Глава 22 · Шаг в пропасть

Через несколько секунд мне приходит сообщение от Эриана Моргана: «Буду ждать в полночь у входа в центральный парк». Я кладу телефон в карман и понимаю, что не могу просто сбежать, не предупредив Стивена. Это было бы предательством по отношению к нему. Собравшись с мыслями я выходу из комнаты и иду по коридору, прислушиваясь к тишине дома, нахожу мага в кабинете. — Стивен, — тихо произношу, останавливаясь в дверях. Мужчина вздрагивает и поднимает на меня взгляд, в котором застыло ожидание приговора. — Эриан ответил, — мой голос звучит непривычно глухо. — Он будут ждать меня в полночь у центрального парка. Стивен резко встает, опрокидывая стул. Он делает шаг ко мне, сокращая расстояние до минимума, его лицо искажается от боли. — Ты не пойдешь, — отрезает он, хватая меня за плечи. — Послушай меня! Это безумие. Мы найдем другой способ, мы что-нибудь придумаем… Маг резко вскидывает голову, и я вижу, как в его глазах вспыхивает отчаяние. Стивен вскакивает, почти сбивая стул, и в два шага оказывается рядом. Он хватает меня за плечи, и его пальцы дрожат. — Не делай этого, умоляю! — его голос срывается на хрип. — Ты же понимаешь, что это ловушка. Морган не помогает просто так, он уничтожит тебя! — Другого пути нет, Стивен. Ты сам это знаешь, на Кайлена надежды нет. Я не смогу разбудить уже ничего в нем — он сделал свой выбор. Теперь он полностью под властью Совета и под контролем Клары. — Плевать! — он притягивает меня к себе, заглядывая лицо. — Я знаю… я знаю, что ты меня не любишь. Вижу это каждый раз, когда ты отводишь взгляд. Но это ничего не меняет. Я люблю тебя так, что готов сгореть за тебя. Просто останься. Мы что-нибудь придумаем. Я замираю, пораженная его честностью. Внутри все сжимается от жалости и благодарности — это радуем, я начала заново чувствовать. Но перед глазами стоит холодный образ Кайлана, выбравшего Клару. — Именно поэтому я и должна идти, — я аккуратно, но решительно убираю его руки. — Твоя любовь заслуживает того, чтобы я осталась человеком, а не предательницей, погубившей всех. После этих слов разворачиваюсь и выхожу из кабинета, не оборачиваясь на его тихий, полный боли вздох. Взглянув на часы, понимаю, что у меня осталось около тридцати минут до встречи с Эрианом. Я еще раз про себя шепчу слова извинения магу и выхожу из особняка, стараясь не оглядываться на окна его кабинета. Ночной воздух кажется непривычно тяжелым. На перекрестке ловлю случайную машину и называю адрес. Дорога до центрального парка занимает вечность, хотя город пуст. Когда такси тормозит у обочины, я сразу вижу его. Черный автомобиль Моргана замер у входа в парк, словно хищник в засаде. Сам Эриан стоит прислонившись к дверце, лениво перекатывая между пальцами зажигалку. Выхожу из такси и медленно иду навстречу. Свет фонарей падает на лицо вампира, и я вижу, как оно расплывается в довольной, почти кошачьей улыбке. — Ты пунктуальна, — произносит Эриан Морган, не дожидаясь, пока я подойду вплотную. Его голос вибрирует от скрытого предвкушения. — Признаться, я ставил на то, что ты опоздаешь, собирая свою гордость по кусочкам. — Я здесь, Эриан и сдержала свое обещание. Этого достаточно, — останавливаюсь в паре шагов, чувствуя, как его взгляд буквально раздевает меня, присваивая каждую деталь. — Спешу напомнить, что ты обещал помочь моим друзьям. — О нет, дорогая, этого совсем не достаточно, — мужчина делает шаг вперед, вторгаясь в мое личное пространство. От него пахнет дорогим табаком и опасностью. — Это только начало. Ты ведь понимаешь, что с этой секунды ты принадлежишь мне? Вся. До последнего вздоха, до каждого изгиба твоего тела. А помощь… я ее предоставлю, но несколько позже. Я напрягаюсь, в моих глазах вспыхивает злость. Неужели он обманул? — Ну же, детка, не стоит злится, — словно чувствуя мое состояние, произносит вампир. — Я помогу, но после раута, где все признаю, что ты принадлежишь мне. Он подходит почти вплотную, протягивает руку и кончиками пальцев касается моей щеки. Я непроизвольно вздрагиваю, но не отстраняюсь. — Запомни, Амбер, теперь ты — моя кукла, — в его глазах вспыхивает торжествующий огонь. — И сегодня на рауте я покажу всем, как хорошо ты умеешь подчиняться. Садись в машину. Наше время пошло. Вампир открывает мне дверь, я занимаю пассажирское место. Он обходит машину и, все еще улыбаясь, садится за руль. — Скоро я утру нос Верховному, — произносит он и машина трогается с места. Поездка занимает около часа. Мы минуем коттеджные поселки, затем сворачиваем на узкую дорогу, ведущую в лес. Наконец, за поворотом открывается вид на огромный особняк с гладкими линиями, широкими террасами и панорамными окнами. Перед домом — идеально подстриженный газон и фонтан. Парковка заставлена дорогими машинами. Вампир ловко втискивает свою между ними, хлопает по рулю и довольно ухмыляется: — Детка, мы приехали домой. Эриан выходит из машины и идет к дому. Мне ничего не остается, как только следовать за ним. Он на миг останавливается и, дождавшись меня, берет мою руку. Как только мы подходим к дверям. То они разъезжаются в разные стороны. — Добро пожаловать домой, господин Морган, — чеканит дворецкий, склонив голову. Вампир едва заметно кивает и, не отпуская моей руки, обращается к прислуге: — Проводите гостью в восточное крыло. Она должна отдохнуть., — произносит он в приказном тоне и я понимаю, что слова относятся не только к горничным. Он поворачивается ко мне, и его пальцы сильнее сжимают мое запястье. — Завтра важный день. Я представлю свою новую… куклу Совету, и ты должна выглядеть безупречно. Иди и спи — это приказ, а не просьба. Меня ведут по бесконечным коридорам в комнату, которая больше похожа на золотую клетку. Дверь за спиной закрывается с тихим, пугающим щелчком. Я остаюсь одна. Сон не приходит. Мысли о друзьях крутятся в голове безумным вихрем. Сердце колотится о ребра, напоминая о том, какую цену я плачу за шанс спасти их. Да, я понимаю: мне нужны силы, чтобы выстоять завтра, чтобы не сломаться под взглядами Совета, мне необходимо забыться хотя бы на несколько часов. Я закрываю глаза и, впиваясь ногтями в ладони, буквально заставляю себя уснуть. Утро начинается не с солнца, а с резкого шороха занавесок и приглушенных голосов. — Пора вставать, — раздается над ухом бесстрастный голос горничной. Я открываю глаза и на мгновение забываю, где нахожусь, пока взгляд не упирается в роскошный потолок с лепниной. Дверь в комнату распахивается, и в нее вносят бесчисленнок количество одежды: десятки платьев из шелка, бархата и кружева мелькают перед глазами. Следом за ними слуги вносят коробки с обувью и подносы, уставленные ювелирными украшениями. Эриан Морган заходит следом. Он одет в безупречный костюм, свеж и пугающе спокоен. — Выбирай быстрее, — вампир лениво обводит рукой этот парад роскоши. — Хотя нет, я сделаю это сам — в тебе слишком много эмоций, которые мешают видеть образ. Мужчина прохаживается вдоль нарядов, отбрасывая в сторону один вариант за другим. — Слишком просто… Слишком скромно… Слишком закрыто… Наконец его рука замирает на алом платье с опасно глубоким вырезом и открытой спиной. Эриан вытягивает его, и ткань струится между его пальцев, словно жидкий огонь. — Вот это. Надень. Сегодня ты должна сиять так, чтобы все ослепли. Я смотрю на это платье и чувствую, как по коже пробегает холодок. Оно красивое, но оно выглядит как клеймо. — Тебе не кажется, что оно слишком… вызывающее? — мой голос едва дрожит. Эриан подходит вплотную, заставляя меня поднять подбородок. Его кошачья улыбка становится шире. — Именно то, что нужно. Сегодня ты — моя самая дорогая обертка. Сделайте из нее шедевр, — бросает он прислуге. — У вас три часа. Когда горничные заканчивают работу и отступают в тень, я наконец поворачиваюсь к огромному зеркалу в золоченой раме. На мгновение дыхание перехватывает. Из зазеркалья на меня смотрит незнакомка: золотистый шелк облегает тело как вторая кожа, подчеркивая каждый изгиб, а открытая спина кажется пугающе беззащитной. Я выгляжу дорого, эффектно и… абсолютно чужой самой себе. «Да, вампир выставит меня не только своей… куклой, но и самым дорогим трофеем» — мысленно понимаю я. В отражении мои глаза кажутся огромными, зрачки расширены — как у загнанного зверя. Я вижу не себя, а ту, кого из меня давно пытались сделали: украшение, символ власти, живую реликвию с древней меткой на коже. Вампир хочет показать всем, что я принадлежу ему — не просто по воле обстоятельств, а по праву силы, запечатленному на моей коже. Я провожу кончиками пальцев по холодному стеклу, и мысли невольно уносятся к Кайлану. В памяти всплывает его холодный взгляд — как лёд, но с искрой скрытого огня. Его руки, скользящие по коже. Его дыхание — прерывистое, горячее — до сих пор отзывается дрожью где‑то внутри. Я вспоминаю ночь на яхте… Единственную ночь, которая стала в итоге нашим концом. Шепот волн за бортом, мерцание огней острова, его нежность… Сердце болезненно сжимается. «Почему ты отрекся?» — мысленно кричу я, но ответ давно мне известен. Верховный не стал пережидать, что все утихнет, а оборвал связь, когда почувствовал, что я ставлю полный блок. Я оставляла надежду, но он лишил нас ее. Обряд Отречения выжег в нем даже мой образ — как будто кто‑то взял раскаленный нож и вырезал из его памяти все, что нас связывало. Ни взгляда, ни прикосновения, ни единого шёпота — ничего не осталось. Меня начисто стерли, словно я была лишь ошибкой, которую нужно исправить любой ценой. Сейчас зелье Кассиана помогло, и я обрела способность чувствовать, поэтому вместо холода в моей груди при воспоминании о Кайлане — тупая боль, пронизывающая всю меня. Она не острая, не режущая — она глухая, постоянная, как отзвук глубокого удара, который не прекращается. Я снова ощущаю то, что пыталась заморозить, ставя блок: тепло его рук, шепот на грани слышимости, взгляд, в котором на мгновение вспыхивала нежность. Искра истинности зажглась во мне снова, но не в нем… Она теплится где‑то в глубине, пульсирует, напоминает: я снова способна любить, чувствовать, желать… но для него я больше не существую. Рядом со мной теперь Эриан Морган, который скоро станет владеть мной окончательно и получит не просто союзницу — он получит меня целиком, со всеми воспоминаниями, страхами и этой болью, которая теперь стала частью меня… Верховный сделал свой выбор — обряд Отречения и брак с Каларой Деброс. А я… я иду на церемонию их брака. — Готова? — голос Моргана за спиной заставляет меня вздрогнуть и расправить плечи. Я оборачиваюсь. Мужчина стоит в двух шагах, скрестив руки на груди, и изучает меня с холодным восхищением. — Ты выглядишь… — пауза, его взгляд задерживается на руне, — … именно так, как нужно: идеально. Я прямо сейчас повалил бы тебя на постель и до конца сделал своей, чтобы закрепить право собственности, но… — вампир усмехается, — раут важнее. Там все увидят, кто ты и кому принадлежишь. Он протягивает руку. — Пойдём, нам пора. — Идем… — шепчу я своему отражению и делаю ответный жест в сторону Эриана.