Глава 15

Алек стиснул зубы. Он мечтал поскорее вырваться из поместья, а получалось, вынужден был задержаться. Его сердце заполнила тревога, мысли и душа раздваивались. Он боялся, что, пока медлит, Амина исчезнет, потому что приказал Линчу не задерживать девушку насильно. Это было важно. Узнав его историю, она должна была сама принять решение. Но и находиться вдали от нее он не планировал. Хотел держать под контролем ситуацию, направлять Амину, подталкивать ее к нужному ему поступку. А теперь он связан по рукам и ногам. Хотя в предложении графа и для Алека была выгода: он мог увести ищеек как можно дальше от реального места нахождения девушки. Как только Ратбор выпустил герцога из комнаты, он бросился спасать друзей. По дороге схватил за шиворот первого попавшегося слугу и хорошенько встряхнул его. – Где лекарня? – Я покажу, – раздался сзади девичий голос. Верт обернулся: в нескольких шагах от него стояла служанка Амины. Ее серые глаза сверкали слезами, губы кривились. Казалось, девушка едва сдерживается, чтобы не расплакаться вслух. – Пошли. Алек оттолкнул перепуганного слугу и пошел за девчушкой. Она бежала впереди, сворачивала из одного прохода в другой, пока они не оказались на пороге двери. Алек толкнул ее, сразу увидел позорный столб и содрогнулся. – Не бойтесь, с вашими друзьями все в порядке, – тихо сказала служанка. – Как тебя зовут? – Ненси. – Почему ты мне помогаешь? – Леди Амина… – голос девушки оборвался, она часто задышала. – Найдите мою госпожу, пожалуйста! Девчонка плюхнулась на колени и стала целовать сапоги герцога. Он от неожиданности отпрыгнул. – Ты что делаешь? Встань! Почему просишь меня? Оба говорили шепотом, постоянно оглядываясь. – Вы и леди… между вами… огонь… Спасите ее! Алек оторопел. Да, они с Аминой воевали, но он не думал, что у этой войны есть свидетели. Ненси всхлипнула и выскочила во двор. Она промчалась мимо позорного столба, свернула за угол, герцог едва не потерял ее из виду. Наконец служанка остановилась у высокого крыльца и махнула рукой. Алек ворвался в лекарню, как смерч. Знахари и сестры милосердия бросились врассыпную. Здесь стоял отвратительный запах мочи, гноя и сушеных трав. Отовсюду неслись стоны. Вдоль стены стояли ничем не покрытые топчаны, на которых лежали избитые, переломанные и больные люди. Герцог замер, потрясенный увиденной картиной. Он знал, что старый дракон – извращенец, но не думал, что настолько. После секундного замешательства, крикнул: – Райнер, Терган, где вы? – Герцог, где тебя драгмы носили? – раздался из угла стон. Алек бросился туда. Друзья были живы, их раны перевязаны. Они сидели за одним столом с лекарем, держа в руках поднятые кубки. – Черти! – Алек замахнулся, хотел шлепнуть друзей по плечам и застыл с поднятой рукой. – Как я за вас испугался! Собирайтесь, если вы чувствуете себя неплохо, мы отправляемся на поиски леди Амины. Приятели переглянулись, в глазах мелькнули вопросы, но Алек едва заметно качнул головой, мол, потом, все потом. Спасательный отряд выехал на рассвете. Жены и наложницы провожали мужчин. Леди Лавиния не отводила затуманенного взгляда от Райнера, а леди Элиза во все глаза смотрела на Тергана. «Вот почему она не выдала меня! – догадался Алек. – Ей нравится барон». Он улыбнулся: его стойкие к девичьим чарам друзья растаяли от одной ночи, проведенной с женами графа Ратбора. Видимо, старик умеет находить и забирать себе самых лучших женщин. Но радость тут же сменилась озабоченностью: в поведении четвертой жены графа было не только спасение, но и опасность. А если Терган не ответил ей взаимностью? Что тогда? Она сразу расскажет мужу о картинках, увиденных с помощью ментального дара. – Леди Лавиния лечила ночью твои раны? – спросил он у Райнера. – Будь осторожен, это может быть хитрый ход старика. – Не тебе давать советы, – ответил приятель. – По твоей вине мы оказались в подобной ситуации. Алека задела резкость друга. Да, он подвел виконта, но разве он мог предположить, что Амина решится на побег? С этой девчонкой он сам уже полгода как на жерле вулкана, того и гляди внезапно обдаст лавой и пеплом. – А ты когда увлекся Элизой? – повернулся Алек к Тергану. Сейчас выяснить мысли и эмоции барона было намного важнее, чем выслушать обиды Райнера. Друг хромал, палачи графа били его по икрам. Он хмурился, но молча терпел боль. – Не увлекся, – пожал плечами Терган, – это она с меня глаз не сводит. – А ты подыграй ей. – Хочешь поставить меня между двух женщин? Переспать с леди Ровеной, а потом с леди Элизой? Мало экзекуции, которую устроил мне граф из‑за тебя, нужно добавить? – Не ворчи друг, не ворчи. Для дела надо, – Алек уговаривал приятеля, понимая, что от покладистости того зависит успех всего предприятия. – Просто кинь ей парочку жарких взглядов, дай намек. Мы скоро улетим отсюда, ты больше никогда ее не увидишь. – Ты мне будешь должен. Могу же я получить компенсацию за страдания? – Обязательно получишь, – подмигнул Алек, решая не раскрывать свои истинные мысли. – В полном объеме, – он махнул рукой, подзывая друзей ближе и сказал: – Как бы ни терзала вас боль, вы полетите со мной. – Ты умом тронулся? – Райнер поднял перевязанную руку. – Я едва шевелиться могу. – Это ты тронулся. Нужно немедленно убираться отсюда, а поисковый отряд – единственный путь. В столице нас граф не достанет, а здесь, в горах, мы полностью в его руках. – Алек прав, – нахмурился Терган. – Когда вырвемся из защиты поместья, полетим домой. – Вот именно! Герцог и сам сходил с ума, потому что спал в той же опочевальне, под окнами которой услышал, как Амина ласкает розовый куст. На рассвете первым делом он поднялся в покои цветочницы. Ненси встретила его на пороге, выслушав просьбу, проводила на веранду. – Так вот ты какой, мистер Би, – улыбнулся герцог розовому кусту, чахлому, с блеклыми и безжизненными бутонами. Он погладил колючие ветви, провел пальцем по пожухлым листьям, и тут произошло чудо: куст начал на глазах выпрямляться, бутоны оживали и раскрывались. – Ой! – вскрикнула восхищенная Ненси. – Господин, у вас дар цветочницы! «Нет, – подкмал Алек. – Это цветочница в моем сердце». – Не говори ерунды! – одернул он девчонку. – Этой магией владеют только женщины. Ненси скисла, а розовый куст, наоборот, расцвел на глазах. Алек лишь покачал головой, вышел из покоев Амины и сразу наткнулся на графа. – Что вы делали в покоях моей жены? – злобно поинтересовался тот. – Вдыхал ее запах. Вы же знаете, какое чутье у Синих драконов, чувствуем аромат добычи за много лимов. – Посмотрим, как он сработает, – хмыкнул граф. – Как ваши друзья? В его словах звучала издевка. – Полны сил, поэтому идут в поход с нами. Солидный отряд, состоявший из охранников, слуг, гостей и хозяина, вылетел к месту состязаний. Решили оседлать драгм, потому что в узких ущельях крупным драконам невозможно было расправить крылья. – Показывайте, куда полетела леди Амина, – приказал граф Алеку. – Она свернула вон в тот проход, – махнул в противоположную сторону герцог. Искали два дня, не возвращаясь в поместье. Друзья чувствовали себя все хуже. Вернее, Алек попросил их делать такой вид, чтобы убедить всех в своей немощности. Когда вечером собрались на стоянке, герцог обратился к графу: – Позвольте моим друзьям вернуться в столицу залечить раны. – Нет. – Я же остаюсь с вами. – Нет. – А как вы объясните общественности, почему виконт Райнер и барон Терган не присутствуют на ежегодной церемонии чествования Его Величества? Это был удар ниже пояса. Вся знать обязана была чествовать короля на празднике летнего солнцестояния. – Вы не можете бросить поиски моей сестры! – взвизгнул Тейлор Бакер. Он со своими ищейками рыскал по горам, заглядывая в каждую щель, в каждую пещеру. Видно было, что у брата Амины кровь горит в жилах, а нервы на пределе. Наверняка жадный граф хочет получить с брата Амины выплаченные деньги. – Вот ты и ищи! – грубо ответил Ратбор. – Подсунул мне нищую грубиянку, создал проблему, теперь расхлебывай. Возвращаемся! Спасатели начали сворачиваться. Все радовались возможности вернуться домой. Алек с друзьями попрощался с графом и взял курс на столицу. Они обернулись драконами и полетели ровным строем, не сворачивая никуда. Проводив приятелей, убедившись, что с ними все в порядке, герцог завернул в городской особняк. – Ваше Сиятельство! – воскликнул удивленный Финч, выскочив на крыльцо. – Где вы так долго были? – в голосе Кимба звучала неподдельная тревога. – Я не надолго. Приготовьте мне купальню. Алек нежился в горячей воде, отмачивая уставшие косточки, но мыслями был в Лонг Видже. Что там делает Амина? И вообще, там ли она? А если сбежала? Где бродит? Поиски не дали даже намека на следы девушки. Когда отряд свернул в тот узкий проход, где застряла Розочка, сердце Алека остановилось от страха, но все обошлось. Гавр, подручный Тейлора, увидел царапины, оставленные когтями Розочки, когда она карабкалась по отвесному камню, но все отмахнулись, не обратили на него доводы внимания. Это был самый опасный момент поисков. Алек повсюду видел признаки Амины: царапины, высохшие стебли опавших лиан, заметил даже ленту, висевшую на остром камне, поэтому крикнул: – Посмотрим в том пролете! Он резко развернул свою драгму, и все ринулись за ним. Сейчас, лежа в купальне, он вспоминал опасные моменты и ужасался, как удалось вырваться из ловушки мерзкого графа Ратбора. Дверь приоткрылась, на пороге показался Кимб с подносом в реках, но между его ног прорвались собаки и с визгом бросились в купальню к герцогу. – Бирр, Бадди! Проказники! Как вы тут без меня? – обрадовался им Алек. Они плескались и резвились, камердинер наблюдал за господином с улыбкой, наконец вздохнул и сказал: – Ваше Сиятельство, вам письмо из имения. – Где? Почему сразу не доложил? – вскинулся Алек. У него даже дыхание сперло от волнения и горло пересохло. – Давай сюда. – Я бы Лонг Видж сжег давно, – проворчал Кимб. – одни неприятности от него. – Поговори мне! Трясущимися руками Алек развернул послание. Буквы расплывались перед глазами, но суть он уловил: Амина живет в имении и читает его родословную в библиотеке. Эта новость безмерно обрадовала его. Он выскочил из купальни, растерся полотенцем и, бодрый и возбужденный, крикнул: – Кимб, приготовь мне самую резвую драгму! – Ваше Сиятельство, – взмолился старик. – Вы и часа дома не были. Ну и куда вы снова собираетесь? – В Лонг Видж, Кимб. Моя дорога сейчас только туда. – О небеса! Вы повторяеете ошибки ваших предков, – воздел руки к небу Финч, а собаки, уловив в голосах слуг драматические нотки, задрали морды и завыли. – Будь прокляты все женщины на свете! – Что ты, старик! Женщины – это богини, эфемерные существа, дарующие нам, мужчинам, незабываемую радость и… потомство. Старики переглянулись и печально опустили плечи. В их глазах Алек уловил грусть. Он и сам удивился своим словам. Они сорвались с губ без его воли. И когда это он начал задумываться о наследниках? Слуги правы, что‑то сломалось в его стойкой защите, и то же самое было с его дедом и отцом. «Просто ты нашел свою истинную», – подсказал внутренний голос. Алек и без подсказки догадался, что к мысли об опасности он привык, она потеряла свою остроту, зато начал принимать свою судьбу и Амину в ней. – Ваше Сиятельство, возьмите нас с собой, – взмолился Кимб. – Мы давно не виделись со старым Линчем. – Хотите меня втроем контролировать? – заподозрил герцог. Он уже оделся и стоял, оглядывая холл, прикидывая, не забыл ли еще что. И его будто толкнуло что‑то изнутри. Он бросился к шкатулке, в которую спрятал артефакт. Горошина сейчас мерцала графитом, ни ни света, ни жара не исходило от нее. Алек надел его на шею. Это последняя проверка. А вдруг магия артефакта изменилась за те полгода, пока он был вдали от Амины? – Нет, что вы! Но по бегающим глазам, по нежеланию слуг смотреть ему в лицо он догадался: будут следить, контролировать, предупреждать об опасности. Старики – его глаза и уши, его совесть и призрачная защита. – У вас час на сборы. Не успеете… Но дворецкий и камердинер уже покинули холл. За ними убежали и собаки. Алек вышел во двор, посмотрел на драгму, топтавшуюся по земле кривыми лапами, а потом обернулся драконом и взмыл в воздух. Его душа рвалась вперед, и никакие уговоры и увещевания не могли погасить страсть, бушующую в его груди. Он прибыл в имение вечером и сразу направился в библиотеку. Бежал по коридорам и комнатам, и стук каблуков гулко отзывался эхом в тишине. Он остановился на миг у дверей, выдохнул, и распахнул створку. Амина, увидев гостя, бросилась к нему на грудь.