Глава 20 · Право на надежду

Спустя пару месяцев жизнь преподнесла новый повод для волнения — день рождения Валии. Подруга решила устроить вечеринку. Я никогда не чувствовала себя уютно при больших скоплениях людей, предпочитая тишину шумному веселью, но отказать девушке было выше моих сил. Пришлось согласиться.

Вечер в гостиной у Валии и Сантии был в самом разгаре. Комната преобразилась: повсюду горят мягкие огни, на шикарно накрытом столе теснятся закуски, а воздух пропитан ароматом духов. Музыка перекрывает гул голосов — гости увлеченно обсуждают последние сплетни и новости Элвадола.

Я замираю на пороге, чувствуя себя немного лишней в этом скоплении блеска, но Валия тут же замечает меня. Сияющая и невероятно красивая в своем шикарном наряде, она подлетает ко мне и, крепко хватая за руку, тащит сквозь толпу.

— Наконец-то! — произносит она, подводя меня к высокому молодому человеку, который с легкой полуулыбкой наблюдает за гостями. — Познакомься, это Стивен Стоунс, мой любимый брат. Он только что вернулся из длительной командировки из Фендрума.

— Стив, развлеки Амбер, — командует подруга мужчине, разворачиваясь к другим гостям, — а мне еще нужно кое-что доделать. Не скучайте!

Она удаляется оставив меня наедине с человеком, который является частью того самого мира, от которого я так долго бежала. Стивен вежливо наклоняет голову, внимательно рассматривая меня. Я смотрю на него в ответ.

Высокий, статный брюнет с глубокими карими глазами, в идеально подогнанном костюме Стивен Стоун выглядит безупречно. В его облике просматривается та самая «тихая роскошь», которая притягивает взгляды.

Я замечаю, как многие девушки на вечеринке то и дело бросают в нашу сторону многозначительные взгляды, шепчутся и поправляют прически, надеясь поймать хотя бы мимолетную улыбку этого красавца. Но Стивен не замечает этого внимания. Он сосредоточено наблюдает за мной, заставляя чувствовать меня еще более неловко под прицелом десятков ревнивых глаз.

— Кажется, я стал причиной твоего смущения, Амбер, — негромко произносит мужчина, и в его глазах мелькает искорка понимания. — Поверь, я тоже предпочел бы сейчас оказаться где-нибудь в тихом месте, подальше от этих оценивающих взглядов. Значит, ты та самая девушка, о которой сестра прожужжала мне все уши? Не бойся, я не кусаюсь, хотя на таких приемах иногда хочется.

Мы разговорились. Брат Валии оказался весьма интересным собеседником. Владелец строительной компанией, состоящей в холдинге своего отца, но при этом это его собственно детище, которое Стоун старший включил в свою, чтобы поддержать сына с юридической точки зрения. Стивен много путешествует и увлеченно рассказал о своих новых проектах, которые мечтает реализовать в Ландауме, Фендруме и Канагаре. Мужчина охотно делится впечатлениями о культуре и обычаях этих империй.

Вечер промелькнул как одно мгновение. Общение со Стивеном оказалось настолько легким, что я на время забыла о своей броне.

На прощание Стив согревает мою ладонь крепким рукопожатием и обещал, что мы скоро увидимся. В его искренности было что-то обезоруживающее, и я отвечаю согласием, почти не раздумывая. Мне вдруг отчаянно захотелось увидеть в нем того самого близкого человека — друга, который поймет без слов и даст надежду на счастье. Пусть это кажется наивным, но после всего пережитого я все еще верила в такую спокойную и чистую дружбу с мужчиной.

В свою комнату я возвращаюсь с непривычной легкостью: этот вечер не просто подарил мне интересного собеседника, он вернул мне веру в то, что жизнь все еще может быть прекрасной.

Я привыкла думать, что все мои чувства остались в резиденции Кайлана Вайтса, превратившись в застывший янтарь. Но, засыпая, я впервые почувствовала: внутри меня еще осталось что-то живое, способное откликнуться на чужое тепло.

С того вечера моя жизнь обрела новый ритм. Мы со Стивеном стали видеться все чаще, и эти встречи превратились в мой личный островок спокойствия среди столичного хаоса.

Днем я по-прежнему много читала, тренировалась и закрепляла то, чему меня обучил вампир. Иногда помогала подругам с их бесконечными эскизами, по вечерам — надевала фартук и привычно вставала за стойку в баре у Бронса. Но теперь между сменами и учебой всегда вклинивались часы, проведенные со Стивом. Мы могли часами бродить по старым паркам, пить кофе в крошечных кофейнях, о которых знали только местные, или просто молчать, глядя на огни столицы.

Стивен оказался удивительным слушателем. Он не задавал лишних вопросов, не пытался влезть в мою душу, но его присутствие магическим образом снимало с моих плеч накопившуюся усталость. Я видела в его глазах искреннее тепло и понимание, которых мне так не хватало.

Стоун обладал редким даром — магией воздуха высшего уровня. Эта сила не была разрушительной; напротив, она проявлялась в едва уловимых вибрациях вокруг него. Когда он находился рядом, воздух становился прозрачным и свежим, словно после грозы.

Его магия обладала удивительным свойством: она умела успокаивать. Стоило Стиву чуть дольше задержать взгляд на мне или просто сесть поближе, как невидимые потоки воздуха мягко касались моих плеч, буквально сдувая накопившуюся усталость и тревогу. Это не было грубым вмешательством в сознание — Стивен действовал тонко, создавая вокруг меня защитный кокон из тишины и умиротворения.

Я чувствовала, как его стихия бережно баюкает мою израненную душу, не пытаясь выпытать секреты, а просто давая передышку. В его присутствии даже мысли о Кайлане становились менее острыми, словно подернутыми легкой дымкой.

Мы сидим в одном из кафе.

— Ты сегодня слишком громко думаешь, Амбер, — тихо произнесит Стивен, и я почувствую, как проносится едва заметный теплый бриз, заставляя меня расслабиться. — Просто дыши. Весь мир подождет.

А в моей голове невольно всплывает мысль: два мужчины, две стихии, и я — зажатая между ними, как между льдом и небом.

Холод Кайлана Вайтса был осязаемым, монументальным. Это был холод вековых ледников — величественный, опасный и абсолютно непоколебимый. Рядом с ним я всегда была в напряжении, боясь разбиться об эту ледяную стену или, наоборот, навсегда в ней замерзнуть. Его магия была властью, владениями и контролем.

Стивена Стоун совсем иной. Он не давит, не сковывает. Он словно мягкий весенний бриз, который приносит облегчение после долгой засухи. Его магия не строит стен — она их разрушает, бережно выветривая из моей души горечь и усталость. Если Кайлан был застывшей вечностью, то Стивен стал самим движением, легкостью и свободой.

Кайлан забирал мой воздух, делая меня частью своего холодного мира. Стивен же, напротив, отдал свой воздух мне, чтобы я могла ожить. И в этот миг чувство предательства кольнуло меня изнутри. Разум твердит, что Кайлан давно строит жизнь с другой, но сердце, застрявшее в прошлом, как в янтаре, продолжает считать себя принадлежащим только ему.

Моя привязанность к Стивену Стоуну выросла, хотя я точно знаю: это не то всепоглощающее пламя, которое до сих пор связывает меня с Верховным. Это нечто иное — тихое, надежное, похожее на рассвет после долгой полярной ночи.

— Как прошел день, Стив, — обращаюсь я к мужчине, выныривая из омута мыслей.

— Устал сегодня до жути, — мужчина устало потирает переносицу, но в его глазах блестит азарт удачливого бизнесмена. — Зато закрыл отличную серию договоров. Мы заключили пару крупных сделок с Кайланом Вайтсом на днях. Сложный он человек, жесткий, но дело свое знает как никто другой.

В этот момент мир вокруг меня на мгновение замер. Вилка в моей руке дрогнула, а звук кафе превратился в глухой гул. Имя Верховного как удар прозвучало из уст человека, который стал мне дорог. В этот миг два моих мира — болезненное прошлое и хрупкое настоящее — соприкоснулись.

Стивен начал рассказывать о вампире как о деловом партнере, а сижу напротив и пропускаю удар за ударом своего сердца. Я понимаю, что должна промолчать, зарыть это имя еще глубже, но искушение узнать хоть крупицу правды пересиливает страх.

— Кайлан Вайтс? — стараясь, чтобы мой голос звучал максимально обыденно, спрашиваю я. — О нем много пишут в газетах. Говорят, он… человек со стальным характером. Каково это — вести с ним дела?

Стивен откидывается на спинку стула, задумчиво вертя в руках бокал.

— Жесткий, — отвечает он, прищурившись. — Вайтс не признает компромиссов. Он сейчас на пике, расширяет империю с какой-то яростной скоростью, будто пытается что-то доказать всему миру. Или самому себе. Но, знаешь, Амбер, за этим лоском успешного магната я иногда замечаю странную тень. Он выглядит как человек, который выиграл все битвы, но потерял что-то очень важное.

Секундное молчание, а затем Стивен добавляет, внимательно глядя на меня:

— Кстати, ходят слухи, что его помолвка с Кларой Деброс, но в деловых кругах шепчутся, что за закрытыми дверями их «идеальный роман» выглядит совсем иначе.

Я судорожно сжимаю край скатерти под столом. Каждое слово отзывается болью в моем сознании. Если Кайлан счастлив, то имею ли я право искать счастья здесь, со Стивеном?

Чтобы отвлечься, я перевожу разговор на другую тему.

Следующее утро ворвалось в комнату вместе с Валией, которая, казалось, состояла из чистого электричества. Я едва успела разомкнуть веки, как она уже кружила по тесному пространству моей комнаты, распахивая шторы и наполняя воздух предвкушением чего-то грандиозного.

— Амбер! — провозглашает она, запрыгивая на край моей кровати. — Даже не думай планировать на сегодня подготовку к зачетам или лишнюю смену у Бронса. На сегодняшний вечер — никаких планов!

Я сонно прищуриваюсь, пытаясь осознать масштаб катастрофы, а Валия уже во всю тараторит дальше:

— Брат устраивает для вечернюю прогулку на своей новой машине! Он сейчас ее забрал из салона. Стив сказал, что мы обязаны промчаться по спящему Витавилю и увидеть город с высоты смотровой площадки. Никаких отказов, ты едешь с нами!

Это предложение отзывается во мне странной смесью восторга и тревоги. Ночной город, скорость и Стивен, который так настойчиво пытался вытащить меня из моей скорлупы… Это именно то, что нужно, чтобы окончательно заглушить эхо вчерашнего разговора о Кайлане.

Девушка убегает. Я ошарашенно смотрю ей вслед. Особых планов на вечер у меня нет. Поэтому, я решаю: раз уж в моей жизни появились наконец-то друзья, то я проведу вечер с ними, а не в одиночестве, страдая от боли воспоминаний.

Вечернюю тишину у входа в общежитие нарушает рокот мотора: к крыльцу плавно подкатывается ослепительный красный автомобиль. В свете уличных фонарей его идеально отполированный корпус сияет, словно драгоценный камень, притягивая взгляды случайных прохожих.

Валия, не скрывая восторга, первая запрыгивает на переднее сиденье. Мы с Сантией устраиваемся сзади, погрузившись в мягкую глубину кожаного салона. Стивен обрачивается к нам. На его лице играет довольная улыбка человека, который точно знает, как произвести впечатление.

— Ну что, леди, готовы увидеть этот город с другой стороны? — спрашивает он, и я чуствую, как по салону проносится легкий, освежающий поток его воздушной магии, окончательно прогоняя мои сомнения.

Стивен коротко кивнул нам в зеркало заднего вида, и его пальцы едва заметно окутались прозрачной дымкой.

— Пристегнитесь, — бросил он с азартным блеском в глазах.

Он резко нажимает на газ машина срывается с места, словно подхваченная невидимым штормом.

Три часа пролетают как один бесконечный, наполненный адреналином и неоновыми огнями сон. Город постепенно начинает погружаться в глубокую ночь и тишину. Стивен сбавляет скорость, и машина послушно, почти бесшумно вкатывается во двор нашего общежития.

Когда двигатель затихает, мы с Сантией медленно приходим в себя от безумного полета. Валия хохочеет от дикого восторга.

— Ну как, стоило того? — Стивен оборачивается, его глаза в полумраке светятся мягким теплом.

— Это было… невероятно, — выдыхаю я, чувствуя, как приятная усталость разлилась по телу. — Спасибо, Стив. Кажется, я и забыла, что мир может двигаться так быстро.

Валия, всё еще заряженная энергией, чмокает брата в щеку и первой выскакивает из машины. Сантия следует за ней.

Я выхожу из машины и задерживаюсь на секунду, встретившись со взгдядом Стивена:

— Подожди, нам нужно поговорить — звучит его спокойный голос.

Девушки переглядываются и уходят. Тяжелые двери хлопают за их спинами. Я поворачиваюсь к мужчине и встречаюсь с его пронзительным взглядом.

— Амбер, — шепчет он, и в звуке его голоса вмещается целая вселенная недосказанных чувств.

И я внезапно поняла, что Стивен хочет признаться мне в своих чувствах, и оутила свой испуг, который холодной волной прокатился по моему телу. До этого момента все казалось таким простым и необременительным, а теперь эта легкость исчезает. Как сказать человеку, который стал мне опорой, что между нами — непреодолимая стена? Я чувствую себя предательницей. Ведь пока Стив дарил мне свой воздух, каждая клетка моего тела тосковала по ледяному дыханию Кайлана Вайтса.

— Что-то случилось, Стивен? — спрашиваю я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, понимая, что мой внезапный уход сейчас стал бы оскорблением с моей стороны. Я чувствую, как пальцы мучины слегка сжимаются на моем замястьи, словно он колебался, стоит ли говорить. Его молчание становится красноречивее любых слов и рисоует картины возможных объяснений, каждое из которых усиливает мое волнение.

Стивен отводит взгляд, устремив его куда-то вдаль, сквозь стены общежития.

— Нет, ничего, — наконец произнесит мужчина, но в его голосе сквозит такая усталость, что я понимаю — он прочел ответ в моих глазах.

Мы стоим так еще какое-то время, два силуэта в полумраке, объединенные непрошеной близостью и невысказанными словами. Мир вокруг нас продолжает жить своей жизнью, но здесь, сейчас, наше маленькое пространство было охвачено совсем другой реальностью, сотканной из ожидания и недосказанности.

В его глазах я вдруг замечаю тусклый отблеск, обещание, которое заставило мое сердце сжаться. Минутное замешательство, легкая улыбка, и я поняла — не ошиблась. Он смотрит, и я вижу в этом взгляде целое зеркало, отражающее мои собственные чувства: он все понимает, но не может смириться, принять за правду.

Перед моими глазами возникают иные глаза — глаза, исполненные холодной стали, глаза Кайлана Вайтса. В них нет и тени тепла, только острые грани, обещающие опасность. Мои пальцы непроизвольно сжимаются, отгоняя наваждение.

— Ты здесь? — звучит голос Стивена, низкий и ровный, как поток лавы. Он словно хочет услышать, что я с ним, рядом, а не где-то там, куда он не имеет доступа.

— Да, прости, прошлое… — шепчу я, стараясь, чтобы мой голос звучал так же невозмутимо, как и его. Но внутри все дрожит от нахлынувших воспоминаний.

Он еще раз пристально всматривается в мое лицо, словно пытаясь отыскать в нем подсказку. Затем медленно разворачивается, садится за руль и уезжает. Я понимаю, что это немое прощание — не конец.

Тихим шагом я поднимаюсь к себе в комнату…