Глава 24

Меня разбудил стук в дверь. Думала, что не засну, ведь для спокойного беззаботного сна было слишком много сомнений и гнетущих мыслей. Но в объятиях Лайфа было спокойно. Все еще. И к утру я спала так сладко, что даже пропустила момент, когда он ушел. А теперь от нового стука резко подорвалась с кровати, закутавшись в одеяло. Пошла открывать.

Лайфорд со скучающим видом подпирал косяк, держа в руках картонную коробку.

— Оу! — не удержалась от колкости. — Как Ава?

— Не такая зараза, как ты, — уколол он в ответ с гаденькой ухмылочкой. А потом чмокнул меня в губы и прошел мимо. — Я принес тебе кое-какие вещи. Девчачьи.

— Ты шутишь? — поразилась я, когда он поставил коробку на кровать и начал доставать из нее одежду. Первым на свет показалось симпатичное бежевое платье в пол. Оно замечательное, но… — Ни за что не надену шмотку твоей бывшей подружки.

Лайф вмиг нахмурился и недоуменно посмотрел на платье.

— А что такого? — он даже поднес его к носу и принюхался. — Оно все еще пахнет ею, но ты быстро привыкнешь к запаху. Даже замечать не будешь.

Я пораженно охнула, не веря, что он действительно не видит проблемы. Руки так и зачесались врезать ему. Я начала осматриваться, и взгляд застыл на подносе с едой, к которой я вчера так и не притронулась. Железный колпак подойдет прекрасно. Я уже даже слышала звон от врезания металла в голову канадца. Но он остановил меня раньше, чем я подняла руку.

— Я шучу! Шучу! Просто иди сюда.

Когда я не сдвинулась с места, он обреченно вздохнул и закатил глаза.

— Оно моей мамы, ясно?

Кажется, теперь не врал. Сложив руки на груди, я подошла ближе, а он приложил платье к моим плечам и опять нахмурился.

— Точно ее? — спросила я и принюхалась. Запах был похож на его, но не такой резкий. — А ты… Ну, ты не против?

Лайф послал мне недоуменный взгляд.

— Нет, я принес его похвастаться. Мне оно пойдет куда больше!

Я выхватила у него платье, а он тут же дернул одеяло, полностью меня оголяя. В целом, оба остались довольны. Платье пришлось мне в пору, и я не хотела думать, что это нечто особенно для Лайфорда — дать девушке вещь покойной мамы, самого близкого человека. Но, наверное, так и было. Я повернулась к нему спиной, молча прося застегнуть молнию, и он оставил несколько нежных поцелуев вдоль моей шеи, прежде чем помочь мне.

— Не думай, что если ты такой милый, то я прощу тебя.

— Но ты уже простила. — Мистер самоуверенность! Поищите такого же, и не найдете.

— Вовсе нет. Я просто отсрочила свое возмездие. Ты очень пожалеешь, что привез меня сюда.

Он не ответил.

— Что еще в коробке?

Я потянулась к ней, и Лайф помог достать остальные вещи. Там был также огромный мягкий свитер — его. Несколько пар новых носков и домашний костюм из штанов и кофты — женские. А еще какие-то милые вещички. Шкатулка с резьбой, статуэтка в виде медведицы и рамка с фотографией. Последнее меня особенно умилило. На фото был маленький Лайф в возрасте лет так десяти, не больше. У него были огромные кривые зубы, дурацкая челочка, и он смешно морщил нос.

— О нет! Это слишком мило! — поддразнила я. — Перебор, Лайф. Чего ты добиваешься? Чтобы я спала с этой фоткой в обнимочку?

Он улыбнулся и выхватил у меня рамку. Поставил на прикроватной тумбе и развернул так, чтобы я, лежа на кровати, видела фотку.

— Пусть стоит здесь. Обнимать тебе есть кого.

— Это все вещи твоей мамы? — уточнила я, когда он начал расставлять их по комнате. — Почему ты не взял их с собой?

Он задумчиво вздохнул.

— Ну… Наверное не хотел принимать тот факт, что альфа всерьез решил оставить меня без семьи. Думал, перебесится и позовет обратно через неделю. Месяц максимум.

— Почему тебя изгнали?

Лайф поставил шкатулку на туалетный столик и уперся о него.

— Потому что не привел тебя.

Да… Теперь это не звучало так уж зверски. Скорее с горьким привкусом, абсурдно. Но я принимала это с холодным спокойствием. На удивление.

— И почему ты не привел меня?

— Не придумал, как выманить. Ты была в стае Колтона и не собиралась покидать ее. Я хотел проникнуть и украсть тебя, но Клод предвидел, что в таком случае Колтон поймает и оторвет мне яйца. Буквально. Он получил видение.

Я хмыкнула и покачала головой.

— Кажется, не в одном из вариантов у нас бы с тобой не произошло здорового и адекватного знакомства.

Лайф поджал губы и медленно покачал головой.

— Только через задницу.

Я скрыла улыбку и подошла к нему под предлогом пощупать и рассмотреть шкатулку. Но на самом деле я хотела быть ближе. Это ведь плохо? Это очень плохо для меня.

— Открой, — произнес он, стоя все в той же беззаботной позе. Вот только возле мужчины сгустился, аура излучала напряжение. Кажется, кто-то нервничал.

Открыв шкатулку, я увидела безумно красивый кулон на золотой цепочке. Кулон в форме небольшой клетки с лунным камнем внутри. Я удивилась, откуда знаю, что он лунный, но готова была поклясться, что это он самый. И, конечно, не могла отвести глаз, он завораживал. Я провела по золотому изделию пальцем и улыбнулась.

— Опять хвастаешься?

— Нет. На этот раз подарок.

Лайф скользнул своими пальцами по моим, взял цепочку из шкатулки и встал у меня за спиной, чтобы застегнуть замок. Когда он закончил, и наши взгляды встретились в отражении, мы оба подумали об одном и том же. Клянусь! В глазах Лайфорда читался секс, которым мы занимались вчера перед зеркалом. И он мысленно повторял все это сейчас. Трахал меня взглядом, а чувствовалось как вживую. Я вспыхнула как спичка.

— Опять этот сексуальный румянец, — прокомментировал он, и не разрывая зрительный контакт, начал целовать шею. — Так бы и съел тебя. Но альфа ждет.

Я обреченно застонала и закрыла глаза.

— Вечно ты все портишь!

— Ты будешь послушной? Пожалуйста?

— Не могу обещать, — со вздохом ответила я. — А ты будешь рядом?

— Конечно.

Он сплел наши пальцы и медленно потянул меня к двери. Сам не хотел идти, я же видела.

— Тебе не нужна эта стая, Лайф. Ты здесь сам как в клетке.

Вместо ответа горький смешок. Как будто он все понимал, но не знал, как иначе. Или знал, но не хотел мне говорить. Все та же пропасть между нами. Секс и вся его нежность создавали мост из веревок. Но разрушить его мог кто угодно без особых усилий.

В огромной столовой никого кроме Харрисона не было. А на длинном столе стояли только две тарелки с приборами. Либо меня не собирались кормить, либо…

— Садись, Тарин, — произнес альфа, нарезая стейк. Отправив кусок в рот, он только сейчас поднял на меня глаза и придирчиво осмотрел. Затем перевел взгляд на Лайфорда и хмыкнул. — Ты так и собираешься ходить за ней хвостом или, наконец, возьмешься за дело? Я жду пятерых ищеек. Сейчас же.

— Я думал, они нужны тебе после завтрака, Харрисон.

— Прекрати думать и выполняй приказы, — грозно заявил главный Хейл. — Или ты забыл, что ты здесь делал всю жизнь?

Не выдержав всего этого, я с натянутой улыбкой повернулась к Лайфу, задавая немой вопрос: «Ты все еще хочешь, чтобы я была послушной? Или все же послать его к черту?»

— Они уже здесь, — ответил он раздраженно и мягко подтолкнул меня к столу. — Ждут на улице. Я позову.

Харрисон не заслуживает его преданности.

Когда я села, альфа молча кивнул на еду в моей тарелке. Там был стейк средней прожарки, вареные овощи и бобы. Я была так голодна, что не стала возражать. Но прежде чем закинуть первый кусочек в рот, все же задала вопрос.

— Значит, выполнять приказы альфы, главная цель в жизни для оборотней?

Он не посмотрел и не ответил. У него все же был талант заставлять чувствовать себя частью мебели. Я съела еще несколько кусочков, но остальное просто не лезло в горло от возникшего напряжения. А этот старый урод беззаботно прожевал свое мясо и заговорил вновь лишь когда дверь распахнулась, а в столовую начали заходить самцы. Пятеро огромных, как на подбор самцов. Определенно, другие медведи стаи. Все широкоплечие, высокие и как факт красивые. Словно я попала на конкурс «Мистер Вселенная». Они прошли вдоль стены и остановились с другой стороны стола напротив нас с Харрисоном. Цепочку завершал Лайфорд, и выражение его лица было просто зверским.

— Прежде всего, Тарин, я должен обучить тебя правилам, — произнес альфа, продолжая беззаботно нарезать стейк. — Я задаю вопросы, ты отвечаешь. Ты не обращаешься ко мне, если я не позволю. Пока ты не научишься соблюдать эти правила, поговорить нам с тобой не удастся. Уяснила?

Я послала Лайфу взгляд исподлобья, и лишь потом ответила.

— Да.

— Лайфорд. Тебя ждет Клодий, — произнес альфа, намекая, что ему пора. Вот тут уж я уставилась на него во все глаза. Он же не собирается оставить меня на всех этих мужланов? Одну? Паника подкатила к горлу.

— Он ждет меня вместе с Тарин, — ответил он хладнокровно и продолжил стоять на месте, сжимая челюсти.

— Видишь? — спросил Харрис со зловещим смешком. Ничего хорошего ни его вопрос, ни тон не сулили. — Лайфорд самый непослушный и неисполнительный оборотень стаи, но он все равно знает правила.

Атмосфера резко заплыла гневом, исходящим от альфы, и остальные парни заметно напряглись. Некоторые даже начали издавать шипящие звуки. Он пытался подавить их ментально.

Я не придумала ничего лучше, как «случайно» опрокинуть стакан, чтобы залить штаны Харрисона. Но его реакция оказалась поразительной. Он поймал падающий стакан, словно это ему ничего не стоило, поставил его возле моей тарелки и заявил:

— Выбирай.

— Что? — я недоуменно проследила за его взглядом и только тогда поняла, что он имеет в виду парней.

— Правила, Тарин. У каждой зрелой самки стаи должна быть пара.

— Харрис! — позвал Лайф, но альфа его перебил так, будто его здесь и не было.

— Обычно самцы выбирают пару, — обратился альфа ко мне, давя на парней своей силой еще больше. Теперь один из них даже взревел и упал на колени. — Но у тебя особая привилегия. Ты моя племянница. Выбирай. Девида не советую. Как видишь, он слабее остальных.

Он махнул на того, кто упал, а потом улыбнулся, когда на коленях оказался еще один.

— Это Джозеф.

— А что если я не хочу выбирать? — спросила я. Лайф на это и вовсе рыкнул. Но я смотрела на альфу, отмечая его реакцию и ожидая ответа.

— Тогда с тобой произойдет все то же, что и с остальными девицами стаи. Выберут тебя.

— Я же чертов метис! — вот тут уж я рассмеялась. — Кому я нужна?

Харрисон на это широко улыбнулся.

— Им. Они все изъявили желание взять тебя в пару. У каждого уже есть по одной или больше жен, которые родили им здоровых чистокровных наследников, чего не сможешь сделать ты. Ты, моя девочка, неудачная шутка природы и моя проблема, которую я собираюсь решить самым гуманным способом. У тебя не будет потомства. Но ты все еще можешь прожить достойную и даже счастливую жизнь. Просто выбери себе самца, который позаботиться о тебе.

Подобрав отвисшую челюсть, я до боли сжала губы и посмотрела на Лайфорда.

«И как тебе это, а? Хочешь, чтобы я была послушной и выбрала?»

Он смотрел на меня с тем же вызовом. Мол, «Ты же можешь выбрать меня, в чем проблема?!» Да, действительно.

— Лайфорд считает, что мы пара, — произнесла я. Хотя на ответ это не очень походило.

— Лайфорд не входит в список претендентов. Я пообещал его покойной матери, что позабочусь о ее единственном сыне. Соответственно, у Лайфорда будет пара, которая родит ему чистокровное потомство. Не ты. И к тому же, разве ты захочешь быть парой того, кто привел тебя сюда как приманку для более крупного зверя?

Я метнула недоуменный взгляд на Лайфа, и то, что отразилось на его лице, нельзя было назвать ничем другим кроме как безысходностью. Сожалением. Тоской.

— Хм… Разве он не рассказал тебе о пророчестве? — удивился альфа. — А я думал, что раз он считает тебя своей парой, то подготовит к тому, что, в конце концов, я убью твоего брата. Видишь ли, есть одно старое пророчество, которое гласит, что метис свергнет меня и займет мое место. Но разве я могу позволить подобной глупости случиться? Речь, конечно, о Колтоне. Он из вас единственный, кто смог бы бросить мне вызов в будущем. Сейчас, пока он недостаточно силен для меня, я должен изменить судьбу. Эрик был хорошей приманкой, но ему удалось сбежать. Лайфорд должен был присматривать за ним и прозевал. За это получил наказание. Но исправился, когда привел тебя. Теперь приманка ты, Тарин. И на этот раз я своей ошибки не повтор, присматривать за тобой будет другой ищейка.

Мы с Лайфордом смотрели друг на друга, а слова альфы в этот самый момент нещадно рвали все те мостики, что мы выстроили. Все наши связи. Все до единой.

— Выбирай, — повторил альфа. Я в это время пыталась просто дышать и не свалиться со стула.

— Пророчество? — переспросила я, и в моей голове мельком пролетели какие-то образы и звуки. Котелок с кипящим варевом, женский заливистый смех, какая-то девушка позвала меня по имени, а потом с обвинением заявила: «Жизнь подкинула тебе раскаленных камней под ноги, но вместо того, чтобы сплясать ламбаду, ты просто стоишь и позволяешь своим ступням гореть».

Эти слова так сильно зацепили меня. Я прокручивала их снова и снова, находясь в реальности лишь наполовину.

— Ему больше лет, чем тебе, — ответил альфа, беззаботно запивая еду вином. — Старая ведьма, которая служила моему отцу, оставила перед смертью нелепое предсказание. Якобы нечистокровные отпрыски моего младшего брата, рожденные вне стаи, вернутся сюда и займут мое место. Мы с твоим отцом Джеремаем были дружны в детстве. Он не верил в эту чушь, для него связь с какой-то волчицей была так же омерзительна, как и мне.

С этими словами он поднял глаза на Лайфорда, смотря на него с неприкрытым осуждением. Ведь я тоже была отчасти волчицей. Чем-то мерзким и постыдным в глазах альфы.

— То, что произошло с моим братом, я не могу назвать никак иначе, как помешательством, — продолжил альфа зло и на этот раз уставился на меня, как на причину своих бед. — Я бросил вызов альфе той стаи, где жила твоя мать. И он проиграл, а все его оборотни стали моими. Мне волки ни к чему, я отдал их своему союзнику в обмен на поддержание мира между нашими стаями на сотню лет. Вудворду. Слышала о нем?

То, как Харрисон вопросительно поднял бровь, и как в его глазах мелькнуло садистское удовлетворение, заставило мое сердечко сжаться в болезненный комок.

— Бесполезный кусок дерьма, — продолжил он. — Не продержался и двадцати лет, как его уничтожили. Но твоя сука мать даже не попала к нему. Джеремай тихо вывез ее и спрятал на нейтральных землях. Нашел какую-то ведьму, которая дала волчице маскирующее зелье. И потом приезжал к ней из года в год и делал новых ублюдков. Знал о гребаном пророчестве и все равно предавал меня!

Харрисон стукнул бокал об стол, припечатав его ладонью. Ему было плевать на кровь. Мне тоже. Я смотрела ему в глаза со всей ненавистью, что скопилась за годы к этому гаду. Он знал, что я его ненавижу, не мог не знать. И ненавидел меня так же.

— А когда я узнал о вас, он вас спрятал, — продолжил он цедить каждое слово. — Сам пришел ко мне на ковер. Встал на колени и начал просить о прощении, заверяя, что всех метисов убил. А твоя мать, эта дрянь, она просто околдовала его. Он не ведал, что творил. Десять лет! Знаешь, как я поступил с ним тогда?

— Убил, — ответила я, и по моим щекам покатились слезы, которых я уже даже не чувствовала. Или привыкла к этой горечи, что застыла комом в горле.

— Разорвал на куски, — в красках описал этот урод. — На глазах у всей стаи, чтобы никому повадно не было. Чтобы все запомнили, какая участь ждет любителей замарать нашу кровь.

Он заслуживал смерти. Видит бог и все силы вселенной, что столь темной душе нет места в этом мире. И, черт возьми, если это пророчество правда, то пускай оно сбудется как надо. Я буду только рада, если Колтон убьет урода. Харрис поднял ладонь, вытащил из нее осколки и начал обтирать салфеткой.

— Признаться, с годами я стал мягче. Попади Джеремай ко мне сейчас, возможно, я бы сохранил его жизнь. Я был слишком расстроен его предательством, поглощен яростью. О чем сейчас жалею. Все же он был моим братом. И в знак моей любви к нему, я пообещал себе пощадить тех его детей, которые присягнут мне на верность.

Он злобно усмехнулся.

— Эрик и Колтон отказались. Я давал им шанс. Даю его теперь и тебе. Ты можешь выбрать себе самца, принять меня, как своего альфу. И тогда живи себе спокойно в стае, доживай свой срок.

Я улыбнулась, послала эту злую, горькую ухмылку Лайфорду. Он смотрел на меня с каким-то отрешенным тихим ужасом.

— Скажи мне только одно, дядя, — попросила я. — Ты посылал своих ищеек, чтобы те нашли и убили нас с Колтоном, когда мы были детьми?

Он развел руками — я увидела боковым зрением, но смотрела исключительно на Лайфа. Мне надо было видеть его лицо, когда он услышит правду от альфы.

— Кто бы не сделал того же, будь он на моем месте? Убрать врагов, пока они еще не обрели силу — самый простой путь. Но мой колдун, Клодий, заверил, что есть и другой. Мы заключили с ним сделку. Вы все трое нужны ему для исследований. Он уверен, что ваша внутренняя сила уникальна, и он хочет изучить ее. Эрик принес ему много пользы. Теперь твоя очередь быть подопытным кроликом. За то, что все еще жива и невредима, ты должна благодарить Клода.

Лайфорд… Он казался совершенно закрытым. Такой себе закупоренной консервной банкой без единого намека на содержание. Но я все равно чувствовала, что он на грани взрыва прямо сейчас.

— Ты знал? — спросил он огрубевшим и осипшим голосом. Альфа медленно перевел на него недоуменный взгляд. Но Лайф продолжал смотреть только на меня. Безжизненно. — Ты знал, что Тарин была у Вудворда в плену? Она и Колтон?

Харрисон расслабленно откинулся в кресле и сомкнул руки в замок на коленях.

— Возможно, он несколько раз упоминал о том, что его новые игрушки — полукровки. Он не называл имен.

— Но полукровок в наше время не так и много, не так ли? — задал риторический вопрос Лайф, этим и закрепляя ответ. Конечно, этот ублюдок знал, раз они с Вудвордом дружили. Дерьмо тянется к дерьму.

Харрисон не стал на это отвечать. Он вновь изучал меня.

— Лайфорд подавал большие надежды. Я даже подумывал сделать его своим приемником в будущем. И он вновь доказал мне свою преданность, когда привел тебя.

Эти слова стали последним четким звуком, прозвучавшим в комнате. Лайфорд взревел и в момент обращения откинул стол, пытаясь смести им Харрисона. Но тот, предвидев этот выпад, резко отскочил в сторону и сам начал обращаться. Он подал своим оборотням какой-то знак, и все пятеро накинулись на Лайфорда прежде, чем тот успел дойти до главаря.

Я сидела на стуле как приклеенная, и не могла пошевелиться от сковавшего меня ужаса. Лайф, кажется, был готов бросить вызов альфе. Но Харрисон, обратившись, оказался огромным медведем. Намного… Намного больше Лайфорда. Теперь я понимала, что только избранный способен победить этого монстра. Кажется, даже Колтон не был настолько большим.

От мысли, что брат придет за мной и встретит здесь свою смерть, меня бросило в дрожь. Я закрыла рот трясущейся рукой, наблюдая, как беспощадно альфа избивает Лайфорда, отшвыривая его во все углы комнаты, как бы отчаянно тот не пытался бороться с ним. Лайф вставал, набрасывался на альфу, рвал когтями его шкуру и снова падал. До тех пор, пока не смог подняться, и тогда огромный альфа медведь полоснул ему грудь длинными когтями. Я вскрикнула, потому что смотреть на это было больно.

— Хватит! Прошу! Харрисон!

Лайфорда обступили мужичины, удерживая его, закрывая от моего взора. Харрисон начал оборачиваться в человека, и я опустила голову, не желая видеть его голым. Он зашагал к креслу, на котором лежал черный халат.

— Она моя пара, — зарычал Лайф, отбиваясь от тех громил. — ОНА МОЯ!

— Заткнись, сосунок, — небрежно бросил Харрис. — Она ничья пара. А ты чертов Хейл! Заберешь Аву и сделаешь стае сильного наследника. Конечно, после того, как получишь наказание за этот глупый срыв. Отведите его к Клоду. Тот быстро промоет ему мозги. Пара! Ха!

Альфа суетливо завязывал на себе халат, а когда закончил, склонился надо мной и процедил.

— Я передумал. Сам выберу. Слишком много чести для такой, как ты.

Он махнул тому парню, который упал на колени первым. Видимо, посчитал, что более сильного оборотня я не достойна. Ну и хорошо. От слабого будет проще сбежать. А я сбегу. Оставаться здесь точно безумие.

— Девид, — крикнул урод. — Уведи ее в комнату. Охранять. Остальные валите отсюда нахрен.

Лайфа подняли, и он начал вырываться, несмотря на рану. А затем зашипел на Девида:

— Только попробуй, сукин сын, к ней хотя бы пальцем прикоснуться. Харрисон! Ты не исправишь это, слышишь? Ты не гребаный бог, чтобы решать, кто кому пара. Это сила выше тебя.

Альфа слушал с дерзкой насмешкой, бросая вызов каждому слову. И в его глазах было одно лишь превосходство: «Я — альфа. Я — закон».

— Что они с ним сделают? — спросила я.

— А тебе что, не все равно? — задал он встречный вопрос. И хороший. Чем Лайфорд лучше всех их? Он мог верить в то, что раз пометил меня, то никто уже не тронет. Он мог и не желать мне страданий. Но он уж точно понимал, для чего везет меня в стаю. Чтобы заманить Колтона. Он знал, что я нужна альфе только как приманка. И когда смотрел мне в глаза с нежностью, обещая, что все будет хорошо, знал, что не будет. Что этот его поступок разобьет мне сердце, причинит боль. А если, не доведи господь, что-то случится с братом, это добьет меня, уничтожит. Его сраная клятва ничего не стоит. Предатель.

На ответ альфы я покачала головой и приняла руку Девида, даже не подняв на парня глаз. Он вывел меня за руку из столовой, повел по длинному темному коридору к лестнице. В спальню, где все еще пахло нашим с Лайфом сексом. Когда мы вошли, он поморщил нос и отпустил меня.

— Ты в порядке? — спросил Девид. Вопрос даже удивил.

— Нет, — честно ответила.

— Ничего. Однажды ты будешь, — заверил он и открыл все окна нараспашку.

Я хмыкнула. Он был так уверен в этом, хотя совершенно меня не знал.

— Ты верен своему альфе, не так ли? Как и все остальные? Как Лайфорд?

— Оборотню нужна стая, — ответил он почти словами Лайфа. Как будто им это втирали в сознание. — В одиночку мы не выживаем.

— Я и мой брат всю жизнь жили одни.

— И попали в плен, — закончил Девид.

— Да. Как и все самки этой стаи. Твои жены любят тебя? Или тебе плевать?

На это он не ответил. Только прошелся к ванной комнате и открыл для меня дверь.

— Смой с себя его запах. Или я сам это сделаю.

— С радостью, — ответила я и закрыла дверь перед его носом. И замок провернула несколько раз. А потом встала у зеркала и долго смотрела в свое отражение, задавая глупый вопрос, на который у меня все еще не было ответа.

Почему я? Почему все это мне? За что?