Глава 14. Дорога в никуда

Анкер насторожился, когда понял, что вокруг стоит гробовая тишина. Замороженные артефактом Флинн и Троффолд и так по понятным причинам не шумели, но внезапно пропали и все остальные звуки. Перестали стучать каблуки сапог, скрипеть половицы под ними, шелестеть бумаги, которые он разбирал. Стояла ненормальная тишина. Осознав это, он бросился к узкому окну и смог с высоты полюбоваться на то, как филигранно работают его люди. Маги набросили полог тишины, чтобы движение идущих следом топтунов не выдал случайный звук. Четыре группы методично продвигались в центр лабиринта, быстро и деловито усыпляя попадающихся на пути гостей и слуг. Одна щепотка серой араморской пыли валила с ног лучше удара крепкого кулака. Волшебная сонная смесь стоила дорого, но Анкер никогда не жалел денег на эффективные вещи. К счастью, финансовая поддержка короля была щедра. Коридор за коридором лабиринт пустел. Усыпленные пылью не успевали упасть, их тут же подхватывали и утаскивали прочь топтуны, передавая с рук на руки бегунам. Те, в свою очередь, проворно вязали пленных и уносили в портал. Каждый знал, что делать, и поэтому все работали быстро, сноровисто, без лишних вопросов. Наблюдая с высоты башни, Анкер чувствовал гордость. И не сразу понял, почему его бросило в жар. Только когда нащупал рукой нагревшийся на шее медальон, стрелой в голове пронеслась мысль: «неужели!». Он грязно выругался и кое-как смирил желание сорваться с места и побежать, перепрыгивая через ступеньки, вниз, к своим, а там — к порталу. Маркиза и Флинн нельзя было оставлять без присмотра. Поэтому он только упрямо сжал челюсть и пошел проверить, не начали ли приходить в себя пленники. Троффолд все еще не подавал никаких признаков подвижности и не отреагировал на щипок. А вот в бездвижности Флинн Анкера что-то насторожило. Показалось, что ее взгляд уже не такой остекленевший. На всякий случай, он проверил, насколько туго затянуты ремнем руки девушки. Убедился в надежности пут и вернулся к окну. Интуиция продолжала бить тревогу, но, к сожалению, он только отмахнулся от внутреннего голоса, вернувшись взглядом к зачистке лабиринта, а мыслями — к нагревшемуся медальону, кричавшему о том, что Селина оказалась в опасности. Анкер наблюдал из окна, как четверка топтунов с магами нашли вход в башню. И только повернувшись, чтобы пойти им навстречу, обнаружил, что Флинн уже успешно освободила одну руку от пут. Он бросился к девушке, но опоздал на считанные мгновения. Она резко прыгнула в сторону, вместе с привязанным к ней стулом, подхватила со стола мешочек с сонной пылью и швырнула ему в лицо. Его снова накрыла темнота, а когда Анкер открыл глаза, увидел перед собой обеспокоенное лицо незнакомого топтуна. Голова отяжелела, он попытался подняться, но в виске тут же вспыхнула резкая боль. — Не давайте ему двигаться! Он слишком много вдохнул! — где-то рядом раздался обеспокоенный голос. Он хотел возразить, но следующая попытка оторвать голову от пола снова лишила его сознания. В следующий раз Анкер пришел в себя уже в другой комнате, по смутно знакомому потолку догадавшись, что находится в королевском дворце. Медленно обвел взглядом комнату и убедился, что это одни из гостевых покоев. Сколько прошло времени, он не знал. Первым делом вспомнилось перекошенное лицо Флинн, бросающей в него мешочек с сонной пылью. Но затем он почувствовал что-то горячее на груди, и по телу прокатилась волна ледяного ужаса. Селина. Селина в беде. Забыв о слабости, Анкер резко сел на кровати. Голова тут же закружилась, тошнота подкатила к горлу, но игнорируя мерзкие ощущения, он заставил себя встать, опираясь на широкую спинку кровати. Несколько шагов до двери дались с трудом, на чистом упрямстве. Последние силы ушли на то, чтобы распахнуть дверь, и в следующий момент он начал падать прямо в руки подбежавшего стражника. Перед глазами все закружилось, но Анкер только часто моргал, не давая себе снова поддаться слабости. Схватив стражника за плечо, он потянулся и прохрипел тому в самое ухо: — Лекаря… позови лекаря. Молодой вихрастый парень истово закивал. — Сейчас, господин, сейчас, только до кровати вас доведу. Стражник выполнил обещанное и убежал, громко стуча каблуками сапог. Но вскоре вернулся. Только не с лекарем, а с самим королем. Его Величество Эдвард выглядел непривычно. Темная кудрявая грива с седыми прядями топорщилась в разные стороны. Камзол монарх явно надевал в спешке и без помощи камердинера, судя по пуговицам, застегнутым наперекосяк. Но самым необычным было то, что король не надел привычной повязки, и теперь на его лице горел ртутным серебром единственный живой глаз, а второй, мертвый, прикрывало только искореженное веко. — Я же приказывал тут же мне доложить, как он придет в себя! Грозный рык разгневанного короля заставил вихрастого стражника мертвенно побледнеть. Парень открыл рот, чтобы попытаться что-то ответить, но смог выдавить из себя только испуганный писк. — Ваше Величество, прошу вас, не гневайтесь, я действительно только пришел в себя, — собственный голос показался Анкеру карканьем. Король только сильнее нахмурил густые темные брови, сведя их на переносице. — А воды сами не догадались ему подать? Не слышите, как он хрипит?! Он подхватил стоящий на столике рядом с кроватью графин, щедро плеснул воды в стакан и протянул Анкеру. — Давай, Линард, пей, тебе нужна жидкость. — Ваше Величество, не извольте так беспокоиться, я в полном порядке, — прохрипел Анкер, но холодную воду жадно выпил. — В порядке он! Чуть ли не сутки провалялся бледный и почти бездыханный! В гроб краше кладут, чем ты тут лежал. Да я чуть не повелел повесить лекаря, сомневающегося, что ты вернешься на этот свет. Сказал, что либо он тебя поставит на ноги, либо протянет свои. — Я знал, что вы страшны в гневе, но всегда надеялся, что мне не придется стать его причиной, — он позволил себе слабо улыбнуться. — Моргхов шутник! Если бы я не был так рад, что ты очнулся, стервец, то сейчас бы хорошенько стукнул. — Нет-нет, бить меня не надо. Мне уже и так неплохо досталось. А я не могу позволить себе долго прохлаждаться в постели, я должен спешить. — он начал приподниматься, следуя своим словам, но Эдвард грубым тычком опрокинул его обратно на кровать. — Куда ты в таком состоянии собрался! Твои ребята зачистили лабиринт, девки сейчас у лекарей, барон Троффолд и его подручные в пыточных креслах. Угомонись, Линард, ты достаточно сделал. Сейчас твоя главная задача — лежать и восстанавливать силы. Считай, что это приказ короля! — Я не могу лежать… — начал Анкер, но увидев выражение на лице собеседника, понял, что придется объясниться, — Каждая секунда промедления может дорого обойтись одной даме, которая мне… небезразлична. Слова признания дались ему с трудом. А на лице короля появилась хитрая ухмылка. — Никогда не было за тобой славы бабника. Скорее, наоборот, какие только слухи не ходили о твоей мороженности. И что же я слышу, нашлась красотка, которой удалось растопить ледяное сердце. Я этому рад, но прекрати дергаться, ты все равно не в состоянии куда-то нестись. Лучше объясни все по порядку, что это за дама, к которой ты так рвешься, и точно ли с ней что-то произошло. Ох, какой только работой не приходится заниматься короля, но в роли свахи я себя еще не пробовал… Как бы Анкеру не хотелось оставить историю с Селиной при себе, он понимал, что переспорить короля ему не под силу. Поэтому только тяжело вздохнул, собираясь с мыслями, чтобы начать рассказ. — Ваше величество, то, что я сейчас расскажу, прозвучит местами безумно. Я прошу вас не сомневаться в твердости моего рассудка. Просто выслушайте эту историю до конца. — Не трать силы попусту. Просто рассказывай. А в своем ли ты уме, мы разберемся позже. Под внимательным взглядом короля он начал историю с того дня, как поехал на торг. Густые брови Его Величества взлетели вверх, когда он услышал, что Анкер пошел на поводу странного желания и выкупил зеленоглазую незнакомку. А вот упоминание волшебного голоса вызвало неожиданную реакцию. Услышав, что девушка русалка, король только кивнул с задумчивым выражением лица. Анкер замолчал и приподнял одну бровь в безмолвном вопросе. — Да, ты меня не удивил, — все так же задумчиво протянул король, — Можешь не переживать, что я посчитаю тебя сумасшедшим. Я кое-что слышал о подводных обитателях. Анкер нахмурился. — Странно… Если совсем рядом живет целый народ, почему же тогда я об этом никогда не слышал? Да и не только я. Должны были ходить истории в народе. Сказки, легенды, слухи… Не может же быть, что мы сотни лет жили с такими соседями и ни разу не встретились. Король уперся локтями в колени, скрестил ладони и уткнулся в них подбородком. Его взгляд смотрел мимо Анкера, в стену, но было видно, что он смотрит не на тканевые обои, а куда-то вглубь себя. — Да, когда-то давно так и было. Но, насколько я знаю, уже несколько столетий нет никаких упоминаний о морских обитателях. Ни в книгах, ни в преданиях. Даже в песнях ничего подобного не слышно. Мне посчастливилось узнать об этом по случайности. Дядя любил копаться в старых архивах, коллекционировал всякие фольклорные истории. И как-то вместо сказки рассказал мне байку, будто бы в море живут полулюди-полурыбы. История очаровала меня, я загорелся идеей найти их. Тайком ходил к плотнику и просил построить для меня лодку, — тут губы Эдварда изогнула мягкая улыбка, — хотел уплыть в открытое море и там нырнуть в глубину. Папа, как узнал, розгами по заду отходил, приговаривая, что ни одна королевская жопа еще добровольно не топилась. Анкер, делавший в этот момент глоток воды, поперхнулся и закашлялся, представив себе порку юного высочества. — А что ты думаешь, принцев отцы не воспитывают? Еще как, и может даже побольше, чем других аристократов. Вот про крестьян не скажу, там и хворостиной поди для науки отходить могут. Ладно, вернемся к теме. В общем, отец мне убедительно объяснил, что идея с лодкой гиблое дело. Но желание найти подводное царство ему отбить буквально не удалось. Я решил пойти другим путем, по примеру дяди, зарылся в библиотечные архивы в поисках любой информации. К сожалению все упоминания были очень старыми, обрывочными и неконкретными. Так что единственное, что мне удалось понять, так это то, что в морских глубинах точно таится неведомое. И оно сама делает все, чтобы таковым оставаться. — Удивительно, — протянул Анкер и на несколько мгновений замолчал, — Если быть честным, я сам не до конца поверил во всю эту историю. Да, голос у Селины волшебный, в этом не было сомнений. Но это можно было списать на специфичный магический дар. — Хм, небезразличная тебе дама интересует меня все больше, — на этот раз король показал в улыбке крепкие белые зубы, — Теперь я сам жажду с ней познакомиться. — Для этого я должен сначала ее вызволить из лап Орлана, — Анкер снова попытался приподняться, но добился только того, что в глазах опять начало темнеть. — Эй, мне что, королевский эдикт нужно издать, чтобы ты перестал суетиться? — широкая ладонь короля придавила Анкеру к матрасу, — Лежи и не дергайся. Я найду, кого отправить в «Перо и лилию». Ты еще до сортира не начнешь ходить без провожатых, как твою ненаглядную доставят во дворец. А теперь спи. Восстанавливай силы. Поговорим завтра. Анкер что-то хотел возразить королю, сказать, что он в полном порядке и способен победить эту проклятую слабость, но язык во рту стал очень тяжелым, а веки сами собой начали слипаться. Когда он проснулся, из окон уже лился яркий дневной свет. Вставая с кровати, ему еле удалось удержаться на ногах, оперевшись рукой о стену. На шум в комнату вошел стражник, но не тот, вихрастый, а постарше, с проседью на висках. И только покачал головой, глядя, как Анкер пытается сделать несколько шагов в сторону двери. — Господин, вам в уборную нужно? Давайте подсоблю? — Я сам дойду. И до уборной, и до конюшни. — Куда это вы собрались? Король велел вас далече не отпускать. Да и не уйдете… Поглядите сами, как у вас ноги заплетаются. Пойдемте, до уборной я вас доведу, но дальше не отпущу. Стражник подставил плечо, чтобы он смог опереться, Анкер нахмурился, но все-таки принял помощь. И они вместе, шаг за шагом, миновали коридор, оказавшись в туалетной комнате. Там Анкеру только с помощью самых непотребных ругательств удалось заставить провожатого выйти, клятвенно заверив, что стены для опоры ему более, чем достаточно. А уж с остальным он сам разберется, в справлении нужды ему поддержка точно не нужна. Победив в коротком споре, с чувством глубокого облегчения он сделал все, что было необходимо. Обратный путь показался легче, и Анкер уже приободрился, что сможет сбежать от стражника, добраться до конюшни и залезть на коня, но в комнате их уже ждали. Невысокий сухонький старичок с козлиной бородкой оказался лекарем, который совершенно равнодушно выслушал очередную порцию отборных ругательств. Только велел стражнику силой уложить Анкера обратно в кровать. А затем надавил пальцем ему куда-то на щеку, так, что челюсть распахнулась сама собой, и высыпал на язык горький порошок с травянистым привкусом. Анкер хотел выплюнуть неизвестное зелье, но рот моментально онемел, а веки отяжелели. Перед тем, как снова провалиться в глухой темный сон без видений, он успел только что-то недовольно промычать. Следующее пробуждение мало отличалось от предыдущих. По пути в уборную Анкер попытался совершить побег, но его жалкие попытки пробежать несколько шагов, только заставили нового стражника усмехнуться в усы. В результате он снова оказался в комнате в компании невозмутимо лекаря. Но на этот раз успел перехватить сухую руку с тонкими пальцами до того, как она впихнет ему лекарство. — Подожди! Мне нужно увидеть короля. — Увидишь. Позже. Сейчас пить и спать, — лекарь говорил короткими предложениями, странно выговаривая слова. — У меня нет времени. Это важно! Я глава Королевской канцелярии. Я. Должен. Увидеть. Короля, — отчеканил Анкер, сильнее сжимая ладонь в руке. — Позже, — на лице лекаря не дрогнул ни один мускул. Не став сопротивляться, он просто ткнул второй ладонью куда-то в бок Анкера, и тот тут же разжал руку. Следующим тычком его снова заставили распахнуть рот и накормили горьким порошком. Засыпая, Анкер мысленно пообещал себе, что крепко врежет Эдварду. И не посмотрит, что тот король. Видимо, боги подслушали его мысли и решили посмеяться. Потому что, проснувшись в следующий раз, прямо перед собой он увидел лицо монарха у которого под глазом наливался глубоким фиолетовым цветом свежий фингал. Анкер даже поморгал несколько раз и ущипнул себя под одеялом за бедро, чтобы убедиться, что не бредит. — Проснулся? — грустно спросил король. — Да. А кто это вас так? — в голову Анкера закралось смутное подозрение, — Это же не я?… — А что, ты готов ответить за покушение на короля? — Готов. Но не сейчас, — он покачал головой и присел на кровати, с радостью обнаружив, что больше не чувствует тяжести в теле, — Мне нужно ехать. — И куда ты собрался ехать? В «Перо и лилию»? Незачем тебе туда. Нет там больше твоей Селины. По спине Анкера побежал холодок, будто кто-то в зимнюю ночь забыл закрыть окно. — Что значит нет? А где она? — Так я и думал. Синяк на моей физиономии тебя уже не волнует, — король тяжело вздохнул и покачал головой, — Продал ее владелец борделя Антийскому бургграфу. Да подожди ты! Куда ты опять рвешься. Собираешься ворваться в чужое поместье и украсть чужую даму? — Покупка рабов все еще является преступлением, — сквозь зубы процедил Анкер, проигнорировав замечание про синяк. — Во-первых, тебе еще предстоит доказать, что бургграф ее купил. А, во-вторых, добраться до нее. Как только ты ворвешься через парадный вход, зуб даю, ее тут же выведут через черный и перепрячут понадежнее. Линард, я понимаю, что ты болен и не в себе, но почему, морглоты меня побери, я должен объяснять такие вещи начальнику своей Королевской канцелярии? Слова короля больно задели самолюбие Анкера. — Ваше величество, вы, бесспорно, правы, но я тоже не горячий юноша и не преступник. Я не буду врываться в поместье и требовать Селину с кинжалом у горла. По пути у меня будет время обдумать план, а по прибытии я сначала оценю обстановку и только потом начну действовать. Но медлить нельзя, вы должны это понимать. Сколько дней я уже здесь провалялся? Два? Три? — Пять. Если считать с момента, как твое полумертвое тело вывалилось из магического портала. И несколько часов уже ничего не решат, поверь. Дай лекарю еще сутки поставить тебя на ноги, возьми ребят и поезжай. А пока прекрати наматывать мне нервы на кишки. Я вообще-то не железный. Договорились? Анкер сжал зубы так, что заболели щеки, но кивнул. — Хорошо. Я подожду сутки, — глядя, как теплеет взгляд короля, он все-таки спросил, — И, кстати, что же все-таки произошло? Это действительно я вам такое украшение поставил? — Я тебе так скажу, Линард. В этой жизни точно не стоит делать две вещи: спорить с королем и подходить к течной кобыле сзади, — философски ответил Эдвард.