Глава 3

Международные отношения.

Дипломатия — вопрос выживания в будущем столетии. Политика — вопрос выживания до следующей пятницы. Д. Линн

Диаль шел в кабинет, на ходу достал из воздуха часовой шар. Золотые стрелки красиво трепыхались в светящемся хрустале. Почти десять, слуги как раз накрывают стол к завтраку. А в Роша почти шесть утра. И как минимум, до обеда ждать новостей бессмысленно. Часы растаяли в воздухе, дракон толкнул двери. И следующие полтора часа его от бумаг не отрывали…

Пока мелодичная трель не вывела советника из погружения в дела государства. Диаль потянулся к карману, подписывая кипу бумаг. Прикоснувшись пальцами к Стеклу, он подтвердил соединение, даже не глядя на поверхность.

— Диаль, у нас проблемы… — встревоженно сообщил Лиам. Диаль уже повернулся к Стеклу и собирался спросить, что случилось, но торопливый голос продолжил без прелюдий. — Керрис мертв. Кристаллы пропали. Обвиняют драконов.

Шадар выпустил из рук ручку, оставляя безобразную кляксу на королевском приказе. Сообщение настолько нелепое и убийственное, что он непроизвольно нервно рассмеялся. Этого еще не хватало!

— Диаль? — после легкой заминки позвал Лиам. — Ты меня слышал?

Шадара затошнило. Это конец…

— Слышу, — бесцветно ответил советник. Он поднял ладонь к глазам, стопка бумаг, которые он удерживал, разлетелась по кабинету.

— Диаль, что нам делать? Мы здесь на правах его гостей и неофициально, Ищейки Роша переворачивают комнаты Эрранов, сейчас дойдут и до наших.

Шадар с тоской посмотрел на окно. Очень захотелось воздухом подышать. Пока летишь. Вниз.

— Я пока не знаю, Лиам. Вы подданные Ниррана, пусть Роша присылают королю официальный запрос на обыск у вас.

— Тогда король узнает, что мы здесь.

— Я понимаю, — Диаль встал с кресла, виски сдавило напряжение. Он магией распахнул створку окна, ворвавшийся ветер взметнул листы бумаги под ногами. Пальцы дрожали, когда он ослаблял узел галстука. — Что произошло? Расскажи мне все. Где Тео?

— Теон с Эрраном. Керриса нашли слуги под окнами его спальни. Створки открыты были. Наш ларец пропал, в комнате погром.

— Тогда почему подозревают драконов?

Лиам помедлил:

— Потому что его вытащили из окна, разорвали ему грудь и сбросили с высоты. Там все в крови.

— И никто ничего не слышал?!

— Его нашли еще теплым. Сам знаешь, что переход в драконьем облике мгновенный…

Диаль подошел к окну и оперся ладонью о проем. Головокружение не оставляло в покое и давало смутную надежду, что он сейчас выпадет и счастливо умрет.

— Диаль? — снова отчаянно и тихо позвал Шейн.

— Да, я еще жив, — с отвращением признался тот. — Значит, драконы. Стекло магистра уже нашли?

— Нашли. Выжжено. Ни капли магии, невозможно ничего узнать о его делах.

Свежий воздух пошел на пользу, мысли немного прояснились. Маг явно имел дела еще с кем-то из драконов. И этот кто-то знал о кристаллах, и не хотел, чтобы о их связи узнали, оставив под ударом делегацию Теона. Шадар посмотрел на скалистые холмы и сверкающую под солнцем воду. Стекло уничтожили…

— Сотрите со своих Стекол все, что связано с магом, — приказал советник. — Кроме приглашения на свадьбу.

— Диаль… Ты ведь понимаешь, что, учитывая ультиматум магистра вернуть Эстель, главным подозреваемым стал Теон? Эрраны тоже слышали его слова, что ради Истинной пары драконы готовы на безумства.

Диаль закрыл глаза, переживая острую боль досады внутри. Что ж все так нелепо?

— Понимаю, — резко ответил он, лихорадочно соображая. — Кто разбудил вас утром?

— Слуги Эррана подняли шум, мы все почти одновременно повыскакивали из комнат.

— Керрис жил на этаже хозяев, вы были размещены выше. Вас видел кто-то из слуг?

— Нет, они поднялись чуть позже.

— Что бы ни случилось, говорите, что вы с Теоном до рассвета были вместе. Нужно вытащить вас оттуда, с остальными разберемся позже.

— Нам все равно не поверят, мы чужаки, — фыркнул Лиам.

Диаль сложил на груди руки, спиной прижался к оконному проему. Ситуация, конечно, отвратительная. Кто-то знал о кристаллах… И Теон очень удачно подставился с Истинной. Когда связь туманит голову, особенно, такому юному дракону, как Тео, совершаются еще и не такие глупости. Поэтому и убийство такое… намекающее… С другой стороны, никто не имеет права встать между драконом и его парой, если желание обоюдное. А если нет, любой дракон хотя бы попытается добиться расположения. Мысли опять свернули не в ту сторону, и Диаль поднял взор к потолку. Как же все это мешало… Но теперь в любом случае нужно поддерживать легенду, что Эстель — Истинная Теона. Только это его защитит.

— Кто-то знал о кристаллах… — с усилием повторил он вслух, изгоняя из головы туман привязки. — И воспользовался похищением Истинной. Значит, это кто-то из нашей делегации, или у мага были еще какие-то дела с драконами. Поэтому мне нужно вытащить вас.

Лиам тоже задумался, в кабинете с минуту стояла непроницаемая тишина, только бумаги на полу нежно шелестели от ветра.

— А ты не боишься оставлять их в Роша? Кто знает, что они расскажут Ищейкам.

— Кристаллов больше нет, и никто ничего не докажет. Это пока нам даже на руку, — Диаль вздохнул и отошел от окна. Первый шок отступил, и уже начинал вырисовываться какой-то план действий. Он подошел к столу, где оставил Стекло, и оперся на столешницу ладонями. — Я сейчас пойду к королю. Нажалуюсь на хамство Ищеек Роша и потребую защиту. Пусть Роша делает официальные запросы и с основаниями. Приберитесь в комнатах, ваши пожитки — собственность Ниррана, досмотры исключены. Задержания и аресты — исключены. Вы с Теоном были вместе, за остальных не ручайтесь, пусть врут, что хотят. Я прилечу, как получу поддержку короля.

Лиам выдохнул с куда большим облегчением:

— Диаль… Твоя наглость граничит с полным безумством!

— Не граничит, — мрачно отозвался советник. — Это и есть безумство. Все, ждите меня.

Шадар сбросил магическое соединение и убрал Стекло в карман. Теперь предстояло всего лишь просить короля драконов вытащить из недружественной обстановки заговорщиков. Перспективы открывались чарующие. Впрочем, дурную голову и не жалко.

В приемной короля Диаль встретил Марселуса, который, похоже, из дворца вообще не выбирался домой. Второй советник, бледный до зелени, кивнул Шадару, скомкано поприветствовал и сообщил, что Его Величество не один, а с Принцем Виллемом. Дракон посмотрел на высокие золотые двери приемной и направился к ним мимо рядов стражи. Дурные предчувствия за последние несколько дней уже так сроднились с его душой, что без них, наверное, стало бы одиноко. Да и что может быть хуже, чем ситуация с магистром?

Слуги широко распахнули двери приемной, низко кланяясь советнику. Зал встретил солнцем, золотом и прохладой. На возвышении сидел в вычурном кресле и белых одеждах Альмис, золотоволосый король драконов. Рядом, царственно уложив руку на спинку трона, стоял бастард. В черном, как у Диаля, костюме, с тщательно заплетенными в косу красновато-коричневыми волосами, молодой и красивый дракон. Склонившись к отцу, он что-то говорил ему и, когда в зале появился Шадар, хитро улыбнулся и выпрямился, с насмешкой глядя на советника.

Знакомы они были давно, в Высшей Академии Ниррана учились на одном курсе. Иррис всячески пытался добраться до младшего ненавистного брата, но Виллем обладал удивительным талантом заводить друзей. Ну, или покупать. А учитывая, что его мать так и оставалась фавориткой короля, в средствах Виллем стеснен не был. В итоге, пока они не выпустились, Академия напоминала поле боя. Шадар, как представитель древнего и благородного рода, не покупался, от бастарда держался подальше и в распри не ввязывался, все внимание уделив учебе и дипломатии.

— Советник Шадар, — немного удивленно проскрежетал Альмис, приподнимая ладонь с подлокотника. — Не помню, чтобы вызывал Вас сегодня.

— Да, Ваше Величество, сегодня я пришел к Вам за помощью, — Диаль поклонился королю, прижимая ладонь к сердцу. Затем легким поклоном поприветствовал Виллема. — Ваше Высочество.

Бастард кивнул с чувством превосходства.

— И какая же помощь нужна Вам… советник? — мягко спросил незаконнорожденный наследник. Его ситуация, если не забавляла, то уж точно приносила удовольствие.

Диаль молчаливо перевел взгляд на короля, тот благосклонно кивнул, подтверждая вопрос.

— Ваше Величество, я не посмел бы занимать Ваше время своими просьбами, но под угрозой честь и суверенитет рода Шадар, одного из старейших родов Ниррана, — Альмис благосклонно кивнул, теперь он точно выслушает просьбу. И Диаль продолжил, опустившись на одно колено и склонив голову: — Месяц назад я получил приглашение из царства Роша на свадьбу первого советника царя, магистра Керриса. Его невеста имеет отдаленное родство с Шадарами, и магистр видел в этом возможность укрепить дипломатические связи. Отказывать Керрису я не стал, но на празднество отправил Теона. К сожалению, девушка оказалась Истинной моего брата, Вы знаете, насколько сильны эти чары, и Теон забрал девушку против воли магистра. А на следующий день магистра убили и подстроили все так, чтобы подставить драконов. У меня есть подозрения, что все заранее было спланировано, чтобы заманить нас в ловушку и спровоцировать международный скандал. И я прошу у Вас помощи в возвращении моего брата на Родину, снятии с него оскорбительных подозрений и в расследовании убийства магистра Керриса.

На секунду установилось молчание. Король обдумывал сказанное, Виллем наслаждался видом коленопреклоненного Шадара.

— Отец, — обратился принц к королю, — думаю, мы должны помочь советнику Шадару. Его род верно служит короне уже две тысячи лет… И наш долг, как правителей, заботиться таких верных подданных.

— Ты прав, Виллем, — устало и глуховато подтвердил Альмис. — Составь бумаги, я подпишу. Советник Шадар, поднимитесь.

Диаль выпрямился и вскользь посмотрел на усмехающегося бастарда. Тот выудил из кармана Стекло, разложил и со знанием дела начал стилусом подготавливать приказ вместо королевского секретаря.

— Думаю, будет неплохо отправить с Вами, советник, несколько королевских представителей, чтобы подчеркнуть Ваше право и поддержку короля, — ответил на взгляд Виллем. — Не так ли, отец?

Король, который явно не прислушивался и потерял интерес к происходящему, едва-едва махнул рукой:

— Да, Виллем.

Бастард лукаво улыбнулся Шадару, и опустил темно-зеленые глаза к глади Стекла.

— Благодарю Вас, Ваше Высочество, — поклонился Диаль.

Виллем закончил приказ и подал стилус и Стекло королю на подпись. Старый дракон поставил росчерк и прикоснулся ладонью к артефакту, подтверждая свое распоряжение. В тот же миг зачарованное стекло Диаля мелодично зазвенело, приказ был отправлен ему.

— Его Величеству нужно немного отдохнуть, — вдруг заявил Виллем и шагнул на ступеньку ниже с возвышения. — Давайте я провожу Вас, советник.

— Почту за честь, Ваше Высочество, — поблагодарил дракон. — Ваше Величество, благодарю Вас за помощь, Ваше великодушие неизмеримо!

Вычурно попрощавшись с королем, который уже подозвал слуг с чаем и тонизирующим бальзамом, Диаль вышел из приемной. Принц Виллем шел рядом, на устах застыла расслабленная улыбка. Он явно встрече был рад в разы больше, чем Шадар. Диаль кожей чувствовал исходившую от него опасность.

— В какую, однако, интересную ситуацию попал Ваш брат, лорд Шадар, — светски заметил принц, не удосужившись поставить полог тишины. Стражи по обе стороны коридора смотрели перед собой, не шелохнувшись. — Это может на многие годы запятнать Ваш род.

— Благодарю за заботу, Ваше Высочество, — мягко поблагодарил Диаль. — Это лишь досадное недоразумение, и сегодня же я с ним разберусь.

— Мне нравится Ваша уверенность, Диаль, это очень важное качество для советника.

Шадару не оставалось ничего, кроме, как снова поблагодарить принца и скромно улыбнуться. Он прекрасно понимал, что к ситуации с магом руку приложил именно Виллем. И теперь утонченно наслаждается ситуацией.

— А еще мне нравится Ваша смелось, Ваша самоотверженность. И конечно, верность короне, — продолжал дразнить принц. Советник молчал, приятно улыбаясь и чувствуя, что скулы скоро сведет. — Надеюсь, Вы и дальше будете столь же верны и самоотверженны.

— Разумеется, Ваше Высочество. Постараюсь не разочаровать Вас.

— Диаль, — принц остановился в корце коридора, заставляя советника остановиться тоже. — Через три дня во дворце состоится закрытый бал в мою честь. Надеюсь, Вы успеете разобраться с Вашими недоразумениями и посетите это скромное мероприятие.

Виллем красивым жестом достал из воздуха запечатанный белоснежный конверт и протянул Шадару. Под невесомыми взглядами дворцовой стражи Диаль почувствовал себя фрейлиной, которой настойчиво лезут под юбку. Но бастард знал, что шанса отказаться у Шадара нет, только согласиться и получать удовольствие. От бала, разумеется. Все это так и сквозило в темно-зеленых холодных глазах. Не хотел продаваться — останешься должен.

Диаль склонил голову и принял конверт:

— У меня не хватает слов, чтобы выразить свою благодарность, Ваше Высочество.

— Так выразите ее поступками, Диаль, — благожелательно оскалился Виллем. — Здесь приглашение на две персоны. Утолите же наше любопытство и представьте Двору Вашу… — принц остановился, будто подбирал слово, — будущую невестку.

— Разумеется, Ваше Высочество.

Виллем иронично кивнул и повернулся к страже:

— Эссер, Лерри, следуйте за советником Шадаром.

Диаль почтительно склонил голову, Виллем взмахом руки отпустил его на все четыре стороны и направился обратно к приемной. К Диалю торопливо подбежал королевский секретарь, подготовивший для Роша бумажные копии королевского приказа со Стекла.

Шадар молча забрал их, посмотрев вслед Виллему, и спустился по лестнице, за ним то ли охраной, то ли соглядатаями следовали драконы незаконнорожденного принца. Интересно, успеет ли он переместиться в Роша до того, как Иррису доложат о трогательной заботе и приглашении бастарда?

Диаль едва сдерживал нараставшее раздражение. Восхитительно! Виллем обыграл его, заставил явиться на поклон и практически молить о помощи. И конечно, с великодушием оказал ее. Интересно, как бастард добрался до мага? А эти намеки про Эстель? На секунду он почти поверил, что Виллем как-то узнал, что девушка связана с ним узами магии. Но это невозможно. Никто не знает. В графстве он никак не выдал себя, а здесь ее видел только Киан. Дворецкий, конечно, мог догадаться о реальном положении вещей, но если кому-то и можно здесь доверять, то ему. Значит, в словах Виллема заключалась только угроза.

Бастард с самой Академии был таким. Принц Иррис приучил его опасаться кинжала в спину и яда на завтрак, обед и ужин, но бешеной жестокости сводного брата Виллем противопоставлял хитрость и изворотливость, сколачивая вокруг себя команду из шакалов и влиятельных знакомых. Шантаж, завуалированные угрозы, подкупы, лесть… В чем-то они с Диалем были похожи, но разное происхождение наложило свой след на их отношения. Наследнику рода Шадар нельзя было опускаться до дружбы с сыном королевской шлюхи, но и наживать себе врагов он не стремился. Поэтому приходилось лавировать среди айсбергов, поддерживать светские знакомства и стараться быть в курсе всего происходящего вокруг, не влезая в распри и заводя свои полезные знакомства. После Академии их пути разошлись. И никто не ожидал, что снова пересекутся во дворце. Ожидалось, что Альмис подарит бастарду какое-нибудь поместье на задворках королевства и отошлет, а не вздумает посадить на трон.

Шадар качнул головой, оборачиваясь в дракона. Рядом в воздух поднялись два серых ящера, один темнее, второй с песочным отливом. Вспышки пространственного телепорта растаяли золотыми блестками в голубом небе, и драконы оказались над поместьем Эрранов.

С высоты отчетливо виделось несколько карет местных Ищеек и кровавое пятно рядом с домом. На светлых стенах краснели потеки брызг крови. Да, грудь магистру разодрали в полете.

Шадар приземлился на шуршащий гравий, оборачиваясь обратно. Эссер и Лерри не отставали. Навстречу им уже шли люди в черных плащах с серебряной вышивкой перекрещенных сабель. Ищейки.

— Я лорд Диаль Шадар, четвертый советник короля драконов Альмиса Эмерилена, — властно представился дракон, доставая из кармана бумажный приказ и показывая людям. Подпись короля переливалась магией. — Приказом Его Величества я прибыл за его подданными, которых вы смеете удерживать здесь.

— Вы на территории царства Роша, советник, — лениво протянул капитан, темноволосый мужчина средних лет. — Здесь ваши приказы не действуют.

— На моих подданных действуют, — холодно возразил Диаль и сунул ему в руки приказ, проходя мимо людей к дому. — Именем короля я забираю их в Нирран. Все дальнейшее общение с представителями вашей страны только через официальные запросы Его Величеству.

Советник невозмутимо прошел в прохладный холл, кишащий Ищейками. Задержать его не посмели, дворцовая стража оружие держала наготове, а без магии и против драконов люди бессильны. Со второго этажа, где располагался кабинет лорда Эррана, спускались Теон с Лиамом и сам хозяин.

— Собирайтесь, мы покидаем Роша, — бросил брату Диаль и сурово посмотрел на усталого хозяина дома. — Лорд Эрран, мне нужно поговорить с Вами наедине.

Андрис Эрран неуверенно обернулся на людей в форме, но Диаль обращал на них внимания меньше, чем на пыль у своих ног. Старый лорд сделал приглашающий жест рукой и начал подниматься по лестнице обратно. Шадар отметил про себя, что выглядит Эрран старше, чем в их первую и последнюю встречу, будто за один день постарел лет на десять. Капитан Ищеек попытался навязать свою компанию в предстоящем разговоре, но Диаль очень резко ответил, что разрешение на это тоже пусть просит у Альмиса, так как разговор приватный и касается дел семьи Шадар, захлопнув двери перед носом капитана, которого удерживали Эссер и Лерри. По темному дереву и стенам пробежалась волна зеленоватой магии, защищая помещение от прослушивания.

— Скажите, где моя дочь? — неуверенно и устало спросил Андрис Эрран, садясь на диван. Опомнившись, он махнул на кресла. — Присаживайтесь, советник Шадар, прошу Вас.

— Заверяю Вас, леди Эстель в полном порядке и безопасности. Я хочу поговорить с Вами о ней, — советник сел в кресло, чтобы не возвышаться над стариком.

Андрис потер лоб:

— Ваш брат сказал, что забрал ее потому что она его Истинная пара. Я совершенно не понимаю, что это значит…

— Я знаю о Вашем договоре с Керрисом насчет свадьбы с Эстель. И предлагаю Вам следующие условия, — Диаль достал из кармана заранее подготовленное соглашение с перечнем всего, что пообещал девушке. — Эти условия гораздо лучше и ни к чему не обязывают Вас.

Андрис с опаской взял бумагу и вчитался. Он был и без того обескуражен всем происходящим. После похищения дочери и убийства магистра драконам он не доверял. Но подпись советника на документе не оставляла сомнений, что он серьезен и честен. Кроме того, весь вид Диаля говорил, что ему вся эта история тоже глубоко неприятна.

— Но Вы ведь понимаете, что в отношении магистра окончательное слово было за Эстель? — осторожно уточнил лорд, опуская лист бумаги. — Я не могу принуждать дочь ни к чему.

Диаль кивнул:

— Я знаю. Ей условия тоже оглашены, и мы будем ждать согласия или отказа. Но в сложившейся ситуации, свадьба с Теоном — наилучший выход.

— А что все-таки значит «Истинная пара»? Он говорил, что это магические узы…

— Это значит только то, что мой брат сделает все, чтобы она была счастлива, — коротко ответил дракон.

Эрран нахмурился.

— И это правда? — спросил он и поспешил объяснить свой вопрос: — Нет, я верю, что Вы говорите серьезно, и такие условия уже сделают мою дочь счастливой, но Эстель правда его Истинная пара?

Шадар устало посмотрел на Андриса:

— Нет, лорд Эрран. Мой брат узнал, что магия, которую использует Эстель, драконья, и что Керрис планировал изучать ее кровь. Теон заподозрил, что магистр собирается использовать ее в корыстных или опасных целях. И в порыве мальчишеского благородства решил спасти. Он не сходил с ума от магических уз, как сказал, чтобы объяснить кражу невесты. И не убивал магистра, потому что тот стоял между ними. Я верю, что Керрис мог использовать Эстель, и сам не собирался возвращать ее в Роша. Еще до того, как мы узнали о смерти мага, я сделал ей это предложение.

Эрран пожевал губы:

— И кто же это сделал?

— Не имею ни малейшего представления. Керрис вел темные дела.

Старый лорд поднялся и подошел к столу за пером. Взяв его в руки, он помедлил и повернулся к Диалю. Молодой мужчина смотрел перед собой, погруженный в какие-то невеселые мысли. Эрран вздохнул. Драконья магия… Кто бы мог подумать.

— А я смогу видеть дочь?

— Разумеется, — кивнул советник. — Она не в заточении. И думаю, в ближайшее время ей будет одиноко без семьи.

А она ведь никогда не покидала дом без них… Эрран подписал соглашение, лист сразу засветился и расслоился, превращаясь в две копии — по одной на сторону договора. Андрис передал один листок дракону, Диаль спрятал его в карман.

— Я могу написать ей письмо?

— Это было бы чудесно, — отозвался Диаль. — Заодно постарайтесь в письме убедить ее принять наше предложение. И прикажите слугам собрать ее вещи. А мне пока расскажите все, что знаете о произошедшем.

Старый лорд сел за стол, достал чистые листы и начал медленно рассказывать свою версию событий, уже переданных Лиамом.

Несколько часов спустя драконы наконец вернулись в столицу. В полном составе. Виллем решил не мелочиться и в приказе потребовал возвращения всех подданных на Родину. Без исключений. Что только добавило смутных подозрений Шадару — возможно, среди их делегации скрывался предатель. Это все объясняло и усложняло. Всех следовало тщательно проверить заново и допросить, кто и где был во время убийства Керриса.

Отправив брата отдыхать и передав слугам вещи Эстель, Диаль направился в библиотеку. Очередной отвратительный день требовал тишины, покоя и побольше рома. По пути он вытащил часовой шар. Почти девять вечера. Ужин пропущен. Пересекаться с девушкой лишний раз совершенно не хотелось. То есть, хотелось, конечно, поэтому и не стоило. Лучше дождаться завтрака, передать ей письмо и новости о магистре. Да и портить еще и ей настроение перед сном не хотелось. Пусть лучше порадуется своим платьям.

Шадар вошел в библиотеку, развязывая галстук, прошел мимо сдвижной лестницы и… На без того больную голову упала сверху тоненькая книжечка в кожаном переплете, отскочила, упала на ковер. Диаль выругался и посмотрел вверх. Почти под потолком на лестнице стоял Киан.

— О, прошу прощения, милорд. У меня сегодня все валится из рук, — без ноты раскаяния сообщил дворецкий.

Диаль потер саднящую макушку и с ненавистью поднял злополучный снаряд. Книга была не самая тяжелая, но с высоты прилетела порядочной. Обложка блестела золотыми буквами «Истинные пары драконов». Почему-то очень захотелось запустить ею в дворецкого.

— Хочешь сказать, что это случайность, а не твое чувство юмора?

— Досадная, милорд, — постно подчеркнул Киан. — У меня нет чувства юмора. Вы ведь знаете.

— Чувства самосохранения у тебя нет, — прошипел Диаль, бросая книжку на широкий стол с лампой. — Зачем тебе эта гадость?

— Леди Эстель попросила объяснить, что это значит, я решил, что книга наиболее полно раскроет аспекты, — неловкий дворецкий слегка подпрыгнул со ступенек и, зажав гладкие края лестницы ногами и ладонями в перчатках, почти мгновенно спустился вниз.

Диаль мрачно посмотрел на это представление и без сил упал в кресло. Слегка потер пальцами ушибленную голову и потянулся к графину.

— Принести Вам лед, милорд? — спросил Киан, забирая со стола книгу.

— Само сейчас пройдет.

— К рому, милорд, — непрошибаемо добавил дворецкий.

Диаль прищурился.

— Приятного вечера, милорд, — мягко кивнул Киан и удалился.

Шадар разжег камин и расстегнул верхние пуговицы ворота. Еще один мерзкий день позади. С каждым глотком рома напряжение уходило. На третьем стакане мир и вовсе перестал навевать суицидальные мысли. Диаль расслабился и, глядя в огонь, раздумывал, кто из четверых драконов делегации мог быть связан с Виллемом. Обыскивать их вещи он запретил сам, и теперь даже не узнать, у кого были кристаллы…

От азарта загадки отвлек тихий шорох. Диаль повернулся к дверям, в высоких створках стояла Эстель с книгами в руках. К счастью, обложки были другие. Пользуясь возможностью, девушка уже переоделась в темное скромное вечернее платье, волосы были убраны в плотный пучок на затылке.

— Простите. Я не знала, что Вы здесь. Я зайду позже, — смешалась девушка и попыталась уйти.

— Ну, что же Вы, Эстель, — блекло улыбнулся Диаль. — Вы единственная, кто использует это место по назначению, это мне стоит стесняться.

Она поколебалась, оставаясь в дверях.

— Я не кусаюсь, — признался он. — Не стоит меня бояться.

— Я не боюсь, — она медленно, зажато прошла вглубь и положила книги на пустую нижнюю полку. Киан расчистил ее специально, чтобы расставлять потом по местам прочитанные ею книги.

Диаль вдруг поднялся с кресла и оказался прямо за ней. Девушка выпрямилась и повернулась, оказавшись в плену между полкой и драконом. Он смотрел на нее откровенным, изучающим взглядом. Развязанный галстук и расстегнутый ворот рубашки резко контрастировали с аккуратно уложенными волосами и одеждой, придавая еще больше элегантности образу. И при этом было что-то хищное в нем. Каким-то инстинктивным чутьем Эстель поняла, что это не Теон, и так просто он ее не отпустит. Вспомнилось, как он прибыл в поместье Эрран в облике жуткого дракона. Покраснев, Эстель отвела взгляд.

— Мне нужно идти.

— И какие же такие срочные дела появились у Вас в моем доме, леди Эстель? — иронично осведомился лорд, сделав пару шагов и оказываясь совсем близко. Он склонил голову набок, неспешно рассматривая ее лицо.

От его дыхания сладковато и пьяняще пахло свежим ромом, а от тела чем-то неуловимым, пряным и волнующим. Диаль приподнял руку, Эстель закрыла глаза и вжалась в полки, но он всего лишь вытащил витую заколку из ее волос, позволяя рассыпаться по плечам. Темно-вишневые пряди окутали ее плечи вишневыми блестящими волнами, к которым так и тянуло прикоснуться. Девушка удивленно посмотрела на расслабленно-заинтересованного мужчину. Дракон пропустил между пальцев особо понравившуюся прядь, касаясь высокой девичьей груди костяшками. Эстель покраснела еще больше, глаза вспыхнули золотистыми искорками.

— Такое тесное и строгое платье… — то ли посетовал, то ли похвалил он. В синих глазах закружился звездный омут. — Кажется, я начинаю понимать несдержанность своего брата, Эстел-ла.

Дракон отпустил кончик длинных вишневых волос и наклонился чуть ближе, не отказывая себе в удовольствии почувствовать тонкий сладковатый запах ее кожи. Девушка стояла, замерев, как завороженная, ее сердце билось часто-часто, дыхание стало глубоким, тихим, она старалась затаить его. Ладонь Диаля опустилась ей на талию, обжигая теплом сквозь плотную ткань платья. Так жарко… Он тяжело вздохнул, наслаждаясь, как ром и ее запах кружат голову, оттесняя из мыслей ужасный день. Девушка сглотнула, в горле пересохло от волнения, как во сне, она посмотрела на Диаля затуманившимися глазами и вдруг медленно приподнялась на цыпочки и коснулась губами его губ. Таким легким, почти детским поцелуем. Губящим, замыкающим магию Истинной пары. Всего пара ударов пугливого сердца, и Эстель с ужасом отпрянула обратно к полкам, прижимая пальцы к горящим губам. Жаркий стыд заливал ее щеки.

— Извините, — потрясенно шепнула она, дрожа. Не в силах отвести ладонь от губ. — Не знаю, что на меня нашло.

Эстель дернулась к выходу, но дракон удержал на месте, его ладонь все еще лежала на ее талии, чего испуганная девушка не замечала. Диаль вжал ее в полки, свободной рукой аккуратно отвел руку от лица.

— Ну что Вы, Эстелла, это был лучший поцелуй в моей жизни, — тихо промурлыкал Шадар, наклоняясь теперь уже к ее губам. И беззастенчиво проникая между ними языком.

Она прерывисто вздохнула, сжимаясь, но отвечая на поцелуй. Неумело, неуверенно, позволяя ему вести, учить ее. Диаль прижал ее к себе за талию, придержал затылок, зарываясь пальцами в теплые гладкие волосы. Магия, связавшая их, усиливала все ощущения, обжигала изнутри. Губы сладко скользили по губам, язык касался языка медленно, ласкающе, соблазняя, кружа и без того туманную голову. Он чувствовал, как дрожит в его руках Эстель, как доверчиво прижимается, не в силах сопротивляться внутреннему пламени. Ее горячие ладони погладили по его груди, неосознанно сжали плечи. Дракон глубоко вздохнул, прерывая поцелуй и продолжая обнимать ее. Девушка так и держалась за его плечи, медленно приходя в себя с закрытыми глазами. И когда весь ужас ситуации обрушился на нее, отдернула руки и прижала к себе, испуганно взметнув ресницы вверх. Его глаза уже не заполняла темная синева, но расширенные зрачки выдавали желание.

— Пустите меня, — шокированно попросила Эстель, и Диаль молча отступил на шаг.

Девушка тут же выскользнула из плена и быстро направилась к дверям библиотеки. Обмирая от ужаса и смущения. Дыхания не хватало. Поцелуй еще горел на губах, горел в ней. Ноги едва слушались, собственное тело казалось слишком легким, слишком неуправляемым. Этот дракон затронул в ней что-то такое, что невозможно контролировать. В его присутствии Эстель цепенела от леденящей неловкости, не могла сопротивляться. Ни ему, ни… себе? И это пугало еще больше. Дрожащими ладонями она взялась за ручки дверей библиотеки.

— Эстель! Ваша заколка, — донеслось вслед, заставив обернуться. Диаль протянул ей серебряную вещицу, слегка покручивая в пальцах.

— Оставьте себе. Пусть впредь она напоминает Вам о хороших манерах, — пожелала она дрожащим голосом и снова прикусила язык, потянув неподатливые тяжелые двери. Они не поддались даже на миллиметр.

— Уверены, что не путаете страх и манеры? — спросил Диаль, возвращаясь в кресло и укладывая на стол рядом с графином заколку. Смущенным он не выглядел, в движениях сквозила еще большая раскованность.

Эстель снова потянула двери и наконец поняла, что их удерживает на месте не замок, а магия. Все еще дрожа от пережитых эмоций и неловкости, она повернулась к дракону.

— Отпустите меня.

Все внимание Диаля было сосредоточено на широком хрустальном стакане в руках. Дракон расслабленно сидел перед камином, закинув ногу на ногу.

— О, леди Эстель, я держу лишь это, — он горько отсалютовал ей стаканом и поднес к губам.

Эстель отчаянно еще раз потянула к себе фигурные ручки, и, о чудо, двери поддались, выпуская ее из логова страшного дракона. А тот, оставшись в одиночестве, отставил пустой стакан на столик и забрал с него волнистую заколку.

— Завтра же уволю этого мерзавца, — пообещал Диаль сам себе.

Утром вполне ожидаемо Эстель к завтраку не спустилась. Пряталась. И за лакированным длинным столом в роскошной темной столовой сидели только братья Шадар. Киан расстелил перед каждым из них кружевную салфетку и расставил приборы. Другой слуга подвез к столу изящную тележку, и дворецкий поставил перед братьями тарелки с омлетом и тостами.

— А где Эстель? — спросил Теон, когда Киан поставил перед ним бокал и налил холодный ягодный чай.

— Леди Эстель вчера так переутомилась в библиотеке, что попросила подать завтрак в покои, милорд, — любезно ответил дворецкий.

Диаль смерил слугу прохладным взглядом, пытаясь понять, почему до сих пор не уволил паршивца. Киан, прекрасно прочувствовав это, невозмутимо повернулся с кувшином сладкого напитка.

— Еще чаю, милорд?

Наверное, потому что это все было забавно. Раздражающе, но забавно.

— И что она делала в библиотеке? — поинтересовался Теон, приступая к завтраку.

— Набиралась знаний, полагаю.

Диаль одарил слугу еще одним предупреждающим взглядом, тщательно пережевывая горячий тост с сыром. Черноволосый интриган поставил кувшин обратно на тележку и встал рядом с хозяином.

— Ах, да, магия… — кивнул сам себе Теон. — Интересно, насколько она сильна?

— Думаю, нам следует пригласить учителя для нее, — вместо ответа сказал Диаль. — Если она решит остаться в Нирране.

— Решит остаться в Нирране? — переспросил Теон. — Но магистр мертв.

Советник запил чаем тост и промокнул губы салфеткой:

— И что? Думаешь, если ей не грозит опасность со стороны мага, можно вернуть ее отцу? Тео, на что ты надеялся, притащив ее сюда? Она не простолюдинка, и мы назвали ее твоей Истинной парой. Мы не можем просто так отправить ее обратно, заявив, что ты перепутал.

— Нет, я понимаю, — стушевался фиолетововолосый дракон. Не сказать, что его очень вдохновляла перспектива помолвки, но он понимал, что это закономерный итог его поступка. — Я просто удивлен. Она еще не согласилась?

Диаль пожал плечами:

— Вероятно, ты не произвел на нее впечатления. Или, наоборот, произвел, но не то. В любом случае, мы будем ждать ее решения. Сейчас у нас другие проблемы.

— И какие же?

Шадар повернулся к дворецкому:

— Киан.

Дракон понимающе подошел к тяжелым дверям и запер их магией, затем вернулся к столу.

— Приказ на ваше возвращение написал Виллем. И я уверен, что и в убийстве Керриса виновен бастард. Не знаю, как он добрался до мага, но он это сделал, чтобы надавить на меня. И я не знаю, что еще ему может прийти в голову.

— Ты боишься? — удивился брат.

Шадар покачал головой.

— Нет, опасаюсь. Не знаю, что за игру он затеял, и чего от меня хочет. Но уверен, что кто-то из наших доверенных драконов работает на него. А еще Виллем ждет меня на балу для своих верноподданных. Интересно будет посмотреть, кто еще туда прибудет.

Дворецкий убрал тарелки, поставил сладкое и теплый чай:

— Из четырех послов, которые сопровождали лордов Теона и Лиама, у семьи Абера Шарпа сейчас не лучшие времена, милорд. Он потерял почти все состояние, но теперь набирает дополнительный штат прислуги и закрыл половину дома на реставрацию.

— Проверь, откуда у него деньги на счетах, — распорядился Диаль. — А я займусь остальными.

— А кристаллы? — спросил Теон, мешая ложкой ягодный мусс.

Закончив завтрак, Диаль отправил Теона к Лиаму Шейну, а сам поднялся к Эстель. Нужно было закончить разговор, отдать ей письмо от отца и сообщить о смерти Керриса. И решить, что же делать дальше. Он постучал в ее двери, дождавшись разрешения, зашел в комнату.

Девушка сидела у окна, бледная, собранная, сжимая в ладони скомканный платок. Ее большой дорожный чемодан, в котором вчера доставили ее вещи, стоял возле стены. Несколько книг, среди которых виднелась и злополучная книга о Истинных парах, лежали нетронутой стопкой на белом столике возле сиреневых диванчиков. Такой идеальный порядок, словно она ничего не касалась. И казалась такой маленькой и чужой здесь.

При виде Диаля, девушка резко встала с кресла и сжала платок сильнее. Сегодня дракон был в темно-фиолетовом костюме, и синие глаза казались ярче и глубже. Эстель опустила взгляд.

— Доброе утро, лорд Шадар.

— Доброе утро, леди Эстель, — дракон прошел в комнату, обернулся к чемодану. — Вы куда-то собираетесь?

Эстель тихо вздохнула, набираясь храбрости. Но по-прежнему не глядя на него.

— Я хотела бы вернуться в Эрран.

Диаль подошел к ней ближе. Магическая связь, скрепленная неосторожным поцелуем, влекла к ней, как к своей. Для магии не было условностей, и девушку хотелось обнять, распустить эти чудесные волосы… Снова почувствовать на губах ее губы, снять с нее это нелепое, слишком тесное платье.

— Боюсь, многое изменилось в Эрране за эти дни. Я принес Вам письмо от отца.

Диаль залез в карман кафтана и вытащил сложенный лист бумаги с сургучной печатью. Их разделял всего шаг, Эстель осторожно забрала из его пальцев письмо, стараясь не прикоснуться. Эмоции просто оглушали ее, после произошедшего вчера даже дышать рядом с ним было тяжело. К щекам снова подкралась краска.

— Спасибо, — читать письмо при Диале она не собиралась, просто сжала вместе с платком в ладони.

— Не откроете?

— Я прочту позже, благодарю, лорд Шадар.

Он тяжело вздохнул, острое драконье обоняние улавливало сладковато-цветочный запах ее тела, и это походило уже на пытку. Диаль отошел ближе к раскрытому окну, свежий воздух немного развеял туман в голове. Он оперся на подоконник.

— Я понимаю, почему Вы хотите уехать, Эстель, но мы многое должны обсудить с Вами. В Эрране, и в Роша в целом, многое изменилось, как я уже сказал. Магистра Керриса убили. И возвращаться сейчас домой Вам нежелательно. Ищейки заполонили дом Эрран, и Вы не избежите пристрастных допросов, если вернетесь туда. И не скроете свою магию.

— Магистр Керрис мертв? — новость так ошарашила, что Эстель обернулась и прямо посмотрела ему в глаза. — Но как?

— Не думаю, что подробности сделают эту новость приятнее.

Девушка замерла, пальцы медленно перебирали платок и письмо. Ее охватывала такая потерянность. Она ощущала себя веткой дерева, которую уносило течением все дальше от родного дерева. Как же не хватало рядом Инесс. Как же всего не хватало…

— Вам стоит принять наше предложение, — без давления, скорее советуя, сказал дракон.

— Я не могу выйти за Вашего брата, лорд Шадар.

— Почему же?

Эстель опустила голову, отворачиваясь:

— Это было бы неуместно.

— Из-за того, что я Вас поцеловал в библиотеке? — подсказал дракон.

Девушка поморщилась:

— Вы очень любезны, лорд Шадар, но я виновата не меньше Вас, я позволила себе…

— Эстель, — немного устало прервал он. — Как же с Вами сложно! Зачем же Вы родились в этом отвратительном царстве Роша с его лицемерной чопорностью?

Он произнес это так обреченно и искренне, что Эстель не могла не улыбнуться. Потрясения теряли уже свою остроту, и привычная колкость нрава возвращалась к ней.

— Я не выбирала место рождения, лорд Шадар. Но если от этого Вам станет легче, если бы могла, я выбрала страну, где разрешено обучение магии.

— Отрадно знать, — как сквозь зубную боль пробормотал дракон. — Как Вы вообще могли додуматься до брака с Керрисом? Ваши чудесные сдержанные манеры могут служить образцом для очередного скучного учебника по этикету. Но Вы ведь прекрасно знаете, что, кроме семьи Эрран, их никто не придерживается. Для Вас это была высокая стена, за которой можно спрятать свои способности. Но как Вы собирались с ними выжить в столице?

Девушка равнодушно пожала плечами.

— Думаю, мои чудесные сдержанные манеры помогли бы вытерпеть и эту пытку.

Диаль усмехнулся и покачал головой. Эстель устало опустилась в кресло и сложила перед собой руки. Советник не прав, она не питала иллюзий по поводу порядков, которые царили при дворе Роша. Она была в столице лишь однажды, но имела сомнительное удовольствие говорить с местным обществом. Строгий этикет нужен был им лишь для изощренного флирта, главной благодетелью считалось стихосложение и умение подобрать наряд, а чем скромнее ты себя ведешь, тем громче смеются за твоей спиной.

Она молчала, и Диаль снова первым нарушил молчание:

— Вы всерьез уверены, что смогли бы с ним ужиться?

— Да, что в этом такого? Сотни девушек именно так и выходят замуж. Не я первая, не я — последняя…

Такие правильные слова. Которые она сама повторяла себе раз за разом, когда все-таки задумалась о том, что предложение мага довольно заманчивое, и перспективы открывает гораздо интереснее, чем чепец старой девы, который она сможет спокойно надеть уже через десять лет. А то и раньше. Родители тоже поженились по расчету, богатство матери позволило вдохнуть жизнь в увядающее поместье Эрран. Всегда приходится чем-то жертвовать, если в тебе есть изъян. По положению, богатству или… магии.

Шадар словно чувствовал ее затаенное лукавство, так и смотрел сверху вниз, спокойно и внимательно. И демоны бы побрали эти яркие сапфировые очи! Эстель перевела взгляд на письмо, на сургуче отпечатался герб Эрранов.

— Но я не про остальных говорю, я говорю про Вас, — наконец задумчиво продолжил Диаль. — Я знаю Вас очень недолго, Эстель, но вижу, что Вы не из тех, кто смирился бы с таким положением дел.

— Откуда Вам знать? — вздохнула она.

— Мне не двадцать, Эстель, и я смею скромно надеяться, что уже немного разбираюсь в женщинах.

— Вы такой… — девушка недовольно обернулась и с возмущением осознала, что проходимец ее попросту дразнит. И промолчала еще возмущеннее, сверкая глазами.

— Какой же? Договаривайте, Эстель, иначе неинтересно.

— Самоуверенный!

Диаль тихо рассмеялся.

— Признаю, грешен.

Эстель позволила себе лишь тень улыбки. И покачала головой, возвращаясь к прерванному обсуждению:

— Но Вы не знаете меня. И вероятно, слишком хорошо обо мне думаете, если жалеете. Мои мотивы были сплошь корыстные.

— С удовольствием узнаю о Вас больше. И о Ваших корыстных мотивах.

Эстель горько усмехнулась:

— Я не выйду замуж за Вашего брата.

— Нет, не выйдете, — спокойно подтвердил советник. — Но предложение все еще в силе.

— Я Вас совершенно не понимаю…

— Думаю, с этим мы тоже сможем со временем разобраться, — кивнул дракон.

Эстель замерла, пытаясь понять, каков истинный смысл его слов, где правда, а где лишь ее иллюзии. Не услышала ли она больше, чем там скрывается на самом деле. Кажется, Шадар просто давал ей время передумать. Но что, если на одну секунду представить, будто он имел в виду нечто другое? Сердце снова гулко забилось в груди, во рту пересохло. Как он вчера целовал ее! Какие чувства пробуждал… Стыдно признаться, но Эстель хотела бы, чтобы он сделал это снова. И снова, и снова.

Негромко откашлявшись, девушка снова спрятала горящее лицо, отвернувшись.

— Через два дня в королевском дворце состоится бал, — прервал ее фантазии Диаль. — Принц Виллем настаивал на том, чтобы я представил ему Вас.

— Меня?!

— Да, меня тоже удивила эта просьба, но, боюсь, я сейчас не в том положении, чтобы отказывать возможному наследнику. Благодаря моему брату Вы оказались замешаны в сложной политической игре, а я оказался в должниках у короны. И нам лучше удовлетворить любопытство принца, а заодно показать всем, что Вы находитесь под защитой рода Шадар. Поэтому сегодня Киан приведет к Вам портного, чтобы переодеть прилично.

— Но я прилично одета!

Диаль с тоской вздохнул:

— Более чем. И у драконов это считается верхом неприличия. Привлекает внимания куда больше, чем открытые плечи. Так и хочется освободить Вас от этого фантика.

Эстель повела плечами и одернула выше кружевной стоячий ворот платья:

— Что ж, будем надеяться, что Вы правы, и мои открытые плечи будут привлекать меньше внимания.

Дракон на это язвительное замечание вздохнул еще тоскливее…

Оставив девушку на попечение дворецкого, которому дал все распоряжения относительно грядущего бала, Диаль спустился в свой кабинет. На столе ждало несколько писем. И одно из них — от принца Ирриса. Наследник был лаконичен и требовал немедленно явиться к нему. Шадар бегло прочел другие письма. Ничего важного, все остальное могло подождать, и советник отправился во дворец.

Когда он прошел в покои Ирриса, принц нетерпеливым взмахом руки отпустил охрану. Кажется, его паранойя и недоверие росли. Золотоволосый дракон в светлых одеждах и венце, который он теперь не снимал даже ночами, подошел к широкому дивану, усеянному подушками, и сел. Потянулся к хрустальному бокалу, оправленному в золото. На прозрачных стенках были красные потеки, это явно не первая порция вина.

— Мне доложили, что Керрис мертв! — бросил Иррис. — Как ты допустил это, Шадар? Мне напомнить, чем это грозит тебе?! Что ты теперь собираешься делать?! Я сотру в прах род Шадар!

И это было только начало. Чем больше принц говорил, тем больше раздражался, его глаза заволокло желтым, как яркое пламя, светом. Иррис сжал бокал в руке, и тот хрустнул, заливая вином его брюки и ковер. Кожа, уже усеянная золотистыми чешуйками, не пострадала, и дракон брезгливо стряхнул мелкие острые осколки, даже не обратив внимания. Он с ненавистью и бешенством встал с подушек, уже не стесняясь в выражениях обещая советнику страшную смерть. Да, ему уже доложили и о теплом дружеском общении Диаля с Виллемом на глазах всего дворца. И о том, что советник приглашен на закрытый бал. И теперь наследник готов был свернуть ему шею без суда, следствия и посторонней помощи.

— Я не мог предотвратить убийство магистра, Ваше Высочество, драконы бастарда как-то узнали о наших планах на царство Роша, — спокойно ответил Диаль, когда Иррис замолчал, чтобы перевести дыхание. — Я встречусь на балу с Виллемом, чтобы узнать, кто предал нас.

— Не произноси его имя! — взревел Иррис, его измененная полуоборотом глотка выдавала вибрирующий драконий крик. Плечи ощерились острыми темными шипами, пробившими ткань кафтана.

— Так или иначе, я должен добиться доверия бастарда, чтобы узнать его сообщников из дворца, Ваше Высочество, — чуть склонил голову Шадар.

— Я выпотрошу тебя, Шадар, — шипяще пообещал Иррис, приближаясь к нему. Диаль был чуть выше, и, чтобы не пришлось поднимать голову перед советником, дракон остановился в паре шагов.

— Мы проиграли битву за одного никчемного человеческого мага, но все еще можем выиграть войну за Нирран. Пока Ваш отец жив, и пока я служу ему. И Вам, Ваше Высочество.

Иррис немного успокоился. Ровный и уверенный тон Диаля заставлял ему верить, кроме того, верить действительно хотелось. Да и он прав. Король еще жив, время не потеряно, а Шадар входит в Высокий Совет. Нетерпение и буйство нрава уже сыграли с принцем злую шутку, и он слишком быстро терял сторонников. Как среди аристократов, так и среди простого населения. На этом фоне щедрые обещания Виллема меркли и не стоили уже усилий. Всем просто хотелось выжить. А бастард хитро и планомерно раздражал сводного брата, чтобы еще больше утопить его репутацию в крови, которую тот проливал вокруг.

— Что ты предлагаешь?! — Иррис вальяжно упал на подушки дивана, тяжело дыша.

— Убийство Керриса всего лишь изменило нашу цель. Его место занял второй советник, мы продолжим переговоры с ним. А я попробую сблизиться с бастардом, и узнаю его планы.

— Прекрасный план, — похвалил Иррис и вдруг бросил под ноги советнику бумагу. — Только сначала подпиши вот это.

Диаль осторожно присел и забрал с ковра бумагу. Как он и предполагал, это тот самый смертный приговор, о котором говорил Марселус.

— Я не могу присягнуть Вам, пока служу королю Альмису.

— Король выжил из ума! Продолжая служить ему, ты исполняешь приказы бастарда, который говорит его устами!

Диаль посмотрел на клятву в своих руках. Подписать ее означало отрезать все пути отступления. А это уже не дипломатия, это самоубийство. Иррис рыл себе могилу и наживал врагов с остервенением бешеной собаки. Он даже убийство Керриса счел бы его предательством, если бумага была бы подписана.

Диаль бросил листок обратно. К ногам Ирриса.

— Я принесу Вам присягу только, когда посажу Вас на трон. Если это Вас не устраивает, можете приказать меня казнить прямо сейчас, Ваше Высочество, — советник склонился и замер в поклоне, ожидая стражу наследника.

Но Иррис отступил. Казнить советника отца, пусть им и управляет Виллем… Слишком опасно при его шатком положении.

— Убирайтесь вон, Шадар! И только попробуйте не принести мне в следующий раз добрые вести! — закричал Иррис и указал на дверь.

— Как прикажете, Ваше Высочество!

Диаль выпрямился и спокойно вышел за дверь. Впервые со времен экзаменов в Академии у него подрагивали пальцы. Боги — свидетели, он ждал, что Иррис воспользуется предложением.

Оставшись в одиночестве, Эстель наконец распечатала письмо от отца. От бумаги еще едва уловимо пахло домом и папиным кабинетом. Улыбнувшись, она поднесла к лицу послание, вдохнула родной запах. Торопливые чернильные строчки на желтоватом пергаменте рассказывали о том, что уже поведал ей дракон. О смерти Керриса, о том, что Ищейки заполонили и обыскали весь дом, изъяли все ее книги, и ей сейчас безопаснее оставаться в Нирране. Отец сообщил также, что заключил новое соглашение с лордом Шадаром по поводу ее брака, и, если она сочтет это возможным, будет рад такой партии. Далее следовал все те же перспективы, которые озвучивал Диаль. Магия, положение… Эстель свернула и отложила письмо.

Отец, конечно, прав. В Эрран возвращаться опасно. Для всей семьи. Ищейкам папа сказал, что книги коллекционировал, чтобы подарить на свадьбу магистру, но, если она вернется, они наверняка узнают о ее способностях. Только вот…

Девушка переложила голову на спинке кресла так, чтобы видеть стопку книг на кофейном столе. Вчера, когда она спряталась здесь, закрылась, пережидая потрясение от поцелуя со старшим Шадаром, на глаза ей попалась та книга, что принес Киан. Текст в ней на драконьем языке, как и название, но дворецкий сразу предупредил, что она об Истинных парах, и может заинтересовать ее, учитывая обстоятельства. И так предусмотрительно оставил словарь… Уснуть, разумеется, не получалось, и ночь прошла в изучении тонкой, но такой важной книги. Благодаря отцу и домашнему обучению магии, ее не пугали переводы. Однако впервые девушка усомнилась, что перевела верно.

Книга обещала, что драконов, встретивших Истинную пару, связывает их внутренняя магия, драконья суть, способная пробудить отклик Силы даже в полукровках. Именно магия чувствует родственную энергию, ту, которая усилит ее, усовершенствует. Идеально подходящую, дополняющую. И когда находит, действует как неодолимое притяжение, влечение, желание. Оно подчиняет тело и разум, заставляя как можно скорее соединиться со своей парой и закрепить привязку. Но таких Истинных у каждого дракона может быть несколько, магия не романтична и стремится только к развитию, а не к созданию крепкой пары. Зато может послужить основой для нее, потому что после завершения привязки обоюдное желание никогда не угаснет.

Вот это все она перевела. И теперь понимала, почему ее магия при появлении драконов так странно себя вела. Но так и не нашла ответа на вопрос, почему ее посчитали Истинной парой Теона Шадара. Потому что единственный, кто заставлял ее испытывать смутные и волнующие желания… Диаль Шадар. И признаться в этом Эстель не могла.

Покусав губы, девушка с грустью снова обернулась к письму отца. Вот и как согласиться на предложение?

Легкий стук в дверь заставил вздрогнуть и подняться с кресла. Сердце снова забилось часто и гулко, но в комнату вошел всего лишь дворецкий, Киан. Вместе с драконом, одетым во все черное и белоснежные перчатки, шел дракон со светлыми волосами в роскошном костюме. За ним слуги и ее горничная внесли два объемных кожаных чемодана.

— Леди Эстель, хочу представить Вам королевского портного, мастера Савэ, — мягко представил дворецкий. Савэ низко поклонился ее.

— Королевского? — обескураженно переспросила девушка.

— Смею заверить, мастер Савэ — непревзойденный знаток моды Ниррана, и наилучшим образом подготовит Вас к королевскому балу. А я взял на себя смелость выбрать несколько готовых платьев для Вас. Нужно лишь подогнать по фигуре и по цвету…

— Для меня большая честь служить дому Шадар, — ответил Савэ. И взмахом руки приказал открыть сундуки.

— Леди Эстель, — отвлек ее Киан от созерцания потрясающих тканей. — Для начала я хотел бы предупредить Вас, что мода и привычки драконов очень сильно отличаются от принятых в Роша. И я прошу Вас с пониманием отнестись к этому.

— О чем Вы?

Киан скромно склонил голову, подбирая слова.

— Я не хотел бы шокировать Вас, но драконы более подвержены своим страстям, а не приличиям. И одежда служит цели не столько укрыть тело, сколько подчеркнуть…

— И? — осторожно попросила продолжения девушка, непроизвольно глядя на черный костюм дворецкого, который действительно подчеркивал высокую стройную фигуру и каждое движение.

— И я выбрал для Вас наиболее закрытые фасоны, — скорбно вздохнул Киан. При этом мастер Савэ что-то собирался добавить, но передумал, глядя на блекло-голубое платье Эстель и качая головой. — Начнем примерку?

Она растерянно кивнула, и горничная, молодая темноволосая драконица, взяла небольшую коробку из рук Савэ и увлекла Эстель в белую гардеробную с зеркалами и пустыми полками и шкафами. Быстро сняв с нее скромное платье, служанка на достигнутом не остановилась и начала развязывать тесемки тонкого корсажа и панталон. Эстель перехватила завязочки и вопросительно обернулась к девушке.

— Под драконьи наряды такое нельзя надевать, миледи, — пояснила горничная, — слишком все громоздкое и неудобное. Драконицы носят совершенно другие вещи.

В подтверждение своих слов драконица открыла коробку, которую принесла с собой и вытащила нечто тонкое, кружевное и совершенно невесомое. Сложно представить, что эти узкие ленты шелка и кружева что-то способны скрыть. Действительно, надевать это неприлично даже под панталоны и корсаж. А уж просто под платье… Ей было бы стыдно от одного знания того, что на ней это надето.

Неправильно истолковав ее молчание, горничная заверила:

— Это всего лишь на первое время, цвет и фасон можно будет выбрать и другой. Мастер Савэ обязательно оставит Вам каталог.

Постоянно напоминая себе, что это другая страна, и здесь так принято, она все же облачилась в кружевной комплект, облегающий как вторая кожа. Горничная вышла за первым платьем, а Эстель стояла возле зеркала и не могла привыкнуть к тому, как выглядит в этом, непроизвольно прикрываясь руками.

А когда служанка внесла в гардеробную первое платье, Эстель поняла, почему драконицы предпочитают такое невидимое белье. Наряд из синего шелка, по заверениям горничной, повседневный, открывал и плечи и грудь, зато целомудренно прикрывал запястья узкими рукавами. Длинная юбка, пышнее, чем принято в Роша, привлекала внимание мерцанием шелка и мелкой витиеватой вышивкой. Каждый вздох в тесном лифе грозил локальной аморальной катастрофой. И вот в сравнении с этим Диаль назвал ее платья тесным фантиком? Да это бесстыжая провокация!

Эстель попыталась подтянуть лиф платья повыше и потерпела сокрушительную неудачу от плотно сидящей ткани.

— О, миледи, Вы совершенно преобразились. Лорд Теон будет в восторге!

Искренние слова служанки, оценившей свои усилия по затягиванию корсажа, привели в полнейшее уныние. Теон действительно будет в восторге. И обязательно об этом скажет.

— А если еще волосы распустить… Пойдемте, покажем Вас господину Киану и мастеру Савэ…

Но это было только начало. Дворецкий заставил примерить ее еще десяток разных платьев, Савэ что-то подметывал прямо на ней, магией менял оттенки тканей, вышивок, кружевных оторочек.

И пока Эстель стояла на высоком табурете, словно куколка из музыкальной шкатулки, а вокруг крутился Савэ, Киан посвящал в тонкости драконьего этикета. Который сводился в основном к тому, что все делали, что хотели. По крайней мере, по скромному впечатлению Эстель от услышанного. Боги, дайте пережить этот бал… Правда, в танцах не ожидалось ничего необычного. Всего пара каких-то традиционных, которых она не знала, но их ведь можно просто пропустить. О чем и спросила Эстель.

— Разумеется, — приятно ответил дворецкий, стоявший перед ней. — Более того, с местным обществом Вы пока не знакомы, и я настоятельно рекомендовал бы Вам ограничиться одним партнером по танцам.

— Вы имеете в виду лорда Шадара? — иронично улыбнулась девушка. — Не думаю, что у меня есть выбор.

Киан ответил благожелательной улыбкой:

— Поверьте, леди Эстель, придворное общество настолько тесное и однообразное, что Ваше появление привнесет некоторое оживление в жизнь дворца. Вы чужестранка, и Вас представит ко Двору лорд Шадар. Боюсь, это обеспечит Вас повышенным вниманием, от которого сможет защитить лишь лорд Шадар.

Эстель сказанное не порадовало. Скорее всего, Киан прав. Значит, нужно попробовать отказаться от бала. Только лишнего драконьего интереса ей не хватало…

Словно прочитав ее мысли, Киан продолжил мысль:

— И чтобы Вы выделялись как можно меньше, но и оправдали ожидания всех ожидающих встречи с Вами, перейдем к примерке платьев для бала…

Выбирал придирчивый дворецкий недолго, но больше всего мороки вызвало платье, на котором его выбор остановился. Савэ сокрушенно сетовал, что за два дня уже не успеет создать ничего приличного, а это платье смотрится слишком просто… Белое платье из тафты с вышивкой мелкими зелеными камнями, имитирующей кружево. Киан не согласился, обошел девушку на табурете по кругу, и заверил, что это — то, что нужно. Савэ поколдовал над ним, заставляя камешки сменить цвет на вишневый, в тон ее волос, потом подметал швы, затянув корсаж туже. И все равно остался недоволен. А Киан впервые за все время, что Эстель с ним знакома, улыбнулся своим мыслям.

Закончив примерки, Савэ оставил два готовых повседневных платья, обещанный горничной каталог и злополучную коробку с нижним бельем. Остальное забрал на подгонку. Но на этом мучения Эстель не закончились, дворецкий улизнул, оставив ее на попечение горничной, которая должна была заняться внешним видом госпожи и просветить ее относительно более интимных процедур и привычек дракониц.

Когда и эта мука закончилась, и Эстель наконец осталась одна, за окном уже стемнело. Изящные круглые часы над камином с облицовкой из чароита, показывали время ужина. Девушка устало легла на кровать, прикрывая глаза и перебирая пальцами влажные после ванны волосы, медленно высушивая их магией. От теплой кожи пахло какими-то местными цветами, расслабляюще и нежно. Этот день вымотал ее.

Стук в двери заставил с усталым стоном подняться снова и поплотнее запахнуть халат. В дверях показался Киан. За ним стояла горничная.

— Леди Эстель, прошу прощения, что побеспокоил, но скоро подадут ужин. Вам нужно одеться.

Девушка присела на уголок кровати:

— Я очень устала и хотела бы поужинать у себя, если возможно.

— Думаю, Вам будет полезно спуститься в столовую. Чем раньше Вы привыкнете к своим новым нарядам, тем менее скованно будете чувствовать себя на балу.

Конечно, он прав… Эстель со вздохом поднялась и понуро направилась в гардеробную. За ней поспешила горничная. Эстель неохотно потянулась к темно-красному платью, но драконица опередила ее, сняв с вешалки фиолетовое.

— Господин Киан распорядился выбрать это платье.

Эстель равнодушно пожала плечами, позволяя нарядить себя в фиалково-фиолетовый шелк. После всех платьев, которые она примеряла сегодня, обнаженные плечи даже не казались чем-то вызывающим, тем более, вечером это вполне допустимо. Горничная аккуратно уложила ее волосы, прижав заколками и оставив вишневым водопадом спускаться с одного плеча.

— Вы прекрасно выглядите, леди Эстель, — довольно заметил Киан, когда она отпустила горничную и вышла из гардеробной.

— Вам не кажется, что это слегка чересчур для обычного ужина?

— Для драконов не бывает ничего чересчур, леди.

Дворецкий открыл перед ней двери, заставляя выйти в коридор. И перекрывая все пути к отступлению.

— Тогда почему мои манеры считаются здесь чересчур сдержанными? — иронично напомнила Эстель.

— Да, разве, что это, — любезно согласился дракон. — Пойдемте, я провожу Вас в столовую.

Несколько мгновений они шли молча, Эстель шла чуть позади высокого мужчины, исподволь рассматривая его. Черные одежды и плотно прилегающий крой костюма очень выгодно дополнял какую-то загадочную внешность дворецкого. Кожа казалась бледнее, изумрудные кошачьи глаза — ярче, а всегда благожелательное и невозмутимое выражение лица — искусной маской. По тоскливым и жарким взглядам, которые горничная, нет-нет, да и кидала на молодого брюнета, становилось понятно, что для окружающих этот дракон тоже загадка неразгаданная.

— Скажите, а Киан — это фамилия? Могу я узнать Ваше имя?

— У меня нет фамилии, леди Эстель, — со скрытым довольством, будто гордился этим, ответил он. — Можете звать меня просто по имени.

Такого она не ожидала, и смутилась, будто влезла в чужое дело.

— Простите меня, я не знала.

— Ничего страшного, леди. Хотели бы знать что-то еще?

Тон был такой выверено вежливый, что легкая насмешка сквозила в нем лишь усиливающей любопытство изюминкой. Эстель вскользь посмотрела на него снова, и дворецкий мягко улыбнулся. Ее никак не оставляло чувство, что этот дракон знает все. Не только о том, что творится в доме, и даже что творится в ее душе, но и больше, гораздо больше. И еще… Что-то заставляло ему верить. Доверять.

— А могу я уточнить у вас вопрос… — Эстель помялась, но даже чисто исследовательский интерес удовлетворить стоило, не расспрашивать же Шадаров. — …об Истинных парах?

— Разумеется, леди. Я буду рад ответить.

Девушка кивнула, вспоминая все прочитанное. Скромность и ощущение, что это касается непосредственно ее, ушли на задний план. Сейчас ее занимали лишь знания, полученные из книги. И она с куда большим воодушевлением повернулась к дворецкому, непроизвольно останавливаясь в широком коридоре.

— Я прочла, что внутренняя магия соединяет Истинные пары, и это выражается на эмоциональном и физическом уровне, — бегло проговорила девушка, словно пыталась еще раз осознать прочитанное, — что в паре оба дракона испытывают одинаковое… влечение и чувства. И это всегда взаимно?

— Да, леди Эстель, всегда.

Она нахмурилась, задумавшись о чем-то и глядя в пустоту.

— И не может быть такого, что кто-то из пары не чувствует ничего?

— Нет, леди. Драконья магия действует на пару в равной степени.

— Хм… А если один из пары не дракон? — дотошно уточнила Эстель.

— Тогда и запечатления бы не произошло. Эффект Истинной пары доступен только с драконами. И с теми, в ком есть кровь и магия дракона, разумеется.

Эстель медленно кивнула, принимая ответы к сведению. Возможно, это все большая ошибка. Совпадение. И никакие магические узы и не связывали ее с Теоном Шадаром. На всплеск магии могло повлиять нечто иное. И поэтому ей так безразличен Теон…

— Спасибо, Киан, — тепло поблагодарила она, снова делая шаг по коридору.

Дворецкий элегантно кивнул и повел ее дальше, к столовой.

И когда он торжественно распахнул высокие двери темного зала, украшенного точеными хрустальными светильниками и благородным камнем, взгляды братьев Шадар, уже сидевших за столом, обратились к ней. Диаль сидел во главе стола, все в том же фиолетовом костюме, чуть отличавшимся оттенком от ее платья, Теон расположился по левую руку от него. При виде девушки, младший дракон поднялся со стула и приложил ладонь к сердцу.

— Леди Эстель, Вы опять упрекнете меня за откровенность, но, если у меня и были какие-то угрызения совести, что я Вас украл из Роша, сейчас они полностью рассеялись. Вы ослепительны!

— Лорд Теон, я бы поверила в Ваши угрызения совести, будь она у Вас, — мягко опустила ресницы Эстель и слегка присела в реверансе.

Диаль усмехнулся, наблюдая за этой душевной сценой. Киан проводил девушку ближе к столу, отодвинул стул по правую руку от него и усадил. После чего принялся сервировать стол, а у советника появилась возможность оценить в полной мере изменения в облике Эстель.

Новое платье уже не обрисовывало ее силуэт так, что становилось жарко, зато открывало плечи и грудь настолько, что хотелось немедленно прикоснуться к белой коже, губами ощутить запах цветов, пропитавший ее. А фиалковый цвет шелка, так подходящий к ее волосам и глазам… Диаль печально вздохнул: Киан хитро, совершенно садистски и двусмысленно исполнил его приказ. У драконов есть небольшая уловка для флирта, которую они переняли у демонов: чтобы показать свой интерес, выбирать наряд в тон волос своего избранника. И сейчас ее платье выдавало в ней пару Теона, которой он и назвал ее. Боги пресветлые, и где же ее закрытые платья ужасных оттенков?

— Вы действительно прекрасно выглядите, леди Эстель, — высказал мнение Диаль, поворачиваясь к ней. — Мое недовольство поступком брата вполне можно принять за его угрызения совести, но теперь даже я не в силах его винить.

Эстель отвела взгляд:

— Благодарю за комплимент, лорд Шадар.

— А это несправедливо, — прищурил Теон сиреневые чистые глаза, садясь обратно. — Почему за комплимент Диаль удостоен благодарности, а я — колкости?

— Просто я озвучиваю не все, что имею сказать, — ответил за нее Диаль.

— А леди Эстель слишком неиспорчена нашим обществом, чтобы слышать твои мысли, — в тон совершенно серьезно продолжил младший брат.

Советник обернулся к гостье:

— Или слишком воспитана, чтобы подавать вид?

— Совершенно не понимаю, о чем вы, — непринужденно пожала она плечами, позабыв какое открытое платье на ней сейчас надето.

Шелк, конечно, не сдвинулся ни на миллиметр, но зрелище все равно было чарующее. Теон даже жевать перестал, Диаль же просто отвел взгляд, чувствуя, как тает его выдержка. Тонкий запах цветов, который источала ее кожа, все равно оставлял внимание прикованным к ней. Киан с насквозь фальшивым сочувствием подлил воды в его стакан. Как ни странно, это и Теона вернуло в реальность от созерцания декольте.

— Как Вы находите Нирран, леди Эстель? — кашлянув, спросил Теон, с усилием переводя взгляд на ее лицо.

От Эстель его внимание не укрылось, но после очень осторожного монолога Киана, что драконы — существа, слишком подвластные своим страстям, а уж мужчины-драконы — подавно, что так и зависло в воздухе, девушка восприняла это как неизбежное зло.

— Из моего окна он весьма симпатичен.

— О, простите, — немного расстроился Теон, вспоминая, что Нирран она действительно увидеть не успела. — Если желаете, я мог бы завтра показать Вам столицу. Или, вернее, Вас — столице…

Эстель осторожно посмотрела на Диаля. Старший Шадар сперва чуть заметно поморщился, но над предложением задумался.

— С сожалением признаю, что мысль недурна, — пояснил он, поймав ее взгляд. — Это немного подготовит Вас к тому, что Вы увидите на балу. Аристократы мало отличаются от остальных столичных жителей, как бы им ни хотелось верить в иное.

Теон повернулся с удивлением:

— На балу?

— Послезавтра Виллем устраивает закрытый бал. Мы с леди Эстель приглашены.

Теон помрачнел.

— И ты принял приглашение?

— Как будто у меня был выбор, — против воли усмехнулся Диаль. — Так, что скажете насчет прогулки по столице, леди Эстель?

— Вероятно, мне тоже следует принять приглашение. Помнится, в Эрране Вы говорили, что можете посоветовать прекрасный пеший маршрут, — с чуть вопросительной интонацией ответила Эстель, прикусывая губу. Едва наметившаяся улыбка Диаля согрела, Теон рассмеялся, вспоминая злополучный обед.

Остаток ужина прошел в обсуждении завтрашней прогулки и предстоящего бала. Закончив с ужином, Диаль, на этаже которого Киан разместил девушку, предложил проводить ее. Часть пути они проделали втроем, пока Теон не пожелал всем спокойной ночи и не свернул к своим покоям, и дальше Эстель и Диаль поднимались на хозяйский этаж вдвоем. Коридоры заливал золотистый яркий свет люстр и хрустальных светильников, дорогая обстановка, каменные лестницы… Уютный роскошный дом усиливал их уединение, в тишине даже самое тихое дыхание и шорох ткани оглушал. Так волнующе…

Эстель шла чуть впереди, чувствуя его присутствие и взгляд, от которого становилось жарко и тесно в платье. Она держалась за лакированные перила лестницы, и это помогало скрыть, насколько дрожат пальцы. Чуть придерживая длинный подол, девушка ступила на этаж.

— Сюда, — почти шепотом сказал дракон и осторожно коснулся ее локтя.

Эстель повернулась, обескураженно встречаясь с ним взглядом. И задыхаясь от того, как гипнотически заволакивает его глаза звездная синева. Диаль вздохнул, теплая ладонь переместилась на хрупкую девичью спину. Дракон мягко потянул ее вглубь коридора, где находились их комнаты. Там лампы горели так же ярко, как и во всем доме, но стены по обе стороны сжимали пространство, делая их еще ближе друг к другу. Сердце стучало тяжело и громко, от его руки жар как будто заполнял ее всю. И когда Диаль остановился, а ладонь медленно опустилась на ее талию, Эстель повернулась как во сне.

— Мы пришли, — пояснил очевидное он.

— Угу, — рассеянно согласилась девушка, не двигаясь.

— Эстел-ла, — выдохнул дракон, вдруг прижимая ее к себе и целуя.

Она обняла его, теплые губы раскрылись в ответ, поцелуй стал глубже, ярче, чувственнее. По коже побежали мурашки удовольствия. Спина коснулась гладкой створки двери, Диаль с глубоким вздохом отпустил ее, прижимаясь виском к ее виску. Его дыхание тоже сбилось, дракон держал ее в объятиях.

— Что же Вы со мной делаете, Эстелла? — шепотом спросил Диаль. Чувствительной обнаженной кожи шеи едва ощутимо коснулся раздвоенный змеиный язык, пробуя ее запах на вкус.

Девушка вздрогнула, сжимая ладонями его плечи. Это было так откровенно, так интимно, так волнующе… Она повернулась к нему, положила ладонь ему на щеку, заставляя посмотреть на нее, и сама губами прижалась к его губам. Диаль со стоном сдался собственным желаниям, снова забываясь поцелуем с самой желанной для себя женщиной. Ее дыхание, непроизвольные движения, мягкие губы, нежная кожа… Все сводило с ума, заставляя потерять последние крохи самообладания. Пальцы сами потянулись к шелковым лентам корсажа, ослабили их, проникая под плотную ткань…

Но все еще держась за последние осколки чести, он нажал на изогнутые ручки дверей за ее спиной, раскрывая сворки. Девушка в его объятиях, потеряв опору, шагнула внутрь, и Диаль с сожалением отпустил ее, придержав от падения.

— Спокойной ночи, Эстель, — грустно пожелал дракон, оставаясь в проеме дверей. — Надеюсь, хоть у Вас она будет не бессонная.

Девушка качнула головой и взялась за ручки двери со своей стороны, медленно закрывая створки. Диаль стоял за порогом, просто наблюдая, как смыкаются двери.

— Спокойной ночи, лорд Шадар, — довольно улыбнулась Эстель и закрыла их окончательно перед ним.