Глава 13 · Ловушка

Стивен прислоняется затылком к обивке сиденья и закрывает глаза. Магия воздуха вокруг него не затихает ни на минуту.

— Спи, Амбер, — шепчет он, не открывая глаз. — До города еще два часа. В Витавиле нам понадобятся все силы.

Я киваю, хотя знаю, что не усну. Моя капля пламени ведет себя странно: чем ближе мы к столице империи Элвадол, тем больше она причиняет не просто боль, а ощущение… узнавания.

В какой-то момент реальность содрогается. Воздух внезапно становится колючим и холодным. И перед собой я вижу лицо Кайлана Вайтса.

Это не просто видение: в глазах полыхает ярко-красное, но теперь оно подернуто тем самым черным льдом, который он обрел в Храме. Верховный ьольше не смотрит на меня с нежностью. Он смотрит с присвоением. «Ты возвращаешься домой, Амбер, — разрегает его голос мой разум. — Ты можешь прятаться за ветром своего мага, можешь выжигать руну… Но твоя жизнь — это я. И каждый твой вдох принадлежит только мне». Видение исчезает…

Я вскрикиваю.

— Амбер! Что такое? — Стивен мгновенно поворачивается ко мне.

— Он знает, Стивен… — выдыхаю я, чувствуя, как руна на плече начинает пульсировать. — Он чувствует, что я приближаюсь.

— Плевать, что он чувствует, — маг прижимает меня к себе и я ощущаю, как вокруг нас закручивается защитный вихрь, пытаясь вытеснить все чужое.

Гул двигателей меняет тональность, становясь надрывным и тяжелым. Шасси с глухим ударом выходят из пазов, разрезая плотный воздух столицы.

— Приготовься, Амбер, — шепчет Стивен, не разжимая объятий. — Мы входим в его зону.

Самолет кренится, закладывая крутой вираж над сияющими иглами небоскребов. Под нами расстилается Витавиль, в серевной части которого черным монолитом возвышается башня корпорации «Этернити». Иллюминаторы дрожат от вибрации, когда частный борт, организованный Мартином, начинает прошивать слои облаков. Стихия Стивена вступает в конфликт с магнитным полем города: за стеклом пляшут мелкие искры разрядов.

Резкий толчок, свист тормозов о бетон и ревущий поток обратной тяги. Самолет совершает посадку на закрытой полосе аэропорта.

Как только гул затихает, в салоне воцаряется тишина. Стивен первым поднимается с кресла.

— Мы на месте. Бронс должен нас встретить, — он протягивает мне руку.

Мы выходим на трап, Мартин удаляется в кабину самолета. Тяжелый, влажный воздух Витавии врывается в легкие.

У трапа я замечаю знакомый силуэт Бронса, который нервно курит, поглядывая на часы. Но рядом с ним вижу еще одну фигуру в длинном плаще.

Стивен мгновенно напрягается, его пальцы сплелтаются в жесте, призывающем боевой ветер, но я кладу руку ему на локоть.

— Стой, — шепчу я, — там Бронс, это опасно.

Фигура делает шаг к нам навстречу. Мягкий свет аэродромных огней выхватывает бледное лицо и ореховые глаза, полные такой глубокой меланхолии, что на мгновение мне становится трудно дышать. Это не ищейка Лайтона и не каратель Кайлана. От него не исходит угрозы — только бесконечная, вековая усталость.

— Ты безумна, Амбер, — его голос звучит негромко. — Прилететь в Витавиль сейчас — это все равно что добровольно шагнуть в жерло вулкана.

Я замираю на нижней ступени трапа. Мы не знакомы с этим мужчиной и я никогда не видела его раньше.

— Кто вы? — мой голос звучит твердо, хотя колени подкашиваются.

Незнакомец горько усмехается, полы его плаща едва заметно колышутся, подчиняясь затихающему ветру Стивена.

— Я тот, кто видел, как гаснет твое золото в Храме Судьбы, — он переводит взгляд на Стивена. — Убери свою бурю, маг. Против того, что грядет, твой ветер — лишь детское дыхание.

Бронс делает шаг вперед, отбрасывая окурок.

— Амбер, это Кассиан Реггис. Глава шестой ветви вампирской иерархии. И если бы не он, нас бы приняли прямо в небе ищейки пятой ветви. Садитесь в машину, пока у нас есть на это время.

Кассиан протягивает мне небольшой амулет из потемневшего серебра, холодный, как сама смерть.

— Надень это. Он скроет твой ритм.

Вампир делает паузу и его голос становится едва слышным шепотом, предназначенным только мне:

— Ритуал Отречения должен был сделать его свободным, Амбер. Но он сделал его одержимым. Кайлан ищет тебя… и он не понимает причины. Ритуал уничтожил связь, созданную «Пламенем крови». Теперь твой истинный ищет тебя не сердцем, а самой своей сутью, которая требует вернуть утраченное. Разум Кайлана чист от истинности, он не помнит руны, не помнит клятв. Вайтс просто чувствует невыносимую, сводящую с ума тягу к какой-то «случайной человечке». Он злится на этот голод, он презирает себя за него, но он вывернет империю наизнанку, чтобы утолить эту жажду. Если он найдет тебя сейчас — он погубит тебя, даже не понимая, что убивает собственную душу. Он в плену холодной безумной ярости.

Я беру амулет, чувствуя, как пальцы Кассиана на мгновение касаются моих. Он рискует всем, помогая мне скрыться от того, кого называл другом.

— Спасибо, Кассиан, — шепчу я, надевая цепочку на шею.

— Не благодари, — он отступает в глубокую тень ангара. — Я просто пытаюсь спасти то, что осталось от его рассудка Верховного. Уходите. Быстро.

Машина Бронса петляет по темным улицам Витавиля, стараясь держаться подальше от главных проспектов, где неоновое сияние «Этернити» разрезает небо, как лазер. Внутри салона тесно и душно. Стивен сжимает мою руку и я чувствую, как его пальцы мелко подрагивают.

Я сижу, глядя в одну точку. Слова Кассиана выжгли во мне новую дыру. Хищник с амнезией. Верховный ищет меня, но он не помнит «нас». Он охотится на меня, как на досадный дефект в своей идеальной картине мира, не понимая, что этот дефект — его собственное сердце.

— Мы на месте, — Бронс притормаживает в узком переулке за ателье. — Входите только через черный ход. Живо.

Стоило нам переступить поро, как вместо испуганных подруг нас встречает мертвенная тишина и двое стражей в форме службы безопасности корпорации «Этернити».

Из глубины ателье выходит Валия. Сантия стоит за ее спиной, пряча глаза в которых я замечаю слезы.

— Амбер! — Валия Стоунс бросается к нам, но стражи синхронно делаеют шаг вперед, преграждая ей путь.

— Согласно партнерскому договору корпорации «Этернити», вход посторонних ограничен. Все сотрудники могут общаться только с заказчиками, предьявите ваш договор об оказании услуг — произносит один из них механическим голосом.

— Валия, что происходит? — вскривает Стивен и вокруг него начинает закручиваться слабый вихрь.

— Стивен, тише! — Валия с отчаянием смотрит на брата. — Кайлан Вайтс… он выкупил наше ателье три часа назад. Мы теперь — эксклюзивное подразделение «Этернити». Он предоставил нам охрану, оборудование, счета… но он поставил условие.

Девушка смотрит на меня и в ее взгляде я читаю приговор.

— Он приказал удерживать здесь, если ты появишься, до его личного визита. Он не знает кто ты, Амбер. Верховный сказал охранникам, что ты — «подозреваемая в краже интеллектуальной собственности корпорации». Он ищет причину, чтобы дотянуться до тебя.

В этот момент в глубине ателье раздается звук шагов. Идущий даже не пытается скрыть свою ярость. Стивен вскрикивает: его воздушный щит не просто подавлен, он буквально разорван физическим давлением чужой ауры.

Из тени выходит Эриан Морган.

Он как победитель: широкие плечи, атласно-черные волосы, зачесанные назад, глаза цвета арктического льда, в которых сейчас полыхает яркое пламя торжества.

— Значит, вот ты где, — произносит Эриан и его голос, лишенный всякого изящества, бьет по барабанным перепонкам. — Спряталась за юбками подружек и этим недоделанным магом?

Он полностью игнорирует Валию и Сантию, которые замирают от ужаса, и направляется прямо ко мне. Стивен пытается преградить ему путь, но Эриан коротким, небрежным ударом наотмашь отбрасывает его в сторону, словно надоедливое насекомое. Стивен врезается в стеллаж, и рулоны дорогого шелка лавиной накрывают его тело.

— Мой отец требует сатисфакции, — Эриан останавливается в шаге от меня, возвышаясь как скала. — Из-за тебя Кайлан Вайтс выставил нас посмешищем перед всем Советом. По твоей глупости я потерял право на твою силу. Ты думала, что кто-то сможет защитить тебя? Вайтс теперь — ледяная статуя, ему плевать, в какой канаве найдут твой труп. А эти, — он обводит взглядом всех присутствующих, — не пойдет против вампирской иерархии.

Он протягивает руку и грубо хватает меня за подбородок, заставляя смотреть в свои ледяные глаза.

— Ты идешь со мной. В поместье первой ветви. Там я получу все, что ты мне задолжала на Ромене. Каждый миллиметр твоего тела, а потом я выпью силу «Пламени крови» и насвсегда прикую тебя к себе и своей постели. Без иеня ты просто умрешь.

Я чувствую, как капля пламени внутри меня вскипает. Это уже не просто магия — это капля бессмертия Кайлана, которой он поделился когда-то и она узнает своего врага. Рука Эриана, сжимающая мое лицо, вдруг начинает подрагивать.

— Убери руки, Морган, — шепчет я, — Ты хочешь завладеть силой руны? Будь осторожен. Она может тебя выжечь.

Эриан на мгновение замирает.

— Ты угрожаешь мне? Пустышка, которая сейчас для всех как контейнер, наполенный силой руны? Я стану тем, кто заберет ее себе!

Эриан Морган наклоняется ближе и его дыхание обжигает мне щеку. Он кривит губы в хищной усмешке, замечая, как дрожат мои пальцы.

— Даю тебе шанс, который отец бы не одобрил, — вкрадчиво произносит он, и его ледяные глаза сканируют мое лицо. — Стань моей любовницей, Амбер, и я назову уговорю отца принять это за сатисфакцию. Я аннулирую иски против «Антола» и уберу ищеек от дверей этого ателье. Я спасу тебя от Совета и от холодного безразличия Вайтса.

Вампир делает паузу, наслаждаясь моим замешательством.

— Для мира ты исчезнешь. Для меня — станешь единственной. Ну же? Это лучше, чем гнить в подвалах пятой ветви.

Внутри меня все сжимается. Я смотрю на Валию и Сантию, которые замерли в углу, как восковые фигуры. Мой разум шепчет, что это единственный выход. Я уже открываю рот, чтобы произнести это роковое «да», принимая свою участь как неизбежный финал…

— Она никуда не пойдет! — выкрикивает Стивен, с трудом поднимаясь с пола.

Он тяжело дышит, вытирая кровь с разбитой губы. Вокруг его ладоней снова закручиваются яростные жгуты воздуха. Маг делает шаг вперед, вклиниваясь между мной и Морганом.

— Она придет к тебе, Морган, — чеканит он и в его голосе звучит сталь, которой я никогда раньше не слышала. — Но не сейчас, а ровно через шесть дней. Ей нужно время, чтобы оборвать все связи и закончить дела. Таков негласный кодекс, даже для вас, бессмертных ублюдков.

Эриан замирает, его глаза сужаются до щелок. Он удивлен дерзостью смертного мага.

— Шесть дней? — он переводит взгляд со Стивена на меня. — Ты думаешь, я дам тебе время сбежать?

— Ты знаешь, что ей теперь не сбежать, — Стивен делает еще шаг, его магия воздуха вибрирует, создавая между нами барьер. — Если она исчезнет раньше срока, ты сотрешь нас всех. Но через шесть дней она придет сама. В твое поместье. Добровольно.

Я смотрю в спину Стивену и понимаю: он искусно блефует и отчаянно пытается выиграть нам время.

Вампир медленно разжимает пальцы, выпуская мой подбородок, и смотрит на часы на своем запястье, а затем — на Стивена.

— Шесть дней, маг. Но запомни: если через сто сорок четыре часа она не переступит порог моего дома, я не просто уничтожу «Антол» и ателье. Я сделаю так, что твоя сестра Валия будет молить о смерти в подвалах первой ветви.

Эриан разворачивается и идет к выходу. У самых дверей он оборачивается, бросая на меня последний, собственнический взгляд:

— Наслаждайся своей свободой, Амбер. Она будет недолгой.

Как только дверь за ним закрывается, Стивен оседает на пол, тяжело хватая ртом воздух. Его магия гаснет мгновенно.

— Что ты наделал, Стивен? — шепчу я, опускаясь рядом с ним. — Через шесть дней он нас убьет.

— Через шесть дней, — Стивен перехватывает мою руку и его пальцы обжигают меня жаром. — У нас есть ровно шесть дней, чтобы заставить Кайлана Вайтса вспомнить, кто ты такая. Иначе мы все покойники.