Глава 46
Москва, октябрь 2016 года
Время неумолимо бежало вперед, приближая спортсменов к чемпионату России. Но для того, чтобы отобраться на этот старт, Лизе и Максу предстояло еще достойно откататься на двух этапах Кубка России. Миронов не сомневался, что, невзирая на все сложности, несмотря на то, что пара Меркулова-Самойлов образовалась совсем недавно, и у партнерши имеются большие проблемы с некоторыми парными элементами, показать им есть что. Из своего опыта Женя знал, что, как правило, в паре есть только один лидер, только один из партнеров по-настоящему приковывает к себе внимание, второй же дополняет его, раскрывает. Простому наблюдателю это могло быть и не заметно, но только не тренеру с многолетним стажем.
Женя стоял у бортика и молча наблюдал за своими подопечными. До вылета в Йошкар-Олу оставалось всего два дня. Заход на вращение… Он видел, что Лизе трудно. Сегодня они с Максом выполняли этот элемент совсем близко друг от друга, ее не отпускало напряжение, даже движения казались не столь плавными, легкими, как это было обычно. И все же положенные восемь оборотов они сделали и сделали относительно качественно. Немного разошлись в конце из-за того, что Лиза отстала. Видимо, напряжение все-таки дало о себе знать. Самойлов что-то сказал своей партнерше, та ответила… завязалась короткая перепалка. Лиза хотела отъехать в сторону, но Макс ухватил ее за руку и остановил.
- Что там у вас?! – не выдержав, гаркнул Женя.
- Ничего, - полоснув Макса колким взглядом, отозвалась Лиза. – Сейчас попробуем еще раз.
Макс дернул ее за руку на себя, заставляя подъехать ближе и, когда между ними почти не осталось пространства, что-то снова тихо ей сказал. Она уже не вырывалась и не старалась возражать. Выслушала, кивнула и, когда Самойлов ее отпустил, отъехала в сторону. А Женя снова подумал, что это как раз тот редкий случай, когда невозможно выделить в паре лидера. Сильные, харизматичные, они оба приковывали внимание, служили украшением друг друга, и сказать, кто из них более талантлив, он не решился бы. Однозначного мнения насчет того, хорошо это или плохо, у него не было, но он готов был сделать все от него зависящее, чтобы пара Меркулова-Самойлов состоялась. А дальше… дальше оставалось надеяться только на то, что они не пустят все по ветру.
***
- Собралась? – Макс застал Лизу сидящей на постели. Возле нее стоял небольшой чемодан. Она подняла взгляд.
- Я так волнуюсь…
- Может, валерьяночки? – усмехнулся Самойлов, но видя, что его шутки сейчас неуместны, подошел к Лизе и, присев рядом, накрыл ее кисть своей ладонью. – Все будет нормально. Главное, ничего не бойся.
- Легко сказать, - выдохнула она.
- Все будет хорошо, Лиз. Ты только доверяй мне.
- Я доверяю, - ответила Лиза тихо, склонив голову. – По крайней мере, на льду. И ты это прекрасно знаешь.
Макс поджал губы и коротко выдохнул через нос. Почему-то ее слова неприятно задели, хотя причин для этого не было. На льду она и правда всецело доверяла ему, без колебаний соглашалась на самые сложные поддержки, была готова пробовать новое. Даже вращения постепенно становились лучше, хотя Макс видел, что ей приходится перебарывать себя. Его все устраивало, требовать от нее чего-то еще не было смысла. Зачем? И все же ее слова неприятно кольнули.
- Вот и отлично, - уняв досаду, проговорил он. – Пойдем пить чай. А потом спать. Перед дорогой нужно как следует отдохнуть.
- Сладкого хочется, - призналась Лиза, чуть виновато посмотрев на Самойлова. – Видимо, это от нервов. Хотя обычно я вообще есть не могу, когда волнуюсь.
- Пойдем.
Он встал с постели и потянул партнершу за руку. Она послушно поднялась. Вроде ничего такого он ей не сказал, но Лиза была ему очень благодарна даже за эти скупые слова поддержки. И в прикосновениях его чувствовалось что-то такое, успокаивающее, вселяющее уверенность.
Йошкар-Ола, октябрь 2016 года
После короткой программы у спортивных пар Лиза и Макс занимали первое промежуточное место. Откатали они практически без ошибок, только выброс получился не слишком удачным, в результате чего на выезде Лиза упала, но для первого в сезоне старта это не было критичным. А в остальном прокат вышел очень и очень достойным. Сидя в уголке слез и поцелуев в ожидании оценок, Лиза улыбалась. Почувствовав, как большая теплая ладонь накрыла ее руку, она перевела взгляд на партнера. Он тоже выглядел удовлетворенным и не скрывал этого. В груди у Лизы стало тепло, она встретилась глазами с Максом и улыбнулась, на этот раз только ему.
- Отлично! - когда судьи выставили оценки, Миронов хлопнул Макса по плечу и подмигнул Лизе.
Впереди было выступление еще двух спортивных пар, но никакой опасности они не представляли, ждать фееричных прокатов от них не приходилось.
- Спасибо Вам, Евгений Александрович, - Лизка порывисто обняла тренера. – Если бы не Вы, у нас бы ничего не получилось.
- Ладно уж тебе. - Несмотря на то, что похвала была заслуженная, Женя немного смутился. – Вы и сами хорошо поработали.
- Лиза права, - положив руку на ее плечо, сказал Макс. – Спасибо.
***
После проката Лиза пребывала в приподнятом настроении, и даже барабанящие по оконным стеклам крупные капли дождя не могли этого изменить.
После выступления они дали коротенькое интервью, ответили на несколько вопросов о совместной работе и, получив пожелания успешно откататься в произвольной, поехали в гостиницу.
- Я пойду ужинать часов в семь, - перед тем, как уйти к себе в комнату, Макс придержал Лизу за локоть. – За тобой зайти?
- М-м-м… - Она немного замешкалась, размышляя, потом все-таки решила, что поесть и в самом деле нужно. – Как думаешь, у них есть чай с медом и имбирем?
- Не уверен.
Самойлов усмехнулся уголком рта. Медленно, даже как-то интимно провел большим пальцем по локтю Лизы и выпустил ее руку. От этого мимолетного касания у нее вдоль позвоночника пробежали мурашки, а в животе стало щекотно. Она невольно облизнула губы.
- Буду тебя ждать.
Ничего такого она в виду не имела, но слова прозвучали как-то двусмысленно. Лиза и сама это поняла.
Оказавшись в номере, она прошла внутрь и рухнула на постель. Раскинула руки в разные стороны и закрыла глаза. Дождь еще сильнее застучал по стеклу, успокаивая, отгоняя волнение и ненужные мысли. Как обычно ей хотелось, чтобы Макс сейчас был рядом, чтобы лег возле нее, обнял. Она еще раз вздохнула и заставила себя отогнать эти мысли куда подальше. Лучше думать о реальном, например, о сегодняшнем прокате. Вот, скажем, за поддержку они получили очень высокие балы и четвертый уровень сложности. Только думала Лиза не о сложности элемента, а о сильных горячих руках Самойлова, уверенно и бережно касающихся ее тела…
***
Совместное вращение, параллельный каскад из двух тройных, поддержка… Первая часть произвольной программы осталась позади, и шло все хорошо. То ли сказывалось то обстоятельство, что катались они в России, то ли что еще, но чувствовала себя Лиза гораздо увереннее, чем на турнире в Германии. Конечно же, и волнение присутствовало, и страх неудачи, но все же она сумела совладать с нервами и эмоциями, что в значительной мере сказывалось на прокате. Они зашли на выброс, Лиза почувствовала, как руки Макса коснулись ее, а потом… потом ничего не произошло. Она в недоумении посмотрела на партнера, но понять ничего не смогла.
- Катаем дальше, - только и расслышала она.
Время на выяснение отношений не было. В бессилии Лиза зло сверкнула глазами и отъехала от Макса, стараясь не отставать от музыки. Было обидно, хотелось закричать на него, но она понимала, что стоит сейчас дать эмоциям волю, как весь остаток произвольной полетит в тартарары.
Едва только они оказались за пределами катка, она резко повернулась к Самойлову. Грудь ее часто вздымалась от шумного дыхания, глаза блестели.
- Мы были слишком близко к бортику, - прежде чем она успела что-либо сказать, произнес Макс.
Миронов, стоящий рядом, молчал. После сорванного выброса Лиза упала духом, недокрутила параллельный лутц и упала на выезде. И хоть к концу программы она все же сумела собраться, впечатление было смазано.
- Нормально мы были, - выпалила она. – А теперь мы остались без элемента. И все по твоей милости.
- Скажешь, было бы лучше, если бы ты вылетела за борт, - с раздражением парировал Самойлов.
- Все было бы в порядке!
Они шли к диванчику, где им предстояло дожидаться оценок. Лиза даже не потрудилась улыбнуться. Прямая спина выдавала ее напряжение, на Макса она не смотрела. От досады хотелось плакать, и вместе с тем она была очень зла на своего партнера. Столько работать для того, чтобы вот так, из-за перестраховки упустить победу?! Да они каждый день рискуют получить травму на тех же тренировках, и что теперь?! Лиза с силой сжала руки в кулаки, коротенькие ноготки впились в ладошки. Объявили их результат. Меркулова еще сильнее стиснула руки, потом встала и, не оборачиваясь, пошла под трибуны.
- Постой, - голос Макса прозвучал прямо над ее ухом. Сильные пальцы впились в локоть.
Лиза порывисто обернулась и смерила Самойлова гневным взглядом.
- Что?! – бросила она ему в лицо. – Доволен?!
- Я отвечаю за тебя на…
- Хватит! – Она дернулась, высвобождая руку. – Не надо за меня отвечать! Я сама за себя отвечу! Делай то, что должен делать, больше от тебя ничего не требуется.
- Очень хорошо, - процедил Макс. Его глаза, так же как и глаза Лизы, полыхали гневом. – Именно это я и сделал.
- Я бы выехала! Выехала бы, Макс!
- Нихрена бы ты не выехала!
С каждым ее словом он заводился все больше. Хотелось схватить эту девчонку за плечи и хорошенько встряхнуть. Или в самом деле как следует приложить ее о борт. Придушил бы… Но на льду, когда он понял, что они оказались слишком близко к краю, он не колебался ни секунды. Слишком хорошо представлял, какими могут быть последствия. Он прекрасно видел, как тяжело Лизе давались первые тренировки, как трудно ей было восстанавливаться. И даже сейчас травма все еще давала о себе знать. Пусть Лиза этого старалась не показывать, порой Макс замечал, как она потирает висок, как перебарывает себя и свою усталость.
- Выехала бы, - упрямо заявила она. – Да даже если бы и нет, я тебя не просила…
- Никакие медали не стоят твоего здоровья! - Он все-таки не выдержал и ухватил ее за запястье. Грубо сжал и тут же отпустил. – Если тебе все равно, то мне нет!
- Мне не нужно особое отношение, Самойлов! Ты мне ничего не должен! Я не для того встала с тобой в пару, чтобы напоминать тебе про травму. Это в прошлом, и не надо делать из меня фарфоровую куклу.
- Ты не фарфоровая кукла, ты просто дура! – отрезал Макс и, смерив ее тяжелым злым взглядом, пошел в противоположную сторону.
Миронов все это время стоял чуть поодаль и не вмешивался. Он считал, что Лиза и Макс, прежде всего, должны научиться слушать и слышать друг друга, вот только с этим у ребят имелись ощутимые проблемы. И все же ладили они неплохо. Несмотря на то, что подарком Макс не был, да и Лиза имела весьма непростой характер, оба были способны на уступки. Наверное, именно благодаря этому пара Меркулова-Самойлов все еще не распалась и имела весьма большие шансы стать одной из самых ярких пар в фигурном катании. Немного подумав, Миронов пошел за Максом. Лиза неглупая девочка, должна сама все понять. А Макс… Невзирая на то, что этот мальчишка не раз трепал ему нервы, Женя искренне уважал и ценил его.
***
Лиза зашла в крохотный кафетерий, расположенный на первом этаже гостиницы, и почти тут же увидела Миронова. Он сидел за угловым столиком и неспешно пил то ли кофе, то ли чай. В принципе, кроме этих напитков в кафетерии толкового больше ничего и не было, есть все ходили в ресторан, находящийся в другом конце холла, сюда же заглядывали в основном, чтобы выпить чашечку горячего в уютной спокойной обстановке. Несмотря на то, что помимо Миронова сейчас здесь была только пожилая пара, кафетерий пользовался популярностью, особенно посетители нахваливали местные эклеры и трубочки с кремом.
Лиза замялась в дверях, не зная, как поступить: обозначить свое присутствие или дать тренеру побыть наедине с собственными мыслями. Она и сама хотела побыть одна, подумать обо всем произошедшем сегодня. Настроение оставляло желать лучшего, о чем говорить, Лиза не знала, так или иначе все свелось бы к обсуждению их сегодняшнего проката, а что тут обсуждать? Все и так ясно, как дважды два. Она уже успела успокоиться, даже смириться, но все равно было до слез обидно вот так глупо уступить лидерство откровенно слабым соперникам. Пока она топталась в дверях, Миронов успел ее заметить. Теперь уходить было просто неприлично, и Лиза подошла к столику тренера. Тот взглядом указал на соседний стул.
- Выше нос.
Он не улыбался, но в голосе звучало что-то успокаивающее. Рядом с этим человеком Лиза чувствовала себя неопытной девчонкой, ничего толком в своей жизни еще и не повидавшей. Это было не совсем так. И все же именно Миронов стал для нее человеком, способным дать мудрый совет, поддержать и утешить.
- Да уж… - Она вздохнула и погладила пальцами край лежащей на столе салфетки. – Настроение не то.
- Я бы на его месте поступил так же, Лиз. - Меркулова подняла на наставника взгляд. Тот смотрел на нее серьезно, в карих глазах не было ни притворства, ни смешинок, ни разочарования. – Самойлов еще тот сукин сын, но чего у него не отнять, так это того, что он парник от Бога.
- У нас бы все получилось.
Лиза продолжала упрямо держаться за это, хотя, когда первые эмоции отступили, уверенность в собственных словах пошатнулась. И все же она гнула свою линию.
- Возможно, - согласился Женя. – Но скорее всего все закончилось бы для вас не лучшим образом. И выехать с выброса ты бы не смогла однозначно. - Видя, что спортсменка собирается возразить, он предупреждающе поднял руку и покачал головой. – Не выехала бы, Лиза. Макс сделал все правильно. Без риска в нашем деле никуда, но любой риск должен быть оправданным.
- Скажете, победа это неоправданный риск? – спросила она, посмотрев в глаза тренеру.
В голосе ее чувствовалась легкая натянутость, глаза блестели в полумраке. Женя невольно подумал, что этот блеск глаз притягивает, очаровывает. Да, Лиза была красивой девушкой, но привлекала в ней не эта явная красота, а что-то более глубокое, скрытое внутри. Доведись ему сравнивать, он бы назвал ее куда более интересной, чем ту же Элину или погибшую сестру Макса.
- Никакая победа не стоит твоего здоровья или жизни. И всегда надо помнить, что здесь и сейчас жизнь не заканчивается. Есть еще завтра и послезавтра. Есть будущее. Потерять все очень легко, а вот вернуть можно не всегда.
- Макс мне то же самое сказал, - тихо призналась Лиза. – Про то, что никакая победа не стоит моего здоровья.
- Он прав. - Евгений отставил в сторону чашку с недопитым кофе. – Ты и сама это знаешь. Уверен, что сейчас в тебе говорят неудовлетворенные амбиции. Только если ты думаешь, что Макса устраивают вторые места, ты очень ошибаешься. Ты умная девочка, Лиза, так что еще раз подумай обо всем. Полагаю, ты сделаешь правильные выводы.
Он похлопал подопечную по ладони, лежащей на столе, и поднялся. Отдал чашку приветливой буфетчице и попросил принести кофе для Лизы. Она так и сидела за столиком, задумчиво уставившись на свои руки, и Женя не сомневался, что размышляет она сейчас над тем, что он ей сказал.
Увидев Меркулову на пороге своего номера, Макс приподнял бровь. Смерил партнершу недовольным взглядом и, сложив руки на груди, оперся плечом о дверной косяк. Весь вид его говорил о том, что он не рад ее появлению. Он разве что в открытую не сказал, чтобы она проваливала. Ждать приглашения тем более не приходилось, и Лиза, собравшись, спросила:
- Можно войти?
- Входи, - продержав ее на пороге еще несколько секунд, все же сухо ответил Макс и немного посторонился, ровно настолько, чтобы она смогла протиснуться в образовавшуюся щель.
Лиза понимала, что он намеренно старается ее задеть, спровоцировать, но твердо решила не отступать. Пройдя внутрь номера, она осмотрелась. Ничего примечательного, такой же обычный номер, каких она за свою жизнь перевидала не один десяток. Радовало только, что соседей у Макса, так же как и у нее самой, не было, и никто не мог помешать им.
- Я извиниться хочу, - когда Макс вошел в комнату следом за ней, негромко проговорила Лиза.
- С чего это? – с нескрываемым пренебрежением осведомился он.
Было видно, что он ни на грош не верит в искренность ее слов.
- Потому что я была не права.
Макс опять прошелся по ней оценивающим взглядом и, ничего не сказав, отвернулся. Взял со стола бутылку минералки, отпил несколько глотков и поставил обратно. – Послушай, Макс… - Она подошла на шаг, остановилась. – Прости.
- И с чего вдруг такие перемены? – с легким сарказмом в голосе спросил Самойлов, снова посмотрев на нее. – Ты же загрызть меня была готова.
- Тебе недостаточно того, что я призналась, что была не права? – как-то устало поинтересовалась Лиза. – Да, Макс, я разозлилась. Когда тренируешься до судорог, рвешься изо всех сил, а потом вот так… В Германии все пошло наперекосяк, сейчас тоже… Я сорвалась. Извини.
Она подошла ближе и взяла партнера за руку. Тот оставался безучастным, только внимательно смотрел на нее пристальным взглядом, и Лизе казалось, что она чувствует холод от льдинок, застывших в его глазах.
- Проехали, - все-таки ответил он.
Лиза облегченно выдохнула и только теперь поняла, насколько сильно угнетала ее их ссора.
В кафе она просидела минут сорок, медленно пила кофе с молоком и пыталась понять, что делать дальше. Упираться не было сил, Миронов был прав, она и сама все прекрасно понимала. А она повела себя глупо. Как какая-то неуравновешенная истеричка набросилась на Макса, когда он, по сути, думал прежде всего о ней. Наверное, она просто не привыкла, что для кого-то ее здоровье может быть важней медалей…
- Спасибо тебе.
Она посмотрела на него снизу вверх. Взгляд глубоких голубых глаз был теплым. Когда она смотрела вот так, Макс готов был придушить ее, потому что в душе у него что-то переворачивалось, а сердце тяжело ударялось о ребра. Он притянул Лизу к себе за плечо и прижался губами к ее губам. Она послушно приоткрыла рот, и это буквально сорвало ему крышу. Он подтолкнул Лизу к постели, а когда она протестующе уперлась ладошками ему в грудь, перехватил ее руки.
- Ты же пришла прощения просить? - Его горячее дыхание обожгло ее висок. - Считай, что я тебя почти простил. Осталась самая малость.
Лиза сглотнула, возникло желание вмазать ему по физиономии, развернуться и уйти, но она не сделала ровным счетом ничего. Ей не хотелось секса, хотелось просто побыть рядом с ним, вот только она понимала, что Максу это не нужно. Он приятно пах свежим одеколоном и чем-то мужским, звериным, что заставляло ее прогибаться, каждый раз подчиняясь его воле. И она с каждым днем все больше ненавидела себя за это, чувствуя себя счастливой и несчастной одновременно.
- Я не хочу.
Она попыталась вывернуться из его рук, но вместо этого оказалась лежащей на постели. Макс тут же навис над ней и, не дав больше сказать ни слова, завладел ее губами. Его язык напористо и жадно проник внутрь, поцелуй был грубым, причиняющим боль, и Лиза почти не чувствовала наслаждения. Почти. Потому что под его рукой, гладящей ее живот под мягким кашемировым свитером, уже сворачивался тянущий комок желания. Хотелось плакать. Стянув с нее кофту, Макс бросил ее на край постели, и мягкая ткань повисла, касаясь рукавом пола. Под свитером у Лизы ничего не было, взору тут же открылся ее впалый живот, тонкие руки и маленькая грудь с розовыми вершинками сосков. Молния джинсов поддалась так же легко, как и пуговка. Плотная ткань скользнула по узким девичьем бедрам, по стройным ногам, и осталась на полу смятым комком, трусики скатанным жгутом упали рядом. Лиза смотрела в потолок, внутри было холодно, горло сдавило неприятным спазмом, но от рук Макса, нетерпеливо, небрежно касающихся ее тела, исходил жар, вызывающий в ней чувственную дрожь. Она закрыла глаза, две неприметные слезинки скатились по вискам. Быстрый поцелуй за ушко, влажные губы на шее, касание мужского языка к бьющейся венке… Протяжный выдох сорвался с ее губ, ласковые ладони опустились на сильные плечи Макса. Она погладила его спину, взъерошила волосы на затылке, прогнулась, подставляя себя его рукам. Прелюдия была слишком короткой, чтобы Лиза смогла насладиться ею, Макс нетерпеливо развел ее ноги коленом и тут же проник внутрь. Она, вскрикнув, прижалась еще ближе. Было немного больно от того, что все случилось слишком быстро, но даже от этого Лиза получала удовольствие. С губ срывались тихие, хриплые стоны, а когда Макс делал особенно резкие, сильные движения, погружаясь в нее до упора, она потихоньку царапала ногтями его плечи.
Когда все закончилось, Самойлов провел ладонью по ее телу от шеи до низа живота, обрисовав пальцами ямку пупка. Придвинулся ближе и тронул губами уголок ее рта.
- Прости, если я сделал тебе больно.
- Все в порядке.
Она повернулась к нему. Хотелось прижаться и уснуть на его плече, но на это она не решилась. Макс провел пальцами по ее щеке, неловко поправил прядку волос. И в этот миг она снова простила ему все: и грубость, и холодность, и нелюбовь.