Глава 43

В поместье госпожи Петунии они прибыли затемно. Проезжая по мрачной аллее, Элис осторожно смотрела сквозь оконное стекло, как ветви вековых дубов смыкаются над головами, образовывая нескончаемый темный коридор. Она прекрасно помнила, что летом в ветвях гнездились черные как смоль вороны, их зловещее карканье по утрам будило маленькую Элис, пугая до дрожи. Наконец аллея закончилась, они выехали на ровную, подъездную дорожку, посыпанную мелким гравием, шуршащим под колесами. Стал виден огромный старинный дом не менее мрачный, чем дубовая аллея. Его темные стены высоко вздымались на высоту трех этажей. На первом этаже ярко горел свет, видимо по приказу госпожи Петунии был освещен холл и маленькая гостиная, для встречи гостьи и сопровождавшей ее служанке. На втором и третьем было темно хоть глаз выколи.

Карета остановилась перед крыльцом, к ним тут же устремились двое крепких и высоких лакеев в черных ливреях. Открыв дверцу, один из них протянул крепкую руку, помогая княжне выбраться.

Опираясь на лакея, Элис на негнущихся от долгой поездки ногах ступила на шуршащий гравий и с облегчением вздохнула, разминая то правую, то левую ногу.

— Прошу вас следовать за мной, госпожа ожидает вас, — торжественно объявил лакей.

— А как же вещи?! — заволновалась Бетти, не желая бросать поклажу на милость слуг, но также не хотела оставлять Элис одну со старухой.

— Джером займется ими, — ответил тот, кивая другому лакею. — Прошу вас, идемте, уже темно, прохладно, вы можете заболеть, и вот-вот начнется дождь.

Элис с сомнением посмотрела на чистое звездное небо, дождя вроде бы не предвиделось, но все-таки послушно пошла следом за слугой. Бетти припустила за ней. Поднявшись по широким каменным ступеням на крыльцо, а дальше в распахнутые двери дворецким. Это был высокий, статный мужчина с черными волосами до плеч и острыми, пронзительно черными глазами, нос был несколько длинноват и тонок, как клюв у ворона.

И тут Элис заметила, что все слуги начиная от мужчин и кончая женщинами, были темноволосыми и черноглазыми, одетыми во все черное. И от этого ей стало ещё более жутко, чем прежде.

— Прошу, — лакей распахнул дверь маленькой гостиной, пропуская их вперед и низко склонившись, удалился, закрыв за собой двери.

В гостиной жарко горел камин, и она только сейчас поняла, как сильно замерзла. Легкая дрожь стала пробирать её все сильнее и сильнее, ей очень захотелось подойти к огню и согреть озябшие ладони, но она не решалась. В кресле гордо восседала госпожа Петуния, все такая же прямая и сухая как палка, только время добавило ещё больше морщин на ее продолговатом, вытянутом лице. Затянутая во все черное, пожилая женщина сама казалось одной из ворон или галок.

— Элис, — коротко вымолвила она ровным, сильным голосом, не выражающим ни каких-либо эмоций. — Я ждала тебя только завтра.

— Матушка посчитала, что будет лучше, если я отправлюсь сегодня, — тихо ответила та, пропавшим от волнения голосом. Что не говори, а детский страх перед этой властной женщиной давал о себе знать.

Бетти легкой тенью метнулась к Петунии и передала ей конверт. Протянув тонкую сухую руку, хозяйка дома взяла конверт, вскрыв его, она быстро пробежалась по тексту, едва заметная улыбка на какую-то долю секунды озарила ее лицо.

— Джоан, такая она стала мудрая девочка, все-то она предвидит, — довольно кивнула она, пряча письмо в шкатулку темного дерева на столике рядом с креслом. — Ну, что ж, Элис, добро пожаловать. Надеюсь, эти две недели не покажутся тебе длинными и скучными в обществе такой старухи как я.

— Не думаю, что мне придется скучать, — произнесла княжна, все ещё дрожа от холода.

— Ты вся дрожишь, присядь к огню, согрейся, — кивнув кому-то, Петуния указала девушке на мягкое кресло с высокой спинкой напротив своего. — Сейчас принесут горячий чай.

— Благодарю вас, — Элис сняла теплый плащ, скинув его на руки Бетти и опустившись в кресло, протянула руки к огню.

— Какой же ты стала красивой девушкой, — довольно кивнула Петуния, рассматривая юную девушку, свежую, еще не тронутую земными заботами.

— Благодарю вас, — кивнула та, слегка зардевшись, не каждый мог заслужить такую оценку старой желчной девы, поносящей всех и каждого за тот или иной недостаток, выявленный ее зорким взглядом.

— Но думаю, что Джоан все-таки рано выдает тебя замуж, — недовольно крякнула Петуния.

Элис замерев от неожиданности, посмотрела на тетку мачехи.

— Вы так думаете? — робко с надеждой обрести в ней союзника, спросила она.

— Конечно, — невозмутимо ответила та. — Тебе только семнадцать, живи да живи в свое удовольствие не обремененная этим мерзким Сэвиджем! Конечно, может здесь роль сыграл его почтенный возраст, но мне почему-то кажется, что в ближайшее время помирать он вроде и не собирается. Так что мог ли бы и подождать со свадьбой пару лет, пока он там, где-то болтается в своем походе.

— А мне матушка сказала, что вы полностью одобрили кандидатуру лорда.

— Это так, — кивнула та головой. — Но я не думала, что свадьба будет так скоро. В мои годы помолвка длилась годами! А сейчас что? Раз, два и уже женились! Как можно не узнав человека, ложится с ним в кровать, рожать от него детей? А что если у него врожденная болезнь? Вдруг он полоумный или больной, какой-нибудь странной болезнью?

— Я полностью с вами согласна, — кивнула Элис, опустив реснички, щеки ее покрылись легким румянцем. Эх, знала бы старушка Петуния, что она собирается замуж за человека, которого видела только один раз и впервые в жизни.

— Ладно, чего уж тут стенать, — вздохнула тетка Петуния, принимая чашку горячего чая из рук лакея и беря сдобную лепешку, густо намазанную джемом с тарелки. — Дело сделано, обратно уже на попятную не пойдешь.

— Почему? — спросила Элис, приняв свою чашку чаю. — Я пыталась отказать лорду, за это меня и отправили к вам погостить, чтобы я не схлестнулась с ним ещё.

Старуха так и застыла с открытым ртом.

— Глупая девчонка! — наконец вымолвила она, когда ступор прошел. — Теперь ты знаешь, что будет с твоей дальнейшей жизнью? Он превратит ее в кромешный ад! Это же самый настоящий дьявол воплоти! В его роду все такие, его отец, не тем будет, помянут, не одну жену в гроб загнал побоями! И от каждой было по два-три ребенка, мачехи были те ещё гадюки, это не моя милая девочка Джоан, тебе хоть в этом повезло. А лорд, теперь записал тебя в свои злейшие враги! Глупая, глупая ты гусыня! Молись своей Богини, чтобы смерть твоя была легкой и без мучений. Хотя долго ты в этом браке не протянешь, после рождения сына, загонит в гроб.

Элис медленно прожевав кусок лепешки, с трудом протолкнула его в желудок, где все начинало потихонечку покрываться ледяной коркой страха.

— И… и что мне теперь делать? — пролепетала она, совершенно позабыв, что замуж за лорда не собирается.

— Молиться, чтобы у тебя рождались девочки, — дала совет Петуния, намазывая крекер творожной пряной пастой. — Если родишь пятерых, то лорд по закону может выгнать тебя из дома, а может и убить в приступе бешенства. У него и так детей полно, а нужен именно наследник, от законной жены, из достойного рода, чтобы он мог передать ему свои знания и силу оборотничества.

— Оборотничества? — страх еще больше сковал все члены ее тела. — Но он говорил, что он не умеет превращаться в животное.

— Так Сэвиджы и не животные вовсе, — ответила спокойно, словно между делом Петуния.

— А кто? — Элис от страха не чувствовала под собой кресла.

— Ящеры, — торжественно объявила старуха и усмехнулась. — Драконы, если на то оно пошло. Черные драконы, с ядовитой, разъедающей даже камень слюной и плюющиеся огнем, выжигающим все на своем пути.

Элис затряслась так, что чашка в её руках заходила ходуном, и чтобы не облиться, ей пришлось поставить её на столик.

— Д-драк-кон? — жалобно пискнула она.

— Да, — кивнула Петуния.

— И его кузен, он тоже дракон? — пролепетала Элис, вспоминая, как нечто черное сверху спустилось на ее балкон, а затем так же внезапно исчезло.

— Определенно, да! Все мужчины из рода Сэвиджа черные драконы.

— И все его незаконнорождённые дети, мальчики, они драконы? — ужаснулась Элис, понимая, что в логове дракона ее ждет целый выводок мерзких тварей.

— Нет, незаконнорожденные не могут получить от отца дар дракона, он передается, а не приобретается посредством размножения, — ответила Петуния, доедая печенье с маслом.

Ну, хоть тут можно было не опасаться, что лорд напустит на них с Олафом выводок драконов. Хотя сам вполне сможет растерзать их на мелкие куски или спалить корабль в адском пламени. Стиснув руки, вновь похолодевшие, от охватившего её ужаса, девушка низко опустила голову.

— Боишься? — полюбопытствовала Петуния, не без ехидства.

— Да, — ещё ниже опустила голову девушка.

— Вот и я точно так же сорок пять лет тому назад тряслась, боясь выходить замуж за отца Макса, — вздохнула Петуния. — И решила, что лучше вообще не выходить замуж.

Элис украдкой взглянула на неё, теперь ей стало понятно, почему тетка Джоан так и не вышла замуж. Лично она, из вредности полагала, что Петунию просто никто не брал замуж, поэтому она так и осталась старой девой, а тут вон оно как.

— А почему вы не вышли замуж за кого-нибудь другого, после того как отец лорда женился? — спросила она любопытствуя. — Он же был, наверное, не против, ведь он был несвободен.

— Милая, глупая девочка, — грустно усмехнулась Петуния. — Я не могла снять с себя обет.

— Почему? — искренне недоумевала Элис.

— Ведь тогда бы помолвка вошла бы в силу, а у него постоянно жёны умирали одна за другой. Восемь схоронил, убив в приступе бешенства. И я не хотела быть одной из них.

— А вы не думали, может он любил вас? — спросила девушка, сложив руки лодочкой.

— Нет, не думаю, что он любил меня, точно так же как его сын не любит тебя, им нужна жена для наследника, продолжателя рода, а баб для утех, они и так себе найдут. Что не говори, а красивые они черти! Лорд хорош, а его отец так и подавно был красавец из красавцев, — с придыханием вымолвила Петуния, устремив взор на портрет красивого мужчины, висевшего на стене. — Посмотри, вот он, эрцгерцог — отец Макса Сэвиджа.

Элис словно зачарованная смотрела на необычайно красивого мужчину с золотыми глазами и холодным надменным взглядом. В нем ощущалась мощь, страсть и ярость. Он был как две капли воды похож на сына, тот же оскал, те же искры ненависти во взгляде. На какую-то долю секунды ей показалось, что это и есть портрет лорда, но нет, этого не может быть. Петуния же знала его отца и знала, что у него родился сын. Нет, это было просто семейное сходство. Но до чего же жутко все это!

— Тетя Петуния, спасибо, что рассказали мне о семье лорда, теперь буду знать, чего от него ожидать, — искренне, от души поблагодарила Элис старуху.

— Не за что, кто-то же должен был тебя все рассказать, если отец сам не знает за кого тебя выдает, а Джоан промолчала. Но её можно понять, иметь в роду дракона, всегда было выгодно, именно поэтому в стародавние времена принцесс выдавали замуж за дракона. Внук всегда защитит своего деда от непрошеных гостей. Так было и так будет всегда, до скончания времен.

Бросив взгляд в сторону не зашторенного окна, Элис с содроганием подумала, как бы лорд случайно не нагрянул сюда, ведь здесь в глухой деревне было гораздо проще выкрасть свою жертву, ведь кроме одинокой старушки и ее странных слуг здесь никого не было. Хотя Джоан если бы не была уверенна в её безопасности, то не отправила сюда. Как бы то ни было, но ей оставалось только молиться, чтобы Олаф успел добраться сюда вовремя.