Глава 39

Его высочество внимательно изучал меня взглядом в ожидании ответа. А все медлила. Внезапное осознание ошеломило, словно ударило под дых своей неприглядностью.

– Не знаю? – я беспомощно посмотрела на Амирэля.

Потерла лоб. Как так получилось, что за всеми своими бедами, страданиями и поисками искупления я потеряла себя? Когда решила стать алхимиком и перестала кроме единственной цели замечать все остальное? Или когда все свободное время терзалась под тяжестью совершенных грехов?

– Расскажи мне, – мягко попросил дракон. – Не держи все в себе. Ты теперь не одна, у тебя есть самый верный слуга, готовый на все ради одной лишь твоей улыбки или одобрительного взгляда. Знаю, мы неправильно начали, но ведь совсем необязательно продолжать в том же духе. Мы можем начать исправлять все прямо сейчас, – моего запястья коснулись теплые губы, пощекотав и запустив стайку мурашек до локтя, а темные глаза уставились в мои. И в тот момент я с кристальной ясностью осознала, насколько легко могу в них утонуть. – Ты позволишь накормить тебя завтраком?

– Зачем тебе это?

– Я чувствую, как слезно просит еды твой пустой желудок, – дракон лукаво усмехнулся, выпрямился, но руки моей не отпустил. – Наша связь крепнет, несмотря на все… разногласия, – дипломатично обошел скользкую тему.

– Я не о том, не делай вид, что не понял вопроса.

– А я как раз о том. За трапезой и поговорим. Надеюсь, ты уже лучше себя чувствуешь? – темные глаза просканировали меня с ног до головы.

– Твои термы творят чудеса, – пришлось признаться со вздохом.

Хотя то страшное, что собирался сотворить со мной Олаф совсем нелегко вытравить из памяти, а может и вовсе невозможно, дракону удалось перекрыть это новыми, гораздо более приятными впечатлениями. Так что уже не хотелось трястись зайцем, забиться в самый дальний угол и скулить от отчаяния и раздирающих душу воспоминаний.

Не знаю, как все так легко и быстро удавалось эмиру, но к моменту, когда мы через несколько минут вошли в его личную столовую, стол уже ломился от многочисленных яств. Были там и яйца, приготовленные всевозможными способами, и блинчики с множеством начинок, и сыры, и тонкие ломтики вяленого мяса, булочки и даже злосчастный виноград.

– Ягоды я не буду, – выпалила тут же.

Дракон тихо и понимающе усмехнулся:

– Я прикажу их унести.

Он помог мне сесть, собственноручно расстелил салфетку поверх коленей. От чего кожа, прикрытая лишь тончайшей тканью шаровар, в тех местах, где пальцы принца с ней соприкасались ненароком, начинала гореть, и потушить эти маленькие пожарчики могло лишь время. Весьма продолжительное время.

Эмир устроился напротив. Темные глаза прожигали взглядом, который я не могла разгадать, а на губах дракона играла предвкушающая улыбка. Я думала, кусок в горло не полезет в такой обстановке, но, к собственному удивлению, съела сперва омлет, затем стопку блинчиков, а после – нежнейшую булочку с маслом и сыром. Запила все это двумя пиалами тонизирующего напитка и сыто откинулась на спинку кресла.

– Это все стресс, – неловко оправдалась за совсем не девичий аппетит.

– Расскажи мне о себе, Эви, – мягко попросил дракон. – Позволь понять тебя и твои поступки, а потом уже искать выход из ситуации. Не зная истоков, очень легко ошибиться и вместо пользы принести лишь вред.

Я колебалась. Но взгляд дракона, выражение его лица, его поза – все в нем выражало столько готовности узнать, выслушать, где нужно посочувствовать и взвалить все мои горести и проблемы на себя, что я против воли начала говорить. Лишь глаза отвела, уставившись в окно, потому что понимала, что по-другому не смогу, не выдержу напряжения и замкнусь глубоко в себе.

Первые слова давались тяжело. Отказывались складываться в предложения, нужные прятались от меня, а на ум приходило все не то. Но, к его чести, эмир оказался превосходным слушателем. Внимательным и благодарным. Он подталкивал, где нужно, не перебивал и молчал в основном. Так и вышло, что поведала я ему все, начиная с момента, как заболели матушка и я, на которых подействовал хитрый яд отца, и заканчивая собственными приключениями уже в гареме.

Не утаила я и того, как сестра провела запрещенный ритуал, разделив со мной кровь, чтобы спасти от гибели. Как ее – древняя драконья – стала затмевать разум, а в присутствии истинного Роузи и вовсе толкала на страшные поступки. При коротком упоминании тех шестерых, кто под воздействием побочного эффекта от ритуала пытался овладеть мной, раздался треск, и резные деревянные подлокотники раскрошились в руках дракона. Его зрачки вытянулись в узкие стрелы, и Амир поспешил прикрыть их веками, чтобы я не заметила.

– Так что, как видишь, тебе досталась совсем незавидная истинная, – закончила я. – Можешь даже поблагодарить за то, что избавила тебя от столь недостойной пары, – и криво улыбнулась.

– Нет таких, кто никогда не ошибается, Эванелия, – все еще с закрытыми глазами произнес дракон. – А ты и вовсе была сама не своя в те моменты, за которые больше всего винишь себя. Зато теперь я понимаю, почему ты так отчаянно пыталась убежать от меня.

– Знаешь, все говорят о том, что мной тогда руководила драконья кровь, – задумчиво произнесла я, снова повернувшись к окну. – Вот только свалить на нее всю вину не получается. Я там тоже была. И возможно, если бы лучше сопротивлялась, если бы приложила больше усилий и противостояла раздираемым страстям…

Эмир не дал договорить. В один миг он переместился со своего места мне за спину и положил ладони на плечи.

– А что, если есть такие моменты, когда совершенно невозможно справляться с тем, что рвется изнутри? Когда тебя сжигает до тла, и либо ты выпускаешь огонь наружу, либо он пожирает тебя, сводя с ума и превращая в зверя.

– Перекладывают вину на что-то другое только слабаки, – я покачала головой.

– А сильные искупляют, я понял. Ты назначила себе плату сделаться алхимиком, пусть и потеряв часть себя…

– Я хотела помогать людям, – не стала отрицать. Дракон верно разгадал мой замысел.

– Скажи, Эванелия, ты хоть раз пользовалась новообретенной силой? – пальцы на моих плечах дрогнули, и столько напряжения было в голосе принца, что оно передалось и мне.

– Нет, – я вздохнула. – Я не успела. Ты забрал меня раньше, чем я смогла хоть чему-нибудь научится.

– Слава пескам, – раздалось с облегчением позади. – А что, если я скажу, что в таком случае твое посвящение можно отменить? Ты можешь вернуть силу и взамен снова стать полноценной, а я смогу объявить тебя парой и сделать законной женой. Что скажешь, Эви, ты выйдешь за меня замуж?