Глава 23

Павел

Лилиан засыпает, и мы с Локом переглядываемся. Её сон так безмятежен, что жаль его прогонять.

– Пусть она спать, – шепчет Лок.

И я киваю, соглашаясь с ним. Теперь, когда между нами пропал дух соперничества, некуда спешить. Но самое удивительное, что для меня Лилиан больше не добыча. Она моя любимая женщина от макушки до кончиков пальцев. Сегодня дежурство Лока, и я забираю маркизу спать к себе на плечо. Она доверчиво прижимается ко мне во сне, и сердце моё тает от нежности. Вспоминаю наши с ней первые дни и мне стыдно. Я вёл себя недостойно. Пожалуй, только на этом острове я до конца понял женскую сущность. Сколько бы даме не было лет, в ней горит неугасимым огнём материнский инстинкт. Он и толкает женщин на благородные поступки по отношению к нам. Лилиан меня спасала, несмотря на нанесённые ей душевные раны. Даже когда нашла себе более сильного и преданного защитника. Не бросать и прощать, даже когда уже сожжены все мосты. На такое способны только женщины. Если мне суждено провести здесь большую часть жизни, я рад, что со мной рядом…

– Корабль! – вскакивает Лок с ложа. – Корабль! Вставать!

Подрываюсь с места и не верю своим глазам. Тру их кулаками. Это не может быть правдой. Щипаю себя за уши:

– Лил! Вставай, Лил! – бросаюсь к костру.

Лок разжигает факелы, и протягивает один мне. Руки трясутся как с похмелья. Ничего не соображаю. Как сумасшедшие бросаемся мы к воде, размахивая полыхающими булавами. Раскрашенная яркими огнями яхта, покачиваясь на волнах, идёт прямо на нас. Замирает. Над ней развивается французский флаг.

Лилиан подбегает ко мне, цепляется за плечо и хватает воздух ртом, как рыба на песке.

– Мы здесь, – кричу я, что есть мочи. – СОС! Помогите! СОС!

Стоим втроём по колено в воде.

– Спускают шлюпку! – завороженно шепчет Лилиан. – Я вернусь домой.

– Мы вернёмся, – обнимаю её за плечи, но она выпутывается из моих объятий и идёт вперёд.

Шлюпка со спасателями приближается к берегу и принимает более чёткие контуры. На борту четыре человека. Один из них сидит на носу и снимает нас на камеру. Конечно, такой репортаж уйдёт за баснословные деньги.

– Лок, не говори ничего лишнего, – поворачиваюсь к приятелю. – Журналисты будут писать каждое твоё слово.

– Понял. Они нас снимать? – глаза его горят как угли.

– Увы, да! – догоняю Лилиан и удерживаю в момент, когда она собирается пуститься вплавь. – Маркиза, возьми себя в руки.

– Пусти, – голос её дрожит, по щекам текут слёзы. – Ни минуты не останусь на этом острове. Вы сговорились с Локом трахать меня вдвоём. Я вас раскусила.

– Как ты могла такое подумать? – корчу впопыхах из себя святую невинность. – Впрочем, если хочешь переплюнуть свой американский скандал, то вперёд. Это французы, они обожают пикантные истории.

Лилиан тут же перестаёт дёргаться и позволяет себя обнять.

– Вот так-то лучше, – на память приходят обещания Лилиан засадить меня за решётку. Надеюсь, она сохранит свободу отцу своего ребёнка.

– Павел, чертяка! Жив! – машет мне рукой Серёга, мой друг и репортёр с нашего телевидения. – Я весь океан избороздил, тебя искавши!

* * *

Лилиан

Лодка врезается носом в песок, и я вцепляюсь в её борт мёртвой хваткой. Зубы мои стучат от холода и от волнения сразу. Прибывшие спасатели для меня сейчас точно ангелы, спустившиеся с небес. Павел обнимается со своим другом, Лок объясняется на ломаном французском с одним из мужчин, двое других помогают мне забраться в лодку.

– Вы Лилиан Кроули? – пытает один из них меня по-английски, укутывая меня в свою куртку. От неё пахнет дорогим одеколоном. Закрываю глаза, голова кружится от счастья. Боюсь проснуться и понять, что это всего лишь сон.

– Да… Поедемте скорее на яхту, пожалуйста! – кутаюсь в куртку.

– Вискарь есть? Полжизни за стакан доброго шотландского со льдом! – рокочет за моей спиной Павел.

– Ты годами-то не разбрасывайся! Держи флягу. Давай быстро репортаж тут забахаем и поедем на судно. Бухнём как следует за встречу. А утром вернёмся сюда, покажешь, как выживал тут.

– Да нормально выживал! Перебивался охотой, рыбалкой. Девочка классная под боком. Лок на подхвате.

Слова Павла выбешивают меня до невозможности. Но я молчу. Всю правду о нас я напишу в новом романе. Парадокс. Но часто именно в правду читателям сложнее всего поверить в книге.

– Маркиза, пойдём напоследок у костра сфоткаемся, – Павел облокачивается на край лодки. – Кончай реветь. Всё хорошо, что хорошо кончается. Будем с тобой сегодня на белых простынях возлежать. Как короли.

– Я не выйду из лодки даже за миллион, – вцепляюсь в скамью. – Ноги моей на этом острове не будет.

– Миллиона у меня нет. Но я готов обсудить некую сумму. Пожалуйста, Лилиан, – Сергей встаёт рядом с Павлом, и я перестаю трястись, как осиновый лист.

Передо мной стоит блондин моей мечты. Плечистый, голубоглазый, с бедовой улыбкой на губах и ямочками на щеках. Я ждала такого парня всю жизнь, и она подсунула мне его, улучив самый подходящий момент. Я растрёпана, безумна и беременна. Приглаживаю волосы, орудуя пальцами, как гребнями. К счастью, у меня были на острове маникюрные ножницы, но мои ногти, всё равно оставляют желать лучшего. Прячу глаза, сгорая от стыда. Хорошо хоть в платье спала. А то так бы и помчалась голая навстречу мечте.

– Маркиза, не кочевряжься! Пойдём пофоткаемся. А потом на яхту и загуляем! Ох, я тебе сегодня устрою, – Павел подхватывает меня на руки и вытаскивает на берег.

Сергей с интересом наблюдает за нами.

– Ты как вообще со мной разговариваешь? – вскипаю я и пытаюсь вернуться в лодку. – Сыта твоим панибратством!

– Павел, не надо так! – Сергей трогает его за плечо. – Если девушка не хочет…

– Эта девушка всегда не хочет! – Павел ставит меня на ноги и обнимает со спины. – В её лексиконе нет слова «да».

– Можно я сделаю несколько снимков, Лил. Это будут очень красивые фото, обещаю.

– Да, – выпутываюсь я из объятий Павла. Во мне вскипает дух противоречия. – Да, да, да.

– Что? – Павел хватает меня за руку. – Ты только что сказала Серёге четыре «да»?

– Ребята, не ссорьтесь! Паш, я тебя не узнаю, – смеётся Серёга, и у меня перехватывает дыхание. До чего он милый и обходительный. Серёга кивает мужчинам в лодке: – Жан, Пьер, доставайте освещение.

Подходит Лок и, обняв меня, касается губами моего виска:

– Теперь ты счастлива, любовь моя?

Лицо у Серёги вытягивается от изумления, но он ещё и сама деликатность. Делает вид, что ничего не заметил.

– Безумно счастлива, – вздыхаю я.

* * *

Лилиан

За фотосессию на пляже я потребовала предоставить мне отдельную каюту. Голова кружилась от многоголосья и неожиданного спасения. Как в тумане я позировала у костра. Позировала, конечно, громко сказано. Но Сергей обещал согласовать со мной кадры, которые он захочет использовать для репортажа. Я избегала смотреть в глаза Локу, и не желала видеть Павла. Плохо помню, как добралась до каюты. Толпа людей, встречающая нас на палубе, напугала меня до жути. Похоже, я близка к помешательству. Закрылась в каюте, послав Лока и Павла коротким:

– Сдулись отсюда оба.

Долго стояла под душем в тесной кабине с тусклой лампочкой, вдыхая аромат яблочного шампуня, как божественный нектар. Рыдала в подушку, игнорируя стук в дверь. Вырубилась быстро и до утра.

* * *

Утром просыпаюсь и не верю своим ощущениям и воспоминаниям. Долго лежу, боясь открыть глаза. Моя голова утопает в мягкой подушке, тело покрывает воздушное, тёплое одеяло. Веду рукой по гладкой простыне, а не по мху и жёсткой махре потрёпанного полотенца. Зато в теле куча неприятных ощущений: тошнота, озноб и боль в горле. Деликатный стук в дверь. Оглядываюсь. Я одна в каюте. В иллюминаторы заглядывает ясное утро. Яхту слегка покачивает на волнах.

– Войдите, – хриплю и захожусь кашлем.

– Лил, ты закрылась на ключ, – Павел, судя по голосу, слегка пьян.

Откидываю одеяло и, сажусь на постели. В гудящей голове приземляются вертолёты. Добредаю до двери и утыкаюсь в неё лбом:

– Что тебе нужно?

– Лил, я как бы спать пришёл.

– Я просила отдельную каюту, – в душе признаюсь себе, что хочу увидеть Павла. Поворачиваю ключ в замке и съезжаю по стене на пол.

– Солнце, что с тобой? Не в настроении? – трепет Павел меня по голове. – Какие у тебя волосы пушистые сегодня!

Закрываю лицо руками и качаю головой.

– Тошнит? – в голосе Павла тревога. Он опускается передо мной на колени и берёт за плечи. – Да ты горячая какая!

Подняв с пола, Павел относит меня в постель. Прижимаюсь, к его груди и признаюсь себе, что этот человек мне стал очень близок. Да, он не ангел, но я тоже не подарок.

– Сейчас врача позову, он осмотрит тебя! Что же ты, маленькая моя? Тебе нельзя болеть, – Павел укрывает меня одеялом, поправляет мне волосы.

Смотрю на Павла и не узнаю его. Как быстро он преображается. Где тот самоуверенный нахал, которого я так люто ненавидела этой ночью? Надо же, немного пьян, но идеально выбрит. Мне плохо, а он вьётся вокруг меня белым лебедем. Снова играет? Да и плевать. Я выбрала Павла, ношу его ребёнка. К чёрту самых красивых блондинов мира. Брюнеты и актёры – моя карма.

– Не уходи, – удерживаю Павла за руку. – Мне плохо. Правда.

– Я за врачом, – Павел касается губами моего влажного от испарины лба.

Следующий день помню плохо. Моя истощённая нервная система дала сбой, а следом за ней и весь организм. Об интервью не могло быть и речи. Павел ограждал меня от всех визитёров, кроме одного. Лок подолгу молча сидел у моей постели и целовал мои пальцы, когда я приходила в себя.

– Я любить тебя, Лил. Ты ветер. Тебя не удержать, – шептал он.

– Тебе нужна нормальная девушка. Ты ещё встретишь любовь, – говорю, превозмогая боль в горле. Мне так неловко, что на острове я поддалась страсти и животным инстинктам. Подарила парню надежду. Ну какая из меня жена вождя? Да я в жизни больше не полечу на океан.

– Ты моя любовь.

– Лок, прошу тебя.

– Ты моя звезда, – касается он прохладными губами моего лба.

– Значит я всегда буду с тобой, – мне хочется прекратить этот разговор, улыбаюсь через силу. – Посмотришь на небо, а я улыбнусь тебе оттуда.

– Давай сойдём на моём острове. Ты поправляться. Всё снова будет хорошо.

– Я сойду с судна только на большой земле. Павел говорил, что съёмки шоу закончены, и яхта направляется в Штаты. Это всё, Лок! Как ты не понимаешь?

– Ты говорить, что хочешь меня в свой дом. Если я ехать с тобой? – Лок смотрит на меня взглядом щенка. Я чувствую себя последней гадиной на земле! Потому что сейчас мои мысли практичны до безобразия: чем Лок будет зарабатывать на хлеб? Ритуальными танцами на Красной площади или закончит водительские курсы? Да, я привыкла во всём полагаться на себя. Но если я впущу в свою жизнь мужчину, то самодостаточного. И не потому что меркантильна, а потому что наша лодка любви быстро разобьётся о быт.

Входит Павел, и одного моего взгляда достаточно, чтобы мы поняли друг друга.

– Старина! Ты мне нужен, – Павел уводит Лока.

Я жадно выпиваю стакан минералки и проваливаюсь в сон.

В следующее моё пробуждение Павел сидит рядом со мной и читает книгу на французском. Не разберу, что написано на обложке с космической ракетой и парой зомби. Приподнимаюсь на локтях и вижу два своих чемодана.

– Ты забрал мои вещи с острова?

– Угу, – Павел увлечён чтением и похлопыванием находит мою руку на одеяле. – Лок проболтался, что ты не собираешься покидать яхту. Всё хорошо, малыш?

Смотрю в иллюминатор. Темнота непроглядная.

– Мы сейчас плывём или стоим?

Павел, дочитав главу, откладывает книгу:

– Яхта взяла курс на Штаты. В посольстве тебе сделают шенгенскую визу и махнём во Францию.

– Но у меня виза просрочена…

– Лил, – Павел прислоняет к моему лбу градусник. – Мы с тобой сейчас звёзды всех информационных эфиров. Болей спокойно и положись на меня. Высокая температура. Давай ещё лекарства хлопнем.

Он наливает из термоса воду в кружку и разрывает пакетик:

– Локу я оставил наш адрес, – подмигивает мне Павел. – Это всё что я мог сделать для него. Ты не против, если он приедет в гости?

– Ничего, – падаю обратно в подушки. Тебя самого-то не смущает, что я с ним… того-этого.

– Благодаря этому парню мы живы, – Павел придерживает кружку у моего рта. – Если ты напишешь роман, то я подтяну Лока на съёмки. Фактура – лучше не придумаешь!

– Роман! Мне даже вспоминать страшно об этом острове! – содрогаюсь всем телом.

– Ты у меня женщина крепкая, – Павел вытягивается возле меня и укладывает к себе на плечо. – А я уже связался с продюсером. Он взялся почитать твои книги и считает, что наша история может стать бестселлером.

– Да ладно! – дрожь охватывает меня с головы до ног. – Ты это серьёзно?

– А то! Только актрису, конечно, лучше взять профессиональную… – Павел перехватывает мой гневный взгляд. – Утверждать её будешь вместе с режиссёром. Так что давай поправляйся и за дело. С тебя сценарий, с меня всё остальное.