11

Когда он находился рядом с Анной, все мысли куда-то улетучивались. И переставало существовать даже то важное, которое раньше стояло во главе угла. Конечно, Гордея внутренне царапал тот факт, что с матерью он поступил не очень-то красиво. Но он уже взрослый и сам решает, с кем ему быть и кого… любить.

И когда мама стала препятствовать тому, в чём он имел полное право разбираться наедине с собой, реакция Гордея была незамедлительной. И верной.

Рядом со сверстницами ему всегда было скучно до одури. Только одна девчонка понимала его и им было о чём поговорить. Её звали Алёнкой, и он мог назвать её верным другом.

Вот и сегодня он в очередной раз плакался ей в жилетку, не замечая, что Алёна на это реагирует как-то странно.

– Вообще её не понимаю, – мотнул Гордей головой, приложившись к бутылке пива. – Она то отстраняет меня, то приближает. Иногда мы с нею – лучшие друзья на свете. Причём знаешь… она меня будто пускает на какую-то интимную территорию, а потом даёт понять, что заходить туда не стоит.

Алёна, которая занималась тем, что пересаживала крохотные кактусы, ненадолго замерла.

– То есть, у вас всё же… было? – выдохнула она тихо.

Гордей криво улыбнулся. Он знал, что Алёнка ещё невинна, несмотря на то, что ей двадцать один. И в таких вопросах разве что разбирается исключительно по тому, что можно почитать или посмотреть в интернете.

И, в принципе, он мог ей соврать. Сказать, что уже поимел Анну во всех позах, которые красочно представлял себе в фантазиях. Но смысла в этом не было никакого.

– Не… не было, – покачал он головой. – Целовались пару раз. Но это так… Уроки французского.

Он невесело заржал, допил пиво и взялся за новую бутылку. Бокал, в который налил пенного для Алёнки, так и остался стоять нетронутым на туалетном столике.

На какой-то момент Гордей отчего-то задумался, каково бы было загулять, скажем, с той же Алёной. Он даже чуть откинулся назад и принялся разглядывать её ладную фигурку. Пока член не встал колом, пришлось отбросить от себя эти мысли. Алёна – друг. И на этом всё. И портить эту дружбу он точно не станет.

– Понятно. Ну, я не знаю, что тебе посоветовать, – расправившись со своими кактусами, ответила она. – Разве что… может, тебе просто стоит быть понастойчивее. Раз ты хочешь только её…

Хорошая она у него была. Познакомились не так давно в сети, а оказалось, что живут неподалёку друг от друга. Сначала про игры общались, потом оказалось, что у них вообще море общих интересов. Алёнка даже в хоккее разбиралась, да и поболтать с ней было о чём.

– Может, и стоит, – задумчиво потёр он подбородок. – С отцом она вроде как всё. Закончила все отношения.

Гордей опять приложился к бутылке. Спиртное стирало те барьеры, которые всё ещё оставались внутри. Наверное, Алёна права. Ему стоит быть понастойчивее с Анной. Может, она именно этого и ждёт?

Про то, что до него у Ани был секс с его отцом, Гордей старался не думать. Она ведь не могла жить монашкой всё это время. Ну трахал её папа – и ладно.

– Поеду к ней прямо сейчас, – решил он, поднимаясь.

Алёнка тут же заволновалась.

– Я вообще-то не это имела в виду… Мы же кино собирались смотреть… Я пиццу пеку…

По квартире и впрямь разливался крышесносный аромат. Алёнка по части кулинарии была мастерицей на все руки. Прямо как его мама…

– Потом посмотрим. А ты лопай сама. И пиваса вон ещё сколько, тебе больше достанется, – ответил он, подойдя и щёлкнув девушку по носу.

Потом развернулся и ушёл. Алёна всхлипнула и обхватила себя руками.

У Анны он бывал не так, чтобы очень часто. А в последнее время, когда в их с отцом квартире поселились аж обе его бабушки разом, встречи стали редкими.

Аня не любила, когда он приезжал без предупреждения, потому не так давно он сунулся, получил по первое число, и на этом всё. Но сейчас, когда подкрепился по дороге парой крепких коктейлей, которые выпил в соседнем баре для храбрости, Гордей решил, что она примет его у себя и точка.

И плевать ему на все эти церковные догмы и прочую ересь. Он и крёстной-то её захотел себе только потому, что она с первых минут знакомства его околдовала. И когда отец предложил сделать Анну близким Гордею человеком, согласился без лишних слов.

А сейчас и он, и она явно понимали, что всё это лишь миф… блеф.

Когда оказался возле её двери, немного протрезвел от адреналина, который побежал по венам. И от возбуждения, что проносилось по телу, заполняя каждую клеточку.

Поднял руку и постучал, ожидая, что откроет она, но когда дверь распахнулась, оказалось, что на пороге стоит какой-то мужик.

Совершенно ему незнакомый.

– Здрасьте, – только и смог, что отыскать в арсенале своих слов Гордей.

– Добрый вечер, – ответил тот и поправил на носу очки в тонкой оправе.

Они оба уставились друг на друга с недоумением. Гордей стоял и гадал, кто это вообще такой? Анна просто не могла позариться на мужика, которого так можно назвать лишь с большой натяжкой. Скорее он походил на какого-то зануду-учёного, который бабами не интересовался по причине того, что было некогда это делать.

– А вы к кому? – спросил, наконец, этот непонятный субъект.

– Я к Анне, – ответил с вызовом Гордей. – Она – моя крёстная мама.

Звучало, по правде, очень странно, но так было больше шансов попасть к ней в квартиру и выяснить уже, что тут творится.

– А! Гордей. Проходите, – ответил мужик и отступил. После чего прибавил, заставляя замереть на месте истуканом: – Я Эдуард, муж Ани. Только тихонечко, она укладывает спать сына.

Хорошо, что выпитое уже сделало своё дело, и восприятие в мозгах немного притупилось. И не только оно. В целом показалось, что в черепной коробке находится какое-то желе, не способное думать.

Какой сын? Какой муж? Может, он просто уснул где-нибудь в баре за коктейлем, и сейчас ему это все снится?

– Я… в шоке, – озвучил Гордей, все же переступая порог квартиры. – Она не говорила, что замужем… И что у неё есть ребёнок.

Трезвости становилось всё меньше, а тумана в голове – всё больше. Он уже вообще не соображал… Понимал лишь, что был полнейшим лохом. Но ещё более простодырым оказался Эдуард. Где он вообще был, когда Анна тут крутила и им, Гордеем, и его отцом?

– Мы были в разладе, – просто ответил муж Ани. – Но уже помирились.

Гордей повернулся к нему и сложил руки на груди.

– И хочешь сказать, что она бросила ребёнка на тебя?

Он наглел, причём делал это осознанно. Так было проще выяснить, какого хрена случилось.

– Стёпка действительно жил со мной, но я не вижу в этом ничего странного, – пожал плечами Эдуард. – Анна занималась собой и карьерой. Это нормально для женщины, которая собирается разводиться.

Не сдержавшись, Гордей зло, но негромко рассмеялся. Карьерой она занималась, ну-ну.

– Вообще-то она трахалась с моим папашей и увела его из семьи, – проржавшись, ответил он. – А потом целовалась со мной и делала всё, чтобы меня соблазнить.

Ему всего на мгновение показалось по потемневшим глазам оппонента, что тот не сдержится и бросится на него. Однако очень быстро Эдуард взял себя в руки и произнёс безэмоционально:

– Неважно, что было до этого. Сейчас мы воссоединились и планируем воспитывать сына вместе.

Он ведь был готов простить ей всё. И даже если бы сейчас Гордей сказал, что Аня ест на завтрак младенцев, её муженёк, наверное, и тогда нашёл бы ей оправдание.

А сам он? Тоже ведь хорош. Собирался быть с нею, несмотря на всё, что она творила. Только папа вот молодец… Попользовал свою бывшую, а потом отправил её куда подальше.

– Гордей… что ты здесь делаешь? – выдохнула Анна, и ему показалось, что в голосе её звучит страх.

Он неспешно обернулся и взглянул на ту, что так запала ему в душу. Сейчас, когда она была такой домашней, простой, без капли косметики и с пучком на голове, почему-то пришло на ум, что его мама в разы красивее. Даже в таком неброском виде она была гораздо привлекательнее.

Наверное, так спадали розовые очки, которые Гордей носил до сего момента.

– Я приехал к тебе… Но оказалось, что ты уже… как там? Воссоединилась с мужем, во.

Он снова заржал, на этот раз громче, на что Аня мгновенно вызверилась:

– Ну-ка перестань шуметь! У меня ребёнок спит!

И за мгновение ока превратилась в львицу-мать, способную разорвать в клочья любого, кто посягнёт на её потомство.

В целом, это была финальная точка в том, что его связывало с этой женщиной. Однако он всё же предпринял последнюю попытку подгадить ей напоследок:

– Я рассказал Эдику, что ты трахалась с моим отцом и он потерял семью из-за тебя. И что с тобой мы сосались тоже.

Взгляд Анны метнулся к мужу, но тот лишь послал в ответном взоре что-то вроде «мне плевать, не переживай». Похоже, что бы он сейчас ни говорил, этот лох всё проглотит.

– Гордей, покинь мою квартиру и больше никогда здесь не появляйся, – отчеканила Аня. – Моя история больше не связана ни с тобой, ни с твоим папой.

Она поджала губы и посмотрела на него таким взглядом, по которому можно было судить, что Анна находится на грани. И если сейчас он не уйдёт – она за себя не ручается.

– Я вообще не понял, для чего тебе всё это было нужно, – процедил, окончательно осознавая, что лох здесь, пожалуй, вовсе не муж Ани.

Вернее, далеко не он один.

– Сейчас, когда думаю о твоём отце и о тебе, Гордей… Я тоже задаюсь ровно тем же самым вопросом, – не без доли насмешки ответила Анна и кивнула в сторону выхода: – Иди и больше не возвращайся!

Ну и что он мог поделать? Смысла оставаться и дальше, чтобы подпортить жизнь этим двоим, он не видел. Да и тот же Эдуард, по сути, являлся таким же пострадавшим элементом, как и он сам.

Только ему доставался приз в виде жены, а Гордей уходил, что называется, не солоно хлебавши.

– Счастливо оставаться, – буркнул он. – Удачи в следующий раз, когда она снова захочет по каким-то причинам попробовать член бывшего.

Вышло дико грубо, это Гордей осознавал. Как и то, что сейчас Эдуард вполне может не сдержаться и броситься на него с кулаками. Но муженёк Анны лишь поправил очки на носу и посмотрел на жену вопросительно.

Ничего не произошло, посему Гордей просто удалился, хмыкнув напоследок весьма скептично. Он мог прозакладывать голову – Аня совсем скоро забудет и о Эдике, и он сыне, и отправится на поиски новых приключений. Но это уже к нему отношения не имело.

Выйдя на улицу, он вытащил мобильник и набрал номер матери. Что хотел сказать, не знал. Просто звонил, чтобы услышать её голос.

Однако, она не подошла. Наверное, у неё были совершенно другие дела, да и вообще Гордею сейчас в новой маминой жизни было не место.

Осознание этого испугало столь сильно, что он замер на месте, а потом предпринял ещё несколько попыток дозвониться, но все они были безуспешными.

Тогда Гордей сделал то единственное, что ему оставалось.

Поехал обратно к Алёнке.