Глава 16

— Как что? Пришла поздравить тебя с днем рождения, — Джина ослепительно улыбается и подходит ближе, раскидывая руки для объятий.

Ну уж нет. Не тут-то было, куколка. Делаю шаг ей навстречу, загораживая Криса. Не знаю, как он отнесётся к этому жесту, но я не хочу подпускать её.

— Оу… Ну и, конечно, познакомиться с твоей новой жертвой, — продолжает она, опуская свой взгляд на меня.

Какой у неё рост? Метра два, не меньше. Да она высотой с баскетбольное кольцо.

Злобно прищуривая глаза, выдерживаю её осмотр и произвожу свой. По-моему, здесь есть только жертва булимии и пластических операций. Чуть было не выплевываю эти слова, но вовремя одумываюсь. Это слишком жестоко. Не хочу опускаться до её уровня.

— Она моя девушка, — зло чеканит Крис, обнимая меня со спины.

Расслабляюсь, чувствуя его поддержку. Конечно, я могу и сама сбить с неё спесь. Её слабое место мне известно, но только вот пользоваться этим я не хочу.

— Да? Тогда мне стоит дать ей пару советов. Всё-таки я хорошо тебя знаю. Может, смогу помочь. Или даже уберечь. В любом случае, думаю, мне есть о чём поговорить с вами обоими, — Джина ехидно улыбается, глядя мне в глаза.

— Нам не о чем говорить, Джина. Ты должна уйти, — произносит Крис холодно.

— Нет, Крис. Есть. Я буду ждать тебя в саду. На нашем месте, — говорит она и уходит, призывно покачивая бедрами. Или, лучше сказать, гремя костями.

— Забудь о ней. Давай лучше ещё потанцуем, — произносит Крис приглушенно, целуя меня в плечо. — А ты знала, что у тебя здесь три родинки в ряд?

Его дыхание приятно касается кожи, и я невольно прикрываю глаза, пока Крис тихонько покачивается вместе со мной из стороны в сторону. Так, стоп…

— Не переводи тему, Коллинз, — произношу строго и разворачиваюсь, чтобы оказаться к нему лицом. — Проблемы всегда нас находят, сколько бы мы ни бежали от них. Это твоя проблема, пора её решить. Со мной или без меня, как хочешь, но ты должен поговорить с ней.

— Ничего хорошего из этого не выйдет, — он качает головой, отводя взгляд.

— Кристиан, послушай. Я знаю тебя достаточно, чтобы сформировать собственное мнение. Слова какой-то стервозной девчонки для меня ничего не значат. Нужно уже покончить с ней. Позволь мне помочь, — прошу я и нервно закусываю щёку, ожидя его ответ.

Он не обязан этого делать по моей просьбе. Сейчас Крис легко может послать нас с Джиной обеих куда подальше. Вижу, что он сомневается и, наконец, принимает решение, твердо кивая.

— Хорошо. Но помни, это была твоя идея, — Крис берёт меня за руку и ведёт за собой в сторону сада.

Если бы не ситуация, в которой мы оказались и скорость, с которой мы идем, то это можно было бы считать романтичной прогулкой. Добираемся до старой части сада и, сойдя с мощеной дорожки, выходим к деревянной скамейке под огромной яблоней. Джина уже ждет нас, сидя на ней и закинув ногу на ногу.

— Вау. Ты действительно не побоялся привести её сюда? Значит, не так уж и дорожишь.

Она даже не подозревает, что это ей надо бояться того, что я здесь. Эта девка себе слишком много позволяет.

— А что? Ты можешь укусить меня и заразить стервозностью? — спрашиваю, усмехаясь.

— А она с зубками. Саймон был прав, — насмешливо произносит Джина.

Улыбаюсь ей, показывая что она верно подметила. С зубками. Ещё и с какими.

— Говори, что хотела, Джина, и уходи. Я хочу вернуться на свою вечеринку, — говорит Крис тоном, который явно хранится в его личной морозилке, чтобы обдавать особенных собеседников ледяным холодом.

— Вечеринку? Ну конечно, — она заливается смехом, — это единственное, что тебя волновало. Всегда.

Джина продолжает смеяться, а затем в одно мгновение становится серьезной и даже злой. Такие резкие перемены её настроения меня немного пугают.

— Ты никогда не заботишься ни о ком, кроме себя, Крис. Уж мне-то хорошо это известно. Так что, дорогуша, лучше беги от него, пока он и тебя не угробил, — эта сумасшедшая блондинка переводит взгляд на меня и прищуривает глаза. — Да ладно? Дай угадаю. Ты думаешь, что он изменится ради тебя?

— Ему не надо меняться. Потому что он совершенно не такой, как ты говоришь. И никогда не был, — отвечаю уверенно, никак не реагируя на ее саркастичный взгляд.

— Да? Не был таким? Ну-ну… А ты знаешь, что он сделал со мной? — Джина начинает повышать голос. Ещё немного и сорвется на крик.

— Джина, перестань, — предупреждающе произносит Крис.

Понимаю, ему больно всё это слышать, но нужно дать ей высказаться. Только тогда я смогу опровергнуть её слова.

— Пусть расскажет, — говорю я, сосредоточившись на Джине. — Ну и что же он такого сделал?

— Он нас чуть не убил! Чуть не угробил мою карьеру! Из-за него я пострадала! Та авария случилась по твоей вине! — визжит она и показывает на Криса пальцем.

— Джина, ты сама знаешь, что именно произошло. Это не только моя вина, но и твоя, — начинает закипать Крис. Кажется, ему надоедает слушать обвинения в свой адрес.

— Кто был за рулём? — спрашиваю я.

Ответа не следует. Эти двое лишь злобно пялятся друг на друга и тяжело дышат.

— Кто бы за рулём? — повторяю громче.

Крис молчит, но все так же сверлит Джину взглядом. А вот она начинает бегать глазами по колышущимся от легкого ветра кронам деревьев. Уже и так знаю ответ, поэтому такое подтверждение меня вполне устраивает.

— Ясно… — коротко усмехаюсь. Избалованная девчонка, привыкшая во всем винить других. Вот кто она такая. — Ты сказала, чуть не угробил карьеру? Ты работаешь моделью? — задаю следующий вопрос.

— Конечно, — Джина снимает маску и одна половина ее лица идеальна так же, как и вторая. — Я всё исправила. Сама.

— Ты не хотела помощи от меня, — тихий голос Криса кажется хриплым и совсем не похожим на принадлежащий парню, которого я знаю.

Джина снова это делает. Заполняет его чувством вины.

— Стоп, Джина, — снова вмешиваюсь я. — Давай-ка вместе порассуждаем. Если ты, конечно, способна на такую малость, как думать головой хоть иногда. Случилась авария, когда за рулём автомобиля была ты. У тебя были травмы, в лечении которых Крис был готов помочь тебе, но ты сама отказалась. И ещё, как я знаю, ты сама бросила его. Я ничего не упустила? — делаю вид, что задумываюсь на секунду и продолжаю: — По-моему, нет. Так объясни мне, дорогуша, какого чёрта ты во всём обвиняешь его? Ты никогда не задумывалась, что проблема в тебе? Что здесь есть, как минимум, пятьдесят процентов твоей вины? И если ты вся такая крутая и со всем справилась сама, зачем тогда пришла сюда сегодня? Чтобы поссорить его со мной?

Довольный и надменный вид исчезает с лица Джины, сменяясь испуганным и расстроенным. Страх, удивление, боль… Все эти чувства явно читаются в её глазах. Крис стоит сбоку, и я не вижу, что сейчас отражается на его лице. Надеюсь, он не прибьет меня, когда всё закончится. Ведь я хочу помочь. Продолжаю смотреть перед собой, не разрывая контакт с Джинной.

— Не знаешь? — вскидываю брови. — Давай подскажу. Ты всё ещё любишь его, не так ли? Ты думала, что он будет добиваться тебя снова и снова. Приползёт на коленях после вашего расставания и будет молить вернуться. Только вот он не стал. А тут ещё и девушку себе завёл. Ты не можешь отпустить его, но и удержать уже не можешь, — скрещиваю руки на груди. Шах и мат, куколка.

Перевожу дыхание. Кажется, нужно напоминать себе дышать между фразами. Джина медленно поднимается и подходит к нам, но больше не смотрит на меня, её взгляд прикован к Крису.

— А она молодец. Всё точно. Только мы оба знаем, какой бы сильной ни была эта девушка, она не сможет быть с тобой. В конце концов, ты сломаешь и её. Отношения не для тебя, Крис. Пожалей девочку.

Кристиан замирает, глядя куда-то в пустоту, а Джина грустно улыбается и уходит, гордо вскинув подбородок.

Эта девушка не сломана. Выбита из равновесия, да, но в остальном… В полном порядке.

— Кристиан, — зову я, пытаясь вернуть его в реальность.

Он никак не реагирует, видимо, продолжая о чём-то размышлять. Снимаю сначала свою маску, а потом и его. Подношу ладонь к лицу Криса и заглядываю в глаза.

— Это неправда. Слышишь? Всё, что она говорила… — не успеваю закончить фразу, потому что мои губы настойчиво захватывают в сладкий плен.

С облегчением отвечаю на поцелуй, обнимая Криса за шею, чтобы устоять на месте. Колени дрожат так, что каблуки ходят из стороны в сторону, готовые сломаться в любой момент. Но все испытания позади. Мы победили. Кристиан не собирается бросать меня. По крайней мере, сейчас.

— Давай сегодня просто забудем об этом. У меня всё-таки день рождения. Я хочу веселиться.

— Я только за, — с воодушевлением киваю несколько раз. Готова сделать всё что угодно, лишь бы вернуть ему хорошее настроение на сегодняшний вечер.

Танцуем всю ночь напролет. Громкая музыка не дает расслабиться ни на секунду. А немного опьяненный сладкими коктейлями и страстью разум не удерживает никакие серьёзные мысли. Яркие огни, сияющие вокруг, отражаются в глазах Криса, сосредотачивая мое внимание только на этом ледяном светопредставлении. Да, линзы он снял по моей просьбе. Не хочу, чтобы он мог что-то утаить от меня во тьме. В глазах ведь отражается всё. Даже то, о чем сам ты и не догадываешься. И то, что я вижу в глазах Криса, кружит мне голову покруче любых аттракционов.

Вокруг дикое веселье. Действительно дикое. Осталась одна молодежь. И все в масках. Анонимность раскрепощает людей, в некоторых случаях даже слишком. Многие целуются, заняв укромные и не очень уголки. Остальные танцуют, откровенно прижимаясь к друг другу так, что танцем это можно назвать лишь отчасти. Мы с Крисом, впрочем, не сильно отстаем от них. Только, в отличие от остальных, нам известны личности друг друга.

Поцелуи становятся всё горячее, а движения всё соблазнительнее. Не знаю, как мы оказываемся в спальне Криса, но я не хочу, чтобы он останавливался. Платье летит в сторону, а за ней и рубашка Кристиана. Перестаю вообще что-либо понимать, ощущая только прикосновения горячих пальцев и губ, исследующих мое тело.

Конечно, я не девственница. Мы с Шоном были вместе со старшей школы и я доверяла ему. Но это не значит, что теперь можно спать со всеми подряд. Кристиан — мой осознанный выбор. Мы справились с проблемами прошлого вместе. Он помог мне избавиться от моих и я, надеюсь, сегодня помогла ему тоже.

Осознание, что я уже бесповоротно влюбилась, как удар по лицу. Это чувство душит, но ощущение нежности и желания Кристиана стирает все мои страхи. Да, он не идеальный, грубый и сложный. Но ещё он внимательный, заботливый, добрый и весёлый. Во всём этом я убедилась на собственном опыте. Невозможно узнать его настоящего и не полюбить.

И я готова к следующему шагу. Даже если впереди ждёт бездонная пропасть. Без лишних слов, признаний и обещаний мы отпускаем наши эмоции, чувства и желания, разрывая цепи и ломая замки. Никогда не буду жалеть об этой ночи. Ведь я отдаю столько же, сколько получаю в ответ.

Проснувшись, сладко потягиваюсь, но не спешу открывать глаза. Тело немного ломит после вчерашней ночи, но это лишь вызывает счастливую улыбку на лице и легкое приятное покалывание внизу живота. Закутываюсь плотнее в легкое покрывало, подтягивая ноги к груди, и сильнее зажмуриваю глаза. Всё произошедшее кажется сном, но я точно знаю, что это было на самом деле.

Открываю глаза и вижу своё красное платье, висящее на телевизоре. Вот и еще одно доказательство того, как жарко здесь было вчера. Хихикаю и осматриваю комнату дальше, в поисках виновника моих странных чувств. А вот и Крис, как раз выходит из ванной, но… Что-то не так. Он не улыбается и вообще его лицо ничего не выражает. Абсолютное безразличие. Может, он ещё не проснулся? Или всё-таки что-то случилось?

— В чём дело? — спрашиваю я, поднимаясь и поправляя покрывало.

— Нам нужно поговорить, Даяна.

По имени? Миленько… Значит, уже догадываюсь, о чём будет разговор. В комнате становится заметно холоднее. Кажется, зима пришла тогда, когда её не ждали. Жаль, я не прихватила свой теплый свитер. Придется морозиться. Видимо, настал тот самый момент, когда нужно побороться за наши отношения. И, на удивление, я готова.

— Если это настолько серьёзно, что ты забыл о банальной вежливости, Кристиан, то дай мне хотя бы одеться. Я не могу обсуждать важные темы голой,— стараюсь держаться спокойно. Ничего ведь пока не случилось. Пока…

Крис отворачивается, давая время мне привести себя в порядок и собраться с силами. Вариант надеть платье отпадает сразу. В нем я тоже вряд ли буду чувствовать себя комфортно. Поэтому роюсь в комоде с вещами Криса и достаю первые попавшиеся шорты и футболку, которые тут же натягиваю на себя. Это лучше, чем ничего.

— Я тебя слушаю, — говорю я, скрещивая руки на груди. Защитная стойка активирована. Теперь лишь нужно не отступить.

Крис оборачивается, сохраняя равнодушный вид. Сердце больно сжимается, но я стараюсь не обращать на это внимание. Он играет. Это всё не по-настоящему.

— Это не может больше продолжаться. То, что между нами, — Крис указывает жестом на нас по очереди.

— Почему? Потому что так сказала Джина? — вскидываю бровь, подражая его манере говорить.

Неужели её слова так сильно могли повлиять на него? Или дело вовсе не в Джине…

— Нет. Потому что мне это не нужно. Отношения… Все эти заморочки… Это вообще всё не для меня, — Крис, как всегда, спокоен и немного надменен.

Становится сложно дышать, будто легкие забыли о своей прямой функции. Поглощающее бессилие охватывает тело. Наверное, что-то подобное чувствуешь перед неизбежным падением в пропасть. Уже ведь знаю, что разобьюсь, но всё равно приходится прыгать.

— Пойми, ты дорога мне. И мне хорошо с тобой, но…

— Но этих чувств для тебя недостаточно, — заканчиваю вместо него, на секунду прикрывая глаза.

Знаю примерно всё, что Крис сейчас скажет мне. Это было так предсказуемо. Ощущаю, что всё моё боевое настроение испаряется, а смелость тонет в ледяной бездне. Пусто. В его глазах совершенно ничего нет. Ни грусти, ни растерянности. Пустота и скука. Не уверена, что смогу справиться с этим.

— Я в принципе не хочу чувствовать ничего подобного. Мне это не нужно. Понятно? — Крис смотрит мне в глаза с явным вызовом.

Чего он ждёт? Хочет увидеть, как я сломаюсь? Для этого всё было? Меня прошибает озноб от этих мыслей, впиваясь в кожу ледяными иголками. А что, если он на самом деле играл всё это время, просто чтобы развлечься?

— Почему тогда ты не дал мне уехать домой? Почему не бросил меня вчера сразу после разговора с Джиной?  — спрашиваю решительно, хотя с трудом контролирую дрожь в голосе.

Крис не избавится от меня так просто. Мы выясним всё до конца.

— Она здесь ни при чём, — насмешливо хмыкает он и мерзкая улыбочка расползается по его лицу.

Маска придурка на месте. Это больше не мой Крис. А существовал ли вообще тот самый «мой» Крис? Может, он был всего лишь плодом моего воображения? Или следствием очень хорошей актерской игры?

— А кто при чём? Или ты просто старался не упустить шанс? — указываю рукой на смятую постель, где совсем недавно всё было по-другому. — Хотел просто переспать со мной? — спрашиваю, задыхаясь от собственных слов.

Ох, черт! Вижу ответ в его глазах, и коленки начинают дрожать. Слышу в голове звук чего-то разбивающегося вдребезги и уже знаю, что это значит. Снова придется собирать сердце по частям.

— Не люблю, когда остаётся чувство незавершенного действия, — Крис пожимает плечами, делая вид, что это какой-то пустяк.

Это действительно происходит? Не верю. Но боль в районе груди вполне реальная. В глазах мутнеет от слёз, и я готова упасть прямо здесь на пол и разрыдаться, проклиная все на свете.

Возьми себя в руки, Даяна. Ты должна быть сильной.  

Верно. Нужно закончить разговор без слез. Не хочу доставлять Коллинзу такое удовольствие. Сжимаю руки в кулаки, взывая к своей единственной помощнице, сумеющей удержать меня от позорной истерики. К злости.

— Ну и как? Миссия выполнена? — спрашиваю резко.

— Даяна, так будет лучше и для тебя. Отношения — это же так сложно. В конце концов, это ранит нас обоих. А так… Мы хорошо провели время и теперь снова свободны.

Мотаю головой из стороны в сторону, закусив до боли щеку изнутри. За что тут бороться? Он сам уже сдался. Это его выход. Его выбор. Я… Я просто не могу. Так это не работает. Отношения — совместный труд. А когда один тащит, а другой только тормозит, больно и тяжело только тому, кто тащит. И я не хочу им быть.

— Это ранит меня сейчас. Но не волнуйся, я справлюсь. В конце концов, я куда сильнее тебя и не боюсь боли, ведь она — неотъемлемая часть жизни. И даже если в конце будет невыносимо, это стоит того, чтобы быть с тем, кого любишь. Надеюсь, ты тоже когда-нибудь поймёшь это, — пытаюсь заглянуть Кристиану в глаза, чтобы увидеть реакцию, но он отводит взгляд.

Трус. Жалкий и омерзительный трус.

Покидаю его спальню и несусь в свою. Собираю вещи, поспешно запихивая их в рюкзак, и звоню Мари, чтобы не терять время. Она заходит практически сразу и с перепуганно глядит на меня.

— Ты сказала, что если ничего не выйдет, ты сама отвезёшь меня на вокзал, — произношу я, и глаза наполняются слезами.

Пытаюсь усмирить эмоции и делаю глубокий вдох. Не хочу плакать. Сначала нужно убраться отсюда подальше.

— Я возвращаюсь домой, — говорю я на выдохе, закидывая рюкзак на плечо.

Рассматриваю проносящийся за окном машины вид, чтобы хоть на чём-то сосредоточиться. Боль в груди кажется невыносимой, а дыхание её только усиливает. Но я знаю — это пройдёт. В прошлый раз же прошло. Нужно только не падать духом и дать время ранам от разбитого сердца затянуться.

Мари молча ведёт машину, хотя вижу, как сильно она переживает. Её руки крепко сжимают руль, а дыхание то и дело прерывается тяжелыми вздохами. Она, похоже, человек слова, потому что свое точно держит. Никаких вопросов.

— Жди здесь. Я схожу за билетом, — произносит Мари и выходит из машины, оставляя меня наедине с собой.

Хватаю ртом воздух, будто выныривая на поверхность из толщи воды. Стараюсь отдышаться, но облегчение так и не наступает. Неужели это так сильно на меня повлияло? Я ведь догадывалась, что так будет, с самого начала и все равно полезла в этот омут. Зачем? Черт возьми, зачем? Какая же я идиотка.

Мари садится обратно в машину. В её карих глазах виднеется неприкрытая грусть. Вижу, как она пытается подобрать правильные слова, но дело в том, что их просто нет. Что бы она сейчас ни сказала, это ничего не исправит.

— Поезд через час, — говорит Мари чуть подрагивающим голосом и протягивает мне билет, который тоже трясется.

Чёрт, чёрт, чёрт. Не хочу, чтобы она так переживала. Крис её брат. Их отношения не должны испортиться из-за того, что он поступил со мной, как мудак.

— Мари, послушай, всё в порядке. Правда. То, что произошло, не должно повлиять на твои отношения с братом.

— Сначала скажи мне, что именно произошло, а потом уже я решу, повлияет это на наши с ним отношения, или нет, — голос на этот раз тверд. Она не шутит.

Не могу рассказать ей всего. Зачем? Это только добавит Мари лишних переживаний. Всё, что было у нас с Крисом, должно остаться между нами.

— Нечего рассказывать, Мари. У нас ничего не вышло, вот и всё, — говорю как можно беспечней, разглядывая свои сцепленные в замок руки.

Нужно постараться, ради подруги. Мари всегда меня подбадривает и поддерживает. А я…  Навела бардака в её семье и сбегаю. Умничка, ничего не скажешь.

Поднимаю голову и ловлю потерянный и даже виноватый взгляд Мари. Достаточно. Я не могу переложить этот груз на неё. Закрываю все болезненные чувства в дальнем уголке сознания и с самым спокойным на свете выражением лица лгу своей подруге, чтобы её защитить:

— Прости меня, Мари. Я обещала, что попробую помочь, но не могу. Из-за ситуации с Шоном и Лиз я сама запуталась в себе, а Крис…

Чёрт. Его имя отзывается болью в каждой клетке и сбивает дыхание. Это сложнее, чем кажется, но я должна это сделать.

— Ну… Он просто был рядом. И я приняла свои чувства за симпатию и даже влюблённость, но ошиблась. Крис хороший парень, но не для меня, — ощущаю, как все органы сжимает огромная невидимая рука, но понимаю, что нужно закончить. — Это я решила уехать. Мы с ним всё обсудили и выяснили. Это обоюдное решение. Так будет лучше. Он ведь чувствует то же самое. Всё, что было между нами — просто интерес. Ничего серьёзного.

Непослушная слезинка выкатывается из укрытия, и приходится резко отвернуться, чтобы подруга не заметила её.

— Значит, не расскажешь? — говорит Мари тихо.

— Я всё рассказала, Мари. Это правда, — начинаю с нажимом убеждать я.

— Хорошо, — произносит она и грустно вздыхает, — пусть пока это будет правда.

— Спасибо тебе, — от всей души благодарю я.

На губах расцветает искренняя живая улыбка, от осознания того, что у меня есть такая замечательная подруга. Мари действительно понимает меня и принимает такой, какая я есть. А еще даёт время успокоиться и прийти в себя.

— Не знаю, что бы я делала без тебя.

— Наверное, умерла бы со скуки, — усмехается Мари и сжимает мою ладонь. — Прости, здесь есть и моя вина.

— Не будем об этом, ладно? — сжимаю её руку в ответ. — Не вздумай винить себя. У меня есть своя голова, и все решения я принимала сама. Так, — проверяю время в телефоне, часто моргая, чтобы прогнать дурацкие слезы, — мне, наверное, пора идти.

— Я провожу.

Мари уже кладёт руку на ручку двери, но я останавливаю её, разворачивая к себе, хватая за плечо.

— Не надо. Так я точно расплачусь, — грустно улыбаюсь я, растягивая подрагивающие губы, — а я больше не плакса.

Мари понимающе хмыкает и кривит расстроенную мордашку, опуская брови и уголки губ.

— Увидимся через две недели в университете, — произношу я, обнимая подругу.

Выбираюсь из машины и твердым шагом направляюсь к вокзалу. Сейчас я уеду из города, в котором, как я думала, найду для себя спасение и укрытие от проблем. Я нашла их, всё верно. Но сейчас всё равно бегу и отсюда, потому что у меня не хватило сил удержать того, кто меня спас. А может, потому что этот кто-то разрушил меня ещё сильнее.

Дорога домой проходит быстро. Обратный путь всегда кажется быстрее. Думаю, это потому, что мы знаем, куда возвращаемся и чего ожидать от этого места. Щёки всё ещё на удивление сухие. Просто заталкиваю все эти воспоминания вместе с чувствами в самую дальнюю каморку разума и вешаю на неё огромный замок.

Всего две недели, Даяна, ты это быстро забудешь.

Это были две самые сумасшедшие недели в моей жизни. Наверное, однажды я смогу вспомнить о них с радостью, без этой ужасной сжимающей боли внутри. Возможно, лет через пять или десять. Ну а пока лучше просто вообще не вспоминать.

Возвращаюсь домой за полночь и тихонько пробираюсь в свою комнату. Да я прям золушка. И правда, всё, что казалось мне таким прекрасным, превратилось в сгнившую тыкву. Наверное, это просто не моя сказка. И не мой принц.

«Принцесса», — его голос в голове звучит так отчётливо. Чёрт. Несусь в душ и включаю горячую воду. Хочу смыть его с себя. Ведь ещё сегодня утром я была в его постели. А вчера ночью я…

Нет, я не жалею о том, что случилось. Эта ночь не была ошибкой. Уверена, что тогда всё было по-настоящему, просто утром чары развеялись и… Пуф! Всё рассыпалось цветными блестками, которые тут же унес летний ветер. Всё, кроме моих чувств. Они остались со мной. И теперь придется очень постараться, чтобы избавиться от них.

Растираю кожу до красных полос. Больно. Очень. Но эмоционально становится немного легче. Нужно просто пережить это. У меня всё равно нет выбора. Как и всегда.

Ворочаюсь в постели из-за жужжащего роя мыслей в голове, мешающего заснуть. Почему он это сделал? Неужели он действительно лгал всё это время? Как можно было так правдоподобно притворяться? А может, он просто испугался? Смогла бы я убедить его в том, что не стоит бояться чувств, если бы осталась?

Вопросы, вопросы. Как же это достало. Бешу сама себя. Слишком много анализа. Всё равно не выйдет получить ответы ни на один из них. Их знает только Крис, а мы, скорее всего, вообще не заговорим и не увидимся снова в ближайшее время. А влезть в голову другому человеку и прочесть его мысли невозможно. Хотя это бы многое упростило. Но жизнь, конечно, не предполагает таких бонусов.

Встречая рассвет, решаю, что нужно оставить в прошлом эти две недели. Новая страница начинается только сейчас.