Глава 25

Корабль медленно приближался к большому замку из серого камня, окруженного высокой крепостной стеной, за которой находились парк и сад, вероятно по весне они были более пышно покрыты свежей листвой, сейчас же деревья были практически лишены своего убранства. И это позволяло более тщательно изучить замковую территорию.

— Сед! — крикнул капитан Грин одного из матросов, продолжая рассматривать замок и крепостную стену в подзорную трубу.

— Да, капитан! — рядом, словно по волшебству появился низенький человечек с пышными усами и бутылкой рома в руке.

— Ты уверен, что именно в этом замке живет княжна?

— О, да, капитан! — довольно усмехнулся коротышка. — Здесь! Мы проследили за тем хлыщом в подзорную трубу! Он пытался сбежать с девушкой, но тут вмешалась дамочка, рыжая такая, и увезла девушку в замок. Они проникли на территорию через ту калитку.

Сед максимально приблизившись к капитану, обдав его спиртными парами, указал рукой на небольшую решётчатую калитку в каменной стене.

— Ясно, значит это или мать, или сестра Элис, — кивнул Олаф, продолжая рассматривать замок. — Интересно, с кем она здесь живет?

— Отец девушки, князь Рассел, — озвучил всезнающий Седрик, сделав огромный глоток рома, он продолжил. — У него говорят красивая жена, и дочь лет семнадцати… хм, жена не многим старше, значит девушка не её дочь, а от первой жены.

— Да, Сед, ты прав, — улыбнулся капитан рассуждению матроса. — Иди, отдохни дружище, ты мне завтра будешь нужен.

— Завтра? — в голосе пьяного матроса послышалась какая-то обида. — А сегодня я вам не нужен, да?

— Трезвым! — пояснил капитан и матрос, кивнув, сделал еще один глоток.

— Ну, это будет не так-то просто, — взглянув на полупустую бутылку, добавил, вздыхая. — Я думаю, что это совершенно невыполнимо!

Отняв у него бутылку, капитан легким движением руки забросил её далеко за борт. Раздался легкий всплеск, и бутылка пошла ко дну.

— Так проще? — обаятельно улыбнулся капитан, не спуская серых глаз с матроса.

— Да, но зачем вы её-то прям туда-то! — запричитал матрос. — Мои запасы уже на исходе!

— Тем лучше! — довольно кивнул Олаф, возвращаясь к своему занятию.

— Но без рома я мало чем могу вам помочь, мой котелок сами понимаете, не работает без подпитки ромом.

— Я куплю тебе ящик, если к завтрашнему утру, ты будешь трезв как стекло, уговор?

— А то! — довольно вскрикнул Сед, быстро перебирая короткими ногами по палубе.

— Так-то лучше, — усмехнулся Олаф.

Минут через пять, Сед вновь появился на палубе и, размахнувшись, зашвырнул в воду ещё одну полупустую бутылку рома.

— Мешает, не дает сосредоточиться на отдыхе, — пояснил он свои действия и добавил, прежде чем скрыться в трюме. — Теперь вы мне должны два ящика рома!

— А не жалко было? — крикнул ему вдогонку Олаф.

— Капитан, вы же меня знаете, я всегда пожертвую меньшим ради большего! — донесся до него хриплый смешок предприимчивого коротышки.

— О, да! Слишком хорошо знаю, — ответил капитан, водя подзорной трубой из стороны в сторону. — Мне бы тебя не знать.

На палубу вышел высокий, тощий, словно щепка человек одетый во всё черное, а его седые волосы были собраны в короткий хвост у основания шеи. Приблизившись к Олафу, он встал чуть левее позади него и чопорным тоном произнес.

— Сэр, вы должны принять своё лекарство.

— Да, да, Эткинс, я сейчас поднимусь.

— Нет, сэр, вы должны выпить его сейчас же, немедля, — невозмутимо ответил Эткинс.

— Да, Эткинс, я уже иду, — произнес рассеянно Олаф.

Кашлянув в сторонку, дабы привлечь к себе внимания, камердинер протянул капитану небольшую склянку.

— Ваше лекарство, сэр, — не терпя возражений, вымолвил он. — И вы его выпьете…

— Да-да, прямо сейчас! — ответил капитан Грин, повернувшись к камердинеру и взяв предложенную склянку, одним залпом опрокинул её содержимое. — Какая мерзость! Как это можно вообще пить?

Просипел он, вытирая рукой рот.

— То же самое я хотел бы спросить вас, когда вы пьете свой ром, — невозмутимо проронил Эткинс и, развернувшись, величественно удалился.

Один из матросов протянул капитану кусочек вяленой рыбки.

— Благодарю, Дрю, — кивнул Олаф, сунув его в рот, и возвращаясь к созерцанию стен замка. — Так-так, что у нас тут? Неужели окна комнат выходят на эту сторону?

И тут сердце его забилось быстрее и громче. В одном из окон он увидал милый ему силуэт. Элис сидела возле окна, склонив прелестную головку на руку, она задумчиво взирала на горизонт, на расстилающееся на горизонте море.

— Чёрт меня дери! Это она! Она! — закричал он. — Я вижу её!

К нему тут же сбежались свободные от работы матросы и загалдели на разные голоса.

— Так, разорались! — грубо одернул их старый боцман. — А ну живо по своим местам! Вам бы только не работать, бездельники!

Матросы тут же испарились, разбежавшись по своим местам.

— Что там у тебя? — поинтересовался старик, жуя зубочистку, он облокотился о борт.

— Элис, я вижу её! Она у себя в комнате, — счастливо улыбаясь, ответил Олаф, продолжая любоваться милый личиком девушки.

— А почем ты знаешь, что это её комната? — ворчливо спросил старый боцман.

— Раз она сидит в этой комнате, то значит она её, логично, не правда ли?

— Ну, раз так, то значит её, — согласился тот. — Только тебе что с того? Она у себя дома, ты у себя на корабле. А тот здоровяк как я понял из твоего рассказа её будущий муж.

— Навязанный, и ещё не муж! — ответил Олаф, и чуть не подпрыгнул от радости. — Джеймс, чёрт меня дери, она меня видит! Она видит меня! Джеймс, она рада меня видеть!

— Тьфу, молодость! — сплюнув, проворчал боцман. — Сам подумай, как она может тебя видеть? Балда семь раз! Она видит «Грозу Тьмы», а вовсе не тебя, если конечно у неё глаз не как у филина! Корабль она видит, корабль!

— Это одно и то же! — выкрикнул счастливо Олаф. — Раз она видит корабль, то она видит меня! О, а это что за дамочка с ней? Хм, неужели это ее нянюшка, Софи.

— Дай посмотреть! — потребовал боцман и потянулся за трубой.

Олаф послушно передал трубу своему помощнику и, подмигнув, шепнул ему в ухо.

— Правда, хорошенькая? А?

— Да пошёл ты! — замахнулся на него старый Джеймс, и молодой человек со смехом схватился за канат, вскочил на борт.

— Элис, моя милая Элис! Я уже совсем рядом, и я спасу тебя! — клятвенно заверил он.

— Молодость! — обречённо вздохнув, произнес старый боцман. — Одни беды от неё, да проблемы.

Элис ликуя, смотрела на великолепный корабль и сердце её радостно билось.

— Софи, он здесь! Здесь! — прошептала она, не рискуя кричать в полный голос. — Я не верю в это, не верю! Ущипни меня, ущипни!

— Ну-ну! Уж так уж и не веришь, — лукаво поблескивая глазами, ответила женщина.

Элис не отрывая взгляд от «Грозы Тьмы» прошептала.

— Софи, Олаф обещал меня спасти, и я верю, что он выполнит свое обещание!

— Глупышка ты у меня еще совсем, — покачала головой няня и, насторожившись, дернула её за рукав. — Кто-то идет! Надеюсь, что при Бетти ты будешь держать себя в руках.

Схватив свое рукоделие, Элис немедленно уселась на диванчик, а няня скрылась в своей комнате, продолжая месить тесто для пирога, приправленного сонным зельем. Когда служанка княгини вошла в покои, то все было тихо и мирно.

— Что сказала матушка? — не без ехидства спросила девушка, не глядя в сторону Бетти.

Та застыла с каким-то узелочком в руках, который был взят специально для отвода глаз, ведь она же якобы ходила к себе, за вещами.

— Ничего… — пролепетала она, но глазки так и забегали из стороны в сторону.

— Ой, да ладно тебе, Бетти! — поморщилась Элис. — Я прекрасно знаю, что ты ходила к ней докладывать о нашем разговоре, что я якобы собираюсь отменить помолвку с лордом.

Озадаченная служанка посмотрела на девушку, она явно была сбита с толку.

— Как так? Вы, разве не собираетесь отменять помолвку? — поинтересовалась она вкрадчиво, присев рядом на краешек дивана.

— Конечно! — невозмутимо произнесла Элис, иголка так и мелькала, сверкая у неё в руках.

— Но, ведь вы, же только что говорили…

— Бетти, я нарочно так сказала, — посмотрев на служанку самым честным в мире взглядом, пролепетала княжна. — Просто я хотела проверить тебя на вшивость. Побежишь ты к хозяйке с докладом, или нет, и как выяснилось, побежала, причем сразу же!

Покраснев, женщина невнятно, что-то буркнула себе под нос и поспешила скрыться в гардеробной, а Элис криво усмехнувшись, посмотрела ей вслед.

— Если хочешь, то можешь сбегать к Джоан ещё разочек, и передать, что я не собираюсь давать отворот поворот нашему дорогому лорду! Иначе она перестанет доверять тебе, а для тебя это смерти подобно, ведь так, Бетти?

Женщина вышла из гардеробной и мило улыбаясь, взяла в руки своё рукоделие.

— Возможно, что и так, госпожа, но я, пожалуй, останусь здесь.

— Как пожелаешь, — Элис равнодушно пожав плечами, продолжила вышивать.

Лорд Сэвидж все ещё сидел в охотничьем зале и методично опустошал уже четвертую бутылку вина. Закинув длинные ноги в высоких сапогах на хрупкий столик, он смотрел в окно на горизонт, размышляя о своих делах и некоторых проблемах. Да, сегодня ему не повезло, чёрт дери эту княгиню, пронырливая как лиса. Нет, нажаловаться на него мужу, она не посмеет, так как больше всех заинтересована в замужестве Элис. Уж больно сильно ей хочется избавиться от девчонки любым путем, хотя нет, не любым. Похищение не входит в её планы, боится, что позор ляжет на всю семью и отмываться придется очень долго. Тут он был с ней согласен, когда одна из его младших сестер сбежала с конюхом, то ему лично пришлось отмывать честь семьи… кровью. Конюха он разорвал на месте, а окровавленное, обезглавленное тело девушки доставил в замок и бросил к ногам матери. Ну, а затем приказал похоронить за воротами, там ему было и место, безродной бродяжке. Конечно, многие могут его осуждать за то, что он был суров, жесток! Но по отношению сестры он все же смягчился, запер ее в башне в своих личных владениях, а вместо нее умертвил какую-то девчонку, артистку из бродячего цирка. Матери было не обязательно знать правду, самое главное, что грех был смыт и то дело. Но случись такое с Элис, князь тут же кинется жаловаться королю, а тот и так уже косо смотрит на него, лорда за его, так называемые проделки и озорство. Еще одна капля и отправится он на галеры, лет так на пять, работать веслом… вон, кстати, и корабль подплывает… что?! Какой еще корабль?!

Вскочив на ноги, лорд, подскочив к окну, оперся руками о подоконник. Огромный корабль, медленно приближался к замку. И это был тот самый корабль, который он видел в порту.

— А, сучок, — догадался он. — Так значит, тебе мало, за добавкой плывешь? Ну-ну, плыви, рыбка моя, добавлю тебе на орехи!