63
Медового месяца не вышло. Мы просто не могли уединиться даже на неделю. Даэнир слишком недавно стал королем, многие хотели испытать черного мага на прочность.
Следующие несколько дней я развлекалась тем, что пугала придворных. Нет ничего приятнее, чем в платье служанки проскользнуть в гостиную, подать господам напитки или закуски, а потом составить список, кто не лоялен короне. Благо, что господа слуг в лицо не различают, для них это просто живая мебель. А мне тренировка. Не просто выявить тех, кто плохо пахнет, но и тех, кто пользуется артефактом сокрытия. Хорошему человеку зачем скрывать свои мысли? А плохих я не желала видеть во дворце. Они воняют! Все гадкие, подые, мелочные и алчные мыслишки отравляли воздух. Я даже заподозрила, что беременна, иначе с чего бы мне быть такой нюхливой?
Но нет, оказалось, что количество тренировок перешло в качество, моя чувствительность еще немного подросла. Вот говорят, что магия половым путем не передается… вранье! Сильному одаренному партнеру ничего не стоит поднять слабосилка на несколько уровней. А слабому, когда тебя держат и направляют, намного проще развиваться. Если партнер в тебе заинтересован. А Даэнир не только определенный орган, не только энергию и магию, он душу вкладывал, и я это очень ценила. Быть замужем оказалось не так уж страшно.
Вот королевой быть было намного труднее. Это означало держать в своих лапках двор, а это несколько сотен придворных, сотни слуг, чиновников разных ведомств, министров, советников, послов и дипломатов. Если слуги и так старались, за жалованье, то придворные дамы упорно стремились поточить об мою шкурку коготки. Дуры завистливые! Никогда не понимала этого бабского стремления напакостить просто так, потому что можно напакостить. Меня упорно величали сельской выскочкой, бездарной провинциалкой и неотесанной деревенщиной.
Если шипеть и фыркать на королеву в открытую они все же побаивались, то за спиной сплетничать не стеснялись. А у каждой еще была родня разной степени многочисленности и богатства, и это было самым трудным. Смотреть на хорошенькое пустое личико и сразу вспоминать, кто ее отец, кто брат, кто дядя, с кем они дружат, кто их поддерживает, кто враждует и насколько лично мне это семейство нужно и выгодно.
Пришлось картотеку создать. Сначала я записывала сведения на больших листах, но стала путаться в линиях тонких, жирных и пунктирных, пришлось перейти на карточки вроде библиотечных каталогов. Дон Меер увидел, восхитился, идею подхватил и присвоил. И главное, королеве ничего не полагается за усовершенствование, это же ее страна и ее чиновники!
Я очень-очень поняла королеву Валечиа, которая набирала штат фрейлин исключительно из сиротского приюта для благородных девиц. Насколько же меньше проблем! И следить за ними во время учебы легко, выбрать посметливее и пошустрее девушек, и главное, голова не болит, что ты обидишь главного казначея или на тебя затаит злобу первый камергер или обер-шталмейстер. Лет пять побегает сиротка за королевой, та ее замуж выдаст, как выслужила, за богатого и знатного, или не слишком заметного и не очень богатого. И опять же, уже целая семья обязана королеве своим счастьем, никто косо не смотрит, обидные стишки не сочиняет.
В артефакторный центр я ездила намного реже, чем бы мне хотелось, но я решительно не успевала. Вставать приходилось в пять утра, чтоб успеть уроки выучить! А еще прошения, жалобы, проекты законов, доносы, парадные трапезы, приемы большие и малые, совещания, на некоторых я даже присутствовала, Даэнир попросил.
После одного из совещаний я озверела и потребовала церемониймейстера разработать новый регламент. В присутствии короля любое сообщение или доклад длится десять минут, обсуждение двадцать. Не успели, значит, должности не соответствуете. Устраивают базарные склоки, а Даэнир вынужден это часами выслушивать!
Дон Орт Даэро справился в кратчайший срок, я осталась им очень довольна. Очень компетентный дядечка, а уж как рожи вытянулись у болтунов и пустобрехов! Теперь совещания проходили в бодром темпе и не занимали по полдня. Даэнир был мне весьма признателен. Он, оказывается, боялся обидеть отцовских ставленников неуважением. Люди работали, заслужили почтение, затыкать им рот невежливо. На это я ответила, пусть на завалинке балаболят, раз такая потребность высказаться.
И объем бумаг я тоже решительно сократила. Доклад – три страницы. Не буду читать по сорок листов очередного словоблудия! Не диссертация! Делопроизводители, секретари и переписчики обрадовались. А освободившееся время приказала использовать для повышения образованности. Пусть языки учат! Экономику и право. Хоть рыбоводство!
В Лундази целая широченная дельта Деймы с миллионом проток и озер, а никто ни уток, ни рыбу не разводит, все в море ловят, полагаясь на удачу, а не на расчет. Приезжал префект Лундази, жаловался, что рыба ушла, голодно им стало! А подумать своей головой? Ведь и крабов, и креветок, и прочих ракушек прекрасно можно разводить! Вместо денег префект получил выволочку и кучу рекомендаций, вместе с садком огненных крабов. Чего добру пропадать?
Пообещала приехать и проверить лично, как он справляется.
В общем, я сунула нос почти в каждую отрасль, после чего начальники ведомств и гильдейске старшины делали обережные знаки и просили перевести их в более спокойные места, например, ловцами нечисти в Чародейный лес.
Весна очень быстро и незаметно кончилась. На лето я решительно отказалась переезжать с двором в летнюю резиденцию. Что мне там делать? Придворные и так запуганные, заикаются, вздрагивают и писаются после всех проверок, учиненных тайной службой, и разгона, сделанного мной. Пусть немного в себя придут.
Даэнир объезжает пограничные крепости. А у меня своя резиденция есть!
Магистр Ямбир мне лично настроил амулет переноса, так что мы с девчонками перенеслись в мое поместье вместе с багажом. Девчонки – это кончно, Тереза, Эрика, Ирис, Камилла, Ирма и Солейн. Банда, обрушившаяся в один миг на мирное и тихое поместье, к ужасу Мар Абеши. Ему пришлось спешно бриться! Доставать чистые рубашки и пристойные штаны без дырок и пятен. И даже, о ужас, надевать одинаковые носки!
– Ваше величество! Я хотел бы показать вам результаты опытов!
– Ну, хоть ты не начинай? Тут никаких королев нет! Дженни!
– Как прикажете, ваше…
– Эммет, не будь занудой!
Мы с девчонками пробежались по дому, вытаскивая грязные носки из-под кроватей, собирая тарелки с засохшей едой и чашки с пушистой плесенью. Ученый ведь! Фанатик. Где мысль осенила, там и все бросил. А что один мужчина не может захламить целый дом – это иллюзия. Может!
Поэтому наш летучий отряд методично навел чистоту и порядок в каждой комнате, кухне и подвале. Шутка ли, четыре мага в команде, из них два бытовика, перешедшие на второй курс! Покрывала на кроватях вздрагивали и вытягивались по струнке, приобретая прежний цвет и фактуру, шторы лишались пыли, стекла начинали блестеть, а мебель сиять свежим воском с запхом лимона. Белье утратило пятна и разводы, и послушно заняло веревки в сушилке.
Мы поделили дежурства по дому и кухне и начали наши каникулы.
Купались в речке, брызгались, хохотали и дурачились. Бродили по всей округе, заглядывали под каждую яблоню, лопали черешню и плевались косточками. Эрика движением пальчиков рыхлила землю в саду и говорила, что это намного проще, чем копать котлованы. Вечером мы зажгли костер и жарили хлеб и сардельки, нанизав их на палочки. Какие же они были вкусные, эти полуобгоревшие сардельки, лопнувшие и залившие хлеб мясным соком! Эрика впервые оказалась без присмотра строгой родни и восторженно вздыхала, глядя на звездное небо, а Ирис носилась по всему саду, визжа от радости и высоко подоткнув юбки. Ирма и Салли радовались умеренно, они были из простых семей и такой досуг был им знаком. Но как не похихикать над аристократками, впервые увидевшими рогатую жабу? Тереза тихонько смеялась в кулак над едва не упавшими в обморок аристократками. Камилла, чуть скривившись, заметила, что если дамы орут в унисон, не жалея чужих ушей, так могли бы делать это помузыкальнее, непример, держать терцию или квинту.
На следующий день мы посетили Нейл-Аус, познакомились со старостой.
– Почтенный, как вышло, что за поместье налоги девять лет не платились?
Староста рот открыл и глаза выпучил. Затем пришел в себя и завозмущался.
– Да как же, юная госпожа Нейл, не платились?! Все до копеечки учтено и уплочено! У меня все записано!
Я потерла руки и устроилась над счетными книгами, пока девочки гуляли по деревне. Когда они вернулись, староста тяжело дышал и утирал платком пот, крупный, как горох.
– Я довольна вами, почтеный Румбек. Вы воруете, (тут староста испуганно пискнул), но делаете это по чину. Желаю, чтоб вы и дальше не превышали этого лимита, если хотите оставаться старостой.
Староста шумно выдохнул.
– Надеюсь, если встретите моего бывшего управляющего, вы его задержите? Он мне немного много денег должен.
– Непременно, ваша милость, непременно! – староста был готов обещать что угодно, лишь бы я ушла. Но счел нужным предупредить:
– Ваша милость, вы бы не бродили без охраны по округе, весной из каторжной тюрьмы сбежали заключенные, и дезертиры бывают, из крепости Кумра бегут. Плохо такая встреча кончится. У нас и мужики пропадали, и девушки. Три дня назад семья гончара поехала на торг в Аноа-Коэс, и запропала с телегой и товаром.
– А отчего бегут из крепости? – нахмурилась я. Луангва тоже не подарок, но там все друг за дружку держались, комендант, как родной отец был бойцам, не говоря уже о донне Ярве, норовящей в каждую порцию по две добавки впихнуть.
– Очень уж там начальник гарнизона злющий, любит наказывать солдат, одного недавно повесить приказал за самоволку.
У меня полезли глаза на лоб. Повесить? За самоволку? Надо немедленно сообщить Даэниру. Пусть инспекцию пришлет, выяснит, что это за лютый блюститель устава выискался.
Мар Абеши не подкачал. Доработал яблоки так, что они, по расчетам, должны были обладать сильным оздоровительным и омолаживающим эффектом. Скрестил магией свойства Золотого горного корня и лесной лианы коцельта, ягоды пяти вкусов, с яблоками. Ускорять созревание мы не решились, но смотрели на зеленые яблочки с алчным нетерпением.
Линда носила на спине выводок пушистых разноцветных паучат, и Эммет обещал, что помощники к сбору урожая как раз подрастут и окрепнут. Маг и с овощами порезвился: фиолетовые сладкие кабачки и синяя острая морковь нас немало позабавили. Вот помидорки, мелкие, как вишня, нас огорчили. Попробуй с таких кожицу снять!
Мы ходили за лекарственными травами. Оказалось, что у Солейн бабка самая настоящая деревенская травница, поэтому она важно объясняла нам, какое растение для чего применяется, как его собирать и сушить. Грибы мы тоже собирали, я умела их солить и мариновать, в монастыре научили. Орехи еще не поспели, но мы приметили заросли лещины, чтоб вернуться туда позднее, к концу лета.
– Дженни, это же твой лес? – спросила Ирма, когда мы возвращались с корзинкой длинных ягод синей лозы. Она поспевает раньше земляники, а мы задумали испечь пирог с ягодой.
– Мой, – кивнула я, кусая травинку мятлика.
– А что тогда тут делают эти мужики с оружием? Охотиться ведь сейчас нельзя!
Я уставилась на небольшую толпу оборванных грязных мужиков с недоумением. Мои крестьяне такие оборванные не ходят. Не сказать, что прямо все румяные крепыши, но никто не голодает. Я восемь коров в село купила, чтоб молока хватало всем детям. Общинный хлев в порядке содержится. Староста сыроварню уже заканчивает строить. А над зерном для нового посева обещал поколдовать Мар Абеши.
– Это не лесорубы, – вздохнула Тереза, аккуратно ставя корзинку поодаль. Она с хрустом размяла пальцы. – И не углежоги.
– Какая удача! Ты посмотри, Кай, какие цыпочки! – сказал один, с неопрятной щетиной. – На всех хватит!
Ирма и Салли всхлипнули и вцепились друг в друга.
– Жалко, что денег с них не стрясешь, кто же с деньгами в лес ходит, чай, не ярманка, – вздохнул второй, облизывая сальными взглядами Ирис, самую пышную из нас.
– Одеты слишком хорошо, сережки и браслетики на них… давайте-ка раздевайтесь, девки, а то мы подмогнем, – приказал первый.
Одеты мы были удобно, в укороченные юбки, штаны под них, и высокие сапоги. Мало ли, гадюка в траве или лужа на тропинке. Но украшения были. Ар-ристократки! Я им говорила, что потом свои цацки будут сами искать по всем кустам. Но они ощущали себя голыми без них.
– Я хозяйка этой земли. Если вы уберетесь с нашей дороги, обещаю вам честное расследование и справедливый суд, – выступила вперед.
Мужики глумливо захохотали. Затем начали высказывать предложения, что и как они со мной сделают. Фантазия у них была небогатая, а за выражения матушка Селина приказала бы вымыть рот с мылом.
– Готово, Дженни, – прошептала Эрика сзади. Земельная магия не слишком быстрая, ей требовалось время.
Главарь протянул ко мне руку и в этот момент Эрика хлопнула в ладоши.
Все разбойники тут же провалились в землю по пояс. Сверху на них упал ствол старой березы. Стоны и проклятия огласили лес.
– Магички, чтоб их! – вожак рывком почти выбрался из ямы, размахивая огромным тесаком.
Свистнула палка в руках Терезы. Она вращала ее так быстро, что движения сливались в один круг.
Остальные возились в своих ямах и вдруг дружно заорали, скрючиваясь. Вожак на миг отвлекся, и Тереза приложила его по голове.
– Не будет больше маленьких обижать! – сказала она, пнув поверженного врага в бедро. – Не отвлекаемся, вяжем! Что застыли? Пояса снимайте!
– А чего они так орали? – спросила Эрика. – Я ничего не делала.
– Это, наверное, я, – смущенно ответила Ирма. – Я заклинание стирки и сушки использовала…
– На живом объекте? Ой! – расхохоталась Салли. – А я из кулинарии заклинание острого перца распылила…
Теперь стало понятно, почему злодеи так чихали, отплевывались и кашляли.
– Девочки! Вы живы?! – Мар Абеши с топотом вырвался из кустов.
– А вы как? – удивилась я.
– Вестника послала, как только березу обвалила, – призналась Ирис, ковыряя мыском сапога тропинку.
– Я вас уже боюсь, – призналась я. Это же надо, а притворялись такими тихими и скромными девочками!
– Разбойники? – обрадовался Эммет. – Мне как раз нужен материал для опытов! Я все-таки магистр черной магии!
Воздушной петлей Эммет доставал злодеев одного за другим и связывал заклинаниями пут. Магистр ловко сцепил их между собой и приказал топать из леса. Душегубы кричали, что не надо их на опыты, они во всем признаются, пусть их повесят!
– Да, шли по лесу и вместо беззащитных девушек встретили черного мага… невезучие разбойники какие-то, – вздохнула сердобольная Салли.
Явление вереницы бандитов в деревне вызвало фурор. Все побросали работу и следовали на нами, вытаращив глаза и бурно осуждая событие.
– Почтенный Румбек, крепкий сарай у вас имеется? Или погреб? – спросила я старосту. – До прибытия стражи разместить негодяев.
Староста кивал и делал обережные знаки. Затем немного пришел в себя и начал тыкать пальцами.
– Этот явно каторжник, этот тоже, видите, следы от ножных кандалов? Этот вот дезертир, а это… это ж наш Симон! Его казнить приказал начальник гарнизона Кумры.
Палец старосты указал на самого молоденького из бандитов.
– У него мать больная, вот он и сбегал, – крикнул кто-то из толпы. – Воды наносить, справить по дому чего...
– А вы куда смотрели? – Напустилась я на старосту.
– Соседи забегали, но ведь у каждого свои семьи и дела… никто сидеть весь день в избе у болезной не будет.
– Эй ты, дезертир! – подошла я к нему. – На меня посмотри! Убивал людей?
Уши солдатика были красные. Он глаза так и не поднял, но помотал головой отрицательно.
– Он вчера только пристал к нам. – Подал голос вожак.
Мысли дезертира были полны стыда и горького, как полынь, страха.
– Селяне! Если вы за него поручитесь, я прикажу его отпустить. Пусть к матери идет. К сожалению, среди нас нет лекарей и целителей.
Народ загудел. Симона отпустили, все равно ему деваться было некуда, остальных заперли в порубе.
Ирис пришлось потрудиться, отправляя весточки Даэниру, бургомистру и начальнику стражи в Аноа-Коэсе. Что это за тюрьма, откуда заключенные бегут? Безобразие! Кроме инспекции ближайшей крепости еще и тюремное ведомство придется встряхнуть и проверить.
Умею я себе работу найти. А ведь всего-то в лес пошли за ягодкой.