Глава 33

Этот разговор был не для посторонних ушей. Я вообще не знала, как сказать это и не показаться сумасшедшей. Но магия ведь существует! Значит, теоретически… возможно оживить мертвого?

Я быстрым шагом направилась в столовую и толкнула дверь. Образ Харрисона, развалившегося на огромном кресле, на секунду возник перед глазами и тут же разлетелся, как дымка. Его больше нет.

Лайфорд, словно почувствовав мои сомнения, подошел к изголовью стола и отодвинул для меня кресло альфы. Закатив глаза, я прошла мимо него и села на соседнее по правую руку.

— Мы обсудим это позже, — пообещала я, следя за своими братьями, которые вошли в столовую за нами. Колтон уселся напротив, стойко игнорируя Лайфорда. Эрик устроился возле него. Ну а Блэр… Она влезла на стол и улеглась на живот, подпирая голову руками.

— Вотс ап? — спросила она и начала мотылять ногами. Нет, ну в самом деле, может быть мое предположение и не настолько абсурдное.

— Мне кажется, Марина жива, — произнесла я.

— Кто такая Марина? — тут же спросили Эрик и Лайфорд. Он облокотился о спинку кресла, но так и не сел в него.

— Моя сестра, — ответила Блэр без намека на шутливый тон. Она смотрела на меня своими жутким черными глазищами, будто сканировала с ног до головы. И казалась раздраженной от того, что не могла прочесть. Даже зарычала. — Я не чувствую ее. Давно. Это значит только одно — ее душа покинула мир.

— А что если нет? — спросила я. — Ты знаешь, что с ней случилось? Как она погибла? Ты видела тело? Место захоронения?

Блэр насупилась и развернулась на спину. Ее роскошные локоны распластались по столешнице. Она подняла руки вверх, и начала крутить ими, выписывая какие-то странные пируэты. Я глянула на Колтона, и он тоже наблюдал за своей ведьмой с недоумением.

А потом замерли все. На потолке появились картинки, да что там… настоящий фильм. Только с участием меня, Колтона и Марины. Из прошлого… далекого и очень темного. Когда мы были пленниками Вудворда.

— Это Вудворд, — произнесла Блэр, показывая его злую рожу. Колтон шумно выдохнул. Ему все еще было трудно сдерживать гнев при воспоминании о нашем мучителе. Я вообще не могла издать ни единый звук. Его лицо на проекции Блэр было намного четче, чем в моих снах. Он пугал даже больше Харрисона и Клода, хотя давно уже гнил в могиле.

— Враг, — процедил Колт.

— Да, — ответила Блэр и показала, как Вудворд берет плеть и наносит первый удар. Металлический наконечник ударил точно в того, чьи видения это были. И я догадалась чьи.

— Это последние воспоминания Марины, — проговорила Блэр. Я впервые слышала ее такой. Без шуток, сарказма, вообще без эмоций. — Ведьмы общаются между собой во сне, кто не знает. Когда она была у Вудворда, то говорила мне, что должна спасти всех полукровок и метисов. Она считала, что это очень важно, но я тогда не видела, почему. Ударов было много. После этого она больше не выходила на связь. А когда я приехала к Вудворду, чтобы продолжить ее дело, тот сказал мне, что убил ее и приказал своим волкам вывезти ее за пределы стаи. Те волки так и не вернулись. Я не смогла их найти и вытянуть из них информацию.

Картинка на экране начала тускнуть, а Вудворд все продолжал наносить плеть. А потом его губы изогнулись в злорадной ухмылке и он что-то проговорил.

— Ты не спасешь ее. Я все равно заставлю ее обратиться, — проговорила Блэр, точно попадая по шевеление губ.

— Меня, — прошептала я, вытаскивая наружу темные воспоминания. — Он хотел, чтобы я обратилась при нем, но у меня не получалось. Это было мучительно каждый раз, и Марина часто убирала мою боль. Она спасла меня, и погибла за это.

— Меня, — произнесла я, вытаскивая наружу темные воспоминания. — Он хотел, чтобы я обратилась при нем, но у меня не получалось. Три дня каждый месяц: за день до полнолуния, в день и после. На протяжении двух лет. Это было мучительно каждый раз, и Марина часто убирала мою боль. Она помогала мне. И погибла за это.

— Она запечатала тебя, — заявила Блэр шепотом, словно кто-то мог подслушать. — Вудворд не должен был узнать, что ты Луна. Он бы нашел способы привязать тебя к себе, выпил бы твои силы и стал самым сильным оборотнем континента. Колтон никогда бы его не победил. Я бы не родила свою дочь. Теренс не отбил бы у него Николь, и она бы не родила будущего альфу Блэков. Дрэйк бы погиб, и Рэйн никогда бы не родила Харли. Слишком много важных для нашего рода жизней стояли на кону. За это погибла Марина. И я закончила ее миссию, позаботилась о том, чтобы ее жертва не стала пустой.

Я нахмурилась и покачала головой.

— Кто все эти люди? Я знала их?

Колтон грустно хмыкнул и кивнул.

— Знала. Возможно, ты вспомнишь. Когда Вудворд нас поймал, у него в плену также был оборотень полукровка Дрэйк, и его младшие братья близнецы. Поначалу нас держали в соседних клетках, но позже им дали больше свободы. Они сбежали, и Вудворд приказал мне найти их и убить. У него была ты, так что я делал все, что должен был. Я пошел по следу и нашел их на территории соседней стаи. Альфа этой стаи — Теренс Блэк — враждовал с Вудвордом. Блэр тогда была его ведьмой. Я очень рисковал твоей жизнью, Тарин, но все же не смог убить Дрэйка и его братьев. Я решил объединиться с врагом своего врага, и Теренс помог мне расквитаться с Вудвордом и его волками.

Блэр закивала и дополнила:

— Ведьм из рода Бенар должно быть трое для баланса. У меня было две сестры. Марина темная, Мери светлая. Обе погибли от руки подонка Вудворда. Я должна была отомстить, потому отправилась к нему в стаю. Там встретила Колтона, и мы сразу подружились. Правда, милый?

Брат послал мне насмешливый взгляд. Я потеряла большую часть памяти, но то, как эти двое снесли почти все стены дома, пока выясняли отношения, запомнила очень хорошо. Думаю, нам с Лайфордом их никогда не переплюнуть. Он всего-то сжег хижину, а я разбила многовековую люстру. Пустяки ведь!

— Что потом? —  спросил Лайфорд. Мне было приятно, что он увлеченно слушал, стараясь восстановить события прошлого, понять моих родных чуточку больше. Ему нужен был взгляд с другой стороны.

— Ты знаешь, что потом, Хейл! — заворчал Эрик. — Колтон убил Вудворда. Подонка не стало, но его ищейки сбежали, как крысы, и продолжили охотиться на метисов, чтобы сдать их за хорошую плату твоему дядюшке. И скажи, что ты не занимался тем же!

— Да! — с вызовом произнес Лайф. — Именно этим я и занимался. Только какое-то время я еще не знал, для чего метисы нужны альфе. Но сразу после смерти Вудвода в нашу стаю заявился Клод и рассказал о пророчестве. С тех пор я начал искать одного конкретного метиса — племянника Харрисона, которому предначертано его убить. А когда услышал про Колтона, понял, что это он. Думал, что это будет он.

Лайф посмотрел на меня и улыбнулся уголком губ.

— И началась битва кланов! — с безумным блеском в глазах произнесла Блэр. Иногда ее кровожадность конкретно пугала. — Клоду зачем-то был нужен Вудворд. Ему не понравилось, что я вмешалась, и он решил меня проучить. Собрал сильных воинов для поединка. Заманил вампиров из Болгарии, подговорил злобных расистов Хейлов... — Я зыркнула на Лайфорда, забавляясь тем, как он закатывает глаза, пока ведьма продолжала болтать: — Приготовил гору отравленных кликов и всяких колдунских ловушек. Пф! Дешевые фокусы. Блэр? Блэр никто не переплюнет! Потрясающая, непревзойденная, восхитительная ведьма!

Теперь глаза закатил Колтон. Они точно когда-то подружатся!

— Я просто нашла портал в другое измерение, — деловито начала перечислять она, загибая пальцы, — заказала доставку вечного огня из мертвого мира, сожгла дотла всех злых вампиров, случайно уничтожила половину леса, потеряла большую часть своих духов и заключила сделку со Смертью, выменяв у сучки твоего брата на свои силы. Было весело!

Она закивала головой, пока я хмурилась и думала о том, что все эти безумные события прошли мимо меня. Колтон просто спрятал меня в убежище, чтобы не болталась под ногами. Насколько же беспомощной я была. И насколько сейчас я благодарна Блэр и Марине за то, что дали мне шанс на новую жизнь. Я не стала рабыней какого-то урода или собственного страха. Я обрела больше сил, чем даже могла предположить. Если бы сейчас началась битва кланов, я бы стояла в первом ряду, подчиняя волю врагов. О, я бы смогла!

— Никто не поспорит с тем, что ты непревзойденная, — заверил Эрик Блэр и подмигнул мне.

— Я умираю, как хочу знать все о твоей жизни, — произнесла я, то и дело возвращаясь к его лицу, чтобы запомнить каждую деталь.

— Ну, было не так весело, как у вас с Колтом, — хмыкнул он. — Меня усыновили, и какое-то время я считал себя нормальным. Потом проявились первые признаки звериной сущности. Я сбежал из дома, кочевал, убегал от ищеек, встретил пару. В плен не попал только потому, что Колтон вовремя меня нашел. Остальное тебе расскажет Лайфорд, — произнес братишка и со злым прищуром посмотрел на Хейла.

— Я знаю, что вы встречались раньше, — подметила я, переводя взгляд с одного на другого, продолжая им продолжить.  

— Год назад, — уточнил Эрик. — Он тогда еще украл мою жену. Помнишь Эмбер? Она очень хотела приехать, но ненавидит тебя с тех пор, как ты засунул в нее свой язык против ее воли.

До меня даже не сразу дошло, что он сказала. Я в ужасе округлила глаза и медленно перевела взгляд на Лайфорда.

Он сначала опустил голову и шумно выдохнул, а спустя секунду поднял ее с таким видом, будто его прямо сейчас ждет смерть. Ну, так и было.

— ЧТО?

— Как я и сказал, — произнес Лайфорд, сжав спинку кресла и пробежавшись рассеянным взглядом по лицам моих родственников. — Вам здесь рады. На третьем этаже полно свободных спален. Чувствуйте себя как дома. Располагайтесь…

Он натянуто улыбнулся им, не представляя, что доводил меня до бешенства прямо сейчас своим спокойным тоном.  

— Блэр, Колтон, — продолжил он и, отпустив кресло, медленно отошел от него. — Ужин в восемь. Надеюсь, увидеть вас здесь, нам еще многое стоит обсудить.

— Если ты выживешь, — пропела Блэр.

— Эрик! — произнес Лайфорд и попятился еще на шаг. — Прими мои глубочайшие поздравления. Замужество это всегда такая… радость. Желаю вам с Эмбер несказанного счастья.

— Ну все! — не выдержала я и встала так резко, что мой стул отлетел в стену. Свою полную силу я еще не контролировала, да что там, даже не чувствовала. И понятия не имела, что именно сейчас она мной управляла, а не я ей. — ТЫ ЦЕЛОВАСЯ С ПАРОЙ МОЕГО БРАТА?

— Это было за год до встречи с тобой, — выдал Лайф, как словно ничего страшного не произошло. Но это было ужасно! Хуже этого было только одно.

— ПРОТИВ ЕЕ ВОЛИ?

Он свел брови, очень пытаясь придумать слова, которые бы объяснили этот поступок. Но их не было! Были только те, которые окончательно меня добили.

— Она нужна была мне, чтобы шантажировать Эрика. И так как на поцелуй она не ответила и не пошла со мной добровольно, мне пришлось ее украсть. Тебе полегчает, если я скажу, что это была идея Клода?

Он развел руками, ожидая от меня ответа. О, у меня был один.

Я толкнула на гаденыша кресло альфы, вымещая на нем всю свою злость, и оно бы переломало Лайфорду ноги, если бы тот вовремя не отпрыгнул в сторону. А когда я увидела намек на улыбку на его подлом лице, совсем слетела с катушек. Я пошла к нему с одной целью — выбить из него всю дурь, а он, понимая это, отступал к лестнице. Оборотни разошлись, лишь несколько осталось у двери, но они меня волновали меньше всего.

— Колдун сказал, что Колтон и Блэр точно явятся, если мы создадим для Эрика и его пары невыносимые условия, — продолжил Лайф. Он собирался содрать этот пластырь одним рывком, чтобы не осталось больше никаких тайн. И не скажу, что это было лучшим решением, ведь это злило так сильно. — А мне нужно было поговорить с Колтоном и Блэр.

 — НЕВЫНОСИМЫЕ УСЛОВИЯ? — процедила?

— Мне пришлось спасать Эмбер от изнасилования, а потом драться с его головорезами, — выкрикнул Эрик из столовой, и Лайф шумно выдохнул.

— Ты преувеличиваешь, парень! — крикнул он брату.

— Думаешь, мне хоть сколечко стыдно за это? — со смешком выкрикнул Эрик.

Лайфорд перестал отходить, а я вот не перестала к нему приближаться. Мне бы многое хотелось ему сказать сейчас, но я до боли стиснула зубы, как и кулаки.

До него остался какой-то шаг, когда он сам напал на меня. Просто снес с ног, закинул на плечо и побежал вверх по лестнице.

— Даже не думай, что если мы останемся одни, это спасет тебя, — шипела я. — Это не одна из твоих дурацких выходок. Чем ты думал, Лайф? У тебя вообще есть чем думать? Иногда я очень сомневаюсь.

Не представляю, какой это был этаж, чья спальня. Он толкнул дверь, и в комнате оказались три девушки. Кажется, жены Харрисона. Взвизгнув, они вжались в стену, словно их ждал расстрел.

— Вон! — проорал Лайфорд.  

Я стукнула его по плечу, затем по спине, а потом еще и коленом в ребра для надежности.

— Не смей так с ними разговаривать! — вступилась я и благополучно оказалась на полу. — Вон, Лайф? В самом деле?

Он зарычал на меня, но я в ответ зарычала громче.

— Хорошо! — выкрикнул он и перевел взгляд на девушек. Ему понадобилась еще секунда, чтобы выдавить из себя подобие улыбки. — Дамы! Очень прошу покинуть комнату. А еще лучше — дом. Прошу вас собрать свои и вещи и отправиться к родителям или родственникам. Позже мы решим вашу судьбу.

— Они сами решат свою судьбу, — поправила я, смотря на него цербером. — Они не долбаные куклы! У них есть чувства, желания и свобода выбора.

Стрельнув в меня диким взглядом, он сощурил глаза. Я всем своим видом так и кричала: «Давай, скажи, что я не права! Тогда все твои извинения собаке под хвост. Разве я в тебе ошиблась? Все было зря?»

— Конечно! — добавил он, переводя взгляд на женщин. — Вы сами решите, а если вам понадобится наша помощь, вы всегда ее получите.

Я не смотрела на них, только на него. А вот он пристально следил за тем, как каждая, продвигаясь вдоль стеночки, направлялась к выходу. Они держали головы опущенными, будто даже поднять глаза — преступление. Меня раздражало все. Этот дом, устои долбаной стаи и то, как Лайфорд поступил с Эриком и Эмбер.

— Я задыхаюсь, — прошипела я, как только мы остались одни. — От яда, которым здесь все пропитано.

— Я знаю…

— Ни черта! — заорала я на него. — Ты свыкся! Ты жил так многие годы, делал то, что тебе говорили Клод или Харрисон. Я уже не знаю, кто ты такой. Это место заставило мне посмотреть на тебя совсем с другой стороны. И, черт возьми, мне не нравится этот кретин, Лайфорд.

— До недавнего времени ты себя саму не знала, — произнес он и попытался схватить меня за руку. — Нам двоим придется пройти этот путь заново. 

 Я отшвырнула ее и отошла. Он застыл на секунду, поджал губы и все равно схватил меня снова. Дернул на себя, завел мои руки за спину и впился в мои губы злым поцелуем.

Ну нет! Я должна была стукнуть его, а не отвечать на это. Я должна была злиться, а не плавиться. Я… Сделаю его жизнь невыносимой! Да! Отличный план.

А пока можно было укусить его. Выпить его рык и впустить наглый язык обратно, где ему самое место. Облизать сладкие губы и застонать в его рот. Разозлиться на себя за это и  наступить на его ногу со всей силы. Злорадно рассмеяться от его шипения и испуганно охнуть оттого, с какой силой он швырнул меня на кровать. Выкрикнуть пару ругательств, которых он заслуживал больше всего, и проглотить собственный стон, когда огромное тело вжало меня в кровать.

— Я сделал много ошибок, — произнес Лайф, склонившись над моим лицом очень близко. — Но ни одной непоправимой.

— Ты говоришь, — раздраженно произнесла я, делая пальцами «бла-бла-бла», — а у меня в голове только картина того, как ты целуешься с другой. Как ты это исправишь, а? Как мне теперь смотреть в глаза Эмбер и не представлять вас вместе?

И тут я осознала страшную вещь, от которой у меня глаза стали размером с блюдца.

— А с Авой? Или другими самками стаи? Эмбер ты только целовал,  а их…

— Знать не знаю, — оборвал он и ехидно ухмыльнулся. — Я был девственником до тебя.

Опять издевался! И вырваться невозможно.

— Ревность, — протянул Лайфорд с каким-то благоговением и втянул воздух возле меня. А затем в блаженстве закатил глаза и стащил с меня футболку. — Есть только один способ от нее избавиться, сладкая. Ты должна срочно пометить меня. Иначе твой зверь так и будет сходить с ума.

— Я хочу расцарапать тебе спину и оставить засосы прямо на лбу, — призналась я. — Штук пять. Как долго они продержатся?

— Часа три, — ответил Лайф сочувственно. — А потом придется повторить.