Глава 44

«Гроза Тьмы» причалил к берегу, герцог с гордо поднятой головой покинул корабль и со всей своей немногочисленной свитой отправился в замок князя. Его юная жена в расшитом золотом светло-голубом бархатном платье и белой меховой накидке, шла рядом, держа его под руку. Олаф с Одилом тащились позади них, то и дело, подкалывая друг друга и пихаясь под завистливые взоры остальной команды. Всем хотелось сойти на берег, но раз князь строго запретил команде «Грозы Тьмы» ступать на его землю, то что ж, приходилось, молча завидовать, так как Одил был ещё довольно неумелым магом, и отвести глаза мог только на одном из своих товарищей, ну и на себе любимом.

— У тебя зеркальце есть? — шепотом спросил Олаф, толкнув в бок локтем друга.

— Нет, я что, похож на того, кто носит с собой зеркальце? — противно хихикнул тот.

— Не похож, — ответил Олаф. — Ну а все же?

— А тебе зачем? — тут же вопросил Одил.

— Хочу посмотреть, в кого ты меня превратил, — вздохнул Олаф. — Я так понимаю, что все наши и Уил со своей так сказать женой видят нас такими, какие мы есть на самом деле.

— Все правильно понимаешь, — кивнул маг, приветливо помахивая горничным, высыпавшим на крепостную стену посмотреть приезд высокого гостя. — Не переживай, лорд нас не узнает, можешь даже руку ему пожать, если захочется.

— Спасибо, что-то не хочется, — буркнул Олаф, пытаясь в свете яркий огней, освещавших парк и сад, разглядеть свое отражение хотя бы в отполированных до блеска пузатых лампах, расставленных на тонких высоких подставках.

— Да красивый, красивый, — ехидно хихикнул маг, ловя на себе восторженные взоры молодых служанок смущенно отворачивавшихся, когда он им подмигивал.

— Да, но почему-то все девицы смотрят только на тебя, — возразил Олаф.

— А чего тебе до этих девиц, когда у тебя есть княжна? — подвигал бровью Одил.

— Да ну тебя! — усмехнулся капитан Грин, высматривая среди встречающей стороны Элис, но девушки не было видно.

Князь, и княгиня в таком дорогом платье, что Золина даже зубами скрипнула от зависти, вышли вперед, приветствуя высокого гостя.

— Герцог, мы польщены тем, что вы соизволили посетить нашу скромную обитель, — Рассел величественно кивнул, слегка склонив голову перед кузеном самого короля, тот в свою очередь, кивнув, развел руками в стороны.

— Князь, я поражен с каким размахом вы решили встретить меня, честно признаться, я очень польщен, так как визит мой не официальный, а дружеский.

— Тогда я считаю, что прием не слишком шикарен, по такому поводу, — улыбнулся князь.

Олаф закатил глаза, отвернувшись.

— Ну, все, — прошептал он. — Сейчас начнут словами пулять с одного берега на другой.

— Н-да, это надолго, — подтвердил Одил, с вожделением посматривая на заставленный разнообразными закусками стол, под разноцветным пологом шатра. — А кушать уже почему-то хочется. Может, мы пойдем, пожуем, пока они тут вальсируют?

— Нет, — Олаф схватил его за рукав. — Нельзя! Этикет не позволяет.

— А что бы я помер с голоду, этикет позволяет? — проворчал Одил, чувствуя, как у него начинает ворчать в животе. — Я есть хочу, у меня силы уже на исходе.

— Терпи брат, ещё немного осталось! — подбодрил его Олаф, усиленно высматривая в немногочисленной толпе хозяев свою хрупкую, нежную Элис. — Да где же она?

— Может в комнате сидит? — спросил Одил, косясь на жаренную куриную ногу в сырной корочке с колечками лука.

— Зная, что я здесь? — с сомнением выгнул бровь капитан. — Нет, здесь что-то не так!

Наконец герцог с князем наговорились, досыта заваливая друг друга взаимными лестными комплиментами, представили друг другу своих очаровательных жён, гостей и всех, к великой радости Одила пригласили к столу. Гости хлынули в шатер к столу, горничные только успевали обносить всех напитками. Олаф медленно бродил среди толпы совершенно не узнанным и посматривал на лорда, тот был представлен герцогу как будущих супруг дочери князя.

— А где же княжна? — спросил Уил, оглядываясь. — Мы хотим посмотреть на ту, кто в скором времени осчастливит вас, лорд Сэвидж.

— Она, к сожалению, не может присоединиться к нам, — с сожалением вымолвила красавица княгиня, держа под руку мужа. — Она у себя в покоях, у нее в самый последний момент разболелась голова, я советовала ей прогуляться на свежем воздухе в саду, она ответила, что вполне возможно позже так и поступит.

С этими словами Джоан лукаво посмотрела на лорда, а тот, ухмыльнувшись, взял в руки бокал с вином и отошел в сторону. Олаф следил за каждым его движением, а тот, не узнавая капитана Грина, медленно бродил по дорожке перед стенами замка.

Начинало холодать, и князь пригласил всех пройти в бальный зал, где уже вовсю играла музыка, и раздавался веселый смех приглашенных танцоров.

Олаф вошел следом за герцогом и тут взгляд его случайно упал на большое зеркало, висевшее на стене. Поперхнувшись вином, он закашлялся.

— Эй, дружище, — усмехнулся проходивший мимо лорд, добродушно огрев его по спине рукой. — По-моему тебе уже достаточно!

Олаф откашлявшись, поставил бокал на поднос проходившего мимо лакея и еще раз взглянул на себя в зеркало, откуда прямо на него смотрел какой-то низкорослый, коренастый с пивным животиком и красным носом мужичишка. Одет он был в нелепый костюм из зеленого бархата, на голове между торчащих в разные стороны вихров цвета прелой соломы сидел, берет малинового цвета с облезлым пером. Возмущенно взмахнув руками, Олаф рывком повернулся в сторону давившегося беззвучным смехом Одилу.

— Ты спятил? В кого ты меня превратил?! — зашипел он, чувствуя, как правый глаз начел подергиваться. — Что это?!

— Ну ладно тебе, все не так плохо, — сквозь смех выдавил из себя тот, вытирая выступившие слезы ладонью. — Ты не узнан, лорд даже по спинке тебя погладил!

— Я тебя сейчас поколочу! — прошипел Олаф, сильно пиная ногой по ноге друга.

— Ай! Все, все, я понял! — прыснул маг, поводя перед зеркальной поверхностью рукой, один из перстней на указательном пальце мягко засветился, преображая облик толстого коротышки в высокого видного парня.

— И берет этот дурацкий, убери, — приказал Олаф.

В ту же секунду малиновый берет с облезлым перышком, растворился прямо на глазах.

— Так устроит? — спросил маг, перестав смеяться, но черти у него в глазах так и плясали, так и прыгали друг перед другом.

— Вполне, — кивнул Олаф. — Пойду, поищу Элис.

— Надеюсь, ты не по этажам гулять собрался? — насторожился Одил.

— А что? — ответил вопросом на вопрос Олаф.

— Я не могу контролировать твой облик, на большом расстоянии. Если тебя узнают, то нам точно крышка! И Уилиам нам не поможет.

— Какая ещё крышка! — поморщился капитан. — Максимум что могут сделать, это выпереть из замка за незаконное проникновение, не на бочку же с порохом они нас посадят? Тем более, Уил нас сам взял с собой, мы приглашенные гости, часть свиты герцога.

— Ну, ты и упрям! — выдохнул Одил. — Ладно, черт с тобой, идем!

Хлопнув по спине друга, Олаф направился прочь из зала. Выйдя в огромный холл, они подошли к лестнице на второй этаж, но дорогу им преградил старый дворецкий.

— Молодые люди, прошу вас вернуться обратно в зал, комнаты ещё не готовы, а праздно болтаться по этажам негоже.

Олаф хотел было обойти старца, но на пролете показались стражники, перекрывшие путь, скрестив копья. Скрипнув от досады зубами, Олаф решил не спорить с дворецким, но возвращаться в зал ему не хотелось, поэтому он вышел через боковую дверь в сад. Нервно потирая руки, он пошел вдоль замковой стены, закинув голову, чтобы посмотреть, есть ли свет в окнах Элис. И ему повезло, свет в окнах любимой тускло светился, а сама она стояла возле раскрытого окна, прячась за занавеской. Увидев её, Олаф помахал рукой, Элис помахала в ответ, указав рукой в сторону старой части сада, где находился лабиринт.

Кивнув, капитан Грин поспешил в указанном направлении. Сердце его радостно билось от предвкушения встречи с любимой. Лабиринт находился так далеко, что досюда не доносился звуки музыки и веселого смеха, доносившихся из приоткрытых окон бального зала, но тем лучше, никто не помешает им обсудить пан побега, или даже они могут совершить сам побег прямо сейчас, а что, чего тянуть? Пока есть возможность, нужно рисковать иначе другого шанса может и не быть. Пока он стоял и размышлял, раздался звук легких, поспешных шагов. К лабиринту приближалась девушка, закутанная в темный плащ, на лицо был надвинут глубокий капюшон. Элис! Он сделал несколько шагов ей на встречу, выходя из тени высокого, полуголого кустарника в пятно лунного света, чтобы его можно было увидеть.

— Элис… — начал, было, он ласково, но тут же замолчал, потому что это была не она.

Остановившись напротив, женщина скинула с головы капюшон и посмотрела на него с лукавой улыбкой на красивом лице, ее ярко-зеленые глаза искрились весельем.

— Княгиня? — произнес он с изумлением.

— Ну, здравствуйте, капитан Грин, — вымолвила она с улыбкой.

Олаф растерялся, откуда мачехе княжны было известно его имя, и вообще, как она могла догадаться кто он?

— О, дорогой капитан, не стоит так на меня смотреть затравлено, — улыбнулась Джоан, складывая руки на животе и слегка склонив голову на бок. — Но так уж и быть, отвечу на ваш немой вопрос, как я могла узнать про вашу переписку с падчерицей. Все просто, я перехватила письмо, предназначавшееся Элис. Вот и все, никакой мистики.

— Где она?! — спросил Олаф, чувствуя себя последним олухом, которого вот так просто обвела вокруг пальца хитрая княгиня.

— Там, где вам ее не найти, — улыбнулась княгиня. — Далеко и надежно спрятана.

— Я все равно найду её, как бы вы не противились этому! Я найду и увезу Элис.

— Капитан, между прочим, у нее есть жених, и это к счастью не вы, — возразила княгиня.

— Вы приносите её в жертву этому мерзкому, грубому мужлану ради собственной выгоды.

— Такова реалия жизни, — каждый выживает, как может. — Мой вам совет, уезжайте, уплывайте на своем чудесном корабле подальше отсюда, пока лорд не нашел вас.

— Я не боюсь его! — гордо вымолвил Олаф, сжав кулаки. — Я буду сражаться за свою любовь, и за счастье Элис.

— Капитан, умоляю вас! — с жалостью усмехнулась княгиня. — Он лорд, а вы всего лишь простой капитан, уверяю вас, что мой муж даже не станет рассматривать вас как кандидата на руку и сердце дочери. Все уже давно решено, Элис выходит замуж за лорда.

— Я не просто капитан, — возразил упрямо Олаф. — Я приму присягу на верность королю и буду главой королевского флота, а это кое-что да значит. У меня есть деньги, земля. И что самое главное, я люблю вашу падчерицу и сделаю ее счастливой.

Джоан ещё раз с сожалением покачав головой, ответила.

— Слишком поздно, прислушайтесь к моему совету, забудьте её. Она не для вас. Прощайте!

Развернувшись, она быстрым шагом направилась прочь.

— Я буду бороться за свою любовь! — выкрикнул ей вслед Олаф, но звук каблуков уже растаял во мраке. — И победа будет за мной.

— Ага, — раздался прямо позади него голос лорда Сэвиджа. — Только не в этой жизни.

Прежде чем он успел повернуться, к противнику, Олаф почувствовал сильный удар в лицо и погрузился в темноту беспамятства.