8

— Почти приехали, — сообщил Эрик ещё через несколько часов, большую часть из которых Ариана благополучно проспала. - Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, — прислушавшись к себе, ответила Ариана. - А что?

— Что-то ты немного бледная.

— Издеваешься? — прищурилась она.

— Разве что самую малость, — хмыкнул он.

После сна Ариана совсем успокоилась и пришла к какому-никакому согласию с собой. В магию она никогда не верила и даже посмеивалась над теми, кто считал по-другому. Или, по крайней мере, пыталась себя убедить, что не верила. В глубине души, очень-очень глубоко, она всё же знала, что магия существует — просто до недавних пор отмахивалась, хотя все доказательства были налицо. Вспомнить хотя бы... Впрочем, об этом сейчас думать не хотелось.

— По моим подсчётам, дорогая, минут через десять мы будем на месте.

— Это хорошо.

Время близилось к обеду, и урчание в животе напомнило Ариане, что неплохо было бы и подкрепиться. Однако куда больше ей хотелось размять затёкшие ноги.

Выходить на короткие прогулки не было никакого желания — пейзаж по-прежнему угнетал, но уже хотя бы не пугал.

— А нас покормят? - на всякий случай уточнила она. Голодной оставаться Ариана намерена не была. Конечно же, герцог мог не сомневаться, что любое его даже малейшее повеление мгновенно исполнят. Но это при нормальных обстоятельствах, а не тогда, когда земля проклята.

«Как он говорил? Ни живы, ни мертвы? Это, вообще, как понимать?»

— Не волнуйся, дорогая, ни с едой, ни с питьём, в нашем доме проблем нет.

«А с чем есть?» — захотелось узнать ей, но вслух она вопрос не задала, подозревая, что ответ ей не понравится. Разумеется, неплохо бы знать всё и сразу, но... Что за «но» Ариана и себе пока объяснить не могла.

Подъездная аллея наверняка когда-то радовала глаз, нынче же голые деревья по обе стороны дороги, облепленные чёрными воронами, наводили только ужас.

Птицы молча провожали взглядом экипаж, отчего становилось совсем жутко.

«Каркни хоть разок», — Ариана мысленно обращалась к каждой, которую только выхватывал её глаз, — «Ну, чего тебе стоит?»

Но тишину нарушил лишь вновь начавшийся дождь.

— Приехали, — объявил Эрик, когда карета замедлила ход.

— Ура! - Ариана ликовала искренне - так долго находиться в коробке на колёсиках —точно не для неё.

Герцогине настолько не терпелось покинуть место временного заточения, что она собралась было сама выйти из кареты, но вспомнила, что больше не нужно пытаться таким образом избавиться от мужа - всё равно без толку. Оставалось только объединиться, чтобы скорее освободить эту землю от проклятия и вернуться наконец домой. К родителям, Мирте, Грэю... и бесподобным пирогам Белинды.

«Как же есть хочется!»

— Погоди, дорогая. — Эрик взял её за запястье, но не настойчиво, чтобы удержать, а очень нежно, отчего Ариана мгновенно притихла. Она пока никак не могла взять в толк, как же себя с ним вести. Ну, почему она споткнулась на тринадцатом муже? А ведь так всё хорошо шло! — Прежде чем ты встретишься с нашими слугами, я должен тебе о них кое-что рассказать.

— Ни живы, ни мертвы. Я помню.

— Да. Но речь не только об их душах. Их тела тоже изменились... Это может тебя напугать. Хочу, чтобы ты знала, что они не причинят тебе вреда. Здесь ты под моей защитой, никто не сможет тебе навредить.

Ариана сглотнула и высвободила свою руку из ласкового захвата.

—А ты?

Эрик улыбнулся и сказал:

— Поверь мне, дорогая, я меньше кого бы то ни было в этом мире хочу, чтобы ты пострадала.

Его ответ её одновременно обрадовал и насторожил, но задумываться не было времени, потому что снаружи кто-то деликатно постучал.

— Открывай, - велел герцог стучавшему.

Дверца медленно распахнулась, и перед супружеской четой предстал высокий лакей в белом парике. Самый обыкновенный лакей, одетый, как и положено статусу его господина, в светло-бежевые бриджи и бордовый сюртук с позолоченными пуговицами, а длинную шею украшал красиво повязанный шейный платок. В общем, всё прекрасно и образцово-показательно, если не считать сморщенного, серо-коричневого лица и таких же рук. И дело было вовсе не в старческих морщинах — скорее всего, человек был вполне ещё молод, - а в том, что кожу будто что-то высушило. Ресниц и бровей не осталось, глаза впали, а нос настолько истончился и сжался, что ноздри задрались и стали сильно выделяться.

— С возвращением, Ваша Светлость! — проскрипел лакей и поклонился.

Герцог кивнул, а вот его супруга не могла заставить себя пошевелиться.

— Дорогая?

— К-кричать можно? — выдавила из себя она.

— Если нужно - кричи.

Ариана набрала в грудь побольше воздуха, но вместо того чтобы заорать, медленно выдохнула.

— Пожалуй, не буду.

Как бы страшно ни выглядел лакей, вины его в том не было. К тому же ему самому наверняка больно видеть её, такую здоровую.

Эрик не спускал с жены глаз, а когда та повернулась к нему, ей показалось, что она увидела в них восхищение. Возможно, нервы разыгрались и ей почудилось, но стало чуть спокойнее.

— Пойдём, дорогая, представлю тебя всем.

Лакей отошёл в сторонку, чтобы освободить путь, и герцог первым выбрался из кареты. Сильный дождь сменился лёгкой моросью и неудобства не вызывал. Эрик протянул жене руку, и та её беспрекословно приняла. Почувствовав под ногами опору, Ариана попыталась отстраниться, но муж её не отпустил. Он приобнял её за талию одной рукой, а другой бережно взял маленькую ладонь и поднёс к своим губам. Однако герцогине было вовсе не до его нежностей, потому что выстроившиеся в линию слуги — все как один со сморщенными, цвета высохшей грязи лицами, — в один скрипучий голос произнесли:

— Добро пожаловать домой, Ваша Светлость, лорд Эрик! Добро пожаловать домой, Ваша Светлость, леди Ариана!

Герцогиня, сумев оторвать глаза от странных людей, перевела взгляд на то ли замок, то ли крепость, в которой ей предстояло прожить до тех пор, пока земля не станет прежней. От мрачности холодных серых камней Ариану передёрнуло, и она пообещала себе справиться с проклятием как можно скорее — в полном невыносимой печали доме она долго не протянет.

Слуги, склонившись в поклоне, смотрели себе под ноги и не смели поднять глаза на новую госпожу, а та, в свою очередь, не знала, что говорить и делать. При обычных обстоятельствах ей следовало бы принять приветствие и, задрав повыше подбородок и напустив на себя чванливый вид, отправиться в свой нынешний дом.

Возможно, так и следовало бы поступить. Как бы там ни было, меньше всего она хотела обидеть этих несчастных людей.

«Почему мне не страшно?» — снова и снова задавалась вопросом Ариана. Вместо страха она испытывала жалость и вообще не понимала, как себя вести.

Положение спас герцог, объявив:

— Леди Ариана всё знает. Отныне она герцогиня Айронкрафт, моя дорогая супруга и ваша госпожа.

Поклонившись ещё ниже, слуги наконец выпрямились и замерли, по-прежнему боясь сделать лишнее движение, в глазах же их затаился испуг.

— Добрый день! — Ариана сделала шаг вперёд, и Эрик был вынужден отпустить её.

— Уверена, мы с вами поладим.

К счастью, голос её не дрожал, и ей удалось немного разрядить обстановку. Одного за другим герцог представил слуг жене, а затем, взяв её за руку, повёл в дом. Ноги её не слушались: отчасти из-за долгой поездки, отчасти из-за облегчения, ведь забрезжил свет надежды, пусть и еле заметный, но он всё же согревал душу.

Оставалось только найти способ спасти эту землю. Делов-то!

Царившая повсюду серость угнетала, а огромный замок с одной-единственной башней в три этажа давил, а высокие двери-ворота напоминали пасть, и, казалось, каменное чудовище вот-вот проглотит нерадивых путников. Впрочем, не будет же оно съедать хозяина и хозяйку, правда же? Да?

Внутри оказалось ничуть не веселее, хотя обстановка больше соответствовала моде нынешней эпохи, однако цвета то ли поблёкли от времени, то ли стали бледными из-за проклятия. Ариана склонялась ко второму, и Эрик подтвердил её догадки.

— Я ещё помню, как здесь всё выглядело раньше, — сказал он, когда они шли по одному из длинных коридоров. - Мама очень любила яркие краски: портьеры, ковры, пуфы, диванчики... А в саду она собрала самые редкие цветы. — Эрик ненадолго замолчал. — Сейчас там ничего не осталось.

Ариана с трудом представляла, как то, что она сейчас видела собственными глазами, когда-то могло искриться фонтанами радости и веселья. На мгновение её накрыл ужас: как она сможет справиться со столь сильной магией? Однако паника почти сразу же исчезла — если бы от Арианы не было толку, вряд ли Эрик зашёл бы настолько далеко, чтобы жениться на ней. Ни приданое, ни вес в обществе ему не были нужны, о любви и вовсе речи не могло идти, значит, он знал, что она сможет

помочь. Во всяком случае она сделает всё, что в её силах. А потом вернётся домой и заживёт счастливой жизнью старой девы.

К такому тоже привыкаешь, — тем временем продолжал герцог, ведя свою герцогиню под руку. Он то и дело поглядывал на растрёпанную рыжую макушку и боролся с желанием потрепать Ариану по голове. Не всё сразу, пусть сначала освоится.

— А ты не пробовал сменить мебель, гобелены, да и вообще всё остальное? —спросила герцогиня, года они остановились около высокого окна, свет сквозь него почти не проникал, и по всему замку на стенах висели подсвечники, правда, свечи никто пока не зажёг, поэтому весь коридор заполнил полумрак. — Как я понимаю, с деньгами у тебя проблем нет.

— Правильно понимаешь, — хмыкнул он. — Конечно же, я пробовал. Но всё, что сюда попадает, быстро теряет свои краски.

— И моя одежда тоже такой станет? — ахнула Ариана, вспомнив, сколько отцу пришлось заплатить за её наряды.

— Нет, — покачал головой Эрик. — На одежду проклятие не действует. Ты же видела Джеймса, лакея, да и у остальных всё осталось прежним.

— Тогда... Ты носишь чёрное, потому что?..

— Потому что мне нравится. Я же «тёмный» маг как-никак.

У лестницы, ведущей на второй этаж, герцогскую чету ожидала кругленькая, невысокая женщина в чепце. Лицо она прятала за ладонями, но сморщенную до хруста кожу не так-то легко скрыть.

— Ваша Светлость! Ваша Светлость! — Даже во время поклона женщина не отняла рук от лица.

— Всё в порядке, Хэтти. Её Светлость всё знает и тебя не боится. Так ведь, дорогая?

— Да, — кивнула она и, повинуясь внезапному порыву, очень осторожно дотронулась до ладони служанки. - Хэтти, всё хорошо. Правда. Можешь опустить руки.

Служанка несмело повиновалась и пролепетала:

— Благодарю Вас, Ваша Светлость...

И в это миг Ариана ясно осознала, что от всего сердца хочет помочь этим людям, этой земле и, конечно же, Эрику. Снова стать незамужней отошло для неё на второй план, но это вовсе не означало, что она собиралась остаться герцогиней Айронкрафт. Быть просто младшей дочерью графа Мунстоун более чем устраивало.

— Хэтти, ванна для Её Светлости готова?

— Да, Ваша Светлость. Вещи её Светлости тоже отнесли в спальню.

— Хорошо, Хэтти, можешь идти.

Поклонившись, служанка поторопилась прочь, а герцог встал перед женой и в который раз с начала их знакомства поцеловал её руку. И Ариана не стала себе лгать — ей это нравилось.

— Спасибо, дорогая, — негромко поблагодарил он.

— Здесь точно не за что. — Она нехотя отобрала свою ладонь — нечего привыкать.

— Ещё как есть за что. — Герцог приподнял её подбородок и заглянул в глаза, словно завораживая. — Экскурсию по замку оставим на завтра, а теперь пойдём в спальню, дорогая.

— З-зачем? - сглотнула она.

Эрик улыбнулся и легонько провёл пальцем по её приоткрытым губам:

— А сама как думаешь? Ариана...

Она перехватила его руку и показательно отодвинула подальше от себя, да там и бросила.

— Никак не думаю. Я устала и хочу есть.

Усмехнувшись, Эрик хлопнул в ладоши, и от стены отделился тот самый лакей, встретивший их по приезде.

— Джеймс, — не глядя на слугу и продолжая смотреть супруге в глаза, сказал герцог:— распорядись, чтобы в спальню Её Светлости принесли еду.

Лакей молча поклонился сразу обоим господам и будто растворился в стене.

— Магия?

— Нет, хорошо вышколенные слуги. Пойдём, дорогая. — Эрик подал ей руку, и Ариана, хоть и с сомнением, приняла её. — Отдохни немного у себя, можешь поспать или принять ванну, а позднее поужинаем. В покоях герцогини, как ты понимаешь, давно никто не жил, поэтому там довольно пусто. Подумай, что тебе понадобится, и скажи мне. Хорошо?

—А? Да... Хорошо.

Слово «поужинаем» значительно подняло настроение герцогини, да и от ванной она не отказалась бы. Остальное Ариана благополучно пропустила мимо ушей. Она так воодушевилась, что чуть не потащила мужа за собой. И это несмотря на то что дорогу она не знала.

Комнаты герцога и герцогини находились на втором этаже и, как и полагалось, соединялись между собой смежной дверью. Ничего удивительного или необычного, но Ариане такое положение дел не понравилось. Была бы её воля, она ни за что не поселилась бы настолько близко от мужа, но увы. По крайней мере, он её сможет здесь защищать. Осталось только придумать, как защититься от него самого.

Эрик проводил Ариану до двери её спальни и остановился на пороге.

— Хочешь, я пойду с тобой? — предложил герцог, внимательно вглядываясь в лицо Арианы.

— Нет, спасибо, — буркнула та.

— Уверена? Тебе там не будет страшно одной?

Она сглотнула, но упрямо покачала головой, да так неистово, что волосы, давно не чувствовавшие такой свободы, рассыпались по плечам.

— Не волнуйся, моя дорогая, я ничего тебе не сделаю. — Эрик убрал прядку её волос со лба, а затем ещё раз не торопясь провёл по нему кончиками пальцев. — Только если ты сама разрешишь... — Голос его звучал ниже обычного, будто обволакивая, завораживая, лишая воли. — Ариана...

— Нет, нет, нет, нет! — Опомнившись, она отступила на шаг, его ладонь зависла в воздухе. Он усмехнулся и опустил руку. — Ничего я разрешать не собираюсь! Не забывай - у нас уговор!

— Я своё слово всегда держу, дорогая. — Он сократил между ними расстояние, и ей стоило немалых усилий остаться на месте. — Ты знаешь историю моей семьи — у меня нет желания нарушать клятвы. С восьми лет я не нарушил ни одной. Ни одной, дорогая.

От его слов и глубокого голоса по спине Арианы пробежали мурашки.

«Он же не имеет в виду свадебную клятву, да? Нет, это совсем другое дело. Так ведь?»

Эрик открыл дверь и почтительно отступил, пропуская жену.

— Если передумаешь, дорогая, я рядом.

Она переступила порог и оглянулась:

— Не передумаю.

— Как скажешь, дорогая, как скажешь. — Прежде чем закрыть дверь, герцог добавил:

— Спасибо, Ариана. Спасибо, что согласилась помочь.

Оказавшись в комнате одна, герцогиня на миг прикрыла глаза, чтобы унять вдруг обезумевшее сердце. Вот зачем оно начало стучать так громко?

«Нет, он точно колдует!» — Ариана тряхнула головой, чтобы сбросить наваждение. —«Иначе почему?..»

Вопрос она не окончила, чтобы ненароком не прийти к ненужным выводам. А вот то, что необходимо, так это поскорее убраться отсюда.

Ариана оглянулась и нахмурилась. Здесь могли бы с лёгкостью поместиться три её комнаты в родительском доме, но там и то было больше мебели. А в спальне герцогини же, помимо довольно массивной кровати, широкого шкафа под самый потолок и туалетного столика, ничего и не было. Зато на последнем нынешнюю хозяйку дожидался серебряный поднос с заварочным чайником, из носика которого, шёл пар, чашечкой с блюдцем и тарелкой, полной горкой уложенных бутербродов.

Вот именно к столику оголодавшая — а именно так себя сейчас она и ощущала, —Ариана и направилась, тем не менее продолжая осматриваться.

К счастью, никто не додумался повесить балдахин над кроватью. Комната и так тяготила своей мрачностью, так ещё и давила бы наверняка, а так хоть что-то да можно здесь оживить. Пусть и без ярких красок, но ведь что-нибудь светлое использовать никто не запрещал, так?

Воспрянув духом, Ариана уселась на чистую кровать прямо в дорожном платье —дома бы за это однозначно влетело, — и с удовольствием вгрызлась в бутерброд.

«Прости меня, Белинда!» — мысленно обратилась к той герцогиня. — «Но это так вкусно!»

Горячий чай и вовсе пришёлся весьма кстати, даже накидку понадобилось снять —настолько стало хорошо. Да и во всей комнате будто потеплело, хотя жаровни нигде не было видно. Дождь за окнами продолжал накрапывать, небо ещё немного потемнело, и создавалось впечатление, что вот-вот наступит ночь, хотя до неё ещё была уйма времени.

Хорошенько подкрепившись, то есть, доев всё до последней крошки и допив до последней капельки, Ариана поднялась на ноги и потянулась. И только она подумала, что жизнь налаживается, как небо прорезала ветвистая молния.

— Твою х... - Ругательства герцогини заглушил раскат грома.

Причём довольно долгий раскат, длившийся ровно столько, сколько и брань любительницы крепкого словца. С новой молнией история повторилась, а потом ещё и ещё.

И Ариана задумалась: а не причастен ли к этому её дорогой супруг?