Глава 14. Мелисса

Следующие несколько дней я наслаждалась одиночеством и спокойствием. Наконец мне не приходилось тщательно подбирать слова, упражняться в язвительности или демонстрировать упрямство. Крис пропадал на работе, у него накопились какие-то неотложные дела, в которые я не стремилась вникнуть, а он – меня посвятить. Из обрывков разговоров поняла, что больше всего Криса волнуют покушения.

Я не оставалась в полном одиночестве. В квартире, несмотря ни на что, всегда находился кто-то из мужчин. Обычно это был Рик или Сандро, но однажды со мной остался молчаливый незнакомый мужчина. Крис уверял, что мне нечего бояться, что они не побеспокоят меня, и это всего лишь мера предосторожности. Сначала такое соседство доставляло неудобство, но когда я поняла, что мое одиночество никто не собирался нарушать, расслабилась и проводила все больше времени в той чудной комнате за изучением пособия по контролю магии. Рядом всегда находился местный мобильник, которым Крис научил меня пользоваться. Муж велел звонить ему при любой необходимости, которая, к счастью, не возникала.

За изучением магии, которая оказалась невыносимо скучной, по крайней мере, та часть, к которой мне разрешили прикоснуться, я нередко пропускала обеды, или же набирала еды с собой в комнату, чтобы лишний раз не спускаться. Эта мягкая комната стала моей берлогой.

Иногда слышала, как кто-то из моих охранников ходит на первом этаже или гремит посудой. Мне нравились эти дни, нравилось, что я предоставлена сама себе и могу заниматься чем угодно.

В один из дней, когда я уже уверилась в том, что гости меня не потревожат, стук в дверь заставил меня встрепенуться и стремительно закрыть книжку. Посвящать кого-либо в предмет моих занятий Крис запретил настрого. Визитером оказался Сандро.

– Не составишь мне компанию? – он облокотился на дверной косяк. – Крис, похоже, совсем тебя запугал, что ты не вылазишь из своей мягкой норки. Пойдем, пообедаем.

– Он не запугал, – фыркнула я, – просто вы все такие занятые, что не вылазите из кабинета, – не осталась я в долгу.

Но на совместный обед я все же согласилась и даже не пожалела о своем решении. Без Криса общаться с Сандро было гораздо легче. Мужчина был веселым, никак не выказывал своего превосходства и вел себя как настоящий джентльмен.

Я неожиданно поняла, что устала от бесконечного чтения учебников и соскучилась по нормальному человеческому общению.

Мы проговорили до самого вечера. Я впервые в этом мире заливисто смеялась, безумолку болтала, не боясь показаться глупой или сказать чего-то лишнего. Я буквально почувствовала, как оттаиваю, и все те иголки, которые выпустила с попаданием в незнакомый враждебный мир, начали исчезать. Уже когда Сандро уходил, с горечью подумала, что если бы Крис был бы таким, как его друг, наши отношения не напоминали бы бои, где каждый пытается выиграть раунд, и только судьба в конце обозначит победителя.

Пришлось возвращаться в свою нору, как назвал мягкую комнату Сандро, и продолжить обучение, чтобы отрешиться от печальных мыслей. Тем более что мысли эти вызывали приступы раздражения и злости на саму себя.

Магия давалась просто. Лана оказалась права, и как бы это парадоксально ни звучало, но как только я углублялась в очередной параграф пособия, то знания всплывали в памяти, иногда просто казалось, что я это всегда знала, иногда я вновь окуналась в воспоминания и выныривала из них, хватая воздух ртом, будто после удушья. В такие моменты становилось страшно, хотелось отбросить книжку, забросить занятия и впасть в уныние, но шанс на возвращение домой заставлял отрешиться от страха и продолжить обучение. Только одно меня беспокоило с каждым днем все сильнее – Лика не появлялась.

Ночами я все также встречалась с Ланой. Иногда эти встречи были длинными, иногда короткими, но с каждым днем состояние двойника меня беспокоило все больше. Даже в ее дымчатом полупрозрачном силуэте были заметны болезненные темные круги под глазами и странный лихорадочный блеск. Она все меньше говорила и все больше сверлила взглядом мою волчицу, к присутствию которой я уже привыкла, но отношения с которой никак не выстраивались. Вечерами, когда Крис не валился с ног от усталости, он пытался помочь мне найти контакт с волчицей. Но она не желала со мной дружить. Однажды даже зарычала и клацнула призрачными зубами совсем рядом. Она меня пугала. Я не понимала, что делать, и почему ее отношение ко мне стало таким враждебным.

– Я могу лишь предположить, – задумчиво проговорил Крис, когда я рассказала ему о произошедшем, – полагаю, твоя волчица недовольна тем, что ты ее не выпускаешь и не разделяешь ее выбор. И не просто не разделяешь, а всячески от него отказываешься.

Ответить на это было нечего. Нутром, наверняка волчьим, почувствовала правоту мужа. Но что с этим делать, не знала.

Спустя почти неделю муж вновь остался дома, и я уже приготовилась к новому витку пикировок и несогласий, но что-то пошло не так.

Я вышла из своей комнаты, чтобы пополнить свои запасы еды и кофе. Услышала приглушенный женский голос. Подошла к перилам и облокотилась, наблюдая за тем, как дверь в кабинет Криса открывается и оттуда выплывает обладательница этого голоса. А следом, улыбаясь, выходил Крис. Глухое раздражение заворочалось в душе. Эта довольная жизнью парочка замерла посреди гостиной и одновременно подняла головы вверх. Не дрогнув, встретила взгляд Криса. Перевела недовольный взор на неизвестную дамочку, улыбка которой медленно сползала с лица, сменяясь чем-то неопределенным, но радостью там и не пахло.

Она медленно перевела взгляд на Криса, он криво ухмыльнулся, склонилсяи прошептал ей что-то на ухо. Многозначительно улыбнулся, получил чарующую улыбку в ответ и снова повернулся ко мне.

– Знакомься, Лана, – ровный тон муженька хорошо сочетался с напряженной обстановкой в квартире, – это Мелисса Мирган, моя, – он на секунду запнулся так, что можно было бы и не уловить эту заминку, но не для меня, – моя коллега.

Перевела взгляд на «коллегу». Скользнула по ее руке, покоящейся на локте мужа. Кажется, у меня дернулась губа. Пальцами так цеплялась за перила, что вероятность оставить на них вмятины возрастала с каждой секундой. Мелисса аккуратно убрала свои ручонки от Криса, я холодно улыбнулась, глядя в глаза чуть стушевавшейся женщины. Мелисса. Нарисовалась, не сотрешь. Пусть цветет на другой лужайке! Надо же быть такой наглой, чтобы так откровенно цепляться за моего мужа. На меня она больше не смотрела, молча потянула Криса к двери.

– Скоро вернусь, – бросил Крис через плечо.

Я сжала зубы. Хотелось закричать, вцепиться дамочке в волосы. Надо же быть настолько наглой, чтобы флиртовать с моим мужем у меня на глазах. А он? Тоже хорош! Столь благосклонно относиться к флирту с чужой девицей – верх неуважения ко мне. Буквально почувствовала, как недовольный рык рвется из глубин моей души. Впервые четко поняла желание своей волчицы – она хотела крови.

Крис оглянулся у выхода, еще несколько секунд мы сверлили друг друга взглядом, пока гнетущую тишину не разрушил звонок в дверь. Мелисса вздрогнула. Правильно, не мне одной быть в постоянном напряжении в пределах этой квартиры.

На пороге оказалась Лика. И я бесконечно рада была ее видеть! Пожалуй, даже горький привкус от встречи с Мелиссой и Крисом не уменьшил вспыхнувшего предвкушения.

Настороженно покосившись на парочку, выходящую из квартиры, Лика обменялась с ними приветствиями и прошмыгнула внутрь. И как только дверь закрылась, оставляя нас наедине, я рванула к «сестре», заключив ее в крепкие объятия.

– Наконец-то, – выдохнула я, чувствуя, как она робко отвечает на объятия, – я уже начала переживать, что у тебя что-то случилось! Все в порядке? – заглянула в глаза Лики.

– Все хорошо, – она светло улыбнулась, – к тебе не так просто прорваться. Вернее, прийти не сложно, а вот пронести что-то в тайне – сложно.

– Но?

– Но я справилась, – в ее глазах заплясали хитринки.

– Ты же моя хорошая, – я вновь ее обняла, – пойдем. Чай будешь? Голодная? Честно говоря, я очень соскучилась, – тащила Лику наверх, в любимый мягкий уголок.

Но прежде моя деятельная и весьма предусмотрительная, хоть и младшая, «сестра» предложила спрятать то, что имело для меня огромную ценность. Немного поразмыслив, поняла, что этим делом действительно нужно заняться незамедлительно. Когда вернется дражайший супруг – неизвестно, это могло произойти в любой момент, поэтому занимательную большую книгу было решено спрятать до более удобного случая для ознакомления.

– Если нужно что-то спрятать, положи это на самое видное место, – вслух рассуждала я. Закусила губу в задумчивости. Через несколько минут улыбнулась и подмигнула Лике, – и поэтому, – весело заключила я, – мы спрячем книгу именно там, где ее искать не будут точно – в библиотеке.

Если Лика и была удивлена, то не показала вида.

Вскоре, когда фолиант покоился на одной из полок книжного шкафа среди таких же толстых томиков, мы все-таки устроились в комнате, вооружившись вкуснейшими шоколадными конфетами и чаем.

– Как у вас дела? – спросила Лика.

Я поморщилась, будто на языке не шоколад таял, а ломтик лимона лежал.

– Не фонтан, – хмыкнула я, – видишь, девицы непонятные ходят. Мне с ним сложно.

– Мелисса Мирган, – понятливо фыркнула Лика, – не хотела бы я, чтобы эта дама была гостем в доме моего мужа.

– Что ты о ней знаешь? – я вся превратилась в слух.

– Да о ней весь город знает. Она то ли слишком наглая, то ли слишком глупая, но особо ничего не скрывает, а слухи даже не пытается опровергнуть.

Чувствовалось, что Лика не питает особой симпатии по отношению к моей новой знакомой. И я эти чувства разделяла. А уж то, что между строк читалось в словах Лики, меня и вовсе заставило сжать зубы. Если я правильно поняла намек Лики, то поведение Криса вообще ни в какие рамки морали и нормы не укладывались. И это не нравилось нам с волчицей. Поэтому с особым вниманием стала слушать Лику, которая сразу поняла, что именно меня интересует, и не стала ходить вокруг да около. Поделилась тем, что знала, и тем, о чем слышала.

– Мелисса из небогатой семьи. В таких семьях почти всегда девочек отдают на ярмарку, – отхлебнув чая и поджав ноги под себя, рассказывала Лика. – Чтобы поправить свое финансовое положение.

– А ярмарка – это?..

– Раз в год устраивается большой прием, главными гостями на котором являются незамужние девушки и женщины, достигшие совершеннолетия. На них обязательно должны быть яркие наряды, когда на замужних – платья пастельных тонов. Также девочкам запрещают надевать перчатки. Чтобы понять, как волк относится к той или иной волчице, нужен прямой контакт. Так вот, девочки на этой ярмарке танцуют, общаются, и если находится мужчина, который определяется со своими желаниями и предпочтениями, то на этих же ярмарках заключаются брачные договоры. К сожалению, выбор не всегда основан на выборе волка. Это самое печальное. С Мелиссой так и получилось.

Я вся превратилась в слух. Всю сложность договорных браков успела почувствовать на себе. Но если мой случай – не самый печальный, то даже сложно представить, что может быть печальнее.

Оказалось, что эта дамочка, воспоминания о которой вызывали глухое раздражение, стала женой не самого приятного мужчины. Чем больше Лика рассказывала, тем ярче во мне расцветало сочувствие к женщине.

Мелисса, без сомнений, красивая женщина. А десяток лет назад наверняка была просто прелестна. Она нравилась мужчинам. Но редко кто-то из них решается на брак с той, которую отвергает волк. На беду Мелиссы такой все же нашелся. Мужчина, который уже был однажды женат, но чей брак быстро распался по воле лесных духов. Он был вдвое старше девочки, но Мелисса не могла пойти против воли отца, который счел такой вариант брака подходящим. Деньги были уплачены, брак заключен, хоть и временно, по воле все тех же Духов, которые дали новобрачным шанс на счастье. Или шанс на ад для Мелиссы. Ее новообретенный муж оказался человеком жестким и жестоким, и помощи девочке ждать было неоткуда.

– Понимаешь, – продолжала Лика, – когда тебя выбирает волк, ты можешь быть спокойна. Если волк сильный, то он не позволит мужчине тебя обидеть. Будет всячески оберегать. И даже в порыве злости мужчина будет подвержен влиянию своего волка. Вот ты, например, можешь не переживать. У Криса сильнейший волк, а значит, ты под его защитой.

Информация оказалась очень любопытной. Ее стоило обдумать. Но невидимый груз упал с сердца, даже дышать, кажется, стало легче. Как бы ни складывались отношения с Крисом, я все еще продолжала его побаиваться. Зато теперь, когда я была почти уверена, что он не сделает мне ничего дурного, можно было, наконец, расслабиться и не сжимать юбку платья при встрече. Но Лика тут же спустила меня с небес на землю, обозначив границы такой доброты.

– Только оберегает он тебя до тех пор, пока ты не предашь его. Предательства волки не прощают. И в лучшем случае – изгонит из стаи.

Что будет в худшем случае, Лика не озвучила, но ответ висел над головой острием ножа.

– Я поняла, Крис озвучивал мне нечто вроде: «Будь хорошей девочкой, и все у тебя будет». И что там с Мелиссой? – вернулась к животрепещущему вопросу.

– А что с ней? – она пожала плечами и поморщилась, – у нее такой защиты не было, зато, говорят, очень своенравный характер имелся. Я не знаю точно, говорят, ей приходилось худо. Она иногда не выходила из дома, потому что он не выпускал, пытался скрыть следы своей несдержанности. Знаешь, – она передернула плечами, будто пытаясь стряхнуть что-то очень неприятное, – говорят, он издевался над ней. Вообще, слухов ходило много, один ужаснее другого, но правды никто не знает. Только в итоге муже ее умер. Поговаривали, что это она его и убила. Я не знаю. Только после его смерти, получив свободу и самостоятельность, Мелисса пошла в академию, где и познакомилась с Крисом, Риком и Сандро.

А теперь мы подошли к тому, что интересовало меня особенно сильно. И Лика не стала меня томить, рассказав, что по слухам, Мелисса претендовала на роль любовницы Криса. Была ли она таковой, никто не знает, но они всегда довольно тесно общались. По словам Лики, Крис не обманул, назвав Мелиссу коллегой. Она была одной из немногих женщин, которые работали на Криса.

– В общем-то, и не удивительно, – фыркнула Лика, – она всегда вьется среди этих троих. Ей приписывали роман с Крисом, потом, говорят, она попытала счастье с Риком. Но достоверно никто ничего не знает.

– Обычно, – с философским спокойствием произнесла я, пытаясь скрыть свое недовольство, – в таких слухах слишком мало правды.

Хотя вероятность того, что Крис не упустил возможности провести приятно время с симпатичной девочкой, а она таким образом оказаться в фаворе у вожака – была слишком большой.

– Может быть, – хмыкнула Лика, – но Крис, – она закусила губу, словно не решаясь продолжить, – эм, в общем, он не отказывал себе в женском внимании.

– Еще бы, – фыркнула я, неосознанно сжав ткань платья, – если бы он отказывал – это было бы удивительно и наводило на странные мысли.

Лика хихикнула, а потом разразилась звонким смехом, откинувшись на подушку. Видимо, слишком ярко представила, о каких странных мыслях я говорила. Но потом резко выпрямилась и серьезно посмотрела на меня.

– Только ты так больше никому не говори. Нельзя. Он твой муж.

С кристально честными глазами кивнула сестре. Естественно, ничего подобного я говорить никому не собиралась, да и некому, но забота Лики была настолько милой, что не оставиламеня равнодушной.

– Лик, – протянула я, – расскажи о Лане. Какая она? – состояние двойника меня беспокоило слишком сильно, чтобы забыть о ней.

– Другая, – пожала плечами, будто не уверенная в правильности такого определения, – молчаливая, замкнутая, наверное, даже высокомерная. Она всегда относилась ко мне со снисхождением. Считала глупой дурнушкой. Может быть, она и права.

Сжала ее ладонь, Лика благодарно улыбнулась, понимая, что я пыталась сказать таким незамысловатым жестом поддержки. Уж глупой дурнушкой Лика точно не была. Возможно, наивная немного, но совсем не глупая.

– Она всегда бунтовала, – без каких-то эмоций рассказывала Лика. – Я же всегда была тихой, старалась угодить родителям. Оправдать их надежды. Только теперь кажется, что я жила не только не своей жизнью, но и делала это зря. Я такой же товар в их жизнях. А ты…мне кажется, ты не такая, как Лана. И я…я бы хотела подружиться.

Нутром чуяла, что Лика не лгала. Кажется, она была в отчаянии, наверное, чувствовала себя совершенно одинокой.

А я никогда не была бунтаркой. Отрада родителей, прилежная ученица, послушная дочь, но жутко упрямая. Упрямства во мне было столько, что я могла бы совершенно спокойно раздавать его взаймы и забывать о долгах, если бы это было возможно.

Обняла Лику за плечи и прикрыла глаза. Лика склонила голову к моему плечу и замолчала. Почему-то мне невыносимо захотелось забрать девчонку с собой. Хорошая она, сердце доброе, только закрытое, а теперь еще и раненое предательством родителей, которые предпочли продать одну дочку, и вполне могли совершить то же с младшей.

Так нас и застал Крис. Лика вздрогнула и дернулась от меня в сторону. Я встретила мужа недружелюбным взглядом, пыталась безмолвно сказать ему, куда он может отправляться с такими коллегами. Быстро же он вернулся. Неужели Мелисса так скоро его отпустила? Ну, ничего! Я ей корешки-то повыдергиваю, если придется.

И тут меня словно ведром ледяной воды окатили. Даже спину выпрямила от осознания происходящего. Не мои это мысли, не мои чувства. Не могла я столь яростно ревновать мужчину, которого с изощренной жестокостью мысленно убивала по несколько раз за день. Не могла! А это значит… Прикрыла глаза и уже привычно нырнула в глубину своего сознания, где практически мгновенно встретилась со злой волчицей. Только теперь эта злость была направлена не на меня.

– Ах, вот значит как, – мысленно выругалась я, – и как я сразу не догадалась, что это ты рвешься с цепи со своей ревностью! Ну, знаешь ли! Я тебя еще принять не успела, осознать твое наличие до конца не могу, а ты мне свои эмоции навязываешь? Прекрати! – прорычала не хуже самой волчицы, – иначе, дорогуша, я на тебя воображаемый намордник надену.

– Что-то случилось? – оторвал меня от общения со вторым «я» голос мужа.

– Случилось! – выплюнула я, распахнув глаза, – оборотни случились с их заморочками!