ГЛАВА 12

Дариласа ворочалась в постели и никак не могла уснуть. Втайне она надеялась, что повелитель опять придет к ней. Но он не приходил. Может, самой сходить?

Она замерла, обдумывая эту мысль. Главная проблема была в охране, а точнее, в вездесущем Дэшгаре. Вааш, она надеялась, временно устранен. У них тут с Тавридой была довольно презабавная сцена. Они успели застать только самый конец, когда женщина ударила нага по голове букетом и скрылась в своей комнате. А Вааш остался стоять под дверью, осыпанный лепестками. Что-то подсказывало Дариласе, что он стоит там до сих пор и тихонечко скребется в дверь, говоря что-то по – наагатински с самым хитрющим видом.

Еще полчаса девушка ворочалась в постели, а потом все же решила, что пойдет. Ну, а что? Повелитель приходил к ней вчера, значит, сегодня ее очередь нанести визит.

Через несколько минут кошка вылезла в окно и прокралась вдоль стены дома. У окна комнаты Тавриды она замерла, наблюдая за женщиной, которая сидела за столом и с грустной улыбкой смотрела на облезлый букет, стоящий в вазе. Дари не стала больше задерживаться и осторожно потопала дальше.

Из-за куста подаренного наагашейдом жасмина высунулись головы трех нагов.

– Ну, вот и куда она? – недовольно пробурчал Доаш.

– Сейчас выясним, – сказал его брат и вылез из кустов.

До дворца Дари добралась довольно быстро. Кто-то из стражи заметил ее, но шум поднимать не стал.

– Кошка, что ли, с охоты возвращается? – задумчиво протянул он.

– Надеюсь, без добычи, – проворчал его напарник. – А то у нас все стены уже в кровавых полосах.

Во дворец кошка зашла через парадный вход. Стражники ей даже дверь придержали. И направилась к кабинету наагашейда.

Когда она появилась в коридоре, повелитель как раз покидал кабинет. Увидев ее, он замер, а затем пораженно вскинул брови.

– Тейс?

Узнал. Дари радостно мотнула хвостом. А затем девушка отпустила сознание зверя с напутствием «делай, что хочешь». Кошка рванула к наагашейду. Тот напрягся.

– Тейс, стой. Стой. Не смей. Т…

Кошка налетела на него и сшибла на пол. Дейш ударился затылком о камень и глухо застонал. А обрадованная кошка протопталась по нему туда-сюда, обнюхивая всего его. Облизала ему хвост, вернулась к лицу и лизнула туда. И после этого легла на него, положив голову ему на грудь, и уставилась круглыми глазами.

– Я тоже рад видеть тебя, девочка, – с трудом произнес Дейш, сообразив, что перед ним действительно зверь.

– Господин, все хорошо? – в коридор заглянул стражник. – Я слышал кри…

Он замер, уставившись на них. А затем густо покраснел и смущенно произнес:

– Извините, не хотел мешать.

И уполз прочь. Дейширолеш глухо простонал.

– Девочка, ты сейчас выставила меня извращенцем в глазах подданных.

Кошка, услышав его голос, тут же ткнулась ему носом в лицо.

– Фу, почему ты сопливая? – поморщился Дейш.

Кошка облизнула нос.

– А, это не сопли… – понял повелитель.

Зверь продолжал с обожанием смотреть на него своими карими глазами.

– Ну, хоть ты меня любишь, – Дейш улыбнулся и погладил ее по голове. – Интересно, твоя хозяйка знает, что ты ко мне рванула?

Кошка, конечно же, не ответила. Дейш начал выбираться из-под нее.

– Переночуешь со мной? – с хулиганским видом предложил он.

Зверь с готовностью посмотрел на него. Дейширолеш рассмеялся и пополз в сторону своих покоев.

Охранники в дверях покосились на кошку с любопытством, но задавать вопросы, конечно же, не стали. Дейш пропустил ее вперед. Дари заскочила внутрь, задрав хвост, и тут же залезла ложе.

– С грязными лапами, – ласково укорил ее Дейширолеш, а сам подполз к ложу и лег рядом с ней.

Руки сами обхватили кошку, хвост тоже как-то привычно прижался к ней. Как же он скучал по этим совместным ночам.

Через несколько минут к охране у дверей наагашейда молча присоединились Миссэ, Доаш и Дэшгар. Дэшгар тут же уселся на пол и расслабленно разложил свой хвост, перекрыв им весь коридор. Охрана наагашейда оценила его внушительную комплекцию и посмотрела с уважением.

Этой ночью Дейширолеш спал просто прекрасно. Инстинкты успокоились и перестали его терзать. Тейс спала рядом, пусть и в облике кошки. Какая вообще разница, в каком она виде? Главное, что рядом. Но, проснувшись утром, он не обнаружил зверя рядом с собой. Зато утренний свежий ветер врывался в распахнутое окно. Дейш испытал легкое разочарование. Похоже, сознание кошки оттеснило сознание девушки, и та сбежала опять в поместье Вааша.

Через полтора часа он уже был в своем кабинете и занимался разбором срочных донесений. Он все же сгрузил часть писем на помощника, решив, что после ста шести лет верной службы тот достоин такого доверия. Хотя на самом деле он просто старался освободить как можно больше времени, чтобы иметь возможность видеть девочку чаще.

Дейширолеш тихо выругался и отложил документы. Он не мог нормально работать. Мысли перескакивали на Тейс. Инстинкты требовали близости. И не только инстинкты… А она сидит в поместье Вааша. Чтобы сделать такого, что вынудило бы ее приехать во дворец? Ему, конечно, было приятно, что этой ночью с ним была кошка. По крайней мере, одна ее половина совершенно точно привязана к нему и, похоже, даже обожает его. Но он хотел, чтобы с ним рядом была и девушка. И желательно, чтобы она обожала его так же, как и кошка. Но пока с ее стороны он видит только влечение, а влечение быстро проходит. По себе знает. Нужно, чтобы она заразилась серьезными чувствами к нему. Влюбить ее в себя. Но пока как-то не выходит…

Возникла коварная идея опять воспользоваться ее добротой, чтобы она вернулась, пожалела… Дейш поморщился. Нет, не жалость ему нужна. Инстинкты воспротивились: они были не против того, чтобы их пожалели. Дейширолеш почувствовал себя сейчас так, словно у него раздвоение личности. Одна личность, властный и расчетливый наагашейд, выносила довольно простое решение проблемы: взять девчонку и жениться на ней. Вторая личность, состоящая из эмоциональных инстинктов, требовала того же самого, но усложняло проблему: взять влюбленную девчонку и жениться на ней. Из-за этой второй личности он испытывал сомнения и пытался ухаживать, вместо того чтобы решить все разом. Хотя терпение у него стремительно таяло. Надолго ли его еще хватит? Вряд ли.

Дейширолеш посмотрел в окно кабинета на яркое синее небо и задумался, как бы заманить Тейс во дворец. Может устроить нападение на Роаша? Тогда она приедет сюда и будет ухаживать за ним… Дейш глухо зарычал. Она будет ухаживать за Роашем, и ему это не нравилось. Нет, не пойдет. А если с ним что-то случится, она будет ухаживать за ним? Вспомнилось, как девушка ухаживала за ним, когда он лежал после отравления галлюциногенным ядом. А тогда она относилась к нему хуже, чем сейчас…

Его мысли прервал стук в дверь. Дейш недовольно нахмурился.

– Войдите, – разрешил он.

В кабинет заполз Делилонис. Он посмотрел на друга с недоумением.

– Слушай, Дейш, а почему при дворе ходят слухи, что ты опять как бы стал нормальным? – поинтересовался он. – То есть ты не холодный с окружающими, а рычишь на них как обычно.

Дейширолеш мрачно посмотрел на него.

– А тебе Вааш, что, не пожаловался?

– А должен был? – удивился Дел и устроился на подушке перед его столом.

Дейш решил не комментировать этот вопрос. Но от друга очень сложно отвязаться без объяснений. Делилонис прищурился.

– Ты что натворил? – подозрительно спросил он.

– Ничего особенного, – поморщился Дейширолеш. – Просто Тейс уже знает, что со мной все в порядке.

На губах Дела расцвела хитрая улыбка.

– Прокололся, да?

Дейш раздраженно зашипел на него.

– Ты зачем вообще пришел? Допрос мне устраивать? Если да, то выметайся из моего кабинета. У меня полно работы.

Делилонис миролюбиво поднял руки вверх.

– Ладно-ладно, успокойся, – лицо его стало серьезным. – Я по поводу вампиров, которые приехали просить отдать им АрВаисара.

Дейш с недоумением посмотрел на него.

– Я же уже сказал: гнать в шею.

– Мы и прогнали, но они вернулись, – Дел недовольно поморщился. – Тайно пришли, и все такие жалкие. Так униженно молят о его возвращении и смерти не боятся. Прибыл даже отец АрВаисара.

– Лучше нужно было следить за делишками своего жреца, – заявил Дейш. – Сомневаюсь, что они не знали о его делах. Вампиры всегда, когда берут чей-то заказ, отчитываются перед главой рода. Глава рода у них, насколько я помню, как раз отец АрВаисара.

– Они и не отрицают, что все знали. Но убеждают, что осознали свою ошибку и готовы расплатиться за нее.

– В качестве расплаты я готов принять только голову АрВаисара. Но так как ее отделение от тела чревато проблемами, то приходится держать эту голову рядом с собой вместе с туловищем.

– А что делать с просителями? Они меня уже достали своим упорством.

Дейш посмотрел на друга удивленно.

– Ты спрашиваешь об этом меня?

– Дейш, я не могу просто так убить их, – Делилонис мрачно посмотрел на друга. – Ты, кажется, забываешь, что я всего лишь твой советник. Мне нужно твое решение.

– Убери их – вот мое решение, – спокойно сказал Дейш.

Сказал и вдруг впал в задумчивость.

– Хотя постой, – медленно произнес он и задумался.

Делилонис выжидательно посмотрел на него. Дейширолеш забарабанил пальцами по столу, ноздри хищно раздулись, и он прямо взглянул на друга. Губы его искривила усмешка.

– Зови этих просителей ко мне, – распорядился он. – После того, как они уйдут, сразу же тащи АрВаисара ко мне.

– Что ты задумал? – напрягся Дел.

Дейширолеш широко улыбнулся и пообещал:

– Тебе понравится.

Дейширолеш, постукивая кончиком хвоста по полу, ожидал, когда к нему приведут АрВаисара. Родственников вампира только что увели из его кабинета. На губах Дейша блуждала хитрая улыбка. Ему очень нравилась собственная идея. Это должно надолго отбить у вампиров охоту ввязываться в интриги против него.

Дверь отворилась, и кабинет втолкнули АрВаисара. Выглядел вампир неважно. Давно немытый – запах от него шел тот еще. Руки закованы в тяжелые колодки, а пальцы находились в хронически сломанном состоянии. К запаху немытого тела и экскрементов примешивался и запах разложения. Но бедственное положение и лишения, видимо, не отразились на душевном состоянии вампира. Он криво улыбнулся наагашейду и плюхнулся на подушку перед его столом, не дожидаясь разрешения или одобрения.

– Доброго денечка, наагашейд, – протянул он. – Давно вы не оказывали мне честь своим вниманием.

– Так радуйся, АрВаисар, – посоветовал Дейширолеш. – Мое внимание тяжело тебе дается.

Вампир хмыкнул, приподняв левый уголок губ. Стало видно, что с левой стороны у него не хватало несколько зубов.

– Повелитель опять хочет задать мне те же самые вопросы? – поинтересовался он.

Дейш отрицательно качнул головой и улыбнулся.

– Ответы на эти вопросы я уже знаю, – сказал он. – Чанвашар тронул то, что трогать не следовало, и теперь его поимка – вопрос времени.

При упоминании имени мертвого бога вампир слегка посерел, а ухмылка его закостенела. Но он быстро пришел в себя и улыбнулся еще шире.

– Мое восхищение, наагашейд, – искренне произнес он. – Древний водил за нос многие поколения ваших предков, но именно вам удалось выйти на его след.

Дейширолеш не стал комментировать, благодаря кому они раскрыли личность нанимателя вампира. Но то, как назвал вампир бога, его позабавило. Этот народ никогда не отличался особым пиететом к богам, особенно к чужим, и называл их древними сынами и дочерями мира, принижая их божественный статус. Подобный подход был по вкусу Дейшу.

– Так зачем же сейчас понадобился вам я? – полюбопытствовал вампир.

– Видишь ли, меня уже второй месяц достают твои родственники с просьбами вернуть тебя. Видимо, совсем им худо без главного жреца. Особенно после того, как мои посланцы тайно навестили твой род и перерезали всех младших жрецов.

Ухмылка сползла с лица вампира, и он сильно напрягся.

– Да-да, мой дорогой, – наагашейд улыбнулся ему. – У твоего рода сейчас нет ни одного жреца. А назначить новых может только старший жрец, то есть ты.

АрВаисар помрачнел. Похоже, представил, в каком положении оказался его род. Вампиры не привыкли ценить свою жизнь, зная, что жрец всегда вытащит их с того света. Мало того, тех, кто ценил свою жизнь, презирали. Его род оказался в крайне невыгодном положении по отношению к другим вампирским родам. Их могут просто всех перерезать, зная, что смерть для них будет окончательной. Интересно, сколько уже потеряно членов рода?

– И что же решил наагашейд? – спросил вампир, смотря прямо ему в глаза.

Дейширолеш довольно прищурился, ощутив азарт. Да, АрВаисар приготовился торговаться и договариваться.

– Держать тебя здесь смысла нет, – начал рассуждать наагашейд. – Да еще и опасно: сдохнешь, и к нам притащатся твои божки со своими мстительными намерениями. Только разборок с ними мне не хватало. Поэтому я готов отпустить тебя. Но на определенных условиях.

АрВаисар молчал, показывая свое желание слушать дальше.

– Я уже переговорил с твоим родом. Они готовы отдать за тебя несколько довольно интересных безделушек и обязуются принести нерушимое обещание, что никто из вашей семьи никогда больше не пересечет границ территорий нагов. В случае его нарушения весь ваш род просто передохнет. Но этого недостаточно. Кое-что мне нужно и от тебя.

– Что? – вампир подался вперед. – Если вам нужно знать о местоположении древнего,то я не могу ничего сказать поэтому поводу. Он всегда приходил сам и…

– Мне нужно не это, – мягко перебил его Дейширолеш. – Видишь ли, меня не устраивает твоя кандидатура в качестве главного жреца.

Наступило молчание.

– Не могу ничем помочь, – вампир слабо улыбнулся. – Главный жрец – это не титул, а дар, передаваемый от родителя к ребенку.

– Я знаю, – Дейширолеш продолжил улыбаться. – Я также знаю, что этот дар переходит к ребенку после того, как родитель снимает его с себя.

В глазах АрВаисара блеснуло понимание.

– Но меня нет детей.

Дейширолеш тонко улыбнулся, глаза его прищурились, и он нараспев произнес:

– Ничего страшного. Главное, что будут. Ведь так?

Вампир настороженно кивнул. Он не мог понять, чего именно добивается наагашейд.

– Мое пожелание таково: я хочу, чтобы сейчас был проведен соответствующий ритуал передачи дара. Твой дар перейдет к твоему первенцу сразу же после его рождения.

АрВаисар задумался. Странное пожелание. Наагашейд же понимает, что он может не заводить детей очень долгое время, удерживая таким образом дар при себе. Да, после рождения ребенка его род окажется в сложном положении. После того, как дар покинет самого АрВаисара, все назначенные им младшие жрецы потеряют свои силы. Ребенок же будет не готов исполнять свои обязанности сразу, его нужно сперва обучить. Это займет некоторое время, но не больше двенадцати лет. Сам АрВаисар принял дар в тринадцать.

– Так ты согласен? – наагашейд вскинул брови.

Что-то беспокоило АрВаисара. Повелитель нагов не может не понимать, что его требование не принесет большого вреда ни ему, ни его семье. Только временные трудности.

– Вы же понимаете, что я могу очень долгое время не заводить потомство? – решил уточнить вампир.

Дейширолеш кивнул.

– Мне плевать, когда ты решишься на это, главное, что главным жрецом ты все равно рано или поздно перестанешь быть.

АрВаисар хмыкнул.

– Хорошо, я согласен.

Наагашейд повернулся к двери и громко позвал:

– Заашар.

Дверь отворилась, и в кабинет вполз главный маг наагашейда.

– Заашар поможет тебе с ритуалом.

Маг мрачно посмотрел на вампира, а затем поманил кого-то из-за двери. Показался стражник. Он отомкнул колодки и освободил покореженные кисти вампира. АрВаисар вздохнул с облегчением, и кости захрустели, сращиваясь и выправляясь.

Дейширолеш поднялся со своего места и подполз к окну. Пока Заашар с вампиром проводили довольно короткий ритуал передачи дара, он с улыбкой смотрел на кого-то.

– Повелитель, – почтительно позвал его Заашар. – Мы закончили.

Дейш повернулся и с улыбкой поманил к себе вампира, который тщетно пытался скрыть свою радость. АрВаисар с опаской посмотрел на него, но подошел. Наагашейд все так же молча указал на кого-то пальцем. Вампир посмотрел вниз, на улицу, и увидел стоящую к нему спиной нагиню. Рядом с ней, сердито сложив руки на груди, стоял молодой наг. Судя по его лицу, они спорили. Девушка раздраженно махнула хвостом и развернулась. АрВаисар вздрогнул и ощутил, как качается под его ногами пол. В памяти мелькнули испуганные зеленые глаза, нежное гибкое тело и воспоминания о полученном удовольствии. Нагиня, словно почувствовав его взгляд, подняла голову, но прежде, чем успела увидеть АрВаисара, наагашейд за шиворот оттащил того от окна.

– Не стоит заставлять ее переживать, – с улыбкой сказал он. – Беременные женщины такие нервные.

Вампир рванулся из его хватки обратно к окну, чтобы убедиться, но наагашейд грубо откинул его в руки подоспевшей страже.

– Надеюсь, ты правильно понял ситуацию? – тихо спросил он.

– Наагашейд, – вампир рванулся из рук стражи. – Если вы хотите отомстить, то мстите мне. Вы сейчас обрекаете на медленную смерть весь мой род.

– О роде нужно было думать раньше, – улыбка исчезла с лица Дейширолеша, и взгляд его стал жестким. – А им нужно было больше внимания уделять деятельности своих членов. Теперь я обрисую, что ждет тебя и твой род. В лучшем случае, если вы будете хорошо себя вести, то через триста лет твой первенец вернет дар кому-нибудь из твоих детей.

Дейширолеш усмехнулся.

– Если, конечно, у тебя появится желание плодиться. В худшем случае твой род будет первым среди всех вампиров, кто откажется от услуг жрецов. Думаю, упоминать о том, что этого ребенка ни ты, ни кто-либо из твоей семьи никогда не увидит, не стоит.

Вампир дернулся, на его лице появилось отчаяние.

– Если подзабыл, напоминаю, что твой род уже дал нерушимое обещание обходить наши территории стороной, иначе смерть всем вам. Если вы посмеете нанять кого-то со стороны, чтобы украсть ребенка, то, поверь, я просто сотру вас с лица земли. Даже на тебя управа найдется. Всегда отыщется какой-нибудь смельчак-самоубийца, который прирежет тебя в твоих же землях. Ваши боги, кажется, своих детей не трогают?

Дейширолеш усмехнулся.

– Вот они расстроятся, когда придут мстить за тебя. Всего одна жертва и то, твой убийца.

АрВаисар сжал зубы и разъяренно посмотрел на него.

– Выбросите его за ворота к его родственникам. И проследите, чтобы они точно покинули княжество, – приказал Дейш страже и добавил уже для вампира: – И да, напомни своим родственничкам, что если им вздумается прибить тебя прямо за воротами, то от явления богов пострадает и их будущий жрец: вряд ли они будут разбираться и щадить одну беременную девочку. Доброго пути, АрВаисар.

Взбешенного вампира выволокли за дверь. В кабинет заглянул помощник и вопросительно посмотрел на наагашейда.

– А что делать с остальными пленными вампирами? – спросил он.

– Казнить, – пожал плечами Дейширолеш. – Прощать их у меня причин нет.

Помощник кивнул и скрылся. А Дейширолеш опять подполз к окну и посмотрел вниз на беременную нагиню, которая в этот момент ударила маленьким кулачком Есаша в живот. Парень только хмыкнул. Что ж, будет очень неплохо, если эта девочка и ее ребенок скроются за стенами рода Онсаш.

Ссадаши уже несколько минут стоял под дверью комнаты, где находились его братья. Наверное, они уже почувствовали его присутствие, но парень никак не мог заставить себя войти к ним. Хотя ему требовалось серьезно поговорить с ними.

Кто-то толкнул его в поясницу сзади. Ссадаши вздрогнул, обернулся и увидел любознательную морду Большого Красавчика, который до сих пор жил в лекарском крыле. Глубоко вздохнув, парень потянул дверь на себя и заполз внутрь. Звучащий в комнате разговор моментально затих, и братья напряженно посмотрели на него.

– Я поговорить хотел, – прямо и просто заявил Ссадаши.

Братья переглянулись, и Гоош кивнул ему, показывая, что они слушают его.

Ссадаши прислонился к стене и сложил руки на груди. Воцарилось молчание.

– Не знаю, как начать, – честно признался он.

– Если ты хочешь поговорить по поводу того, что стал наследником, то можешь и не начинать, – сказал Гоош. – Твое право на наследование никто из нас оспаривать не будет. Ты выиграл честно, хотя я и не считаю, что ты сильнее меня, но ты оказался умнее. А для главы рода это важнее, чем сила.

Ссадаши поморщился и открыл рот, чтобы что-то сказать, но Гоош продолжил.

– Признаюсь, мы не в восторге от тебя, – мрачно сказал он. – Ты всегда был слабым, всегда был обузой, всегда удостаивался наибольшего внимания со стороны отца и был причиной постоянных слез матери. Но ты наш брат, и никто из нас никогда зла желать тебе не будет.

Ссадаши озадаченно посмотрел на него.

– Ты меня, конечно, успокоил, – признался он, – но я пришел поговорить совершенно о другом.

Братья удивленно посмотрели на него.

– Мне нужна помощь, – наконец сказал Ссадаши о цели своего визита.

Братья переглянулись между собой и с недоумением посмотрели на него.

– Ты никогда не просил о помощи, – объяснил причину их удивления Даавлаш.

– А раньше она мне была и не нужна. Но теперь без вас я не справлюсь.

Братья взглянули на него с интересом.

– Я хочу заставить старейшин отметить традицию боев между братьями за титул наагалейя.

Наступила тишина.

– Это невозможно, – высказал свое мнение Гоош.

Ссадаши хмыкнул и протянул:

– Когда мне было тридцать, я думал, что никогда не смогу победить тебя в бою.

Гоош хмыкнул в ответ, оценив смысл фразы.

– У тебя есть план? – спросил он.

– Есть, – Ссадаши кивнул. – Но он вам может не понравиться.

Братья продолжали молча смотреть на него, и Ссадаши начал излагать свой план.

– Для старейшин важны две вещи. Первая: соблюдение традиций. Вторая: наличие наследника. Я хочу столкнуть их с выбором между поддержанием традиций и появлением наследника.

Братья непонимающе посмотрели на него.

– Мне нужно, чтобы вы отказались от наследования титула вообще, – наконец сказал Ссадаши, что именно он хочет от них. – Тогда я останусь единственным наследником рода и последним, кто сможет продолжить его. И выдвину старейшинам ультиматум: либо они отменяют эту традицию, либо наследника от меня они не дождутся.

Лица братьев стали ошарашенными. А Ссадаши приготовился ждать их решения.

Чанвашар глухо застонал и выгнулся дугой. Камень под его обнаженной спиной ощутимо нагрелся, тело налилось болью. Со всех сторон раздавались монотонные напевы женщин, что окружали алтарь. Внизу, у подножия, кто-то дико закричал, и Чанвашар ощутил, что сила, которая вливалась в его тело слабым ручейком, хлынула мощной рекой. На мгновение он ослеп от ужасающей боли и даже не смог закричать. А затем все резко прекратилось, и он остался дрожать на алтаре. Голый, липкий от холодного пота и дрожащий.

Нежные женские руки сжали его ладонь.

– Мой господин, как вы?

Чанвашар повернул голову и встретился с обеспокоенными черными глазами своей главной жрицы. Он не ответил и попытался подняться. Выходило плохо. Дрожащие руки не хотели держать его, все мышцы ныли. Женщина хотела помочь ему, но он глухо зарычал и продолжил попытки подняться самостоятельно.

Наконец он сел и обвел мутным взглядом фигуры, закутанные в черные плащи с капюшонами. Они стояли вокруг алтаря. На полу в начерченном мелом круге лежало изломанное тело молодого мужчины.

– Вон, – тихо сказал Чанвашар.

Жрицы тут же бесшумно разошлись и скрылись в многочисленных коридорах, которые расходились в разные стороны от алтарного зала. Стало так тихо, словно женщин тут вообще никогда не было. Рядом с Чанвашаром осталась только главная жрица. Она села на пол у него ног, с беспокойством смотря на его лицо.

– Мой господин, может быть, стоило повременить с проведением ритуала? – тихо произнесла она. – Ваше тело по-человечески слабо и может не выдержать.

– Я уже выдержал, – мрачно ответил Чанвашар.

– Но вы хотите провести еще два ритуала, – напомнила жрица. – И совсем скоро. Я боюсь…

– У меня нет времени ждать, пока это тело окрепнет, – слово «тело» он произнес с нескрываемым отвращением. – Этот мальчишка совсем скоро сможет раскрыть, кто я. Если он уже не догадался.

В глазах женщины мелькнуло отчаяние, но спорить она не посмела. А Чанвашар встал на дрожащие ноги и неуверенно прошел вперед, пытаясь понять, возросла ли его сила. Но пока он чувствовал только всепоглощающую слабость. Ну, ничего, осталось потерпеть еще немного. Он справится.