13

Пока господа мирно обедали, на кухне было далеко от спокойствия. Ещё бы! Его светлость наконец-то начал есть по-настоящему, а не как воробушек. И, может быть, никто бы не поднимал шум — ну, ест нормально человек и ест, подумаешь —если бы не Розанна, служившая главной кухаркой ещё при почивших родителях нынешнего герцога. Уж те-то высоко ценили её стряпню! И что потом? Для кого готовить-то? Для мальчишки, который не отличит простую яичницу от омлета «Пурфорье»? Ух, хоть бы новая герцогиня здесь прижилась — сразу видно, что любит хорошо покушать.

— Так... - Розанна деловито прохаживалась по кладовой, проверяя остатки продуктов. - Ага...

Осматривать даже самые высокие полки никогда не доставляло ей трудностей, а вот низкие потолки — очень даже. Когда кладовую строили, явно не думали о том, что ею будут пользоваться отнюдь не маленькие девочки.

Розанна высказала свою мысль вслух и закатила глаза, услышав вполне ожидаемый ответ от следовавшей за ней младшей помощницы.

— Это ты, что ль, девочка? — хихикала сухонькая, и далеко не из-за проклятия, женщина. Ростом она доходила лишь до пояса главной кухарки, так что в прямом смысле в пупок ей дышала. Из-под огромного чепца торчал жиденький кончик седой косы, а чёрное платье мешком болталось на костлявой фигуре, дело немного спасал лишь передник. — Тебе сколько годков-то, девочка? Чай, если б не проклятие, померла б уже давно.

— Ой-ой! — морща нос, качала головой Розанна. — Сама-то далеко ушла? Ты меня на сколько младше? На полтора месяца? На месяц?

— Так я в девки и не набиваюсь! — помощница упёрла руки в боки, и казалось, что о её острые локти можно порезаться.

— Так и я не набиваюсь! Сама знаю, что давно помирать пора!

— Вот и помрём, когда час придёт, не нуди. А ты чавой-то встала, а? Работать кто будет, а?

— Ух, шибанула б тебе! Так шибанула б! Да боюсь, что развалишься!

— Только после тебя!

Скрежеща зубами - очень даже ещё крепкими! — Розанна продолжила осматривать кладовую. Не так уж и много запасов осталось. Его Светлость никогда не скупился и во всём доверял слугам, сам же все дни напролёт пытался найти способ разрушить проклятие, а в бытовые дела не вмешивался. Когда-то ими занималась Эльвира, но уж двадцать три годка нога её не ступала не то что в замок, но и вообще на земли герцогства. Вот работёнку бывшей экономки и пришлось поделить между собой Розанне, Долорес и Джесс. Правда, последнюю можно было не считать — толку от неё никакого.

— Чевой-то? — насупилась та, когда кухарка высказала о ней своё мнение вслух.

— А тавой-то! Сейчас бы список составить!

— Дык... - Джесс, засунув костлявую руку под чепец, почесала затылок. —Составляй. Кто ж тебе не даёт!

Розанна пожевала губы и выдала:

— Ты, бестолочь, и не даёшь! Двадцать три года тут безвылазно сидим, а ты всё

никак писать не научишься!

— Так и ты не умеешь!

— мне и не надо! Я готовлю!

— Дык и я готовить могу! Тож мне наука!

— Потравить нас хочешь?

— Ну, ты ж нас пока не потравила!

— Не искушай!

Дверь в кладовую со скрипом отворилась, да с таким сводящим зубы, что обе спорщицы обернулись на звук и поморщились. В дверном проёме показалась самая младшая из троицы - аж на целый месяц позже Джесс родилась.

— Опять собачитесь?

— Нет!!! — рявкнули те и вновь уставились друг на друга, чуть ли не зубы скаля.

— Опять собачитесь, — со вздохом заключила Долорес и поставила на пол небольшую корзинку со свежевыстиранными полотенцами. — Делом бы, что ли, занялись.

— Мы заняты! — снова в один голос возмутились старшенькие.

— Я и вижу. Что опять не поделили?

Глянув друг на друга, Розанна и Джесс фыркнули и отвернулись, одновременно сложив руки на груди.

— Так что Джеймсу передать? - Долорес снова перевела их внимание на себя. — Он уже ехать готов. Только вашей отмашки и ждёт. Как обычно всё?

— Нет! — выкрикнула кухарка. — Никакого «как обычно!» Только через мой труп! — На этот раз она спустила смешок от Джесс, имелись дела и поважнее. — Значит так: пусть едет к Сэму...

— Не к Энтони? - удивилась младшая помощница, вмиг позабыв обиды. — У Энтони дешевле!

— Нет! — замотала головой Розанна. — У Энтони никакого разнообразия! Пусть сначала к Сэму едет и возьмёт всё, что у него есть, а потом...

— Не получится, -- вздохнула Долорес. — Сэм умер в прошлом году.

— О... — Джесс и Розанна переглянулись.

Они втроём прекрасно помнили его полным сил привлекательным мужчиной. Вот только было то двадцать три года назад. Ещё до того, как их миры разделила граница.

— Ладно, девочки! Чего раскисли? — Долорес попыталась выпрямить спину, что-то предупреждающе хрустнуло, и женщина поспешила принять привычную позу шахматной лошадки.

Розанна выразительно посмотрела на поджавшую губы товарку, мол, даже младшенькая сказала «девочки».

— Не раскисли мы, — буркнула Джесс, глядя на тощую лодыжку кухарки, и очень жалела, что в доме не держали собак - такая кость пропадает!

— Так, что всё-таки Джеймсу передать?

— Значит, пускай едет к Энтони, возьмёт продукты не как обычно, а в три раза больше. Как вернётся, отправь искать какого-нибудь другого поставщика. И пусть не экономит сильно! Для Её Светлости нам нужны только самые лучшие продукты!

— Дык, мож, тогда кто другой поедет поставщика искать? — Джесс поскребла указательным пальцем лоб, глянула на ноготь, заметила под ним грязь и тут же спрятала обе руки за спину — получить нагоняй за нечистоплотность уж совсем не хотелось, особенно потому, что заслужено.

— Нельзя! — Розанна не заметила трюк помощницы. - Я только Джеймсу доверяю в этом вопросе.

— Тогда пущай другой к Энтони едет? Всяк быстрее получится.

— Нельзя! — Кухарка аж ногой топнула, но тут же напомнила себе, что и вправду уже не «девочка», а потом разозлилась на себя же за подобные мысли и топнула громче. — У Энтони дешевле, потому что Джеймс его убалтывать умеет. С любого другого он втридорога возьмёт.

— Ладно, девочки. — Долорес наклонилась, чтобы поднять корзинку, что-то хрустнуло уже в другом месте, смирившись, вздохнула, взялась за плетёные ручки и выпрямилась. Ни одна почти столетняя старушка не пострадала. — Я тогда к Джеймсу, а вы тут не поубивайте друг друга.

— Это как получится! — воскликнули заклятые подруги.

Младшенькая, закатив глаза, удалилась. Если за столько лет все остались живы, то вряд ли что-нибудь поменяется.

Джеймса она нашла в конюшне, тот как раз усаживался в повозку около бессменного кучера. Как и он, лакей замотал лицо шарфом и надвинул шляпу как можно ниже. Знающие людей герцога не опасались, но всегда оставалась вероятность того, что рядом может оказаться и кто-то посторонний. Слухи никому не были нужны. Долорес передала указания Розанны и отправилась наконец развешивать полотенца. За то время, что она расхаживала с ними по замку, они успели подсохнуть.

В столовой обед подходил к концу. Ариана, жмурясь от удовольствия, доедала последний кусочек превосходно запечённой курицы с овощами. Насытившись, довольная герцогиня положила нож и вилку на стол и вытерла рот салфеткой.

— Как же вкусно! — Ариана с восхищением взирала на оставшиеся блюда, но понимала, что ещё чуть-чуть и она лопнет.

— Розанна будет рада, — улыбнулся Эрик. Взяв пример с супруги, он тоже хорошенько поел. Даже слишком хорошо. Привыкший к скромным порциям организм никак не мог взять в толк, откуда такое изобилие.

— Розанна? Нужно будет с ней познакомиться. Хочу лично её похвалить.

— Почему бы и нет. - Эрик скомкал свою салфетку и бросил её на стол.

Поднявшись, он подошёл к жене, чтобы отодвинуть для неё стул. Получив в благодарность улыбку, герцог не удержался и поцеловал супруге руку. Причём он приловчился делать это так быстро, что Ариана не успела её убрать. К тому же сейчас герцогиня была сыта, ленива и благодушно настроена. — Проводить тебя в библиотеку, дорогая?

— Не нужно, — со вздохом отказалась она. — Давай лучше в кабинет к тебе пойдём.

Надо же с проклятием разобраться. А то я тут жизнью наслаждаюсь, а твои люди...

В общем, пойдём работать.

Эрик поднял брови, но спорить не стал, тем более что ему самому становилось совестно из-за того, что позволил себе праздно проводить время, хотя сам даже не шаг не продвинулся.

Слуги, поклонившись, открыли для господ двери. Ариана улыбнулась каждому, взяла мужа под руку и вместе с ним вышла в коридор. Чуть ли не припрыгивая, ведь надо же куда-то девать энергию от великолепной еды. Кстати, о птичках...

— Эрик, спросить хотела... Откуда вы еду берёте? Я имею в виду, не замок — тут и так понятно, что где-то покупаете. А вот как обычные люди? Я же видела землю, на ней даже сорняк не вырастишь.

— И для них закупаем. Им привозят материалы - кому что, потом они из них делают товары на продажу, мы их продаём, а на эти деньги привозим еду и что-нибудь ещё, что в герцогстве не производится. За двадцать три года мы хорошо сумели подстроиться.

— А как вы торгуете? — наморщила лоб Ариана. -— Твоих людей разве не боятся?

— Наших людей, дорогая.

— Наших людей, - кивнула она. - Не боятся?

— Есть проверенные места и торговцы — всё отлажено.

— А если посторонние? И вообще, почему о твоей... нашей земле никто не говорит?

Я раньше ничего не слышала.

Эрик усмехнулся, но совсем не весело:

— А это часть проклятия, дорогая. Любой, кто даже захочет пересечь границу, не сможет. Каждый раз, когда будет подходить к ней, будет забывать, куда вообще шёл, и в конце концов вернётся восвояси.

— Как всё продумано...

— И не говори, дорогая, и не говори.

Они вышли ещё через одну дверь и оказались в другом коридоре. Здесь Эрик задержался, чтобы поправить несколько подсвечников. Сделать это мог только он, потому неисправность случилась магическая. Ариана это время потратила на осознание того, что муж ей только что рассказал. И вроде постепенно всё разлеглось по полочкам, но её всё же мучил ещё один вопрос:

— Ты говорил, что никто, кроме тебя, не стареет, так?

— Да.

— Тогда... И младенцы тоже не растут?

Помолчав с несколько минут, герцог ответил:

— Да. Все остались в том же возрасте, в котором были в тот день.

— Мать моя... - Целый поток брани хотел вырваться из уст герцогини, но та их сомкнула, отпустила руку мужа и, сперва прибавив шаг, а затем и вовсе перейдя на бег, бросилась на поиски кабинета. Заговорила она только для того, чтобы подогнать замешкавшегося супруга. — Скорей! Надо торопиться!

— Стой! — крикнул Эрик сквозь хохот.

Ариана резко затормозила и едва не проехалась носом по каменному полу, но, к счастью, обошлось.

— А? — обернувшись, спросила она.

— Нам в другую сторону!

Ариана улыбнулась, развернулась на пятках и побежала к мужу, да так разогналась, что наверняка пронеслась бы мимо, но её поймали и подняли прямо над собой.

— Далеко собралась? — держа жену за талию, поинтересовался Эрик.

Герцогиня принялась было болтать ногами, но побоялась, что упадёт, и прекратила.

Вместо того чтобы вырываться, она обмякла в руках герцога, и тот позволил ей медленно соскользнуть вниз, прижав её к своему телу. Сердце девушки забилось гулко, и ей показалось, что она слышит ответный стук. Почувствовав пол под ногами, Ариана не торопилась высвобождаться из объятий мужа, и он тоже не спешил её отпускать.

— От меня не убежишь... — склонившись, прошептал он, жаром опалив её шею.

— И не собиралась... — Ариана с трудом узнавала собственный голос: разве он был таким хриплым? — Отведёшь меня в свой кабинет?

— Я отведу тебя куда угодно, дорогая...

Эрик легонько коснулся губами её ушка, отчего она на миг перестала дышать.

Новые, незнакомые чувства заполонили её естество. От них хотелось бежать со всех ног, скрыться, спастись. Но куда больше — остаться и прочувствовать их до конца. Герцог обнял её настойчивее, а она, повинуясь собственным желаниям, склонила голову набок, открывая шею, словно для поцелуев.

И Эрик не заставил себя ждать. Нежная кожа манила, её запах будоражил, струящиеся по спине волосы сводили с ума. Желание переполняло его, но он сдерживался, чтобы не напугать попавшую в его сети пташку. А та, словно позабыв все страхи, плавилась в его руках.

— Ариана.

Он зарылся пальцами одной руки в её волосы, а большим пальцем другой медленно провёл по приоткрытым губам, вызвав тихий вздох. Теряя последний рассудок, Эрик припал к её устам и встретил такой отклик, что слетели все запреты.

Неизвестно, чем бы всё могло завершиться, если бы совсем рядом не прогрохотал гром.

Герцогиня вздрогнула и попыталась отпрянуть, но сильные руки её удержали. Она упёрлась в грудь мужа ладошками и почувствовала, как быстро бьётся его сердце.

— Отпусти, пожалуйста.

— Она дышала тяжело, но и Эрика нельзя было назвать спокойным.

— Только если пообещаешь, что не убежишь. — Он нежно убрал растрепавшиеся волосы с её лица.

— А куда мне бежать? — Она подавила резкий порыв прижаться щекой к его ладони.

— Я здесь заблужусь одна.

Эрик ослабил хватку и произнёс совсем тихо:

— Ариана, пообещай.

В полумраке коридора его грозовые глаза стали почти чёрными. Бездна.

— Обещаю.

Прикрыв глаза и кивнув, он отступил на шаг, освободив её от своих объятий. Чтобы справиться с собой, он спрятал руки за спину и повернул голову к стене, иначе опасаясь поддаться искушению.

Но не только герцогу требовалось время, чтобы прийти в себя. Лишившись тепла мужа, Ариане вдруг стало так холодно и одиноко, что она едва сама не бросилась к нему. Только сила воли не дала Ариане совершить глупость. И без того уже отличилась.

— Ну что, дорогая, идём? — спустя несколько минут улыбнулся Эрик и предложил свой локоть.

С сомнением посмотрев на него, герцогиня уточнила:

— Куда это?

— Туда, куда и собирались.

— За тем, за чем и собирались?

— Конечно, — кивнул герцог, не удержался и подмигнул ей: — Но если ты хочешь заняться чем-нибудь другим...

— Ни в коем случае! — Округлив глаза, Ариана поспешила принять предложение.

Однако сразу попасть в кабинет не получилось, потому что на пути им встретилась Хэтти и утащила госпожу в спальню герцогини, чтобы превратить рыжее чудовище в красавицу.

— Ваша Светлость, и как у Вас так только выходит! Да Вы просто мастерица, уж простите меня за наглость! — вздыхала служанка, прочёсывая спутанные пряди широким гребнем. На столе она уже подготовила аж три ленты, чтобы наверняка укротить гриву герцогини. - Как же так, Ваша Светлость!

— Да как-то так... - Ариана залилась румянцем, да не милым на щёчках, а малиновым по всему лицу, перебравшимся ещё и на шею. К счастью, Хэтти была полностью занята причёской госпожи и на лихорадочную пятнистость кожи не обращала внимания.

Эрик тоже решил ненадолго заглянуть в свою спальню, чтобы привести в порядок не только одежду — ручки у дорогой супруги оказались весьма шаловливые, — но и мысли. Но сколько он ни пытался вернуть спокойствие разуму, не выходило.

Предательское тело не спешило забывать ощущения, подаренные Арианой. Руки всё ещё чувствовали изгибы и округлости прелестной герцогини, а то, до чего добрались её ладошки и пальчики, горело огнём.

Ополоснув лицо холодной водой, Эрик понял, что этого недостаточно, чтобы остудить пыл, а потому принял прохладную ванну. Неприятно, зато теперь можно было мыслить разумно. По крайней мере, он на это очень надеялся.

Переодевшись, герцог посмотрел на себя в зеркало, удивился посвежевшему лицу и вышел из комнаты. В это же мгновение Ариана переступила порог своей и встретилась взглядом с мужем.

— А я уже готова, — закрывая за собой дверь, ляпнула она.

— Замечательно, — улыбнулся Эрик и протянул ей руку. — Тебе очень идёт эта причёска.

— Это Хэтти постаралась. — Глянув назад, герцогиня вспомнила, что служанка уже несколько минут как ушла.

Они с мужем снова остались одни в этом безлюдно коридоре, где совсем недавно кое-кто занимался чем-то не очень целомудренным.