Глава 12 · Решение

Машина Клары оказалась не просто роскошным лимузином, это передвижной филиал Храма Судьбы, где пахнет дорогими духами, стерильностью и неминуемой расправой. Как только тяжелая дверь захлопывается за мной, отрезая шум дождя, в салоне воцаряется удушающая тишина.

Клара сидит напротив, закинув ногу на ногу. На ней безупречное белое платье, которое подчеркивает ее статус «чистой» и законной избранницы. Вампирша не выглядит сокрушенной — в полумраке салона ее глаза блестят холодным торжеством.

— Ты проиграла, Амбер, — голос девушки звучит мягко, почти ласково, но в нем слышится скрежет металла. — Ты думала, что твой героический уход сделает тебя святой в его глазах? Что ты останешься его вечной недосягаемой болью?

Она медленно снимает перчатку, обнажая тонкие пальцы.

— Я купила «Антол» не потому, что мне нужны эти грошовые активы. Я купила твое право на существование. Кайлан теперь — Ледяной Шторм, он верен Совету и мне. Ритуал выжег тебя из его ауры, как сорняк. А без его защиты ты для нас — просто неисправный инструмент, который подлежит утилизации. Даже активом тебя уже сложно назвать…

Клара наклоняется ближе и я чувствую как ледяной холод исходит от вампирши.

— Я знаю, что ты сделала. Ты перерезала нить, надеясь его спасти. Но ты лишь освободила место для меня. Теперь ты подпишешь признание в шпионаже против Морганов и Совет милосердно позволит тебе исчезнуть в одной из закрытых тюрем пятой ветви.

Я молчу, чувствуя, как капля пламени в груди начинает пульсировать, отбвая яростный ритм, который резонирует с каждым словом Клары. Она не знает, что эта капля — часть Кайлана Вайтса.

— Ты боишься, — Клара удовлетворенно улыбается, принимая мое молчание за страх. — И правильно. Кайлан не придет. Он больше не чувствует тебя. Он вообще больше ничего не чувствует.

— Ты ошибаешься, Клара, — мой голос звучит неожиданно твердо, разрезая тишину салона. — Он не чувствует, но для тебя он может стать проводником в вечность. Кайлан никогда не будет с тобой!

Клара замахивается для пощечины, но в этот момент машину резко бросает в сторону.

— Что это⁈ — вскрикивает Клара, вцепляясь в кожаное сиденье. — Кто посмел⁈

Дверь машины вылетает с петель, словно ее вышибли. В проеме стоит Стивен, в его глазах бушует ураган. Вокруг его ладоней вьются белесые жгуты спрессованного воздуха, хотя в паре метров от него царит полный штиль.

— Выходи, Амбер, — голос мага звучит неестественно громко, перекрывая гул стихии.

Клара шипит, ее глаза вспыхивают.

— Смертный маг? Ты хоть понимаешь, на кого поднял руку, ничтожество? Я — хозяйка твоей жизни, я купила все, что тебе дорого!

Стивен делает шаг вперед и давление воздуха в салоне становится невыносимым. Стекла лимузина покрываются сетью трещин.

— Ты купила бумагу, вампирша, но ты не можешь купить ветер.

Одним резким движением Стивен Стоунс выдергивает меня из салона. Я чувствую, как его воздушный щит мягко обволакивает мое тело, защищая от дождя и ярости Клары. В этот миг капля пламени в моей крови отзывается странным резонансом на его магию — она не конфликтует с воздухом, она словно подпитывается им.

— Уезжай отсюда, — бросает Стивен Кларе и поток воздуха буквально отшвыривает многотонную машину на несколько метров назад.

Клара, задыхаясь от ярости и унижения, захлопывает искореженную дверь. Водитель, не дожидаясь приказов, жмет на газ, и лимузин скрывается в пелене дождя.

Мужчина поворачивается ко мне. Его магия медленно затихает, оставляя лишь легкое дрожание воздуха вокруг пальцев.

— Ты в порядке? — маг тяжело дышит, его лицо бледное от потраченных сил. — Я не мог позволить ей забрать тебя.

Я смотрю на него и понимаю: Стивен — моя единственная реальная защита здесь, на Ромене. Кайлан — Ледяной Шторм в далеком Витавиле, а Стивен — это живой, яростный вихрь здесь, рядом со мной.

— Стивен, она не отступит, — шепчу я, чувствуя, как след инея на плече начинает покалывать от близости его магии. — Она вернется и будет мстить, тебе нельзя в это ввязываться, ты погибнешь.

— Пусть приходит, — он берет мою руку. — Я не позволю им дотронуться до тебя.

Стивен делает глубокий вдох и магическое марево вокруг его рук медленно гаснет и я замечаю в его глазах холодную, выверенную решимость смертника. В это время к нам подходит Мартин. Маг переводит взгляд на него.

— У меня есть план, — произносит он и его голос теперь звучит пугающе спокойно. — Но он тебе не понравится, Амбер. Потому что в нем нет места победе в привычном смысле.

Мартин замирает, подавшись вперед.

— И что это? Очередная попытка договориться с Советом?

— Нет, — Стивен качает головой и достает из внутреннего кармана пиджака запечатанный кристалл-накопитель. — Если Кайлан — исполнительная власть, то его сила держится на безупречной репутации. Совет терпит его амбиции только до тех пор, пока он гарантирует абсолютный порядок.

Он кладет кристалл на ладонь.

— Здесь данные о том, как «Этернити» на самом деле поглощала активы последние три года. Это не просто логистика, Мартин. Это доказательства того, что Кайлан Вайтс готовил почву для личного переворота внутри Совета. Если эти данные уйдут в сеть, он перестанет быть рукой закона, а станет главной угрозой для империи.

Я чувствую, как внутри все сжимается.

— Стивен, если ты это обнародуешь, он уничтожит тебя мгновенно. У тебя не будет даже семи секунд, не то что дней.

— Знаю, — он смотрит мне прямо в глаза, и в этом взгляде я читаю приговор. — Поэтому я не буду этого делать. Ты это сделаешь, в его резиденции или офисе.

Мартин всплескивает руками.

— Ты предлагаешь ей вернуться⁈ Ты с ума сошел?

— Это единственный способ, — Стивен делает шаг ко мне и берет мои руки в свои. Его ладони горячие, почти обжигающие. — Семь дней даны не мне. Они даны тебе, чтобы ты зашла в его логово как побежденная и поставила Верховного на колени.

Я смотрю на кристалл. Это не просто план. Это билет в один конец. Если я соглашусь, я должна буду снова позволить Кайлану коснуться меня, снова надеть маску покорности, пока за моей спиной будет тикать бомба, способная стереть «Этернити» с лица земли.

— Он почувствует ложь, — шепчу я. — Он знает меня слишком хорошо.

— Его подсознание хочет видеть тебя сломленной, — Стивен сжимает мои пальцы. — Подари ему эту иллюзию. Это наш единственный шанс выжечь эту петлю раз и навсегда.

Я качаю головой, отступая от стола. Пальцы едва заметно дрожат, и я прячу их в складках плаща.

— Нет, Стивен. Ты не понимаешь, — мой голос срывается на шепот. — Я не смогу. Дело не в страхе и даже не в охране «Этернити». Искра.

Стивен замирает, его взгляд становится болезненно-проницательным. Он знает, о чем я говорю. Связь истинных — это не просто романтическая сказка, это кандалы на уровне самой сути. Даже сейчас, когда связь разорвана, когда между нами пропасть, мое подсознание по-прежнему распознает его как часть себя.

— Она парализует меня, Стивен, — я смотрю на кристалл-накопитель, который теперь кажется не спасением, а ядовитой змеей. — Кайлан — мой истинный. Моя магия, моя руна, его сила в моей крови физически не позволят мне нанести ему прямой вред. Стоит мне только попробовать уничтожить его и мое собственное тело предаст меня быстрее, чем сработает сигнализация.

Я опускаю голову, чувствуя, как внутри пульсирует знакомое, тягучее тепло — отголосок его присутствия, который не вытравить никакими заклинаниями.

— Я понимаю, что Кайлан — часть меня… и я не могу его погубить, — мой голос звучит глухо, почти безжизненно. — Мое подсознание считает его защиту приоритетом. Убить его империю — значит вырвать кусок собственного сердца.

Стивен замирает. Его лицо искажается от боли и ярости, но он не спорит. Он все же знает природу истинных: это биологическая и магическая тюрьма, в которой палач и жертва связаны неразрывно.

— Тогда мы меняем тактику, — маг резко убирает кристалл обратно в карман. — Если ты не можешь ударить по нему, мы ударим по тем, кто пытается манипулировать им из тени. Мы едем в Витавиль.

Мартин поворачивается к нему и произносит:

— Согласен, нам нужно исчезнуть отсюда прямо сейчас, — он делает шаг ко мне, его голос звучит жестко и собранно. — Ромен слишком мал, здесь нас вычислят за пару часов.

Он оборачивается к Стивену.

— Летим в Витавиль. В столице проще затеряться среди миллионов.

— Да, — говорит маг, — побудем в моем доме, там стоит магическая защита рода,к оторую не пробьет ни одна ищейка Лайтона Моргана. Там мы будем в безопасности… хотя бы эти семь дней.

Мартин вскидывает голову, в его глазах вспыхивает деловой азарт, вытесняя отчаяние.

— В Витавиле у «Антола» основной узел связи и частный аэродром. Мой борт стоит в ангаре. Если мы вылетаем в течение трех часов, мы успеем проскочить до того, как Совет официально заблокирует воздушное пространство Ромена.

Я чувствую, как сердце начинает биться чаще. Витавиль. Сердце империи, логово врага и единственный город, где можно нанести ответный удар. Начинаю ощущать, как внутри меня что-то тревожно пульсирует.

Дождь на Ромене сменяется липким туманом. Я подхожу к домику Саймона и Анны Теймсон. Я не могу утелеть не порощавштсь с ними.

Дверь открывает Анна. Саймон, всегда такой рассудительный и спокойный, сейчас хмурился. Анна не скрывала слез, комкает в руках кухонное полотенце. Они успели стать для меня родными за те несколько месяцев, что я проэила а острове. Я рассказываю им о своем решении покинуть Ромен.

— Ты уверена? — голос Саймона дрожит. — Амбер, деточка, Витавиль для тебя — это пасть льва. Здесь, на Ромене, мы могли бы спрятать тебя в горах…

— Нет, Саймон, — я качаю головой, закидывая сумоку на плечо. — Ищейки пятой ветви перероют каждый камень. В столице у меня больше шансов. Мартин и Стивен будут рядом.

Анна подходит и крепко обнимает меня. От пахнет домашним хлебом — запахом уюта и покоя, который для меня теперь закрыт навсегда.

— Береги себя, девочка, — шепчет Анна мне на ухо. — В твоих глазах… я вижу слишком много теней. Не дай им поглотить твой свет.

Я прижимаюсь к ней на мгновение, чувствуя, как капля пламени под ключицей пульсирует в такт моему рваному дыханию. Мне хочется закричать, что света во мне больше нет, что я — выжженная земля, я просто улыбаюсь.

— Спасибо вам за все, — мой голос звучит сдавленно. — Простите, что принесла шторм в ваш дом.

Стивен берет меня за руку. Его пальцы сухие и горячие. Я смотрю в его глаза и последний окунаюсь в их теплоту.

— Мне пора, — шепчу я и, не аздерживаясь, чтобы не расплакаться, покидаю дом Теймсонов.

Выхожу туман, оборачиваюсь и вижу, как две одинокие фигуры на крыльце медленно растворяются в серой мгле. Настал конец моей сказки.

Через два часа частный самолет компании «Антол» отрывается от взлетной полосы острова Ромен, унося меня, Мартина и Стивена в облака. Я смотрю в иллюминатор на исчезающую внизу синеву моря и понимаю: все, чем я жила последние месяцы, остается там, за пеленой облаков.

Пустота внутри меня становится почти осязаемой. Моя прошлая жизнь, мои робкие мечты о свободе и покое тонут в полосе прибоя острова Ромен. Я оставляю там ту Амбер, которая надеялась, что можно просто уйти, разорвав связь.

Теперь я понимаю: Ромен был лишь временным затишьем перед настоящим штормом.

Руна неожиданно просыпается и начинает пульсировать в такт двигателям. Каждое пройденное облако — это еще один шаг к Кайлану. К человеку, который является моей погибелью и моей жизнью одновременно. Я не могу его погубить, но и принадлежать ему больше не имею права.

Я отворачиваюсь от окна и встречаюсь взглядом со Стивеном. Он видит эту пустоту в моих глазах, но молчит. Мы оба знаем: в столице нас ждет не жизнь, а выживание. Семь дней до его лишения магии. Семь дней до моей окончательной капитуляции.

Верховный действительно не умеет проигрывать. И сейчас, в этом самолете, я признаю: он выиграл этот раунд, заставив меня саму лететь к нему в руки, оставив все свои мечты на далеком острове в океане.

Впереди был Витавиль — столица Элвадола…