Глава 5

Гости вошли, все жены и наложницы вытянули шеи. Замкнутая жизнь в поместье была настолько скучной и однообразной, что любопытство кружило голову каждой женщины. Им было интересно посмотреть на новых людей, потому что в поместье редко бывали чужаки. По приказу графа сюда даже торговцев не пускали. Они привозили товар на храмовый рынок, а оттуда уже слуги забирали его. – Смотри, – Веста толкнула в бок Амину, и та от неожиданности чуть не выпустила воду. – Это молодые господа. И какие красивые! Гости застыли в дверях, словно дали всем собой полюбоваться. – Как ты их можешь разглядеть с такого расстояния? – Ты же знаешь способности моего зрения, – засмеялась Веста и вскрикнула. – Что? Ребенок выходит? – опять испугалась Амина. Эти внезапные вскрикивания и восклицания заставляли ее вздрагивать. Мышцы на миг расслаблялись, приходилось все время быть настороже. – Нет, толкается, – Веста ласково погладила живот. Амина немного с завистью посмотрела на подругу. Ей никогда не удастся испытать счастья материнства. Даже если граф затащит в постель, она не даст себя в обиду, а это грозит побоями, высылкой на плантации или смертью. Она с ненавистью вспомнила герцога Верта, так вероломно сдавшего ее графу, и взбодрилась. Мысль о мести всегда приводила ее в нужный тонус. – Ой, они идут, – встрепенулась Амина и показала на гостей. – Ага, – Веста села ровно, закрыв собой Амину, и присмотрелась. – Все из рода Синих драконов. И все молодые, родовые знаки так и сияют! Настоящие красавчики! Как я завидую их женам! Амина застыла, возбуждение, будоражившее душу, испарилось. – Синих? Ты уверена? – Конечно, приглядись. Веста откинулась назад, оперлась на локти и открыла Амине вид. Гости как раз подошли к столу и сели. Но цветочница уже ни на кого не смотрела: ее взгляд был прикован к невероятно красивому и надменному дракону, в котором она узнала герцога Верта. «Что это? – вскочила она в панике. – Что он здесь делает?» Внутренние мышцы расслабились, и вода потекла по ногам. – Амина! – вскрикнула Веста. – Смотри! Не успела Амина опустить голову, как на нее набросилась леди Ровена. – Идиотка! Ты что натворила? Выходи на танец! – Как? Я не могу! – Амина сжалась, пытаясь удержать остатки воды в себе. – Выходи, – старшая жена схватила цветочницу за руку и потащила за собой. – Нет! Амина хотела упереться пятками, но туфли без задников мгновенно слетели. Музыка перестала звучать. Жены и наложницы зашевелились, зашептались. К женщинам подбежал противный распорядитель Грегор. В отсутствии хозяина он бесцеремонно заигрывал с ними: то за бок ущипнет, то за талию схватит. – Что у вас тут? – Смотрите! Леди Ровена толкнула к нему бледную, как снег, Амину. Верх ее белоснежных панталон окрасился в зеленый цвет, и струйки воды стекали к коленям. – Я не могу, пожалуйста, – умоляла Амина. – Пусть танец начнет леди Гермина. Я переоденусь и выйду за ней. – Ах ты замарашка! – фыркнула четвертая жена. – Я не собираюсь прикрывать твой зеленый зад. – Если не выйдешь, – прошипел Грегор, сверкая черными глазами и лаская короткий хлыст, которым он оглаживал слуг, – получишь клеймо. Хочешь? – Н‑нет. Это было самое ужасное наказание. Хуже избиения плетьми и палками, даже хуже плантаций. На спине провинившейся женщины каленым железом выжигали знак Лунного дракона – знак рабыни. После этого лучше сразу умереть, иначе жизнь превращалась в сплошное страдание. Девушку выгоняли из дворца на плантации и делали доступной для всех рабов. Амина сжалась, боевой запал мгновенно пропал. – Живо! Распорядитель взмахнул хлыстом, и музыканты вновь заиграли. Амина вскинула подбородок и, уже не напрягаясь, не думая о том, что надо удержать воду, плавно двинулась к середине зала. Отчаяние душило горло, туманило голову. Она на краю пропасти, так пусть хотя бы ее танец останется в памяти людей. Амина танцевала босиком. Делала поворот за поворотом, и при каждом прыжке браслеты на ногах звенели, длинные рукава верхней блузы взлетали и плавно опускались, золотистые волосы то падали на лицо, то полностью открывали его. В ее танце было все: страсть и нежность, дерзость и кротость, трепет и вызов. Амина чувствовала себя волшебницей, когда при каждом повороте ловила восхищенные взгляды гостей. И никто не смотрел на ее ноги и запачканные панталоны. Все жадно следили за чарующими движениями, за ритмичными взлетами шелков и волос. Музыка и ритм заворожили и саму танцовщицу. Амина кружилась и кружилась, с каждым шагом приближаясь к столу. Гости сидели, раскрыв рты, потрясенные волшебством танца. Но девушка видела только прекрасные глаза герцога. И снова ей показалось, что бог сошел с небес, чтобы полюбоваться именно ее грацией и изяществом. Они встретились взглядами, и теплый янтарь столкнулся с прозрачной синевой. Пламя и лед, лед и пламя! Им никогда не быть вместе. Никогда! «Сволочь! – повторяла про себя Амина, поворачивалась и снова ловила глаза Алека. – Мерзавец! Предатель! Как таких засранцев земля носит? Что б ты провалился!» Мелодия затихала, музыканты играли последние аккорды. Амина взмахнула рукавом вверх, и вдруг зрители охнули, вскочили с мест. – Смотрите! Смотрите! Амина подняла голову и тоже замерла, потрясенная. На стол, на гостей, на слуг падали крохотные разноцветные бутоны. Едва касались людей, как раскрывались в невероятной красоты цветы. Миг, и весь зал превратился в цветущий сад. – Фея‑цветочница! – выдохнул кто‑то. Услышав эти слова, Амина застыла, как мраморная статуя. В голове вспышками молнии замелькали вопросы: «Как? Почему? Я розовый куст полгода выращивала, а он чах, а тут одним движением… Что же теперь будет?» И вдруг громкими хлопками разорвалась на миг наступившая тишина. Герцог Верт стоял и бил в ладоши, да так сильно, что все внимание приковал к себе. Его друзья тоже вскочили, а за ними захлопали женщины и слуги. – Цветочница! – граф подбежал к Амине и бросился с объятиями. – Моя дорогая, да ты у меня ценная девочка. Он полез с поцелуями к жене, а та от растерянности не оттолкнула старика, не поморщилась даже. Просто смотрела мимо него на красавца герцога, не отрываясь. «Неужели причина в нем? – поразилась она. – Но почему моя магия просыпается рядом с ним? В чем дело?» Ответ напрашивался простой: он ее истинный. Но поверить в такое было просто невозможно. Истинные оберегают друг друга, защищают от врагов даже ценой жизни. Брак такой пары крепкий и нерушимый, он выдерживает все невзгоды. Но герцог Верт отдал ее в жены мерзкому старику. Почему? Или он не чувствует к ней притяжения? Алек, заметив ее пристальный взгляд, закрутился на стуле, занервничал. В его глазах заплескалась самая настоящая паника. Он смутился, первым отвел взгляд, резко сел и схватил бокал. Амина увидела, как напиток прокатился по его горлу, и тоже почувствовала непреодолимую жажду. – Пить, – прошептала она пересохшими губами. – Госпожа хочет пить! – закричал граф. Распорядитель схватил со стола стакан с водой и протянул девушке, та жадно сделала несколько глотков. К ней подбежала леди Ровена. Обычно суровая и неприступная, сейчас первая жена была сама предупредительность и радушие. – Пойдем, дорогая, тебе надо переодеться. – Но, – Амина оглянулась. – Ты вернешься в зал, у господина к тебе много вопросов. Как только они скрылись из вида. Ровена изменилась в лице. Она толкнула Амину несколько раз в спину. – Что вы делаете? – Сучка! – прошипела первая леди и, скрючив пальцы, бросилась на девушку. – Притворялась невинной овечкой, а сама… Гнида! Да я тебя! Амина отбивалась, как могла, но Ровена была старше, сильнее и более искушенной в сражениях. Дама схватила ее за волосы, накрутила их на руку и натянула их так, что у той глаза уползли к вискам. – Ай, больно! – взвыла цветочница. – Пусти! Ты спятила? Помогите! – Что, шавка, затявкала? – шипела леди в лицо Амине. – Тявкай! Никто не придет на помощь! – Но граф… – Муж с моей ладони есть и пьет. Как скажу, так и сделает! Сзади раздался топот множества ног. Амина не могла повернуться и посмотреть, кто это, зато Ровена отпустила ее волосы и оттолкнула девушку к стене. Она стояла и метала зеленые искры из глаз, как ошпаренная кошка. В полутемном коридоре ее глаза казались горящими яркими пятнами. – Это я ему пожалуюсь, – всхлипнула Амина. – Что. Что ты сказала? Леди Ровена опять бросилась в атаку. – Немедленно прекратите! – голос Грегора скрипел на высокой ноте, как несмазанное колесо у телеги крестьянина. – Держите их. Слуги растащили взъерошенных жен по сторонам коридора. Амина ничего не понимала. Она еще не пришла в себя из‑за проснувшегося дара, а тут новая напасть. – Это она на меня напала! – закричала она, показывая на Ровену. – Пустобрюхая грымза! Это была грубая правда. Леди Ровену граф назначил старшей среди жен не по возрасту или первенству. После многих лет бесплотных попыток зачать наследника с этой супругой, старик потерял к ней интерес. Кроме того, леди была из обычной дворянской семьи, наделенной бесполезным даром: светящимися в темноте глазами кошки. В столице дар ценился, позволял ходить без факелов и фонарей, а в поместье он был никому не нужен. Чтобы не кормить зря нахлебницу, Ратбор завалил Ровену работой. Леди лютой ненавистью пылала ко всем женам и наложницам, но делала гадости исподтишка. Так открыто свое отношение показала впервые. – Убирайся! – прошипела Ровена. – Ты еще получишь за то, что скрывала свой дар. Она стояла, качаясь, бледная, с провалившимися глазами, и сжимала в ярости кулаки. На мгновение Амине стало жалко обделенную любовью женщину, но цветочница тут же задушила в себе это чувство: слабый не выживет в поместье. Или ты кого‑то съешь, или тебя съедят, другого не дано. Она гордо вздернула подбородок. – Я ничего не скрывала. Моя магия проявилась впервые. Даже не знаю, как это получилось, – заявила она. – Дамы, не время спорить, – перебил ее Грегор. – Господин граф ждет леди Амину за столом. – За столом? – эхом повторила Ровена и вскинулась. – Но он никогда… Амина тоже испуганно обхватила себя за плечи. Чувство тревоги, проснувшееся вместе с магией, выросло в груди до невероятных размеров. Сегодняшний вечер грозил обернуться настоящей катастрофой. – С леди пожелали встретиться гости графа, – пояснил Грегор. «Ах, пожелали! – ядовито думала Амина, пока в сопровождении служанки шла в свою комнату. – А меня спросили, Ваша Светлость, хочу ли я видеться с предателем или нет?» Стычка со старшей женой неожиданно взбодрила ее, боевой дух так и рвался наружу. Хотелось немедленно поквитаться с обидчиками. Принимая ванну, она торопилась, а когда переодевалась и с помощью Ненси приводила себя в порядок, даже развеселилась, представив, какая суматоха сейчас творится в центральном зале. Неожиданно на сердце стало легко и радостно. Она фея‑цветочница, девушка с редким и ценным даром. Теперь никто ее не обидит. А вот она… Амина живо представила, как будет измываться над гадким герцогом, как поставит на место противного мужа, и улыбнулась. – Ты меня предал, – прошептала она, перебрасывая уложенные локоны на грудь, теперь, дракон, держись!