37

– И вы тут, капитан Медани? – Дон Горо шел на службу, но в скверике у дома на Горчичной встретил знакомую фигуру в фиолетовом мундире Тайной стражи. Так-то она тайная, но при исполнении в мундире. Как и прочие служивые. Был бы в штатском, дон Горо прошел бы мимо, глазом не моргнув.

– Мое почтение, дон Горо, – отозвался служащий безрадостно.

– Девочку хотели заполучить на опыты?

– Не на опыты! – Взвился капитан. – Для помощи!

– И вас наладил магистр Ямбир, – продолжил дон Горо.

Капитан фыркнул. Не то слово «наладил»! С лестницы спустил! На погоны не посмотрел! На предписание! Пользуется тем, что академия не подчиняется ни городским властям, ни военным! Уж эти научные привилегии! Он бы их! Капитан бессильно погрозил кулаком в сторону академии, куда часом ранее отправился довольный магистр.

– А мне вот шепнули, что все старшие курсы боевиков отправлены на практику. Вместо лета. А все средние клепают выпрямители даже на парах по истории магии!

– Донна Эухения оказала неоценимую помощь следствию, – нехотя признал капитан.

– Вам все мало? – ядовито спросил дон Горо. Нет, он сам хотел просить помощи, по подколоть силовика это ж святое!

– Нам требуется консультант! Ничего в этом позорного нет!

– А то как же. Конечно, нет. Я разве что-то против сказал?

– Дон Горо! Присутствие донны срочно требуется во дворце!

– Ага, ага. Только она оттуда сбежала, как потребовалась!

– Дон Горо! – Майор оглянулся, потоптался, затем попросил полицейского нагнуться. – Учтите, это тайна!

– Да у вас все кругом тайна! – Буркнул дон Горо. Однако его седые брови полезли вверх. Он в неверии посмотрел на капитана, которого знал еще лопоухим стажером в полиции. – Микеле, как же это? Травят?

Капитан развел руками.

– Сейчас. – Дон Горо решительно направился к дому.

– Не откроют, магистр запретил, – уныло заметил капитан.

Дон Горо нетерпеливо отмахнулся, прошел под стеной к окну и постучал в стекло. Два раза, затем через паузу еще два. Занавеска отдернулась, показалось лицо кухарки. Рама приоткрылась. Дон Горо встал на цыпочки и торопливо зашептал что-то кухарке. Та кивнула.

Дон Горо вернулся в скверик.

Через десять минут на крыльцо вышла Эухения в пальто и шляпке.

– Дон Горо, я ваш должник! – воскликнул капитан, делая знак вознице.

– Через три часа чтоб была дома! Профессор осерчает, если Дженни снова пропадет!

– Конечно-конечно, дон Горо! – капитан Медани подал руку девушке и сам запрыгнул в пролетку.

– Это что ж такое творится в королевстве? – Пробормотал дон Горо вслед. Нет, его участок впереди всей столицы быстро и тихо арестовал злодеев и пособников, ему уже дон Меер прислал благодарность. Только если б не Эухения и толстая почтовичка, ничего они не обнаружили бы! Шли по списку и забирали людей. Даже обидно, но другое ведомство ведь. А порталы закрыли. Временно. Сказали, что расширяют туннели для более габаритных посылок.

Неужто правда короля травили? Ужас какой! Дон Горо сделал обережный знак и отправился к себе в участок. Всех начальников и заместителей созывают к обеду на совещание в Управление полиции, авось, что дельное скажут.

Нищий, облюбовавший угол Горчичной и Песчаной, подхватил свою драную шляпу, ссыпал с нее мелочь в карман и быстро заковылял прочь. Ему приказали докладывать о чрезвычайном. Толстый пожилой полицейский, шепчущийся в окно с кухаркой, пока его ждет офицер Тайной стражи, это несомненно, чрезвычайное явление.

***

– Она меня задушит своими руками! Ни за что! – отказалась сразу.

Тщетно дон Меер уверял меня, что вся охрана дворца меня будет охранять. Вон, доохранялись уже, до болота в Луангве. Не хочу!

– Донна Эухения! Вас пытались похитить дважды, отравить один раз, расщепить порталом один раз.

– Думаете, надо разнообразить список удушением? Или ударом кинжала?

– Донна Эухения! У ее высочества дипломатический иммунитет! Я просто не имею права ее спрашивать, не нанимала ли она для вас похитителей! Кстати, одного мы уже взяли, благодаря вашей мысленной проекции. И служанку, которая пыталась вас отравить, отловили.

– Поздравляю, – безразлично отозвалась я.

– Донна Эухения! Она ведь на вашего мужа нацелилась! Раве вам не обидно? Не хочется отомстить? – Вкрадчиво спросил дон Меер.

– Не-а. Пусть делают, что хотят. Спят, танцуют, травят друг друга. С радостью разведусь.

– Раз-кха-кха-вод? – закашлялся вдруг дон Меер. Посмотрел изумленно.

Ответила ему спокойным взглядом.

– Хорошо. Но погулять-то вы по дворцу можете?

– Могу, – согласилась я. – А зачем?

– Экскурсантам не показывают тех покоев! Малахитовый зал, Стрекозья гостиная, Галерея Бабочек, Певческая капелла, Соколиный коридор, Морской зал, Яблочный будуар!

– Яблочный? – тяжело вздохнула. Когда я увижу свой яблоневый сад?

– Бронзовые яблони выступают из стен, кованые листики трепещут, а свет играет на золотых яблоках! Там зеленый чапильский длинноворсовый ковер имитирует траву! Это любимое место игр маленьких герцогов.

Глава Тайной стражи после вдохновенной речи даже слегка осип.

– Пока она на меня не кинется, вы не можете ей ничего предъявить?

– Даже если кинется, не сможем, – уточнил дон Меер. – Но депортировать и отписать о ее поступках, подкрепленных многочисленными свидетельскими показаниями, сможем. Ноту протеста заявим. Султан Иссаверней будет крайне разочарован. А когда он разочарован, он запирает провинившихся в сундук и сбрасывает в море или пропасть. Такая у него привычка, знаете ли.

– Я боюсь.

– Донна Эухения! Вашу безопасность будет обеспечивать самый сильный наш сотрудник!

– Не надо самого сильного. – Я задумчиво почесала нос. При дюжем лакее или гвардейце принцесса, максимум, пошипит. Надо безобидного охранника. – Есть у вас девушки на службе?

Дон Меер зашелся в восторгах. Искренних, надо сказать, потому что в кабинете остро запахло свежескошенным сеном.

Через полчаса передо мной стояла худощавая невысокая женщина под тридцать, в брусничном платье дворцовой горничной. Отлично, слуги для знати вообще не люди, их слова ничто перед словом аристократа. Может сработать.

– Мне к часу надо дома быть, – честно предупредила я.

– Вам в придворное платье переодеться надо! Времени совсем нет! – всплеснула руками лже-горничная Тереза.

Тереза, так Тереза, мне все равно, они свои-то подлинные имена помнят?

До гардеробной мы мчались галопом, задрав юбки и оскальзываясь на гладких плитках служебных коридоров.

***

Король давно не работал в парадном кабинете, но по пути к нему придворные привычно заполняли Камышовую галерею, названную так из-за позолоченных бордюров, имитирующих стебли камыша. Выше роспись изображала водную гладь, переходящую в небесную синь с пушистыми облачками. По потолку летели искусно нарисованные утки.

Придворные обменивались новостями, заключали пари, договаривались о браках и сделках. Если король пройдет, можно пожелать ему доброго утра, подать прошение, тут не возбранялось напрямую обратиться к монарху. Кого-то король мог сразу пригласить в кабинет и решить вопрос. Правда, король с весны болен, и вряд ли поправится, но привычка вторая натура, традиции двора соблюдались.

Его высочество Руэн волновался. Обильно потел, хрустел пальцами, дергал манжеты, перекатывался с носка на пятки.

– Вы меня не слушаете, ваше высочество? – Его лица коснулся край кружевного веера. Баронесса Дагли, с которой он пару раз провел ночь, широко раскрыла темно-карие глаза, демонстрируя огорчение.

Принц действительно не слышал ее слов. Кто их вообще слушает, этих придворных породистых шлюх! Она получила бриллиантовый браслет, чего еще?

– Я слушаю вас, дорогая Луиза, – прохрипел он, вытирая пот с висков.

Резидент сказал ему быть здесь и занять кабинет короля. Там государственная печать, бланки указов.

Он единственный дееспособный родственник, родной племянник короля, кузен принцев. Кому и подхватить упавшее знамя Кэллавейна? Пока наместником, затем монархом. Отец тоже не вечен. Объединить две страны… Фулливейн, например? Принц сладко зажмурился.

Король под утро умер. Но пока новость не облетела дворец, видимо, скрывают, избегают раскола и паники. Ему обещали, что умрет. Шепнули, что спит. Вечным сном, да. Король был заядлым жаворонком и никогда не спал до восьми!

Принц Ламберт в четыре утра умчался на охоту, там его найдет отравленный болт подкупленного егеря. Принцесса Ульрика от горя пронзит себя кинжалом, она ведь обожает мужа. Тоже отравленным, на всякий случай. Раза три пронзит, для верности. Хватило бы и одного удара, но Руэн настаивал, что надо больше, и не слушал никаких возражений. Бабы, они как кошки, живучие!

Принц Даэнир, как всегда, на границе и дорога к трону, таким образом, будет расчищена. Скорей бы!

А после он намотает на кулак черные волосы этой суки Эллибет и подтянет ее голову к паху. Лицо принца так перекосилось, что баронесса Дагли испуганно охнула и отступила.

– Простите, мой принц, меня зовет муж, – баронесса быстро затерялась в толпе.

Принц не заметил ее ухода, поглощенный Мечтой.

***

Камилло вертел проволочную штучку в руках. Серьезным артефакт не выглядел вот совсем. Стеклянная бусина, веревочка, изогнутая железка, обмотанная медной проволокой. Ерунда какая-то.

– Я думал, боевых артефактов доставят, наши на исходе.

– А ты не думай, за тебя начальство думает, – отозвался Бум, вытаскивая очередной ящик из пространства. – Цепляй и пошли. Дэн уже на опушке.

Камилло тяжело вздохнул и начал цеплять железки на ремень.

Даэнир вгляделся в сумрак под извитыми ветками. Дон Меер никогда фантазиями не страдал и свое место занимал по праву. Осторожный и внимательный. Теперь же он ссылался на слова Эухении. Боги, что может посоветовать эта наивная девочка? Предчувствия не заменят боевого заклинания. Но дон Меер настаивал опробовать новые артефакты. Что-то подобное они делали на втором курсе. Детская поделка.

Ладно, внеочередной рейд его не испугает. Вдруг что дельное получится добыть.

– Берегись! – Камилло толкнул его в бок, сбивая с тропы.

С дерева спрыгнула змеехырла, обвила парня щупальцами, клубок тел покатился по траве. Даэнир разозлился: кто тут черный маг?! Сколько раз просил не соваться под руки! Преданность прекрасное качество, но надо же головой думать!

– Не стреляйте, заденете! – Даэнир начал плести свето-шумовое заклинание, надеясь отпугнуть тварь. Авось, куртку не прокусила еще.

– А вот щас и попробуем! – Алессио дернул за веревочку смешной артефакт и швырнул его в заросли.

Ни вспышки, ни хлопка. Солдаты тревожно вглядывались в лес, ощетинившись клинками и копьями.

– Не работает бубуйня! Пропал парень! – Десятник выматерился.

Из кустарника раздался стон.

– Что это было, а? – раздался недоуменный вопрос Камилло.

Жив! Облегчение затопило душу. Все враз выдохнули, как одно целое.

Из высокой травы выступил Камилло. В одной руке он держал вяло дергающуюся змею, в другой тушку довольно крупного осьминога. Дохлого.

Осьминог в лесу? Глаза бывалых стражников полезли из орбит.

– Выпрямитель же! – Даэнир хлопнул себя по лбу. – Магическое искажение, артефакт разделил противоестественно соединенное! Они во всех лабораториях стоят!

– Змеехырлы, стало быть, змеи с морской тварью? – Высунулся Алессио. – Потому и злые такие, что лесное с морским не дружит?

– Брось змеюку, она хоть и стукнутая, вдруг цапнет, – посоветовал десятник.

– Это удав. – Даэнир прищурился. – Зеленый древесный удав.

– Он же оранжевый!

– Потому что молоденький еще. Позже позеленеет. Положи его на ветку, Ками, они по земле почти не ползают.

Поднялся гомон. Камилло аккуратно пристроил змею на развилку дерева.

– Слышите? Восьмилап ломится! – десятник поднял руку.

На лицах стражников отразился азарт.

Даэнир подбросил железяку в руке. Это придумала его жена? Откуда ей знать про элементарные магические предохранители?

***