Глава 25 · Дорога к счастью

Спустя неделю на остров прилетают Валия и Сантия. Их появление становится для меня приятным сюрпризом, хотя и я догадывалась, что Стивен обязательно пригласит сестру на нашу свадьбу.

Мы встречаемся с девчонками в моем любимом кафе.

— Ну, рассказывай! — восклицает Валия, лучезарно улыбаясь. — Как твои дела? Мы так скучали! А Стив все же добился своего…

Девушка лукаво улыбается.

— Да, он подарил мне шанс на счастье — отвечаю я, разливая чай, и перевожу взгляд на Сантию. — Поделитесь теперь вы своиминовостями.

Подруга быстро поняла, что разговор стоит перевести на другую тему.

— Наше ателье на пике популярности! — начинает девушка.

— Да! Клиенты записываются за месяц вперед. Только вчера у нас сделала заказ на платье сама жена мэра! — прервав Сантию, восторженно тараторит Валия.

Сантия улыбнулась и продолжила:

— В магазинах наши коллекции сметают с полок. У Валии талант…

Но ее снова перебивает подруга:

— Да ладно, талант. Я просто люблю воплощать в жизнь некоторые свои безумные идеи.

— Хорошо, что при этом ты прислушиваешься ко мне… — резюмирует Сантия.

— Представляешь, Амбер, — Валия заговорщицки понижает голос, — сам Кайлан Вайтс прислал своего представителя! В Витавите говорят, что он настоящий акула бизнеса, холодный и расчетливый, но его чутье на таланты просто феноменально.

— Да, — подхватывает Сантия, помешивая сахар в чашке. — Его корпорация сейчас поглощает все самое перспективное. Нам предложили контракт, о котором другие только мечтают. Но этот Вайтс… о нем ходят странные слухи. Говорят, он никогда не проигрывает и не прощает ошибок.

Я смотрела на подруг, но их восторженные лица расплываются перед глазами. Они не знали моего прошлого…

— Вы… вы уже дали ответ? — мой голос звучит на удивление твердо.

— Пока нет, — Валия пожимает плечами. — Сначала свадьба! Стивен настоял, чтобы мы прилетели немедленно. Он вообще как-то странно напрягся, когда услышал, что к нам заходили люди из корпорации Вайтса. Будто он знал что-то, чего не знаем мы.

Сантия внимательно смотрит на тменя, замечая мою бледность.

— Амбер, ты в порядке? Ты так изменилась в лице… Ты слышала о нем что-то плохое?

— Все впорядке, я просто переживаю и спасибо, что прилетели, девочки, мне очень вас не хватало, — шепчу я и ухожу от дальнейших распросов.

— Что ты, дорогая! Не переживай! — восклицает Валия, взяв меня за руку. — Мы не оставим тебя в такой важный момент. Сделаем все сами, лучше, чем ты можешь себе представить! Да и я ни за что бы не простила Стиву, если бы он кому-то другому доверил организацию вашей свадьбы.

Сантия кивает, соглашаясь с подругой:

— Именно! Ты будешь отдыхать и наслаждаться предвкушением праздника, а мы займемся всеми хлопотами. У Валии, я уверена, уже есть сотни идей, я выслушаю ее предложения и мы примем к исполению самые…. Адекватные, — резюмирует она улыбаясь.

Валия озорно смеется и подмигивает мне.

— Валия, Сантия, я даже не знаю, как вас благодарить, — искренне произношу я, — Стив уже почти все организовал.

— О, дорогая, — Сантия мягко улыбается, откусывая кусочек десерта. — Стивен может быть мастером стратегии и магии, но в вопросах шелка, кружев и того, как невеста должна выглядеть, он — полный дилетант.

— Именно! — подхватывает Валия и в ее глазах загорается азарт. — Амбер, мы привезли эскизы. Я полночи не спала в самолете, дорисовывая детали. Жена мэра подождет — сейчас у нас проект государственного значения! Твое платье должно быть таким, чтобы море затихло от восторга, когда ты выйдешь к алтарю.

Я невольно улыбаюсь, глядя на их энтузиазм.

— Вы уже все решили за меня? — шутливо спрашиваю.

— Почти все! — Валия достает из сумочки планшет и ворох лоскутков ткани. — Но последнее слово за тобой. Мы хотим использовать элементы местной эстетики Ромена — может быть, жемчужное шитье или узоры, напоминающие морскую пену? Стивен сказал, что хочет, чтобы свадьба была на берегу.

Сантия накрывает мою руку своей, ее взгляд становится теплым.

— Мы видели Стивена в столице перед его вылетом сюда, Амбер. Сегодня он встретил нас и знаешь, он изменился. В его глазах больше нет той холодной расчетливости, только… нетерпение. Он действительно хочет сделать тебя счастливой. И мы здесь, чтобы убедиться, что все пройдет идеально.

Я чувствую, как к горлу подступает комок.

— Я верю вам и… ему, — шепчу я. — А теперь, показывайте свои безумные идеи!

Мы еще пару часов обсуждаем некоторые насущные вопросы, а потом расходимся. Наша со Стивеном свадьба, некогда казавшаяся миражом, теперь обрела реальные черты, засияла красками и звуками, став реальностью, которая скоро наступит.

Проходит две недели — и вот уже все готово к грандиозному торжеству.

Подготовка происходила в спешке, я вообще не понимаю, как за такой короткой срок можно что-то придумать и реализовать. Но девушки прекрасно справились со своей задачей.

В вечер перед свадьбой меня оставили одну. Я долго сидела в саду, а когда стемнело ушла в дом и, налив кофе, уютно устроилась в кресле. Мои мысли опять вернулись к Кайлану.

Я устала ждать и надеяться, что он почувствует что-то ко мне. Ждать от Верховного того чувства, которое, скорее всего, никогда не появится в нем. Он не умеет любить.

Завтра я выйду замуж. Не ради любви, нет, а для того, чтобы понять — что значит быть любимой. Понять, как строится семья, как дышат отношения, когда в них есть основа, пусть и возведенная не на пламени чувств, а на прочном фундаменте взаимного уважения и стремления к общему дому.

Возможно, в этом браке родится не только быт, но и нечто большее. Любовь, конечно не расцветет, но у меня будет семья и возможность дарить тепло, заботу, стать опорой, а уже немало.

Наступил день свадьбы. День когда я ступаю на дорогу к своему счастью.

Я стою перед массивным зеркалом в своей спальне. Валия и Сантия превзошли на этот раз самих себя, когда создавали наряд для меня. На мне — не просто свадебное платье, а произведение искусства, сотканное из редчайшего шелка и украшенное эксклюзивным кружевом. Мои волосы ниспадают на плечи каскадом блестящих локонов, обрамляя лицо. В руках я держу композицию из редчайших орхидей и роз, чьи лепестки источают тонкий, чарующий аромат. Уверена, что букет выбирала Валия. Слишком ярко он кричит об этом.

Ну что же, пришло время рискнуть…

«Будь счастлив, любовь моя», — шепчут мои губы и слова эти звучат как молитва за упокой собственного сердца, похороненного в резиденции Кайлана Вайтса. Мысли калейдоскопом кружатся в моей голове. Нахлынувшие эмоции настолько сильны, что я едва сдерживаю слезы. «Пламя крови» обдает жаром мое плечо. Не осознавая зачем, но понимая, что это точно необходимо сделать, я беру острую булавку и вывожу на руне единственное слово «Кайлан». Жар утихает, словно руна получила то, чего хотела. В этот миг я слышу звук подъезжающего автомобиля.

Я разворачиваюсь. Валия, как сегда веселая, взволнованная, в безупречном голубом платьи уже ждет меня у двери. Я нацепляю улыбку на свое лицо и подхожу к подруге.

— Ну все, готова? Он уже там, весь из себя важный! — щебечет она, поправляя фату на моей голове.

Я киваю, позволяя подруге взять себя за руку. Мы выходим на улицу, где уже ждет украшенный лентами белый шикарный автомобиль. Водитель открывает нам дверцы и заботливо помогает расположиться в салоне, в котором с улыбкой на лице нас встречает Сантия.

Лимузин трогается. Я смотрю на мелькающие за окном домики, на прохожих, машущих вам вслед. Все настоящее, простое, искреннее…

Машина замедляет ход, подъезжая к храму на холме. Я, поправляя платье, выхожу из машины и словно неведомая сила заставляет меня обернуться.

На краю дороги, в тени старого дуба, стоит человек в длинном черном плаще. Он просто стоит и смотрит. Смотрит на меня. На мое шикарное свадебное платье, на машину, которая привезла меня к другому мужчине.

Кайлан Вайтс, Верховный, глава третьей ветви вампирской иерархии…

Он не изменился. Все тот же ледяной и пронзительный взгляд, те же резкие черты лица.

Мой взгляд встречается с его на долю секунды. В глазах вампира я не вижу ни гнева, ни ревности, ни торжеств, а только понимание. Он принял мой выбор!

Я отворачиваюсь и иду к храму. Верховный остается позади, неподвижный, как памятник самому себе и всему, что могло бы быть, но не случилось.

Храм уже близко. Я слышу торжественные звуки органа. Я знаю, что Стивен там и ждет у алтаря. Мужчина, который предлагает тихое счастье, безопасность и уважение. Все, что нужно для жизни.

Я останавливаюсь и делаю глубокий вдох. Валия, идущая рядом поправляет фату, а я готовлюсь сделать последний шаг — шаг к счастью.

Но я не выдерживаю и, прежде чем переступить порог храма, на мгновение оборачиваюсь к тому месту под дубом, но оно уже опустело. Как будто там никого и не было. Словно это была лишь тень от облака или игра моего воображения. Неужели Кайлан просто дал мне последний шанс увидеть то, от чего я отказалась; и теперь, исполнив этот долг, вампир исчез?

Я закрываю глаза и мысленно шепчу, вкладывая в каждое слово всю свою боль, что сковывает меня: «Прости меня, Кайлан. Просто я не богу больше бороться с тобой за нас… » Вдруг резкая боль пронзает мое плечо. Сознание взрывается от этого и мой молчаливый шепот переходит в крик, исходящий из моей души: «Если любишь. Забери. Если нет — отпусти». Крик обрывается, я замечаю, что стою уже на пороге храма и… делая шаг… переступаю его.

Прохладный полумрак храма, запах ладана и воска, лица Бронса, четы Теймсонов, родителей Стивена и Валии и других гостей, обращенных в мою сторону, — все это обрушивается на меня, как через толстое стекло и кажется далеким.

Я медленно подхожу к алтарю. Валия и Сантия занимают свои места за моей спиной. Стивен улыбается — нежно и ласково. Он протягивает руку. Я замираю, но все же опускаю свою ладонь на его.

Священник начинает обряд. Слова о верности, любви и долге плывут над головами соборавшихся. Я смотрю на лицо мужчины, который скоро станет моим мужем. И словно вижу в его глазах будущее: скромный дом, детей, спокойные вечера. Будущее без бурь, без боли, без той невыносимой, леденящей педантичности, которая сжигала душу.

Священник поворачивается в мою сторону и задает вечный вопрос:

— Согласна ли ты? — слышу я его слова и… замираю, словно жду… Жду, что дверь храма распахнется. Что холодный ветер ворвется внутрь. Что голос Кайлана, низкий и властный, перебьет церемонию. Я ожидаю чуда, знака, что мои слова, высказанные на пороге храма, были услышаны.

Но дверь остается закрытой. Ветер не врывается. Чуда не происходит.

Тишина в храме становится оглушительной. Все смотрят на меня. В глазах Стивена я замечаю нарастающее беспокойство.

Я опускаю взгляд на его руку, держащую мою, на изысканное золотое кольцо…

Слова священника звучат настойчивее: «Согласна ли ты?»

Я поднимаю глаза не на жениха, не на священника, не на гостей. А туда, куда приводят меня ощущения: в глубину храма, где в тени одной из колонн нахожу фигура в черном плаще. Он здесь! Кайлан был здесь все это время! Он слышал мой шепот. Он видел мои шаги. И теперь он ждет, не двигаясь с места, как судья, дающий последний шанс осознать — кто я есть на самом деле.

Взгляд Верховного встречается с моим. В нем нет команды, нет просьбы, нет вопроса. Есть лишь то, что и всегда — вызов. Но теперь это вызов к честности перед самой собой.

Я отвожу взгляд. Замечаю испуг на лице Стивена, растерянность в глазах Валии, которая теперь стоит около брата, ожидающие взгляды гостей.

Делаю глубокий вздох… Пытаюсь что-то сказать, но не могу, ощущая внезапное состояние немоты.

Я закрываю глаза, сознание бунтует против происходящего вокруг. Вдруг начинаю ощущать тонкую, невидимую для чужих глаз нить, тянущуюся от меня к Верховному. Руна на плече начинает пульсировать. Осознаю, что вампир создал между нами ментальную связь, и мысленно кричу ему: «Кайлан, ты всегда ставил меня перед выбором. Теперь настала твоя очередь. Исполни мою единственную просьбу: оттветь да или нет!» Мысленный крик, отчаянный и оголенный, как обнаженный нерв, рвется из самой глубины моего существа. Он не имеет звука, но обладает силой урагана, сметающего все внутренние барьеры. Он летит сквозь пространство храма.

Кайлан Вайтс, стоящий все еще в тени колонны, замирает. Его спина, до этого расслабленная, выпрямляется. Его пальцы, лежащие на сгибе рук, слегка сжимаются. Верховный медленно поднимает голову, и его взгляд, тяжелый, как свинец, впивается в меня.

Да, он услышал!

Проходит вечность, уместившаяся в три удара сердца. Все в храме замирает, будто сама реальность приостанавливает ход, ожидая ответа Кайлана Вайтса.

И я получаю ответ: не звуком, не словом, не движением. Он приходит ощущением. Оттуда, из тени, ко мне протягивается… холод. Не физический, а ментальный. Чистый, острый, как лезвие, лишенный всякой теплоты или нежности. И в этом холоде — его признание. И в самой сердцевине этого ледяного потока я слышу одно-единственное слово: «Нет».

Это слово не несет за собой равнодушие, оно говорит о невозможности. Ответ истинного вампира, для которого любовь в человеческом понимании — слабость, болезнь, разрыв собственной сущности. Верховный может оберегать, помогать, направлять, стремиться, даже жаждать и добиваться желаемого — но не может любить. Не так, не в той привычной для людей форме.

Его холодный, беззвучный ответ разрушает мою последнюю надежду, окончательно рассеивает иллюзию и оставляет меня стоять в центре храма с абсолютной, оглушающей пустотой внутри.

И в это мнгновение я слышу еще одно слово Кайлана: «Отпускаю».

Оно звучит для меня как окончательный приговор.

Верховный услышал мою последнюю просьбу к нему и исполнил ее. Сделал выбор.

Тень у колонны растворяется и исчезает.

Священник, потерявший терпение, кашляет. Стивен смотрит на меня и тихо, с дрожью в голосе, произнесит: «Амбер?»

А я стою и осознаю, что сейчас мне предстоит сделать самый важны выбор в своей жизни. Но теперь я должна его сделать осознанно, прочувствовав его внутри, отсечь все надежды. Теперь только я и холодная, неумолимая правда.