Глава 23. Поле боя

Путь через ад снова к свету для меня пролетел незаметно. В отличие от входа в преисподнюю, выйти можно было через любые врата. Конечно, дьяволу вообще не нужны были врата, чтобы ступить на землю, но мне они были просто необходимы, ведь тело оставалось человеческим. Поэтому я, дьявол и князья, в количестве пяти штук, вынуждены были идти до обычного перехода. Где-то на третьем кругу к нашей боевой команде присоединились Мамона и Сатана. Первый пришел с дарами в виде крепкого американо (ума не приложу, где он его в аду нашел), а второй явился с кривой ухмылкой, будто минуту назад обвел вокруг пальца крупнейший в мире синдикат.

Я мало общалась с Сатаной, поэтому не питала к нему особых чувств, но справки навела. Князь был демоном обмана и коварства, что уже настораживало. Он не только чует ложь за версту, но и может внушить кому угодно что угодно. Страшный манипулятор. Однако, как сказал Мона, своих Сатана не трогает, и я в это верила. В грядущей войне каждый воин был на счету, тем более такой способный, поэтому конфликтовать с этим князем я не собиралась. К тому же вокруг меня все время вился Асмодей, и это разряжало обстановку. Несмотря на то, что Дей был демоном мести, при ближайшем знакомстве князь оказался чрезвычайно дружелюбным.

Ранее, еще дома, я узнала от Мерихима, что каждый хозяин круга имеет особые способности, поэтому стала расспрашивать каждого князя о них при первой же возможности. Я помнила, что способность Хлорки ― это сила, а Астарота ― видеть вину и сопровождать души на нужный круг. Что до остальных, то ввиду отсутствия Вельзевула и Левиафана о них мне рассказал Мамона. Сам он был демоном искушения и соблазна, что в точности вязалось с его поведением. Чего стоили только его попытки переманить меня на сторону ада вкусным кофе. Так что сущности действительно проявлялись в поступках и разговорах.

Вельзевул был демоном ложных богов. Он мог как возвысить любого, так и низвергнуть в забвение. Поэтому Вельзевула считали главным среди князей, неоспоримым лидером, не считая Люцифера. А вот наш Левиафан оказался демоном зависти. С Саввой они бы поладили, наверное, если бы не подрались. Только, в отличие от греха, князь был самодостаточной личностью и использовал зависть других, а не поддавался ей сам.

Все это было бы крайне занимательно, если бы не забивающие голову тревоги. Я лишь отмечала полученную информацию где-то в мозгу и тут же забывала о ней. В голове стало особенно пусто, когда мы подошли к самым вратам.

– Приготовься, будет дьявольски холодно, – то ли шутил, то ли действительно предостерегал Люцифер, упираясь руками во врата.

В процессе подъема по всем кругам ада, несмотря на подавленное состояние, мне в голову пришла гениальная идея. Если небесная армия все равно атакует, так почему бы не вынудить ангелов сделать это на выбранной нами территории? Самым большим моим страхом были огромные потери среди людей, сопутствующий ущерб, так сказать. Допусти мы сражения в городе или на территории любой страны, жертвы исчислялись бы сотнями тысяч. Всадники не могли такого допустить. Мы и так испокон веков истребляли смертных и больше просто не могли себе этого позволить.

Выход в такой ситуации мне виделся один: найти подходящее место для сражения. Если рассмотреть всю планету и вычислить самые большие необжитые участки, то мы найдем несколько подходящих мест. Первыми в этом списке стояли пустыни. Как всем известно, Сахара самая большая по протяженности из всех и населена только в городах. Однако мало кто знает, что есть пустыня, превосходящая Сахару по площади, и она не обжита почти на сто процентов. Там нет государств, нет постоянного населения и практически нет флоры и фауны. Антарктическая полярная пустыня подходила нам идеально. Летом там всего около четырех тысяч человек на научных базах, а зимой и вовсе число приближается к тысяче. Сейчас у нас властвовала осень, тогда как на южное полушарие пришла весна. Однако была вероятность, что после холодной зимы большинство исследователей еще не прибыли и количество людей на побережье минимально.

– Почему не жаркая Сахара? – бурчал под нос Бельфегор. Холод, по-видимому, князь переносил плохо, хоть это не должно было его беспокоить в силу происхождения.

– Потому что в Африке живут люди, и пустыня является естественной средой обитания многих видов животных. Я не хочу стать причиной полного истребления, к примеру, скорпионов. К тому же Антарктида достаточно удалена от остальных континентов. Можно разойтись на полную, не переживая, что кого-то заденет.

– Конечно. Цунами от удара архангела обжитым континентам не грозит, как и смещение течений. Ты хоть представляешь, какой урон планете нанесет перестройка циркуляции мировых вод? – вовсю умничал Мерихим.

– Кто сказал, что я собираюсь расходиться до таких масштабов? – прошипела прямо в лицо князю ада. Он снова начинал меня злить.

– А кто сказал, что сдержишь ангелов от демонстрации мощи небес?

– Если выбирать наименьшее из зол, то я за Антарктиду, – вмешался Асмодей, вставая между нами. Он явно решил во всем быть на моей стороне.

– Прекращайте. Мы выходим, – прервал все разговоры Самаэль и одним толчком распахнул врата, не дожидаясь, когда мы соизволим подготовиться. Да и как можно было приготовиться к обледенению?

Внутрь тут же ворвался морозный воздух, мгновенно покрывая инеем все вокруг, включая нас. Странно было стоять у тех самых врат, через которые зашла сюда почти сутки назад, а теперь выходить из ада, но уже на южном полюсе. Однако не это было проблемой. Теплой одежды в преисподней, естественно, не нашлось, как и любой другой, поэтому сейчас я в прямом смысле готова была продать душу за тулуп, шапку, варежки и настоящие якутские унты.

– Надеюсь, спасенные скорпионы согреют твою душу и не дадут замерзнуть насмерть в пятидесятиградусный мороз, – язвил Мерихим.

– Тебе-то что? Или князь ада боится холода? – не стала спускать слов демону.

Он ничего не ответил. Возможно, из-за многозначительного взгляда дьявола или по другой причине, но это было к лучшему. Жуткий мороз не располагал к болтовне и препираниям. Хотелось свернуться в клубочек и зарыться поглубже, чтобы промораживающий насквозь ветер не достал тебя. Хорошо, что врата в ад находились недалеко от одной из станций. По всем признакам она пустовала, что стало еще одним плюсом в бесконечном потоке минусов. Туда я и припустила, обгоняя всех. Конечно, от бега было только холоднее, но спасительная дверь была так близко, что я не могла по-другому. Очень зря. В результате сугроб в моем исполнении перенес через порог станции Самаэль. В своем почти летнем наряде я окоченела так быстро, что вскоре не могла даже разжать пальцы. Преимущество однозначно было на стороне демонов, не знающих холода. Их мороз совершенно не трогал. Один только Мерихим дулся на меня за этот план как мышь на крупу.

– Ну чем ты недоволен?! – не выдержала угрюмого вида князя я.

Отопление, что запустили вместе с генератором, быстро повысило градус внутри станции, и это позволило мне отогреться, а шоколадные батончики, оставленные на кухне последней экспедицией, вмиг восстановили потерянные от марш-броска калории.

– Во время великого восстания Люцифера нашего непоколебимого князя насквозь проткнул ледяным мечом Гавриил, – ответил за помрачневшего Мерихима Бельфегор.

Эти двое с самого начала показались мне кем-то большим, нежели товарищами. Наверняка дружили не одну сотню лет.

– Сила архангела проморозила его насквозь, сковывая в нестерпимом холоде естество. Мы еле отогрели брата в аду. Понадобилось пять десятилетий, чтобы он начал двигаться, и около двадцати поколений смертных, чтобы изгнать холод изнутри.

Я украдкой посмотрела на Мерихима, теперь понимая его гораздо лучше. Искривленное лицо – как сломанная судьба. Понятно, почему его сила связана с управлением душами. Они чувствуют в нем что-то родное, прошедшее муки, какие предстоят им.

– Все рассказал? – зло бросил князь, сверкая бесцветными глазами. – Может, еще шерстяное пончо мне свяжешь? Чтобы грело бедного меня, а?

– Ну и характер, – фыркнула, отворачиваясь в сторону.

– Я достал тебе одежду! – Внутрь вихрем влетел припорошенный снегом Асмодей, потрясая огромным баулом в своих руках.

Князь прошерстил все окрестные станции и, похоже, обокрал парочку полярников. Самое интересное, что термобелье село на меня как влитое. Даже куртка, сапоги и штаны подошли. Мерил он меня, когда я была в бессознательном состоянии, что ли?

Как бы мне ни было жаль женщину-исследователя, которая осталась без комплекта одежды, а мне без нее было никак. Человеческое тело могло выдержать холод и не погибнуть в такой мороз только в режиме Войны или в теплой одежде. Третьего варианта не дано. Находиться все время в высвобожденном состоянии было крайне утомительно, после него я отсыпалась почти сутки, а времени на отдых перед войной не будет, поэтому оставалась только одежда.

– Скоро прибудут всадники, – объявил Сатана. Он только закончил общаться с Вельзевулом.

Мы заранее сообщили девочкам и грехам о планах касательно предстоящей войны. Все три кары небес поддержали мое предложение и начали сборы. Так как время на земле и в аду течет по-разному, то мои сутки в преисподней обернулись почти неделей для девчонок. У них было время добраться до южного полюса. В этот раз отличилась Верочка. Она выбила у своего начальства командировку в Антарктиду под предлогом поиска лекарства от рака. Не уверена, что они ей поверили, но останавливать точно не собирались. К тому же у фармкомпаний куча денег, они вполне способны закрыть глаза на отпуск трех подруг в южном полушарии ради сохранения золотой жилы в лице перспективного вирусолога. Уж Вере сложно отказать.

– И Михаил на подходе. Скоро закончится полярный день, и он хочет успеть до наступления ночей, – тихо выдохнул Люцифер, неотрывно смотря в окно, за которым бушевала стихия. – Все начнется завтра.

Снаружи в ответ на заявление дьявола послышался вой нескольких глоток. По спине прошелся холодок от нахлынувшего ужаса. Все же я еще больше человек, нежели всадник, и, возможно, им и останусь навсегда.

– Это что? – дрожащим голосом спросила Асмодея. Я старалась не показывать страх, но он все равно проступал в моих движениях и мимике.

– О! Точно! Я упряжку ездовых собак прихватил. Нам же еще вглубь Антарктиды продвигаться, а ты у нас не совсем способна сделать это самостоятельно, – постарался как можно мягче объяснить свою заботу князь.

– Так они не доживут до завтра! Околеют же! Останутся только ледышки! – В ужасе от перспективы лицезреть с утра собачьи трупы я бросилась ко входу и выбежала на мороз, чтобы впустить бедных животных.

– Я все думала, у кого же сердца нет – оставлять этих прелестных созданий подыхать от холода и голода?

Возле связанных упряжкой лаек сидела на корточках Вера и тормошила вожака за загривок, улыбаясь своей обворожительной улыбкой. Рядом Надя подкармливала всех подряд вкусняшкой из заплечного мешочка, а позади невозмутимо стояла Люба, облаиваемая тремя собаками. Они, похоже, и выли, чем выманили меня из теплого помещения.

Я была так рада видеть девчонок и так раздосадована тем, что вынуждена буду их огорчить, что по моим щекам потекли слезы. Такие обжигающие, что даже не замерзали на морозе.

Вместе со всадниками прибыли и остальные, но они терялись на фоне моих подруг. Южный полярный полюс наверняка никогда раньше за всю историю человечества не слышал столько радостных визгов и искренних объятий.