Глава 8

Пробираться в наше убежище под старым кладбищем было слишком рискованно: мы могли привести за собой погоню. Мы с Вепрем разделились, перед этим трижды убедившись, что за нами не следят.

Единственным укрытием, о котором не знал никто, кроме меня и Конте, оставался старый чердак, куда я бежала после первой встречи с Тенью. Но там не было вербены. Не было чёртового снотворного.

Я тихо выругалась, привалившись к стене.

Конте и Тень с этой минуты были смертельными врагами. И я не могла, не имела права заснуть без защиты.

Хотя я не была уверена, что мне хотелось пить вербену. Я не помнила своих снов, но что-то пробивалось через невидимый барьер. Руки, звёзды, тихий смех… откровенный разговор. И часть меня хотела его продолжить.

Я сжала виски. Нельзя. Конте прав. В убежище через весь город я сейчас пойти не рискну, но к тайнику отправлюсь немедленно — и зальюсь вербеновой настойкой по уши. Потому что заснуть просто так после того, что я видела и слышала, будет чудовищной глупостью. А не спать всю ночь — настолько я себе не доверяла.

Я поправила клинок на бедре, надвинула капюшон ниже — и тронулась в путь по грязной аллее. Ночь была лунной и ясной: не самое лучшее время для прогулок, когда не хочешь, чтобы тебя видели. Но я не боялась стражи. Что до демонов, зелья были при мне и я была очень не прочь кого-нибудь вздуть. Чёрт подери, я была в ярости этой ночью и обрадовалась бы любой возможности спустить пар. Потому что Конте, возможно, в это мгновение был уже мёртв.

Конте, Конте, Конте…

У него был младший брат, который остался в Подземье, и Конте не сказал мне. Должно быть, вспоминать о Ниро было слишком тяжело, поэтому Конте выражал свою тоску тем, что особенно опекал меня. Он потерял семью, брата, жену, но продолжал жить с гордо поднятой головой, встречая каждый бой с насмешливой улыбкой. Мне стоило взять с него пример.

Мои пальцы сжались на рукоятях клинков. Что ж, я окажусь достойной ученицей. Конте будет мной гордиться. Обязательно.

Тем более что мне было для чего жить. Проклятый Церон был прав: маски Триумвирата оказались трусливыми и самодовольными садистами и бездельниками. Эреб был жалок, мерзок и отвратителен. И мы не могли позволить ему безнаказанно пытать и убивать и дальше.

Триумвират всё же держал демонов в узде. Торжественные жертвоприношения были редки, да и одобренных масками жертвоприношений было куда меньше, чем могло бы быть: бунтов среди людей маски не хотели. Но, раз уж Эреб так легко обходил закон, нетрудно было представить, что десятки демонов делали то же самое за закрытыми дверями. Даже окровавленные маски Триумвирата блёкли рядом с демонессами Рин Дредена, которые мечтали о вечной юности.

Приверженцы, чтоб их, традиций. Какого дьявола мы живём в таком мире, а?

Я всё сильнее убеждалась, что Конте был прав. Мы не можем просто гоняться за демонами — это капля в море по сравнению с тем, что мы могли бы сделать. Мы должны нацелиться на Триумвират. И попытаться победить.

Интересно, смогла бы я перетащить Тень на свою сторону? Я невесело усмехнулась. Вряд ли, особенно если эти слухи о проклятии — правда. Но ведь Тень наверняка презирал Эреба не меньше меня. Может быть, у меня всё-таки была надежда обрести союзника?

Я вздохнула. Конте бы высмеял меня за детскую наивность. И был бы прав.

Я добралась до тайника без приключений. Всего лишь тщательно замаскированная ниша, которую можно было открыть, лишь нажав на незаметный рычаг. Внутри была полость размером в пару-тройку кирпичей, не больше, но здесь всегда хранился запас боевых зелий, пара хороших ножей, серебро…

…И вербена.

Я сняла с пояса фляжку с водой и быстро засыпала туда толчёных листьев. Взболтала. Вербену обычно не имело смысл принимать внутрь — но Конте знал, что советовать. К тому же у меня не осталось другого выхода.

Я закрыла глаза и отхлебнула. Поморщилась, сжала зубы, глубоко вдохнула — и выпила не меньше трети фляжки.

Всё. Теперь у меня есть защита от навязанных снов.

Я тщательно закрыла тайник, отряхнула руки и зевнула. Ночка выпала та ещё, а я в придачу ещё и здорово хотела есть. Жаль, что Янтарный квартал навестить не удастся: кормили там хорошо, а у девчонок-хейко всегда было припасено для меня что-нибудь вкусное. Кажется, они втайне жалели меня не меньше, чем я жалела их.

«Женщине нужен мужчина, Дара. А ты остаёшься девочкой».

«Знаешь, Лиса, демонам как-то всё равно, девочка я или мальчик».

«И в этом твоя жизнь? Убивать демонов?»

«Пока — да».

Я вздохнула, вспоминая давний разговор.

Хотела бы я жить по-другому? Быть хозяйкой красивого дома, воспитывать сына, пропадать вечерами в библиотеке и валяться в саду с книгой? Смотреть по ночам на звёзды?

…На звёзды…

…Я лежала на скале, обнажённая, и смотрела в каменное небо.

Как? Когда?

Я закусила губу до крови. Я не помнила, и это было хуже всего.

Раздались тяжёлые шаги, и я быстро спряталась за угол. Стража.

— …Восемь человек, — донеслось до меня. — Зачернённая сталь, представь себе. Ну уж нет, я не стал спрашивать: «Кто идёт?», — благодарю покорно. Я не для того принимал присягу, чтобы ночные разбойники утыкали меня стрелами, как ежа.

— Так, может, это и вовсе не разбойники были?

— Угу, и крались по крышам в капюшонах и с зачернённой сталью? Какого чёрта таиться, если их послали маски?

— И куда они отправились?

— Почём я знаю. Но помяни моё слово, кому-то сегодня не повезёт.

Я хмыкнула. Восемь вооружённых людей отправлялись куда-то. Для грабежа — слишком много, для убийства — тем более. Интересно, кто их послал и куда?

Крались по крышам, значит…

Впрочем, это не моё дело. У меня и без того было полно забот. Теперь, после рейда на дом Эреба, за мной будет охотиться каждый наёмник, мало-мальски готовый рискнуть. Похоже, нам с Конте придётся затаиться надолго.

Сердце сжалось, как сжималось каждый раз при мысли о Конте. Я надеялась, что Тень дал ему выбраться. Потому что, если бы Тень не сдержал своего слова, всё потеряло бы смысл.

«Всё и так потеряло смысл, Дара», — напомнила я себе. Конте и Тень сойдутся в поединке, и Конте убьёт его или умрёт сам. Я видела его глаза. Это были глаза человека, у которого была лишь одна цель — отомстить. И его не отговорить и не переубедить.

Впрочем, хотела ли я его переубеждать? Я определённо не испытывала к Тени нежных чувств. Каждый раз при встрече с ним моя жизнь висела на волоске. Более того, Тень всё ещё искал наше убежище, чтобы уничтожить нас раз и навсегда.

Так почему же тихий маленький голос внутри меня мечтает, чтобы было иначе?

Я вздохнула. Без бутылки хорошего вина тут не разобраться.

Луна осветила улочку, сияя холодно и ярко. Я задумчиво посмотрела вверх. Что ж, раз этой ночью модно бегать по крышам, присоединюсь-ка я к этой традиции.

Я подтянулась, гибкая и лёгкая, без труда залезла на крышу первого этажа, снова подтянулась, забралась ещё выше — и вскоре ночной город уже расстилался у меня под ногами. Я бежала, пригибаясь, застывая за трубами, осторожно просматривая путь вперёд, — и наслаждалась.

Свобода. Пусть это было иллюзией, обманом, — но я чувствовала себя свободной, и город в эту минуту принадлежал мне.

Неужели Тень чувствует себя так всё время? Ведь за ним, в отличие от меня, не охотятся, и он может ходить где пожелает. Его боятся, ему завидуют, им восхищаются. Должно быть, он поистине ощущает себя владыкой Рин Дредена.

Пока поводок, на котором держит его Триумвират, не натягивается вновь.

Далеко слева я вдруг увидела тёмные фигуры. Луна скрылась за тучами, и я ничего не могла разглядеть, но меня внезапно будто толкнуло какое-то странное чувство. Словно то, что происходило там, было связано со мной.

А потом я ощутила в груди знакомый жар.

Я чувствовала этот жар только дважды, и оба раза Тень вдруг оказывался рядом. Ошибиться я не могла. Или это всё-таки лишь дурацкое совпадение?

Был лишь один способ это проверить.

Опрометчиво, безрассудно, глупо — но иначе поступить я не могла. Я глубоко вздохнула — и бросилась бежать навстречу тёмным фигурам.

И увидела его почти сразу же.

Высокая фигура в развевающемся на ветру плаще с призрачными крыльями, раскинутыми за спиной. Быстрая и опасная. И такая знакомая.

Тень.

Тень в окружении вооружённых убийц. И расклад сил явно был не в его пользу. Он… чёрт, он мог пропустить удар в спину в любой момент!

Моё сердце забилось быстрее, и, уже не отдавая отчёта в том, что делаю, я кинулась вперёд, доставая из ножен клинки.

Тень явно дрался насмерть, двигаясь неимоверно быстро. Он владел катаной так, как я владела своими короткими клинками: она была его рукой, его продолжением. Острое лезвие, на котором поблёскивал лунный свет, рассекало воздух, словно шёлк, и я с дрожью заметила, что оно уже было в крови. Короткий бросок, и один из наёмников отпрянул, схватившись за сгиб локтя.

Но тёмных фигур вокруг Тени было семеро: мёртвым лежал лишь один. А семеро могли победить любого одиночку. Даже Тень.

Но не двоих.

Меня ещё не заметили, и в этом была моя удача. И, возможно, наше общее спасение.

Я сжала губы и перекатилась по крыше, приземлившись в полуприседе. Пусть кто-нибудь другой дерётся честно. Я буду драться, чтобы победить.

Мой удар локтем в живот заставил наёмника в чёрном согнуться пополам. Я умелым выпадом подрезала его сухожилия — и поймала знакомую холодную усмешку.

Тень меня увидел — и узнал этот удар.

В следующую секунду на меня ринулись сразу трое. Ох, чёрт, чёрт, чёрт…

— Спиной к спине, — услышала я негромкую команду.

Время остановилось. Один-единственный миг я и Тень глядели друг на друга. В моих глазах, я знала, были изумление и неверие: он доверяет мне свою спину? Он — будет биться со мной бок о бок?

А в его глазах…

Я не увидела там благодарности или признательности — лишь ту же вечную холодную уверенность. Но там, за ней, я вдруг увидела нечто другое. Напряжённое ожидание. Словно он ждал от меня каких-то эмоций… узнавания. Хотел, чтобы я вспомнила что-то?

Неважно. Потом.

Я взлетела в прыжке, раскидывая руки, отбивая сразу полдесятка выпадов, — и мы встали спиной к спине, Тень и я.

— Любишь ты проводить время весело, — успела бросить я.

— Тебя сюда не звали, — спокойно заметил он. — И ты всё ещё можешь уйти. Это не твой бой.

— Ха. Думаешь, эти меня выпустят?

Я обвела взглядом безликие капюшоны. Надо же, стражники не врали: острая сталь коротких мечей и впрямь была зачернена. Мерзавцы хорошо подготовились.

— Пожалуй, нет, — проронил Тень. — Что ж, начнём.

Убийцы медленно кружили вокруг нас, готовясь напасть. Словно хищники, чующие кровь…

А потом я случайно коснулась бока Тени локтем — и замерла: он был мокрым от крови.

— Ты ранен, — едва слышно прошептала я. — И серьёзно.

— Молчи.

Семеро на одного раненого. Без меня у Тени не было шансов. Он погиб бы на этой крыше.

…И всё ещё может погибнуть. Мы оба можем остаться здесь навсегда.

— Довольно миндальничать, — произнёс властный голос под одним из капюшонов. — Принесите мне его голову.

— Кстати, — произнесла я. — По какому поводу вечеринка? И где закуски и девочки?

— Ещё спроси, кто их нанял, — холодно бросил Тень.

— А ты забыл спросить?

— Какая разница?

Я усмехнулась. И впрямь. Главное, что сейчас здесь будут трупы.

Я легко отбила первый выпад, и сталь зазвенела, когда я парировала вторую атаку. А потом я перестала думать. Семеро, их всё ещё было семеро — и мы должны были выстоять, не рассуждая. Не было времени думать о доверии или ненависти — мы вышли против семерых и должны были защищать свои жизни.

Трое метнулись ко мне одновременно, и я ощутила вспышку страха. Но слева хлестнула катана, полоснув первого из атакующих по горлу, и испуг, отчаяние, боль мгновенно сменились эйфорией. Я крутанулась, пнула ногой второго противника в живот — а третий напоролся на мой меч.

Они против нас — и выстоим только мы. Убей или умри. Защити то, что тебе дорого — ибо нет пути назад.

Значило ли это, что Тень был мне дорог?

— Конте, — выдохнула я, отбивая сразу две атаки. — Если ты убил его…

— Он жив, — последовал короткий ответ.

— И на свободе?

— К моему большому сожалению. — За спиной послышался свист катаны и дикий вопль. — Это всё, что ты хотела узнать?

— Пожалуй, да, — хрипло сказала я. — Посиделки за бокалом вина устроим позже.

— Рад это слышать.

Мы отражали удары без устали, опираясь друг на друга. Это было не так, как с Конте, насмешливым, лёгким и расслабленным. От него шло тепло, дружба, доверие. Тень… Тень был холодным камнем. Я не могла сказать, что я доверяла ему. Но каждую секунду боя я чувствовала абсолютную уверенность, что ко мне он не подпустит никого.

И я собиралась ответить ему тем же. Я прикрою ему спину — и раненый бок тоже.

— Тридцать тысяч золотом, — крикнул вожак, перестраиваясь и оказываясь напротив меня. — Хочешь прожить всю жизнь, как королева?

Я чуть не сбилась с ритма. Тридцать тысяч…

…На пятьсот монет в год я могла бы купаться в роскоши. Чёрт, да мне хватило бы и ста.

Я не могла обернуться, чтобы взглянуть Тени в лицо. Но я всем телом чувствовала его напряжение. Стоит мне сделать один-единственный выпад…

Достаточно короткого удара в спину, чтобы он упал и не видел больше никого и ничего. В эту секунду жизнь Тени была в моих руках.

Другое дело, что тридцать тысяч мне после этого никто не даст. Впрочем, как знать?

— Надо же, — отозвалась я вожаку в тон. — И кто же это у нас такой щедрый?

— Правда хочешь это знать?

— Должна же я поблагодарить такого великодушного нанимателя.

Вожак засмеялся:

— Что ж, так и быть, расскажу. Правда, ей будет интересно, Тень? Это твой…

Сталь над моей головой свистнула: я едва успела пригнуться. Катана взлетела в мощном замахе, высекая искры о короткий меч вожака, который тот едва успел подставить. Я слышала тяжёлое дыхание обоих: два клинка скрестились, сталь пыталась рассечь сталь…

…И вожак не удержал защиту. Тень легко отвёл его меч в сторону — и нанёс удар.

Вожак рухнул на колени, схватившись за горло. Между его пальцами текла кровь.

Какое бы имя он ни хотел произнести, он больше ничего не скажет.

Трое убийц, оставшихся в живых, торопливо отступили. Чёрт. Если они сбегут, то вернутся с подкреплением. А Тень был ранен, и я уже устала.

Тень тяжело дышал за моей спиной. Я выставила клинок в сторону убийцы в капюшоне, медленно отступающего к краю крыши.

— Покончим с этим, — бросила я в сторону Тени.

— Полностью согласен.

Его катана с шуршанием влетела в ножны. Я изумлённо обернулась — и успела увидеть, как в руках Тени появляются миниатюрные арбалеты.

Две стрелы нашли цель одновременно. Оба убийцы повалились наземь.

Последний наёмник зашатался на краю крыши. Капюшон с него слетел, и я видела обветренное лицо, изборождённое шрамами. Скольких он успел убить, интересно?

— Отойди, — холодно сказал мне Тень.

Я отступила с линии огня.

Призрачные крылья за спиной Тени схлопнулись, и он медленно, даже замедленно подошёл к наёмнику. Тот выставил перед собой меч. Сдаваться он явно не собирался.

А Тень был безоружен.

— Не сходи с ума, — проговорила я, шагая вперёд с клинками наготове. — У него меч!

— Это неважно.

Тень остановился прямо перед лезвием меча. Наёмнику хватило бы одного-единственного движения, чтобы проткнуть ему грудь.

И он выглядел готовым это сделать.

— Мразь, — выплюнул он в мою сторону. — Подзаборная шлюха, за тобой придут, ты десять раз пожалеешь, что ввязалась в это, тебя…

Дальше последовала такая отборная брань, что я поморщилась.

— Он хочет высказаться напоследок, потому что знает, что я никого не оставляю в живых, — спокойно сказал Тень. — Никого и никогда. Правда?

В глазах наёмника мелькнуло отчаяние. А потом он сжал рукоять, и выражение на его лице сменилось свирепой решимостью. Я не успела ничего сделать: меч в его руке змеёй скользнул вперёд. Прямо в грудь Тени.

Которого уже не было на месте.

Лёгкий шаг влево, разворот — и наёмник заорал, падая на колени с вывернутой рукой. Меч оказался в руке у Тени.

— Я убиваю, — негромко напомнил Тень. — Всегда. Но сначала я хочу узнать время и место. Где и когда вы должны были получить деньги?

— Это только Кепеш… только он знал… чтоб тебя!..

— Ложь. Ваш Кепеш мог двадцать раз погибнуть от моей руки: у вас должен быть запасной план. Где и когда? Ты знаешь, что я с тобой сделаю, если будешь молчать.

— И своей девки не постесняешься? — зло бросил он.

— А, так ты хочешь, чтобы я отдал тебя ей? — невозмутимо поинтересовался Тень. — Она из Янтарного квартала, знаешь ли. Представляешь, какие точки на твоём теле она знает? Мастерство палачей Триумвирата меркнет перед её искусством.

Судя по лицу наёмника, он очень живо представил мои воображаемые умения. Он с ненавистью сплюнул.

— В куртке Кепеша… письмо.

Тень не кивнул, не поблагодарил — не произнёс ни слова. Вместо этого он коротким движением человека, который делал это десятки раз, вонзил меч наёмнику в грудь. Короткий хрип дал мне знать, что в живых, кроме нас, на крыше не осталось никого.

— Все восемь мертвы? — спокойно поинтересовался Тень.

Я быстро, привычно наклонилась над каждым из наёмников по очереди, предварительно отбросив их мечи в сторону. Тень стоял совершенно неподвижно. Впрочем, не мне было жаловаться: в бою он принял на себя львиную долю опасности.

— Все мертвы, — наконец сказала я. — У вожака и впрямь есть с собой письмо. Я его не тронула. Хочешь его забрать?

— Да. Сейчас…

Тень сделал один-единственный шаг вперёд.

И потерял сознание.

Я стояла в окружении девяти лежащих окровавленных тел, и только в одном из них теплилась жизнь. Мой смертельный враг, с которым мы только что сражались бок о бок, был тяжело ранен и беспомощен. Что мне было делать?

Мне потребовалось меньше минуты, чтобы разодрать две относительно целые — и поразительно чистые — рубашки мёртвых наёмников на полосы. Не церемонясь, я сделала то же самое с одеждой Тени, всё ещё лежащего без сознания, и обнажила его бок. Рана, чёрт её подери, оказалась глубокой. Пригодилось бы что-нибудь из крепкого алкоголя, чтобы обработать её, но под рукой не было ничего, так что мне пришлось промыть рану остатками настойки с вербеной. И быстро, крепко забинтовать.

— Да, убить тебя и бежать мне тоже приходило в голову, — пробормотала я, завязывая последний узел. — Я здорово посмеялась над этой идеей.

— Почему? — раздался негромкий голос.

Тень открыл глаза и смотрел на меня.

Я вздохнула.

— А ты смог бы меня прикончить и уйти?

Едва заметная усмешка в его глазах.

— Я бы поступил с тобой точно так же, — произнёс он всё так же негромко. — Перебинтовал твои раны и сделал бы всё, чтобы ты осталась жива. А вот потом…

Мы молча смотрели друг на друга. В отличие от меня, Тень был достаточно силён, чтобы, будь он здоров, а я ранена, подхватить меня на руки и унести туда, куда ему заблагорассудится.

— Любая тюрьма по твоему выбору, да? — произнесли мои губы. — Ты бы бросил меня за решётку. Потрясающе. Знаешь, насколько там отвратительные завтраки?

— Поверю тебе на слово. Никогда не был в тюрьме. — Тень приподнялся на локте и коротко выдохнул. — Ответ на твой вопрос — я не знаю. Мне нужно оказаться на твоём месте, чтобы я понял, как поступлю.

— Что ж, я поняла, как поступлю, — в тон ему сказала я. — И тюрьма в эти планы не входит.

Тень с усилием сел, оглядывая крыши.

— Драка привлекла внимание, — очень тихо сказал он. — Нужно убираться отсюда, потому что сил на вторую стычку у меня нет, а вот желающих получить мою голову найдётся полным-полно. Да и тебе, — он прошёлся взглядом по моему окровавленному рукаву, — вряд ли стоит оставаться на виду. Эреб уже отдал распоряжения. Десять тысяч за голову Конте, и тысячу — за твою.

— Я могла бы разбогатеть.

— Уверен, гроб тебе на эти деньги закажут роскошный.

Тень поморщился, попытавшись встать, — и я поняла, что он вот-вот упадёт. Лицо его было таким бледным, словно крови в нём не осталось вообще.

Выхода не оставалась. Я присела рядом и подставила ему плечо.

— Это ненадолго, — предупредила я.

Тень прикрыл глаза:

— Ты ведь понимаешь, что сегодняшний вечер…

— …Не считается, — закончила я. — Я просто не дала тебе умереть. Так получилось. Восемь на одного: я этого не люблю. И закончим на этом.

Его пальцы на миг задержались на повязке, и он кивнул.

— Спасибо.

— Ага, — вздохнула я. — Перемирие до утра?

— Очевидно.

Тень молча опёрся о моё плечо, сжал губы, явно подавляя стон, и встал. Я обхватила его за плечи, и вместе мы шагнули вперёд.

— Неподалёку есть… погребок торговца очень неплохими винами, — произнёс Тень отрешённо. — Комнату наверху он сдаёт любителям… хорошо пообедать, но по ночам она пустует, и, по счастью, я знаю, где он держит ключ.

— Тоже любишь хорошо пообедать? — хмыкнула я.

— Просто многое замечаю. Кстати, у него и впрямь неплохое вино.

Мы медленно прошли по крыше, и Тень осторожно опустился у тела вожака. Зашуршала ткань, и в следующий миг у Тени в руке появился свёрнутый вдвое лист бумаги. Я не видела слов: только три строки, написанные мелким бисерным почерком. Несколько секунд Тень задумчиво смотрел на письмо — и, смяв, засунул в карман.

— Ты не будешь его читать?

— Уже прочитал. — Он с усилием поднялся, и я вновь обхватила его за плечи. — Как интересно.

— Ты знаешь, кто их нанял, — утвердительно сказала я.

Лицо Тени сделалось жёстким.

— О да. Но он узнает об этом далеко не сразу.

Я взглянула в его лицо и вздрогнула. Похоже, если Тень выкарабкается, неизвестному нанимателю этих восьмерых не позавидуешь.

В следующую минуту Тень вновь пошатнулся и едва не упал. Я обхватила его крепче.

— Далеко идти? — прошептала я.

— Полквартала. Если на нас нападут, я не смогу тебе помочь.

— Знаю. — Я помолчала. — Думаешь, я совершила глупость?

— Потому что спасла меня, а не прирезала? — спокойно спросил Тень. — Я ведь и впрямь убил младшего брата твоего Конте. Я не вру. И не испытываю никаких угрызений совести.

Я закусила губу.

— Я не верю.

— Зря.

Из-за облаков вышла луна. Пальцы Тени взяли меня за подбородок, развернули, и наши взгляды встретились.

— Перемирие до утра, — негромко сказал Тень. — Потом я не обещаю тебе ничего. Не могу обещать.

Его глаза странно поблёскивали, и я вдруг вспомнила фразу, которую он сказал Конте. «Если будет нужно, я перешагну через твой труп. От меня это не зависит».

Не зависит… Не может обещать…

— Твоё проклятие, — прошептала я. — Если Триумвират велит тебе убить меня или схватить и доставить во дворец… Ты не сможешь отказаться. У тебя просто выбора не будет. Да?

Несколько секунд Тень смотрел на меня почти с жалостью.

— Дара Незарис, сколько лет ты была охотницей на демонов?

— Девять, — немедленно ответила я. — С самого детства.

— И за все эти девять лет тебе не пришло в голову, что демоны не любят, когда их пытаются убить? И что всё, что произойдёт с неудачливой охотницей, будет встречено другими демонами с полным пониманием?

Я вспыхнула.

— Ты…

— Именно. Забудь о воображаемых проклятиях. Ты с радостью убьёшь и закопаешь весь Триумвират и отойдёшь в сторону, если твой Конте вздумает придушить меня в моей постели. Я же сожгу ваше логово дотла, как только найду, и не пролью ни слезинки, переступая через твой обгорелый труп. Будем реалистами, Дара Незарис.

— Просто Дара, — тихо сказала я.

— Тогда довольно философских бесед. Нас ждёт неплохое вино.

Уходя, я обернулась на мёртвых убийц. Если бы я прошла мимо, сейчас здесь лежал бы Тень. Ночной демон, первый меч Рин Дредена, палач Триумвирата, сеющий ужас и смерть, был бы мёртв.

Конте получил бы отмщение за своего брата. Мерзавцы вроде Эреба лишились бы главной своей опоры. А мне бы никогда больше не пришлось пить снотворное с вербеной и бояться ночных кошмаров.

…Почему же я рада, что он жив? И почему так больно от мысли, что придёт день, мы сойдёмся в бою — и это будет уже не остановить? Я встану, вытирая меч от его крови, — или же он перешагнёт через моё тело и не обернётся. И всё будет кончено.

— По крайней мере, на мне тогда будет куда больше одежды, чем в первую нашу встречу, — пробормотала я.

Тень тихо засмеялся.

— Тоже вспоминаешь? Знаешь, я мог бы предложить тебе ночь в моём особняке напоследок. А утром мы выяснили бы, кто из нас сильнее.

— Вот ещё, — буркнула я. — Сбегу с фамильными бриллиантами и столовым серебром и оставлю тебя висеть на люстре в одних подштанниках.

— Руки коротки.

— Проверим? Так где твой особняк?

Тень указал на деревянную башенку, возвышающуюся в конце соседней улочки.

— Этой ночью — здесь. Нам туда.

— Кстати, — внезапно сказала я, прищурившись, — куда ты шёл, когда на тебя напали? Неужели напиваться вдрызг?

Тень презрительно фыркнул:

— Из-за чего? Из-за того, что полукровка, чьего брата я хладнокровно прирезал, вынудил меня отпустить его? Я разберусь с Конте Мореро в другой раз.

— Ты говорил, что пострадал из-за его семьи, — тихо сказала я. — Неудивительно, если ваш разговор воскресил воспоминания. Что произошло, Тень? Расскажи мне.

Вместо ответа Тень резко закрыл мне рот ладонью.

Я попыталась возмущённо её отпихнуть — и замерла на месте, когда услышала звон мечей внизу.

Я осторожно перегнулась вниз. Стражники в алых мундирах. Четверо.

Мы с Тенью молча смотрели друг на друга. Стоит ему позвать на помощь — и со мной всё будет кончено. Вот только как насчёт него самого? Может быть, наоборот, они будут счастливы добить Тень и меня заодно?

Я была невредима: пара царапин не в счёт. Но я чудовищно устала, я едва держалась на ногах, а Тень и вовсе вот-вот готов был потерять сознание. Да, я могла бы доставить этим четверым кучу неудобств — но они выглядели здоровыми и крепкими ребятами, и у них был неплохой шанс меня скрутить.

— Эй вы, там, наверху! — раздался крик одного из стражников, и я похолодела. — Что тут был за шум, слышали?

Дьявол, нас заметили! Я замерла.

В следующий миг раздался грубый смех, который мог принадлежать кому угодно, только не Тени.

— Тут всё тихо, кроме нас, — хрипло крикнул он, притягивая меня к себе и одним движением расшнуровывая мою куртку до середины. — Шёл к хейко, но по дороге перехватил кое-кого получше. Вот повезло, а?

Он бесцеремонно запустил руку мне за пазуху под сальными взглядами охранников, умело и со знанием дела сжав мою грудь.

— Может быть, это мне стоит закричать, что я подцепила тебя в борделе? — прошептала я.

— Тихо.

Тень повернулся к стражникам и приветственно махнул им.

— Не выдавайте жене, парни! И имейте в виду, наёмницы погорячее хейко кое в чём будут, а?

Он кинул несколько монет вниз, и те упали на мостовую со звоном. Самый низкорослый из стражников бросился их подбирать.

Послышался смех, и стражник, который кричал нам раньше, махнул рукой:

— Проваливайте. И найдите себе уже койку, а?

Я с облегчением двинулась прочь вслед за Тенью. Едва стражники остались позади, Тень пошатнулся и чуть не упал.

— Хейко, — прошипела я. — Вот серьёзно?

— Сама сказала, что это уважаемая профессия, — невозмутимо отпарировал Тень. На бледном лбу блестели капельки пота, но выглядел он, словно его не волновал никто и ничто. — Кстати, красивая грудь.

— Я тебе ещё это припомню, — мрачно пообещала я.

— Обещаю предоставить тебе шанс как можно скорее.

Мы обменялись взглядами, и я молча шагнула вперёд.

И чуть не упала: нога соскользнула, и если бы не Тень, разом обхвативший меня вокруг талии, я упала бы. Хотя он сам едва стоял на ногах. Хотя он мог упасть вместе со мной.

Я моргнула, стоя в его объятьях. Я уже падала вот так раньше, и он ловил меня вот так раньше, и это было на самом деле… верно?

Нет. Не было.

Я выскользнула из его рук. Тень смотрел на меня очень странно.

— Что? — огрызнулась я.

Он медленно покачал головой.

— Ничего. Рад, что ты не упала.

А уж я-то как рада. Чёрт подери, это был настолько долгий день и настолько утомительная ночь… Может, и правда взять и напиться, а?

Я покосилась на Тень. Уж этот-то точно не позволит себе лишнего. Что ж, значит, ограничусь одним бокалом, а потом мы устроимся спать на противоположных концах комнаты и будем игнорировать друг друга всю ночь. Ведь так и будет, да?

…Почему-то эта мысль тоже мне о чём-то напомнила. Вот только о чём?

— Идём, — бодро сказала я. — Надеюсь, там и впрямь есть хорошее вино.

Тень кивнул, не отрывая от меня странного взгляда.

— Да, — наконец произнёс он. — Уверен, это будет незабываемая ночь.