Глава 26

На обеде я заметила, что той наложницы, которая плеснула в меня кипяток, нет. Не только рядом со мной, но и вообще за всем длинным столом ее присутствия не наблюдалось. Меня все так же сторонились, но теперь всеобщее презрение сменилось недоумением и злобой, замешанной на зависти. Даже место где-то в середине оставили – какой головокружительный взлет по меркам гаремной иерархии! Но я предпочла остаться с краю. Встроиться во все эти движения – означало принять правила игры и участвовать в ней, я же отчаянно не желала признавать, что мое здесь заключение продлится долго.

– А где девушка, которая сидела на этом месте? – я все-таки склонилась к соседке слева и кивком указала на пустующий стул.

И даже не ожидала, какой по интенсивности ненавидящий взгляд получу в ответ от незнакомки. Меня словно плетью хлестнуло.

– Это все из-за тебя! – с отвращением прошипела она. – Маилу продали в дом утех только за то, что она нечаянно пролила на тебя напиток. Если ты думаешь, что эмир постоянно будет за тебя заступаться, то сильно ошибаешься, а стукачей не любят нигде.

Я вздрогнула. Слишком много неприкрытой злобы, слишком много предвзятой несправедливости. Объяснять, что Маила точно осознавала свои действия, когда ошпаривала меня кипятком, не стала, так же как и говорить, что мне жаль девушку. Нет смысла сотрясать воздух, когда точно уверен: слова не попадут в цель.

После трапезы меня снова отправили в танцевальный зал, где почтенная Хали гоняла уже меня одну. И я даже пару раз удостоилась скупой похвалы. В противовес всем тем тысячам едких замечаний, когда не могла в точности исполнить то, что от меня требовали. А по возвращении в свою комнату обнаружила на кровати книги. Целая стопка изданий разной толщины, размеров и цветов обложек, а рядом записка с приказанием изучить все в кратчайшие сроки.

Что ж, читать – это не перед зеркалом заставлять свое тело изгибаться так, чтобы усладить взор мужчины. Все мышцы после многочасовых тренировок ныли, и я с удовольствием устроилась поверх покрывала. Взяла в руки первый том, раскрыла и тут же отбросила от себя, словно ядовитую жабу. Даже в строчки вчитываться не пришлось, чтобы понять, о чем там написано – обо всем рассказали рисунки. Срамные картинки перемежались со скупыми строками текста, чтобы как можно доступнее донести до читательницы все способы, какими можно доставить наслаждение хозяину.

Меня замутило. К горлу подкатил ком, а сердце придавило тяжеленной плитой, хотя я думала, что хуже уже не будет. Короткий взгляд в остальные книги – и я поняла, что все они на одну тематику, а даже с бесполезной истинной, потерявшей женскую суть, можно получить кое-что. Оставалось только слабо надеться, что дракон не опустится до подобного, но, насмотревшись на нравы, царящие здесь, и на самого эмира, я понимала, что и эта надежда не жилец. Я всем сердцем верила в алхимию с ее законами, а вот в случайные чудеса – нет.

И все же я не удержалась. Сдерживая дурноту, заставила себя внимательно пролистать каждый том, изучить каждую картинку, скользнуть взглядом по каждому пояснению. Не потому, что собиралась выслуживаться перед беспощадным ящером, пленившим меня, а чтобы узнать, в насколько черную бездну может пасть кто-либо, наделенный властью.

Перед самым ужином ко мне зашла Раина. Окинула довольным взглядом книги, раскрытые в разных местах, и неопределенно хмыкнула. А я не покраснела. Эта женщина, добровольно варившаяся в самом злачном месте, которое мне довелось узнать, сама выбрала свой путь. В отличие от меня. Еще и, судя по всему, получала удовольствие от собственного положения. Так кому из нас следовало стыдиться? Той, что была бесправной, или той, которая потворствовала всеобщему безумию?

– Собирайся, – мне на кровать полетела стопка полупрозрачных тканей. Знакомо звякнули металлические кругляшки. – Великий эмир желает увидеть, чему научилась за этот день его личная рабыня.

– Боюсь, его ждет разочарование, – я сладко пропела и улыбнулась, нисколько не удивившись желанию принца вновь увидеть меня. Наоборот, было бы слишком самонадеянно и глупо считать, что дракон оставит в покое заклятую истинную.

– В таком случае, тебя ждет наказание, и я с удовольствием его исполню, – змеей прошипела почтенная.

Я сильно сомневалась, что ящер лишит себя удовольствия и позволит наказывать строптивую собственность кому бы то ни было. Если меня и будет ждать возмездие, эмир свершит его собственноручно.

– Вы всех так не любите или только меня? – поинтересовалась нагло.

Внезапно охватившую смелость объяснить было легко: ничего Раина мне не сделает перед самым визитом к его высочеству. Нельзя слишком явно портить имущество хозяина, может и самой влететь. А после показательной порки троих провинившихся тут все стали осторожнее. Не могли не стать, иначе не продержались бы столько лет в этом гадюшнике.

– За слишком дерзкий язык останешься завтра без трапез, – отрезала управляющая. – Живо одевайся, я провожу тебя в покои великого эмира.

Полупрозрачный наряд почти ничего не скрывал. Каждый изгиб моего сухого тела, каждая родинка, каждая залегшая тень была видна. Я напоминала себе, что дракон не только все это видел и имел возможность прекрасно рассмотреть, но еще и потрогать. Он сам делал мне массаж, расслабляя напряженные мышцы, купал, а потом натирал маслами. Сейчас казалось, что все это мне приснилось, потому как правдой быть точно не могло. И все же самовнушение не помогало.

Меня явственно трясло, особенно в свете недавно почерпнутой из срамных книг информации. Меня колотило, когда Раина укутывала в плотную накидку с капюшоном, когда вела меня незнакомыми коридорами и особенно – когда мы вошли в огромные роскошные покои, а в нос ударил запах меда и табака.