9

Почему же сейчас, когда представлял, как Анна хозяйничает на той кухне, где раньше была совсем другая женщина, его натуральным образом корёжило?

– Слушай, Ань… У меня с сыном сейчас состояние войны, как у кошки с собакой, – немного приукрасил он события. – Если мы ещё втроём гавкаться начнём на общих квадратных метрах, это будет катастрофа.

Он натянул бельё, брюки, накинул на плечи рубашку, и всё это – под пристальным взглядом Анны. Кузнецов прекрасно понимал, о чём она думает. И если сейчас бы сказала, что ей всё ясно, и она ещё поразмыслит перед тем, как ложиться с ним в постель снова, Сергей бы ни капли не удивился. Но она лишь пожала плечами и предпочла сыграть роль понимающей женщины.

– Хорошо, – ответила ровным голосом. – Только ты мне скажи, если вдруг передумаешь и наши с тобой отношения дальше развиваться не будут.

Сергей мысленно поморщился. Ему сейчас требовалось остаться наедине с собой и переварить все те чувства, которые, словно вихрь, то поднимали всё со дна души, то развеивали, чтобы после взметнуть наверх нечто новое.

– Аня, послушай…

Он подошёл и присел на корточках перед постелью. Посмотрел на любовницу прямо.

– Наша с тобой встреча и то, что происходит сейчас… Оно меня словно откидывает назад. Понимаешь? – спросил тихо.

Она тут же поджала губы.

– Я помню про то, что ты всё ещё держишь на меня зло за прошлое! Но я уже не знаю, как извернуться и доказать, что теперь я другая! – воскликнула с жаром.

– Не нужно ничего доказывать, – тут же поспешил он её заверить. – Но и торопиться я не хочу. Сам факт того, что моя жена теперь даже со мной не живёт, я уверен, говорит о многом. Однако это вовсе не значит, что я помчусь строить новые серьёзные отношения, даже не получив развода.

Он договорил и поднялся, но Анна всё не унималась.

– Так разведись… Ты ведь её не любишь. Сам говорил. Что это не чувства, что ты женился на удобстве и комфорте. Я тоже всё это умею! И только вспомни наши прошлые отношения… Мы же горели в любви, Серёжа!

Она говорила, в целом, те вещи, которые полностью соответствовали действительности. Вот только Кузнецов уже не был уверен в том, что эмоции давно минувших дней могут возродиться. И чувство, будто в руках у него пустышка, некое плацебо, которым он пытается излечить серьёзное заболевание, которое уже давным-давно прошло само по себе, не покидало…

– Мне нужно время, Аня. О чём я тебе уже говорил.

Он накинул на плечи пиджак и осмотрелся в поисках забытого. А потом просто вышел прочь и поехал на работу. Хоть там он сможет переключить мысли, которых стало уж очень много.

Благо и переночевать есть где. И заняться чем хватает. После феерического появления жены в разгар видеоконференции у него проблем появилось с избытком.

Но это даже к лучшему – когда есть, на что перенастроить себя, остальное отходит на десятый план.

За это Сергей и ухватился.

***

Когда всё же приехал домой, всё никак не мог избавиться от навязчивой мысли. Поднимался в лифте, а перед глазами мелькали картинки того, как раньше заходил в квартиру, как вдыхал аромат офигенных блюд, приготовленных женой, и как жил той жизнью, которой мог позавидовать любой другой мужчина.

Это у него вошло в настолько крепкую привычку, что избавиться от неё вот так вот сразу не получалось.

Однако думы о разносолах развеялись, стоило только ему переступить порог квартиры и понять, что Анна приехала сюда и уже сидит, распивая вино на кухне. И не одна, а в компании с Гордеем.

– О, Серёжа, а мы как раз гадали: ты и сегодня на ночь не вернёшься, или это была разовая акция? – хихикнула Аня немного нетрезво.

Обращение царапнуло, но не настолько сильно, как если бы эту картину он застал раньше. Всё же и впрямь ощущение суррогатности после того, как трахнул бывшую, сделало своё дело.

– Вы сутки, что ли, не спите? – усмехнулся он, заходя на кухню.

Гордей тут же насупился и бросил на Анну такой взгляд, словно был её верным щенком-вассалом, готовым защищать свою госпожу до последней капли крови.

– Сутки не спим, ага, – кивнула Аня. – Будешь вино? Гордей, налей папе.

Возникло чувство, словно она намеренно сталкивала их лбами, потому что на ее просьбу сын отреагировал прямо противоположно тому, о чем его просили. Сложил руки на груди и посмотрел на Сергея с вызовом.

Итак, вывод был очевиден. Зачем-то Анне нужна эта возня с вовлечением Гордея в их отношения. И, наверное, виной тому была попытка сподвигнуть Кузнецова на весьма определённые действия.

Что ж, если он прав, разочарование в Нюре не за горами.

– Мне не до бухла, – ответил он и, развернувшись, хотел уже отправиться к себе, когда случилось то, чего не ожидал, наверное, никто.

Входная дверь открылась, и в квартиру, вооружённые сумками и воинственным настроением вошла мать Сергея, которая… притащила с собой его же тёщу.

Твою же дивизию, что за хрень?

– Что здесь опять творится? – тут же подбоченилась Галина Викторовна, когда узрела на кухне Анну в компании Гордея. – Мало ей было тогда? Так я повторить могу!

Оставив Светлану Петровну, маму Лины, вместе с сумками в прихожей, она зашла на кухню и, оглядев Нюру с презрением, добавила:

– Если что – речь о тебе, да-да. Я была у Линочки и теперь знаю, как ты бросилась снова рушить жизнь моего сына! – Она выставила указательный палец, ткнув им в воздухе в сторону Анны. – Но если он сам идиот, раз потерял свою умницу-жену, то совратить внука и растоптать его судьбу я точно не позволю!

Кузнецову хотелось взвыть, но он сдержался. Ничего хорошего его не ждёт, если сейчас сцепиться с матерью, он это знал. Но и дальше этот фарс терпеть сил не было.

О, какое подходящее слово. Фарс. То, во что его жизнь действительно превратилась со скоростью света.

– Мама, перестань уже сюда ходить, как на работу! – начал он, но Гордей решил вызвать огонь на себя.

– Бабушка, только мне решать, с кем я стану общаться! Аня – моя крёстная! Я требую, чтобы ты относилась к ней с уважением. Иначе мы просто уйдём отсюда и оборвём все связи с вами!

Сын очень быстро раздухарился, но смотрел Сергей вовсе не на него. Он наблюдал за Анной, и по выражению её лица понял, что ей совершенно не нравится настрой Гордея.

– Галина Викторовна, мы ведь знакомы с вами очень давно, – проговорила она, приняв тот вид, который Кузнецов знал досконально.

Хитрой лисицы, способной многого добиться в жизни своими уловками. Вот только действовало подобное в основном на мужиков, а уж никак не на дам возраста его матери или Светланы Петровны.

Последняя, кстати, оставила вещи в прихожей и присоединилась к их милому маленькому обществу. Удивительно, но тёща, которая в последнее время весьма неважно себя чувствовала, сейчас выглядела вполне себе цветущей женщиной.

Галина Викторовна смотрела на Анну, ожидая продолжения. А та сидела и подбирала слова.

– У нас с вашим сыном снова любовь. Только теперь к отношениям мы подошли совершенно иначе. С умом и бережностью. И будем хранить их и приумножать. Возможно, я даже рожу Сергею ребёнка…

Она только договорила те слова, от которых у Кузнецова по спине неприятный холодок пробежал, как Галина Викторовна разъярилась.

Схватив полотенце, накинулась на Аню с такой ненавистью, что Серёжа даже поразиться не успел тому, где мама нахваталась подобного.

– Иди отсюда, прошмандовка! Сергею она рожать собралась! Иди вон и носа чтобы сюда не казала даже! Он женат! Проститутка ты отборная! Женат и никто ему другой не нужен!

Анна, прикрыв голову, взвизгнула и, вскочив, опять ретировалась прочь из квартиры. А Галина Викторовна, приговаривая, что так будет каждый раз, когда она появится на её глазах, убедилась в том, что любовница сына покинула поле боя, после чего вернулась к остальным.

– А ты сиди! – рявкнула она, обратившись к внуку, который с самым недовольным видом планировал последовать за Анной. – Сейчас мы все устроимся здесь и обсудим, что вы оба успели натворить!

Гордей, немного помедлив, всё же вернулся на своё место, но не преминул сообщить:

– Я всё равно за ней уйду. Мне это всё осточертело! Лезете все куда вас не просят!

Зря он так… Если вдруг выяснится, что у сына совсем не те чувства, какие должны быть в отношении крёстной матери, страдать Гордею придётся точно.

Или на что он рассчитывал? Что сможет закрутить роман с бабой на два десятка лет старше и это всё пройдёт нормально? И почему вообще сейчас Кузнецов настолько спокойно об этом размышляет?

– Ты никуда не уйдёшь! Эта шаболда сначала окрутила твоего папаньку и бросила его. Потом ворвалась в спокойную жизнь вашей семьи и снова всё перевернула кверху дном. А сейчас ты вообще заявляешь, что встаёшь на сторону потаскушки, а не собственной матери!

Гордей вновь зыркнул на бабушку, как затравленный волчонок. Кузнецов знал – это всё ненадолго. Очень скоро сын поймёт, что уже не маленький мальчик, и вот тогда-то покажет всем по первое число. Но пока ещё увещевания и попытки поговорить на него действовали.

– Ба, я ни на какую сторону не вставал! И вообще не понимаю, почему должен был выбирать… Это мама заставила делать этот выбор. Но она должна понимать, что их прошлое меня вообще не касается! Мне хорошо с Аней! Она близкий мне человек, с которым комфортно общаться. Она лёгкая, весёлая… Не то что остальные!

Под остальными, видимо, он имел в виду их всех. Но Галина Викторовна на данный выпад внука внимания не обратила.

– Ты сказал, что я хожу сюда, как на работу, – обратилась она к сыну. – Так вот, чтобы не пришлось этого делать и дальше, мы со Светой теперь будем жить здесь. У Линочки мы разрешения спросили, она не против. А пока она разбирается с тем, как с тобой развестись и жить дальше счастливо, мы обживёмся в вашей квартире.

Галина Викторовна посмотрела на Сергея с видом победительницы, а вот он не только приуныл, но ещё и разозлился.

– Вы бы поменьше лезли в нашу жизнь, – процедил он недовольно. – Никакого развода не будет! Так что давайте-ка переставайте заниматься ерундой, забирайте вещи и по домам. А я съезжу к жене и поговорю с ней о том, чтобы возвращалась сюда.

Галина Викторовна и Светлана Петровна переглянулись и разразились хохотом. А потом одновременно вышли из кухни и принялись разбирать сумки.

Кузнецов пришёл к окончательному выводу, что вожжи из рук он выпустил напрочь.

И касалось это всех аспектов его не слишком-то весёлой жизни.

***

Рудольф в очередной раз позвонил, чтобы выразить свой восторг и благодарность за то, что в его офисе ещё ни разу не было настолько вкусно и сытно. А я, едва положив трубку, улыбнулась своему отражению и мысленно прикинула, что бы ещё такое придумать, чтобы у сотрудников адвокатской конторы мнение о моей стряпне не только сохранилось, но и приумножилось.

А ещё я вдруг поняла, что из зеркала на меня смотрит другая женщина. Нет, моя внешность не поменялась кардинально, но я словно расцвела и стала иной.

И пока лишь привыкала, например, к тому, какой у меня стал взгляд, или же к самолюбованию, тому самому, правильному и важному, которое должно быть у каждой женщины. Ведь, как говорится: если ты не полюбишь себя, то тебя никто не полюбит.

Я только начинала идти по этому пути, но мне уже нравился результат. И да – серый свитерок и хвостик на макушке были в прошлом. Утром я обязательно укладывала волосы, наносила на лицо пусть и минимум, но все же макияжа, а еще предпочитала платья. Оказывается, совершенно необязательно отказываться от удобства, если хочешь носить такого рода вещи.

Взглянув на часы, я решила съездить в магазин за покупками. Сегодня утром, словно напоминание о том, чем закончилась наша последняя встреча с мужем, на мою карту поступила денежная сумма. Весьма приличная, надо сказать. И этим Кузнецов меня порядком удивил, хотя я и понимала, что так Сергей расплачивается со мною за то, что я была вынуждена покинуть собственную жилплощадь.

Едва выйдя из подъезда, я приостановилась, потому что обнаружилось, что недалеко от него припаркована машина Льва. А мне на мобильный как раз поступил звонок от него, на который я не сразу, но всё же ответила:

– Лина, привет! Слушай, я тут мимо дома Евы проезжал. Она не так давно обмолвилась, что ты у неё живёшь. Не будешь против, если заскочу к тебе?

Когда до меня донёсся голос Никитина, я не стала отвечать, а просто сократила расстояние до его машины и постучала в окно со стороны водителя. Лев встрепенулся, удивленно взглянул на меня и положил трубку. Затем вышел из машины и, улыбнувшись, проговорил:

– На ловца и зверь бежит.

Я кивнула и ответила:

– Собираюсь в магазин. Но тебе могу уделить время.

Никитин завёл руку за затылок и растёр его, как будто размышлял прямо здесь и сейчас над тем, что соврать мне по поводу его прибытия. По крайней мере, мне казалось, что он судорожно ищет причину, по которой прибыл под окна квартиры моей подруги, однако Лев вдруг сказал:

– Я хочу обсудить с тобой возможность того, чтобы ты работала ещё и на меня.

Это было очень внезапно. С того момента, когда Никитин отвёз нас с Евой по домам, мы с ним не говорили. И, положа руку на сердце, я была уверена в том, что мы со Львом больше общаться не будем. Он – друг Кузнецова, а с последним нам не по пути.

– Работала на тебя? – не стала я сдерживать удивления, приподняв бровь. – Но в той сфере, в которой ты трудишься, боюсь, я вообще не разбираюсь.

Я развела руками, на что Лев тут же ответил:

– Нет, ты не совсем поняла… Просто Ева немного проболталась о том, чем ты сейчас занялась. И я подумал, если это тебя не обидит… Может, возьмёшь ещё заказы?

На этом моменте степень изумления стала ещё больше, а Никитин, меж тем, продолжил:

– Я могу помочь тебе с фирмой. Можно будет организовать доставку обедов до офисов. Со временем ты вообще можешь просто встать во главе и самостоятельно готовкой не заниматься…

Создавалось впечатление, что Лев уже спланировал всё заранее, и очень хочет помочь хотя бы тем, что я возьмусь за его заказ, но на это я пока лишь вскинула руку, молчаливо прося дать мне время.

– Лёва, спасибо большое за заботу… Но ты меня порядком поразил… У тебя, оказывается, целый бизнес-план в отношении меня имеется, – мягко рассмеялась я.

Никитин сначала напрягся, видимо, опасаясь того, что я пошлю его подальше. Я же отправлять Льва никуда не собиралась, по крайней мере, до момента, пока не выяснится, что он на стороне Кузнецова и будет делать всё, что скажет Серёжа.

Кстати, о муже. Не прошло и пары мгновений, как сработала поговорка «Только чёрта помянешь, как он тут как тут». Не успел Никитин мне ответить, как рядом с нами тормознула машина Кузнецова. И сам он явился пред наши очи, причём выглядел так, словно поймал жену с поличным на измене и готов убивать.

– Какая интересная встреча! – объявил Сергей, выйдя из авто и захлопнув дверцу с такой силой, что мне показалось, будто по двору прокатилось эхо.

Лев заметно напрягся. Сейчас, когда он смотрел на друга, его глаза полыхали недовольством.

– Очень интересная, – процедил Никитин. – Не припомню, чтобы твоя сфера интересов простиралась на дом, где живёт Ева.

Кузнецов пожал плечами.

– Пока у неё находится моя жена, в эту сторону будет простираться всё, что мне захочется простереть.

Он посмотрел на меня и, сменив тон, спросил:

– Мы можем поговорить… без левых людей?

Я вскинула брови. Удивительное рядом. Кузнецову что-то срочно понадобилось?

– Сегодня нет, – ответила, взглянув на часы. – Очень много дел. А завтра – не знаю. Позвони мне на днях, я посмотрю своё расписание.

Пока Сергей переваривал эту информацию, при этом лицо его приобрело такое выражение, словно он впервые столкнулся с тем, с чем не мог совладать, я повернулась ко Льву и спросила как ни в чём не бывало:

– Ну что? Поехали по магазинам?

Никитин, надо отдать ему должное, сориентировался сразу же.

– Да, конечно, – ответил он, галантно распахнул для меня дверцу и, когда я устроилась в машине, сел за руль.

Через мгновение мы помчались прочь, оставив Сергея глотать пыль прошлого. Что он заслужил на все сто.