двум аспектам. Огню или Пространству. В последнее верилось больше, потому что Огонь я мог прочувствовать очень точно. А ещё Пространство пока было единственной силой, которой я не мог в полной мере противодействовать. Нужна была длительная подготовка и стоило признать, что любой магистр этого аспекта мог запросто раскатать меня в тонкий блин. Если, конечно, я не доберусь до него раньше.

В сухом остатке у меня оставалось довольно странное и на сто процентов безвредное воздействие, суть которого невозможно было определить. К моменту, когда я дошёл до границы посёлка, единственный доступный вывод был сделан и я уже выработал план действий.

Облако энергии аспекта Пространства лежало на дне моего Источника очень давно и никак себя не проявляло, пока я его не обнаружил. Следовательно, можно было предположить, что эта структура нужна была для того, чтобы сообщить о… чём? О моём текущем состоянии, или о том, что я сумел обнаружить эту закладку? А самое главное — кому ушла эта информация?

В то, что пространственный маяк оставил кто-то из моих врагов, мне верилось очень слабо. Для этого нужно было предпринять очень много усилий, который еле живой княжич из погибающего опального рода просто не заслуживал. А потом я ни разу не находился в беспамятстве при посторонних и не терял сознания в опасных местах, где мне мог кто-то навредить. Единственным исключением был бой с чарыгами, после которого меня спас семикрылый. Но я откровенно сомневался, что на тот момент эстайр или хозяин этих тварей был заинтересован во мне до такой степени, чтобы пойти на такие тонкие и почти бессмысленные манипуляции. Ну а в то, что это сделал сокол мне вообще не верилось. К тому же, золотая эфирная нить к этому существу была открыта и заметна. Правда, только для меня одного.

Я почти дошёл до первых домиков, когда впереди раздался мощный взрыв. А потом ещё один и ещё…

— Ура! Поздравляем, Ярослав Константинович!!! — грянули впереди счастливые вопли жителей главного населённого пункта моей территории. Из окон домов выставили плакаты, а из всех прилегающих улиц высыпала гурьба людей. Кто-то размахивал руками, а кто-то просто радостно орал от избытка чувств.

Бах! Бах-ба-бах!!!

Грянула ещё одна серия взрывов и над посёлком расцвели разноцветные огни.

— Фейерверк… — едва слышно выдохнул я и незаметно развеял пару боевых заклятий, которые успели возникнуть у меня на кончиках пальцев. — Всего лишь фейерверк.

— Здравствуйте, ваша светлость! — вышел ко мне из толпы Пескарёв. Усатый глава посёлка лучился радостью и мне пришлось ответить ему такой же улыбкой.

— Здравствуйте, Олег Дмитриевич! — произнёс я и, быстро пробежавшись глазами по многочисленным плакатам, добавил. — Благодарю вас всех за то, что решили отметить блестящие результаты нашей обороны и общих усилий. Надеюсь, в скором времени жизнь выйдет на новый виток и род Разумовских, при вашей поддержке, станет одним из самых сильных в Российской Империи!

— Ура!!! — нестройно, но очень душевно выкрикнула толпа людей.

Я помахал всем рукой и, подхватив Пескарёва за локоть, направился к сортировочному цеху. Глава Себыкино очень быстро понял, что я не настроен на празднование и, как обычно, приехал по делам. Олег Дмитриевич вздохнул и тоскливо посмотрел в сторону жилой зоны, где уже готовились продолжить праздник его подчинённые.

— Мы ненадолго, — заметив этот взгляд, произнёс я. — Как обстановка на рынке аномальных ингредиентов, Олег Дмитриевич?

— Предсказуемо плохо, ваша светлость, — пожал плечами Пескарёв. — Ниже цены были только лет пятнадцать назад, когда сломалась на месяц вся система приёма добычи в имперских структурах. Но там понятно — сотрудники просто боялись переплатить, поэтому брали всё по минимальным тарифам. А сейчас просто добычи слишком много на рынке. Шутка ли — из шести аномалий везли.

— В других много набрать точно не успели, — возразил я. — Там всего пара дней прошла и один выход чудовищ.

— Тогда падение долго не продлится. Мне придержать тёмную эссенцию? — посмотрел на меня глава Себыкино.

— А уже нашёлся покупатель? — удивлённо спросил я. О том, что мы заготавливаем этот ценный ресурс, знали очень немногие. Как и об истинной роли рода Разумовских в защите владений князя Антипова.

— Воронцовы, — невозмутимо ответил мой собеседник. — Мне граф Калинин звонил. Он с вами никак связаться не может. Никто не может. Просил передать, что уже завершил переговоры по тому вопросу, который вы обсуждали на приёме у губернатора. Сказал, что правление приняло положительное решение. И попросил передать вам, что ждёт звонка, чтобы утрясти последние формальности.

— Вот как? — хмыкнул я. Это была очень хорошая новость. Я думал, что светлейшему князю Воронцову потребуется не одна неделя, чтобы решиться отпустить одного из своих ключевых специалистов. Похоже, артефактный дом был заинтересован в сотрудничестве со мной значительно сильнее, чем я думал раньше. Стоило сегодня же заняться составлением списка дополнительных требований, чтобы не продешевить. Может где-то меня и развернут, но лучше так, чем потом сожалеть о недополученной прибыли. — Замечательно. Насчёт эссенции тоже предложение Калинина?

— Да, Ярослав Константинович, — кивнул Пескарёв. К этому моменту мы добрались до входа на производственную площадку и остановились у входа в основной ангар. Олег Дмитриевич открыл двери и показал мне на стоящие в стороне бочки. С виду самые обычные. — Александр Викторович сказал, что может выкупить весь имеющийся у нас объём по рыночной цене начала года.

— И сколько это? — поинтересовался я.

— Много, — очень серьёзно ответил Пескарёв. — Если у вас нет других планов на это вещество, то я бы рекомендовал согласиться на предложение графа, ваша светлость. В начале года цена на эссенцию Тьмы была самой высокой за последние годы. Все чудовища этого аспекта внезапно пропали и даже глубокие рейды не могли добыть нужные материалы. Тогда цена взлетела до десяти тысяч за литр вещества.

— А у нас его сколько? — глядя на ряд бочек, рассеянно уточнил я. Мысли крутились вокруг слов собеседника о событиях начала года. Я тоже помнил, что тогда проскакивала информация о странных переменах в аномальных зонах. Тяжёлые аспекты действительно встречались не так часто, но всё же были равномерно распределены по всей территории аномальных зон. Вполне возможно, что подготовка к недавнему гону началась значительно раньше, чем я думал. А многое ещё удивлялись количеству тёмных монстров в свите эстайра. Похоже, ответ на этот вопрос нашёлся чисто случайно.

— На данный момент готово около семи сотен литров, Ярослав Константинович, — чётко ответил глава производства. — Сможем сделать ещё триста. Остальной материал из того, что притащили с поля боя, уже не годится для переработки. Слишком много посторонних примесей. Очистка будет слишком дорогой и нецелесообразной.

— Мы сами можем для чего-то применить это сырьё? — прежде чем принимать окончательное решение, уточнил я.

— Нет, — уверенно ответил мой собеседник. — И не факт, что сможем в будущем. Если только у вас случайно нет в распоряжении нескольких заводов по производству материалов для защиты от тяжёлых аспектов.

— Таких пока нет, — улыбнулся я и Пескарёв понимающе кивнул. Я заметил, что он был полностью серьёзен, когда говорил о заводах. Будто я мог незаметно где-то раздобыть несколько производств за время гона. И тут я вспомнил об изначальной причине своего визита в Себыкино. — Зато есть большая складская территория в Подмосковье.

— Уж не та ли это зона, которую забрали у Веги Пожарские? — удивлённо округлил глаза Олег Дмитриевич.

— Она, — подтвердил я. — Евгений Александрович лично сообщил мне, что возвращает эти активы роду Разумовских.

— Ох-ох… — неприязненно покачал головой Олег Дмитриевич и я немного удивился его реакции. Глава Себыкино это заметил и жестом пригласил меня пройти в дальнюю часть ангара, где находился его кабинет. — А вы вообще в курсе, что это за территория, Ярослав Константинович?

— Знаю, что она располагается на удобном пересечении важных трасс, — ответил я. — Ещё знаю, что Вега там работала долгое время и проблем никаких не было. Москва рядом, площадь достаточно большая, чтобы разместить пару производств, если это понадобится.

— И восемь враждебных родов по периметру, — добавил Пескарёв. — Смотрите, Ярослав Константинович.

Олег включил компьютер и открыл на нём карту Московской Области. Нужный участок глава Себыкино нашёл достаточно быстро и я увидел огромную асфальтированную территорию, на которой виднелись горбы множества ангаров и складов.

Через несколько секунд, поняв, что я в полной мере изучил расположение зданий, Олег уменьшил масштаб и складская территория разом превратилась в небольшой серый квадратик, окружённый полосами зелени и нитками дорог.

— Трасса Тверь-Москва, — взяв в руки ручку, тоном школьного учителя произнёс Пескарёв. — Одна из самых оживлённых и качественно оснащённых в северном направлении. Контролируется родом Парсовых — это большая семья, которая последние три поколения очень… негативно относится к Разумовским.

— Враждуют, — правильно обозначил настоящее положение дел я. — Насколько я помню, в период власти моего деда, конфликт дошёл до такой степени, что в него вмешался Император. С тех пор между семьями установлен холодный нейтралитет.

— Который не мешает гадить по большим и маленьким поводам, — кивнул Олег. — Дальше. К западу от площадки находятся земли графов Горуновых. Они являются крупным поставщиком продовольствия в столицу.

— И тоже не ладят с Разумовскими, — кивнул я. Пескарёв нарисовал мышкой зоны ответственности Парсовых и Горуновых, а потом добавил к ним третью линию. — Региональная дорога, которая выходит на трассы восточного направления. Тут особых проблем нет. Разве что большой кусок придорожных территорий принадлежит графу Пелюзину. Поговаривают, что он довольно неприятный человек.

— Знаком, — коротко ответил я. — Там красную линию тоже добавьте, Олег Дмитриевич. Что ещё?

— Ещё? — задумчиво глядя на карту, произнёс Пескарёв. — Ещё там куча мелких проблем и всевозможных вредителей, которые готовы на многое, чтобы просто развлечься. Часто последствиями таких развлечений становятся повреждения зданий и техники. А, ещё неподалёку находится полигон родовой дружины князя Полынина. Когда-то он был партнёром вашего отца, но они разошлись в разные стороны, когда Полынин решил использовать совместные доходы на свои нужды. Константин Александрович тогда ещё сумел вернуть средства корпорации через высший суд и Полынина лишили половины имущества в столице.

Я тяжело вздохнул, взял у собеседника мышку и завершил рисунок. Получалось, что переданные мне земли находились в плотном кольце проблем. Маловероятно, что подобное положение дел беспокоило светлейшего князя Пожарского. Я даже допускал, что Евгений Александрович вообще не был в курсе сложной обстановки вокруг складской территории, ранее принадлежавшей моему роду. Может он такое и проблемами не считал вовсе. Да и вряд ли кто-то из окрестностей этой территории мог в открытую вредить одному из сильнейших родов Российской Империи. А вот со мной всё будет совсем иначе. И, скорее всего, начнётся с официальных визитов и лживой дипломатии.

— А если я скажу, что у меня нет подходящего человека, который мог бы взять на себя управление этим объектом, — прикидывая в голове варианты, произнёс я. — И попросил у вас совета, Олег Дмитриевич? Вы могли бы мне порекомендовать подходящего специалиста?

— Даже не знаю, ваша светлость, — ответил Олег Дмитриевич. Я видел, что глава Себыкино сразу хотел сказать нет, но не решился. Вместо этого начав рассуждать слух. — У меня очень мало знакомых, которые обладают достаточным уровнем знаний для управления таким крупным объектом. Я в Себыкино производство и жизнь людей с трудом смог наладить, а там масштабы куда как побольше. И это ведь не только складскими процессами надо управлять. Там вся территория, считай, на осадном положении находится. Нужен военный опыт, чтобы с охраной разбираться. Нужна бульдожья хватка, чтобы имущество отстоять и чужаков отвадить. И в экономических процессах надо отлично разбираться. Чтобы вся эта территория прибыль роду приносила, а не превратилась в один громадный клубок проблем. А ещё вы должны ему полностью доверять. А это я вообще гарантировать не могу. Поэтому, вы уж меня простите великодушно, но тут точно не помогу.

— Не извиняйтесь, Олег Дмитриевич, — улыбнулся я. Пока собеседник перечислял все необходимые качества возможного управленца, я крутил в голове имена и лица знакомых людей. И в какой-то момент картинка совпала со списком требований. — Похоже, вам удалось натолкнуть меня на нужную мысль. Но вы правы, такие специалисты очень редко встречаются и переговоры лёгкими точно не будут. Не одолжите мне свой телефон? Мне нужно сделать один звонок.