Глава 20

Валентина. Но Роберт Берг не мой парень. Он мой захватчик. Надзиратель. Я его наложница. Секс-рабыня. Я шлепаю его по рукам, он отпускает одну щеку, только чтобы схватить моё запястье и прижать его к моей спине, толкая меня вперед. Я больше не под водой. Мое тело прижато к белой плитке, а его тело прижато к моей спине. – Что случилось, крольчонок? – Его страстный тон пробуждает мое либидо. Я пытаюсь вырваться из его хватки. Возбуждение – это не то, чего я сейчас хочу. – Нет, не сопротивляйся мне, Валентина! – Он нежно толкается в мою задницу, его член плотно прилегает между моих ягодиц. – Я просто хотела принять душ, – хнычу я. – И ты его примешь. Но сначала скажи мне, что тебя беспокоит. Он отпускает мою ягодицу и обхватывает мое плечо. – Я догадываюсь, но хочу услышать это от тебя. – Ха, теперь ты читаешь мысли? – огрызаюсь я на него. Он перекидывает руку, держащую мое запястье, на меня и правой рукой шлепает меня по заднице. – Хочешь, чтобы я тебя наказал? – шепчет он, снова шлёпая меня по заднице. Вода плещется, когда он наносит еще три больнючих шлепка. – Нет! – Я извиваюсь под его хваткой, но мне никуда не уйду. Если только он сам не захочет отпустить меня. – Ты собираешься бросить мне вызов? – спрашивает он таким тоном, который подразумевает, что он чертовски хорошо знает, что происходит, но просто хочет убедиться, что я тоже это осознаю. Я знаю его совсем недолго, но уже понимаю тембр голоса, его манеры, когда он двигается. Я чувствую его настроение по тому, как он смотрит на меня. Хуже того, достаточно лишь мягкой улыбки с его стороны, чувственного приказа, и я таю. Бесит. – Я не хочу об этом говорить, – говорю я, позволяя своим мышцам обвиснуть. Я не собираюсь драться. В любом случае, победа меня не ждёт. – То, что ты хочешь, меня сейчас не волнует. То, что тебе нужно, вот что меня волнует. – Он отпускает меня и делает шаг назад, его рука тянется к полке с туалетными принадлежностями. Открывает крышку шампуня , мгновение спустя его руки оказываются в моих волосах. – Что ты делаешь? – спрашиваю я, сбитая с толку нежностью его прикосновений, противоречащей резкому голосу. – Мою твои волосы, – спокойно отвечает. – Э-э. Зачем? – Я смотрю на стену сквозь струи воды, пока его руки нежно массируют мою кожу головы. Где, черт возьми, он этому научился? Неважно. Мне все равно, лишь бы он не останавливался. – Тебе нужно помыться, – просто говорит он. – Ополосни, – приказывает он и хлопает меня по плечам. Я разворачиваюсь и иду обратно под струю воду. Прежде чем я успеваю поднять руки, он уже смывает шампунь. Следующим идет кондиционер, а затем он хватает гель для душа, наливает на мочалку. – Я могу сделать это сама…– протестую я Он останавливается и бросает на меня горячий взгляд. Видимо, мне отказано в праве мыть собственное тело. Намылив меня, указывает на воду, чтобы я снова ополоснулась. Всё это очень платонически, как будто заботливый отец моет маленького ребёнка перед сном. Что делает мою реакцию на него еще хуже. Он проводит пальцами по моей киске, но не коснулся её так, как жаждет моё тело. – Отлично! Ты у меня чистенькая и и миленькая, – говорит он,  обхватывает меня руками и выключает воду. – А теперь скажи мне, что тебя беспокоит. – Он смотрит мне в глаза. Огонь его взгляда заставляет меня сделать шаг назад, но мне некуда идти. Я всё еще заперта с ним в душевой кабине. – Ничего. Теперь мне лучше, – вздыхаю я. Он хмурится. Разочарование касается его глаз, но он молчит. Дает ли он мне шанс еще глубже вырыть себе яму? Я вздрагиваю, когда его губы врезаются в мои. Его руки ныряют в мои волосы, сжимают в кулаках мои мокрые локоны. Я могу только стонать, когда его язык вторгается и хлещет по моему, заставляя меня сдаться. И я сдаюсь. Держа его за бедра, я притягиваю его ближе. Его член твердый и толстый под моими пальцами, когда я обхватываю его рукой. Сначала медленно поглаживая, я усиливаю хватку, пока он не стонет мне в губы. – Блядь, Валентина,  – рычит он. Когда я опускаюсь на колени, его член оказывается на одном уровне моих глаз. Я поднимаю на него взгляд, не уверенная, правильно ли это. Мне ждать, пока он скажет мне, что делать, или я могу действовать самостоятельно? Еще один способ, которым он сломал мне разум. Он проводит кончиком пальца по моей щеке и одобрительно кивает. Может, разрешение и не требовалось, но восторг в его глазах согревает мою кровь. Головка его члена проходит по моему языку,  я крепко обхватываю губами его ствол. Моя рука сжимает его у основания, и с одинаковой страстью я глажу и сосу его, поворачиваю руку, двигаясь вверх и вниз по его длине. – О, чёрт возьми, – стонет он надо мной и опирается руками на стенки кабинки. Его контроль ускользает, я хочу большего. Я сосу сильнее, щелкая языком прямо под его головкой, и он снова рычит. Его яйца напрягаются, я обхватываю их, двигаясь вверх и вниз по его стволу ртом. – Бля. – Он хватает меня за волосы, отрывая меня.  – Не останавливайся! – Его голос грубый, как будто он просто исковерканная наждачная бумага. Когда мой взгляд встречается с его взглядом, моя душа танцует. Я сделала это с ним. Я заставила  его на мгновение потерять себя. Око за око, Роберт Берг. –Я не хочу думать, как ты научилась быть такой,  чертовски хорошей в этом. – Он качает головой.  – Я хочу знать, прав ли я насчет тебя. Он немного двигается вперед, пока моя спина не упирается в стену. – В чём? – спрашиваю я, позволяя своему взгляду скользнуть по его мускулистому торсу. На его груди, чуть ниже плеча, белый шрам, и мне интересно, стреляли ли в него когда-нибудь раньше. Он прижимает руку между моих грудей, прижимает меня к стене. – Не своди с меня глаз. Не отводи взгляд. – Он указывает пальцем мне в лицо, мгновение спустя касается моего клитора. – Открой свои глаза! – тут же рявкает он. – Извини, – бормочу я. Моя киска жаждет большего от него. Снова и снова его пальцы работают над моим клитором, а затем вонзаются в меня. Он тянет меня обратно к самому краю. Позволит ли он мне прыгнуть на этот раз или будет мучить меня ещё больше? – Тебе это нравится, – шепчет он мне. –  Тебе нравится быть в моей власти. Тебе нравится быть моим питомцем! – Он вонзает в меня два пальца. Я задыхаюсь, хватаясь за его широкие плечи, чтобы удержаться. – Нет, – лгу я, отводя взгляд. – Смотри на меня, – требует он, слегка перемещая руку по моей груди и сжимая мой сосок. – Не отстраняйся больше. – Я вскрикиваю, но по моему телу проносятся электрические покалывания.  – Тебе это нравится. Твое тело любит это, но твой разум трахается с тобой. Он отпускает мой сосок, оставляя после себя жгучую боль. – Роберт, – задыхаюсь я. Его пальцы двигаются быстрее, интенсивнее. Он добавляет ещё один палец в мою киску, и я распадаюсь на части. Я не могу так долго. Не с его темными глазами, наблюдающими за мной, изучающими меня и видящими всю правду обо мне. Он мастер игры со своей игрушкой. – Ты в замешательстве, потому что наслаждаешься тем, что твой разум считает неправильным! – Он сгибает пальцы внутри меня, отбрасывая меня прямо на край небес. –Нет! – Я отчаянно качаю головой. Я больше не могу слышать эти истины. Я не признаюсь в этом. Я не позволю ему увидеть, как сильно всё, что он говорит, влияет на меня. – Ты говоришь «нет», но я вижу тебя, Валентина. Я вижу каждый сантиметр  тебя. Твое тело. Он целует мою шею.  – И твою душу, – шепчет он мне на ухо. Щетина на его подбородке щекочет мне мочку уха. – Это ..ю это неправильно! – кричу я, слезы хлынули из моих глаз, скатываясь по щекам. И всё же ненависти, которую я должна чувствовать, её нет. Он целует дорожку слез на моих щеках, продолжая играть с моим телом. – Нет ничего  неправильного, – тихо говорит он. Он вытаскивает руку из-под моих ног и поднимает мою левую ногу к своей талии. Круглая головка его члена прижимается к моей жаждущей киске.  Он целует мой подбородок, проводит языком по линии подбородка. – Ты идеальна, Валентина. Абсолютно идеальна, – бормочет он. Одним мощным толчком его член вонзается в меня. Я хватаю его за плечи и громко кричу. Я наполнена его членом. – Хорошая девочка, – говорит он, поднимая меня еще выше, чтобы держать. Я обхватываю его талию обеими ногами, и он прижимает меня к стене, пока вбивается в меня. – Так идеальна, – выдавливает он, кусая мое плечо. У меня нет рычага, чтобы двигаться. Я ничего не могу сделать, кроме как принять его трах, который он мне дает. Но он не эгоист. Каждый толчок вверх сильно трёт мой клитор. Я бомбардирую себя удовольствием, и оно поглощает меня. Он сильно кусает меня за мочку уха. Резкий толчок, затем еще один, и я везде. Мой разум мечется, мое тело кричит, мысли не выстраиваются в линию. Я издаю звуки, но на самом деле я не здесь. Удовольствие окружает меня, дергая меня туда-сюда, пока оно, наконец, не освобождает меня. Он все еще впрыскивает в меня на полную силу. Мой оргазм замедляется, его нарастает. – Блядь!  – ревет он. Дикий звук его освобождения отражается от стен, когда он снова толкается и замирает. Я прижимаюсь лбом к его голому плечу. – Я сломана, – тихо говорю я через несколько мгновений. Он легко выскальзывает из моего тела и снова ставит меня на ноги. Взяв мое лицо в одну большую руку, он поднимает мой подбородок, пока я не смотрю ему в глаза. На меня смотрит с беспокойством, отчего боль в моей груди усиливается. –Ты именно такая, какой должна быть, – шепчет он и целует меня. Не жесткий, требовательный поцелуй, как раньше, а тот, что наполнен страстью, созданный нежностью. Это слишком. Его брат скоро поправится. Я больше не буду нужна. Я смогу уйти. Но что, если я не захочу?