Глава седьмая

Дина продолжала меня избегать. В последний день перед майскими праздниками в школу она снова не явилась, а в сообщениях дала понять, что проводит все время с Виташем и сейчас у них не самый простой период в отношениях. Наш запланированный пикник по-прежнему оставался под вопросом, и эта неясность меня убивала. Как назло, на улице установилась такая погода, что сидеть дома просто преступление. Утренние лучи заглядывали в окно, по комнате суетились и прыгали солнечные зайчики. Время близилось к обеду, а Вовка до сих пор дрых. Позавтракав с мамой, я все-таки засобиралась к Дине. Мы жили в одном дворе, только подруга в доме напротив. Хотя бы попытаюсь прояснить ситуацию с нашим пикником. По телефону она сливается, посмотрим, как поведет себя при личной встрече.

– А куда это ты? – спросила мама, расположившись в кресле с книгой.

Я на ходу натягивала джинсы. Погруженная в свои мысли, я не сразу расслышала ее вопрос. Меня терзали сомнения: Дина уже несколько месяцев встречается с Виташем, но до этого меня никогда не избегала. Что же случилось? Может, после всех ссор они расстались? И у Динки теперь полная апатия и игнор ко всему. А если она валяется дома в слезах? Я решила, что, если это и так, нужно вытаскивать подругу из этого состояния. Не хватало киснуть в таком прекрасном солнечном мае из-за какого-то козла.

– Мы с Диной хотели на залив съездить сегодня, – сказала я, выглянув из прихожей.

– Все ясно, – кивнула мама. – Брат твой тоже собирается свинтить вечером – на концерт к Матвею.

– А у тебя какие планы? – спросила я.

– В том-то и дело, что никаких, – пожала плечами мама. В России, вдали от папы и своей работы, она явно маялась от безделья и не знала, чем себя занять, поэтому записывалась на всевозможные процедуры, активности, встречалась со старыми подругами… – Я думала, мы майские вместе проведем.

В голосе мамы прозвучал укор, и я так и зависла с кроссовкой в руке. С одной стороны, провести время с мамой еще до недавнего времени было пределом моим мечтаний. Но с другой – и у меня, и у Вовы уже имелись планы. Мы же не знали, что маме внезапно станет скучно.

– Мы уже договорились встретиться с друзьями, – сказала я.

Мама обиженно поджала губы, а я поспешила покинуть квартиру. Сейчас мне не до семейных драм.

На улице солнце жарило так, что я стянула свитер и накинула его на плечи. Вот тебе и начало мая. Во дворе стояло несколько машин с открытыми багажниками, их суетливо набивали пакетами с едой, питьевой водой, шампурами, фрисби и ракетками для бадминтона. Я приближалась к дому Динки в боевом настрое. Ничего, мы тоже устроим пикник. Виташ подругу только в депрессию вгоняет. Я чувствовала – пора Дину выручать.

Подруга открыла дверь не сразу и, что удивительно, выглядела обычно: не заплаканная, без разводов туши и опухшего после слез носа.

– Привет! – растерянно поздоровалась Дина. – А ты чего тут?

– Привет, – отозвалась я, на всякий случай заглядывая Дине через плечо. – Я за тобой. Мы же вроде как на залив ехать договаривались.

– Сегодня? – отозвалась Дина.

– Ну да, я тебе еще написала напоминание, ты, наверное, пропустила.

– Ага. Ой, точно! Бли-ин!..

Дина, заметив, что я то и дело поглядываю на коридор, тоже оглянулась. Но за ее спиной никого не было.

– Ты не одна? – наконец прямо спросила я.

– Ага, – снова кивнула Дина, – с Виташем у меня тусуемся, пока мама в командировке. У нас тут кое-какие недопонимания уже несколько дней… Спорим, сама понимаешь.

Я не понимала – отношений у меня ни разу не было, и спорила я обычно только с Вовкой.

– Дин, кто там? – выкрикнул из комнаты Виташ, а я почувствовала себя ужасно глупо. Вечный третий лишний, в какую бы компанию ни попала.

– Это Катя пришла! – крикнула в ответ Дина, при этом как-то воровато оглядываясь.

Виташ не заставил себя долго ждать и выглянул из комнаты.

– Привет! – произнес он как-то настороженно.

– Здравствуй! – откликнулась я.

Так и замерла в дверях, не зная, что мне дальше делать: уйти сразу или еще что-нибудь сказать? Было ясно, что наша поездка сорвалась, Динка давно про нее забыла, а я даже не испытала по этому поводу разочарования. Надоело уже обижаться. Зачем я только внушила себе, что Дина во мне нуждается? Заниматься самообманом тоже уже осточертело. Подруга не писала и первой на контакт не шла. Пора уже снять розовые очки и раз и навсегда покончить с этим.

Дине тоже сделалось неловко.

– Будешь пить с нами чай? – спросила она. – Мы как раз собирались.

– Вы же вроде как отношения выясняете, – негромко сказала я Дине.

Подруга поморщилась.

– Это успеется еще. Я устала ругаться, проходи!

Дина шире распахнула дверь, и я шагнула в квартиру, как улетела в пропасть. Внутри царапнуло горьким предчувствием.

Виташ улыбнулся мне и снова скрылся в комнате. Впрочем, улыбка у него была неискренней, какой-то натянутой. Оглянувшись на прикрытую дверь в комнату, Дина негромко сказала:

– Пока чай разливаю, у нас есть время с тобой немного поболтать.

Конечно, я наивно рассчитывала, что мы проведем вместе весь сегодняшний день, но хоть что-то.

– Хорошо, – пробормотала я, пребывая в некотором смятении. Дина и Виташ встречаются уже несколько месяцев, а я так и не могу привыкнуть к тому, что наша дружба ограничена во времени.

На кухне Дина молча поставила чайник. Я сидела за столом, поглядывая за действиями подруги. Заметив, что та достала три чашки, тяжело вздохнула – вероятно, чаепитие получится «веселым». Нужно идти домой и не мешать голубкам ворковать.

– Почему в школе два дня не появлялась? – спросила я, нарушив тишину.

– Дела, – уклончиво ответила Дина.

Столько прогулов у нее не было ни разу за несколько лет. И все из-за Виташа. Пока мама в командировке, Динка отрывалась по полной.

– Ты стала очень деловой, – не удержалась я.

– На что ты намекаешь? – нахмурилась подруга.

– Ни на что, я так…

Дина снова отвернулась к чашкам. Глядя на напряженную спину подруги, я примирительно проговорила:

– Давид вчера после репетиции чуть не проводил меня до дома.

– Серьезно? – сразу оживилась Дина, поставив передо мной чашку с чаем. Было заметно, что на тему своих отношений ей разговаривать не хотелось. А вот обсудить мои – пожалуйста. – А почему не проводил?

– У него репетитор был. Но мы договорились, что в следующий раз Давид обязательно меня проводит.

В этот момент на кухню вошел Виташ. Он надел красные кожаные брюки и белую майку, на руках – яркие браслеты. Когда они с Диной шли по улице, многие обращали на Виташа внимание, и им обоим это очень нравилось.

– О чем толкуете? – лениво спросил Виташ, усаживаясь за стол рядом с Диной. Чай был разлит по чашкам, на столе – вазочка с мятными пряниками.

– Да так, ни о чем, – быстро проговорила я, откусив пряник.

– Первый красавчик школы подкатывает к Катьке, – довольным голосом сообщила Дина, будто Виташа эта новость могла как-то осчастливить. – Он солист нашего хора, и Катя прошла трудный кастинг, чтобы туда попасть. Катя очень хорошо поет…

– Ммм, – равнодушно отозвался Виташ.

– Перестань, Дин, Виташу это неинтересно, – негромко попросила я.

– А кому вообще, кроме вас, интересно болтать на такие глупые темы? Вечно всем кости перемываете. Давида теперь какого-то откопали…

Я хотела возразить, что из-за Виташа нам и кости перемыть особо некогда, но смолчала.

– Мы говорим про отношения, – отрезала Дина. – Любовь – это всегда прекрасно. Знаешь, как я мечтала о своих первых отношениях? А когда мы с тобой встретились…

– Ску-ко-ти-ща, – по слогам проговорил Виташ, перебив Дину.

И снова я с тоской подумала, что лучше уж совсем без отношений, чем с такими. Дина тут же надулась, а Виташ, заметив, что переборщил, притянул ее к себе и поцеловал в щеку. Подруга оставалась напряженной. Тогда Виташ нашел ее губы и стал целовать. Я откашлялась и нарочито уставилась в окно. Как же глупо я себя чувствую каждый раз, когда оказываюсь с ними в одном помещении.

– Значит, на залив не едем? – все-таки спросила я, когда Дина и Виташ перестали миловаться.

– Вы собирались на залив? – спросил Виташ, уплетая пряник.

– Да, договаривались как-то, – сказала Дина.

– Буквально неделю назад, – встряла я.

– Виташ этого не знал, поэтому пришел…

Мы с Виташем переглянулись, и он снова криво мне улыбнулся. Я улыбаться в ответ не хотела, поэтому отвела взгляд.

– Да, у меня сегодня выходной, хотел провести его со своей девушкой, – Виташ нарочно выделил интонацией слово «своей» и снова положил Дине руку на плечо, будто я могла отбить у него подружку.

– Много планов уже на день, – виновато проговорила Дина.

– Ну и ладно. А я вечером на концерт иду, – зачем-то сказала я, хотя никуда не собиралась. От обиды, наверное, вырвалось.

– На какой концерт? – заинтересовался Виташ, но я проигнорировала его вопрос и снова взглянула на Дину.

– Хочешь с нами? – предложила я ей.

– С кем – с вами? – не унимался Виташ.

– Пойдет Вова…

– Что за Вова?

– Это Катькин брат, – объяснила вместо меня Дина. – И у него есть девушка – Соня. Она идет?

Я растерянно кивнула. Мое предложение превратилось в допрос.

– Так, а что за концерт?

– Будет играть группа Матвея, это друг Вовы, – ответила я.

– А у Матвея есть девушка?

– У Матвея много девушек, – не выдержала Дина.

– Тогда никто никуда не идет, – отрезал Виташ.

А мне вдруг стало страшно душно. Жаркое солнце наполнило всю кухню, еще и чай долго не остывал… Конечно, я и сама не собиралась ни на какой концерт, потому что Мальцев в последнее время перегибал палку со своими шутками, но сейчас мне лучше послушать со сцены Матвея, чем сидеть на кухне напротив Виташа.

– Я, наверное, пойду, – сказала я.

Дина не стала возражать, и это меня тоже обидело.

Но подруга все же вышла меня проводить. И на том спасибо.

– Мы можем съездить на залив в другой день, – неуверенно начала Дина, – в мае еще столько выходных…

– Угу, если у тебя дома снова не будет торчать он, – сказала я, даже не пытаясь понизить голос. Пусть слышит, мне плевать.

Динка сделала страдальческое лицо.

– Перестань, Кать, – прошептала она, – мы и без этого вечно ссоримся.

– Из-за меня?

– Я ведь не могу между вами разорваться!

– Поняла тебя, – кивнула я. – Хорошо вам провести время.

– Это эгоистично, Катя, заставлять меня делать выбор… – успела проговорить Дина, перед тем как закрыть за мной дверь.

Я вышла на улицу. Из-за непривычной жары асфальт стал мягким. Лето пришло в город на целый месяц раньше.

Дома тоже стояла духота, несмотря на открытые форточки. Пока меня не было, мама успела сбежать к подруге – недолго она маялась от одиночества. Зато в нашей квартире появилась Соня. Я застала ее и брата перед большим зеркальным шкафом. Брат был в строгом костюме, который мама ему купила в преддверии скорого выпускного бала.

Они о чем-то спорили, и Соня пыталась красиво завязать брату бабочку на шее.

– Ты точно правильно это делаешь? – ворчал Вовка.

– Точно-точно, ты погоди…

– Сейчас задушишь меня.

– Не придуривайся!

– Кха-кха-кха…

– Ну, Во-ва-а!..

Некоторое время я молча наблюдала за ними, а затем спросила:

– А что здесь происходит?

Соня и Вова тут же обернулись.

– Ты куда так вырядился? – Я не могла сдержать улыбку, уж слишком непривычно выглядел брат.

– На свадьбу, – вместо Вовы ответила Соня.

– Ну жених! – восхищенно покачала я головой, оглядывая брата.

– Да какой жених? – рассердился Вовка, пытаясь стянуть с себя бабочку.

– Катя, это какой-то кошмар! – пожаловалась Соня. – У твоего брата либо спортивки, либо вот – смокинг… Ничего промежуточного. А Матвей просил принарядиться.

– Лучше бы в школьной форме пошел, – снова подал недовольный голос Вова.

– Ты хотя бы пиджак дома оставь, – посоветовала я, – иди в белой рубашке. Там такая жара.

– Это идея! – обрадовалась Соня. – И правда, Вов, не так официально получится.

– А то затмишь собой жениха с невестой, – не могла успокоиться я.

Брат скорчил рожу. Только сейчас я заметила, что Соня тоже нарядная. Вовка и в самом деле был хорош. Соня всегда красиво и женственно одевалась, но сейчас она была похожа на нимфу – в небесно-голубом воздушном сарафане в пол. И прическа у нее необычная – коса с замысловатым плетением.

– Соня, ты очень красивая, – искренне произнесла я. Удивительно, но делать кому-то комплименты не в моих правилах. А теперь не сдержалась.

– Спасибо, – довольно улыбнулась Соня.

– Как поживает Муни?

– Передавала тебе привет! – улыбнулась Аверина.

Тогда я негромко рассмеялась.

– Ты не хочешь пойти… – начала Соня, но Вова ее перебил:

– Ты как-то быстро вернулась. Как же залив?

– У Дины другие планы на день. Пойду в свою комнату, чтобы вам не мешать.

Настроение окончательно испортилось. Я распахнула окна, и в комнату ворвался уличный гул. Я задремала, и мне приснился глупый сон: мы с Диной все-таки оказались на заливе, в руках у нас яркие формочки и совочки. Песок мокрый и неприятный на ощупь. Постепенно он превращался в глину, а затем – в грязь. В этой грязи утопали наши руки и ноги… Внезапно Дина набрала грязь в ладони и принялась обмазывать ею лицо.

– Что ты делаешь? – ужаснулась я.

Но вместо ответа Дина просто помычала. Я резко открыла глаза и поняла, что около уха вибрирует мой телефон. На дисплее высветилось «Дина». Прямиком из моего сна…

– Алло? – прохрипела я, еще не отойдя ото сна. – Ты по поводу залива?

В моей голове уже смешались сон и реальность. Грязь так и стояла перед глазами.

– Да, – негромко ответила Дина.

– Что случилось?

– Понимаешь, Катя, еще до того, как ты пришла… – начала неуверенно подруга извиняющейся интонацией, которая сразу мне не понравилась. – В общем, мы ссорились из-за тебя.

– Из-за меня? – искренне удивилась я. – А что я сделала? Мы с тобой практически и не видимся в последнее время.

– Знаю! – вздохнула Дина. – Но Виташ считает, что ты плохо на меня влияешь.

– Это каким же образом? – ехидно поинтересовалась я. – Заставляю тебя за гаражами со мной курить?

– Твои шутки… – начала Дина.

– А как еще мне реагировать? – воскликнула я. Меня душили обида и злость. Если бы сейчас увидела перед собой Виташа, то с удовольствием плюнула бы ему в рожу.

– И друзья твои Виташу тоже не нравятся. Вова, Матвей… Он как услышал про них…

– У меня только один друг – ты, – сердито проговорила я в трубку. – И я была очень рада с тобой дружить. Надеюсь, ты не пожалеешь о своем выборе.

Я первой положила трубку. Почувствовала, как горячие слезы застилают глаза. Из коридора по-прежнему доносились голоса Вовы и Сони. Я вышла к ним.

– Уже уходите?

Вова завязывал шнурки на туфлях, поднял голову и, увидев мою зареванную физиономию, замер на месте.

– Кать, ты чего? – растерянно спросила Соня.

– Возьмите меня с собой! – попросила я, стараясь не разрыдаться.

– Кто тебя обидел? – нахмурился Вова.

– Никто меня не обидел, – поспешила я с ответом, хотя не отказалась бы натравить Вовку на Виташа. – Просто одиноко. Хочу развеяться.

Соня и Вова переглянулись.

– Помочь тебе собраться? – спросила Аверина.

– Нет, я сама, – просияла я и бросилась к себе в комнату. Конечно, мой гардероб не ломился от нарядов, но все-таки дела в нем обстояли куда лучше, чем у Вовы. Я достала из недр шкафа «маленькое черное платье», которое мы покупали с мамой в один из ее приездов. То самое, в котором я ходила на оперетту. Мама сказала, что такое платье обязательно должно быть в гардеробе каждой девушки. Несмотря на то что дело близилось к вечеру, жара не спадала, хотя прогноз в телефоне сулил через несколько часов майскую грозу. Я собрала волосы в высокий хвост, оставив короткие пряди у лица. Получилось непринужденно и симпатично. Только лицо по-прежнему оставалось немного заплаканным. Я подкрасила глаза карандашом и кисло улыбнулась своему отражению.

Соня мой внешний вид одобрила. Вовка снова отпустил замечание, что платье слишком короткое, но ему никогда ничего не нравилось. Хлебом не корми – запрети мне что-нибудь на правах старшего или сделай замечание.

От Сони я узнала, что женится двоюродный брат солиста группы, в которой играл Матвей, поэтому приглашены все друзья музыкантов, и Мальцев позвал нас. Торжество проходило за городом, поэтому пришлось вызвать такси. Соня наотрез отказалась ехать на общественном транспорте из-за высоких каблуков.

Пейзаж за окном машины казался совсем летним: мелькали высокие ели и сосны, а небо заволокло пушистыми облаками. По дороге мне пришло сообщение. Я решила, что Дина все-таки одумалась, потому что больше получать посланий мне не от кого, но оказалось, что писал Давид. Увидев имя отправителя, я разволновалась. До этого мы не переписывались, хотя Перов уже несколько дней был у меня в друзьях.

«Привет! Наверное, неожиданно. Хотел узнать, как у тебя дела. Как проводишь майские?»

Я даже порадовалась, что все-таки еду на свадьбу к друзьям Мальцева. Иначе моя жизнь со стороны – просто тлен и скукотища. Лишилась единственной подруги из-за одного дурака, сижу целыми днями в четырех стенах и безуспешно пытаюсь исправить физику.

«Еду на концерт к друзьям» – ответила я, немного покривив душой. Моими друзьями группу Матвея не назовешь.

«Хорошо тебе повеселиться! Я тоже с друзьями. Уехали на природу, хотя бы ненадолго хотим отвлечься от подготовки к экзаменам» – пришло новое сообщение от Давида.

Я тут же вспомнила про наш сорвавшийся пикник. Разочарованно перечитала эсэмэс Перова. Значит, его не будет в городе все выходные. Хотя наивно полагать, что он потратил бы время на меня и куда-нибудь пригласил. В конце концов, у нас было всего две совместные репетиции, а это даже не свидания.

Но от следующего сообщения Давида появилось чувство, будто за спиной выросли крылья. Я была готова вылететь из открытого окна такси и сделать кружок над перегруженной гудящей Кольцевой дорогой.

«Я уже жду следующую репетицию. Ты засела у меня в голове».

Мои губы растянулись в счастливой улыбке. Я зависла, раздумывая, как ответить на такое сообщение, чтобы не выдать себя с потрохами. Хотя, скорее всего, и так ясно, что я влюблена в Перова. Матвей же догадался… Я быстро набрала сообщение: «Тоже жду нашей встречи», поставила смущающийся эмодзи и быстро свернула вкладку с сообщениями.

– С кем переписываешься, если не секрет? – спросила Соня, которая сидела рядом со мной на заднем сиденье и время от времени поглядывала на меня.

– Секрет, – ответила я. К Авериной я уже не испытывала прежней неприязни, но выдавать ей подробности личной жизни в мои планы не входило, хотя о чем это я? У меня и личной жизни-то толком нет. А еще по напряженной позе брата, который сидел впереди и прислушивался к нашему разговору, я догадывалась, что он тоже не прочь узнать, с кем я переписываюсь. Вот же неугомонные!

Вскоре мы свернули на проселочную дорогу, где, по словам Сони, находилась небольшая уютная экодеревня с гостевым домом. Такси остановилось у невысокого деревянного заборчика. Нас окружали высоченные сосны, доносилась ритмичная музыка.

– Нужно Мотеньке позвонить, сказать, что мы приехали, – сказал Вова, когда таксист отъехал.

Соня с восхищением осматривала окрестности.

– Когда буду выходить замуж, тоже выездную регистрацию организую, – сказала она, посмотрев на Вову.

Брат, приложив трубку к уху в ожидании ответа, покосился на Аверину.

– Ты никогда не думал о свадьбе? – спросила у Вовы Соня.

– В восемнадцать лет? Нет! Последнее, о чем я думал, – покупка рабочего кресла в кабинет, – ответил брат.

– Но у тебя нет кабинета, – удивилась Соня.

– И работы, – поддакнула я.

– Черт, почему Мотя трубку не берет? – проворчал брат.

– Так и скажи, что хочешь геймерское кресло, чтобы в «Контру» играть, – надулась Соня.

– Как завуалировал, да? – рассмеялась я.

– Да что вы на меня насели обе? – рассердился Вова. – Алло, Матвей? Мы на месте!

Брат переключился на громкую связь, и вскоре мы услышали бодрый голос Мальцева.

– Вас встретить?

– Было бы хорошо, а то заблудимся в лесу, – сказал Вова.

– О’кей!

– Когда ты подойдешь?

– Ждите меня с первым лучом солнца, я приду на пятый день с востока, – насмешливо произнес Матвей.

Вовка первым положил трубку.

– Как обычно, одна клоунада…

Матвей нарисовался рядом с нами спустя пару минут. Я никогда не задумывалась, что надевают барабанщики на свои концерты, но Мальцев выглядел как с обложки модного журнала. И его солнечные очки сегодня были к месту. Не зря Вова зовет его пижоном. Брат сегодня и сам не подкачал, следуя просьбе Матвея. Мальцев тут же обратил внимание на наряд Вовы.

– Вау, это что за агент 007? – с почтением обратился Матвей к моему брату.

– Согласись, ему идут строгие костюмы? – взяв Вову под руку, спросила у Мальцева Соня.

Вовка стоял недовольный, щурясь под лучами вечернего солнца.

– Соглашусь, – откликнулся Матвей. – Просто взгляд от него отвести не могу.

– Как ты меня уже допек… – начал брат.

– Погоди-погоди! – вскинул руки перед собой Матвей. – Конечно, что за свадьба без драки, но давай я тебя хотя бы до места провожу? За мной!

Матвей грациозно перепрыгнул через забор, в то время как мы зашли, как положено, через симпатичную плетеную калитку.

Конечно, дорогу мы вполне могли найти и без Мальцева. Здесь повсюду, на каждом дереве были указатели со стрелочками и надписью «Торжество Кукушкиных». Какая прелестная фамилия! Я не переставала улыбаться весь путь. А Соня всю дорогу восхищалась этим местом. При этом ее высокие каблуки проваливались в траву, и походка у Авериной была очень забавной.

– Зачем я их нацепила? – жаловалась Соня мне. – Здорово ты придумала обуть балетки. Удобно танцевать.

– Я не собираюсь танцевать, – поморщилась я.

Танцы на публике – это не мое. Я свое стеснение на сцене едва поборола.

– Ты что, свадьбы придуманы для того, чтобы на них отрываться! – возмутилась Соня. – А если ты стесняешься от души веселиться, помни про одно золотое правило: танцуй так, как будто тебя никто не видит.

– Вовка обычно одевается по такому правилу, – сказал Матвей, повернувшись к нам.

Я не сдержалась и расхохоталась, а Вова поднял с земли ветку и запустил в Матвея. Мальцев ловко увернулся и тоже рассмеялся:

– Но, конечно, только не сегодня. Выглядите потрясающе, сэр, мое почтение!..

Так, с дурацкими разговорами и смешками, мы дошли до гостевого дома. Он стоял рядом с огромной поляной, на ней расставлены столы и настоящая сцена с музыкальными инструментами. Столы стояли под белоснежными шатрами, сцена имела крышу, а вот деревянный танцпол располагался под открытым небом. Территорию украсили живыми цветами и горящими лампочками. Так красиво на фоне зеленого леса, над которым застыли тучи!

Первым делом Матвей познакомил нас с женихом и невестой. Новоиспеченная чета Кукушкиных оказалась милой молодой парой – рыжеволосая девушка и высокий парень в очках.

– Айтишник, – тут же шепнула мне на ухо Соня.

Мы поздравили ребят, а те радостно бросились нас обнимать, хотя виделись мы впервые в жизни.

– Ребята! Спасибо огромное, угощайтесь! – Кукушкины провели нас к одному из накрытых столов. Фрукты, нарезка, салаты… У Вовки тут же загорелись глаза. Мы с Соней, заметив его восторженный вид, переглянулись и негромко рассмеялись.

Матвей познакомил нас и с парнями из своей группы. Солист и клавишник Сева был копией жениха, только чуть младше – такой же худощавый короткостриженый блондин в очках. Бас-гитарист Боря оказался куда более экстравагантным: невысокий, в рваных джинсах, несмотря на свадебный дресс-код, а главное – с выкрашенными в зеленый цвет волосами. При этом и Сева, и Боря казались серьезными и молчаливыми, и я решила, что Матвей в их группе отвечает за говорливость.

Нас посадили за стол с одногруппниками невесты. Шумные, веселые, они тут же принялись с нами болтать, будто мы дружили несколько лет. Конечно, увереннее всех держалась Соня. Я думала, что мне будет неуютно в незнакомой компании, но на удивление быстро освоилась. Небо над лесом стало темно-свинцовым, легкий ветерок обдувал наши счастливые жующие лица. За спиной вдруг зазвучало гитарное соло, по моим рукам пробежали мурашки, и я обернулась к сцене.