Глава 23

– Талеон, покажись, – приказала я. – Я не уверен, что в данной ситуации это лучшее решение, Лили, – неуверенно произнёс он. – Фамильяр ректора может наблюдать мой силуэт, но слышать он меня не может. А твой ректор – тем более! – Что значит – мой?! – возмутилась я, и чуть ногой не топнула от злости. – Вот ещё!! Немедленно покажись им! – Ладно, – выдохнул Талеон. – Дело твоё. Он появился, и по выражению лица Криптана я поняла, что Талеон произвёл на него положительное впечатление. Что до ректорского фамильяра – то сказать что-либо по его лохматой морде о его впечатлениях было сложно. Впрочем, тот не стал скрывать своих мыслей, и первым делом оскалился, словно бы улыбаясь. – Не плохо, не плохо, девочка, – послышался его неприятный одобрительный голос. – С таким помощничком и в нашей академии жить можно. Правда, очень надеюсь, что дерётся он у тебя лучше, чем выглядит. Гринт натянуто расхохотался. Горячий ветер ударил мне в лицо тёплыми песчинками, и растрепал волосы. Я выдохнула, здесь становилось слишком жарко. И это мне – адептке, одетую в довольно невесомую и светлую мантию, а что уж говорить о… Я вдруг поймала на себе странный взгляд ректора. Лицо его было задумчивым, суровость глаз куда-то исчезла, и за ней я обнаружила две вдохновлённые искорки. О чём бы он сейчас не думал – я знала, что это было важно. – На себя посмотри, чучело, – угрожающе прорычал Талеон, и выдвинул вперёд свой массивный корпус. – О-о, – одобрительно проговорил Гринт. – Значит, и характер наличествует. Что ж, осталось лишь выяснить, какого полёта эта общипанная курица, и тогда… – Гринт! – властный голос очнувшегося от своих мыслей ректора оборвал речь фамильяра. – Закрой рот, или у тебя будут проблемы. – Пока что проблемы только у тебя, Криптан, – съязвил тот в ответ. – Но если ты так хочешь – я могу и помолчать. – Я не хочу, – отрезал ректор. – Я требую. На этот раз ответа не последовало. Видимо, его фамильяр хорошо знал ту черту, через которую переступать было опасно. Ректор тяжело вздохнул, и огляделся. – Вы понимаете, что только что произошло? – обратился ко мне ректор спустя минуту. Он медленно подошёл и встал совсем рядом. Мне стало не комфортно, но отступать назад я не стала. Не хотела ему этого показывать. – Не совсем, – честно ответила я. – Я просто искала вас, и… эта дверь… – Чушь, – с усмешкой произнёс ректор. – Вы не искали меня, вы пришли открыть чёртову дверь. Признайте это! – Нет! – как можно искреннее возмутилась я, призывая на помощь все свои внутренние силы. – Я просто хотела вернуться в свою академию, узнать у вас об альтернативных возможностях… Криптан качал головой, совершенно не веря в мою полуправду. Тут я первый раз осознала, что попала в не очень приятную компанию, да ещё и в неизвестное место. – Я запрещал вам не то, что прикасаться, – процедил он, – даже смотреть на неё! И что сделали вы? Его колючий взгляд не давал мне шанса ответить, я отвела глаза в сторону. Мне стало стыдно, ведь по большому счёту, он был прав. – Полегче с бедной девочкой, начальник! – раздался размеренный голос его фамильяра. – Ты же прекрасно знаешь, что проклятое дверное полотно – не просто кусок мёртвого дерева. Оно притянуло её. – Закрой рот, Гринт! – тихо прорычал Криптан. – Она же слышит тебя! – О-о, – протянул тот в ответ. – Так не привычно, когда тебя слышит не одна пара ушей, а сразу четыре. – Шесть, – поправил Талеон. – Четыре, – с нажимом произнёс Гринт. – На твоём черепе я и ушей-то не вижу. Кроме того, я очень сомневаюсь, что значимость твоих, пусть и эфемерных, но ушей, можно недооценить. – Ты хочешь проверить мою значимость? – ответил Талеон. – Я не против, волчок. – Как ты назвал меня? – в голосе Гринта послышалось удивление, с нотами нарастающей угрозы. – Это что – официальное приглашение обломать твои рога? – Чёрт побери, хватит! – процедил ректор. – Или вы сейчас же заткнётесь, или я вас обоих сотру в порошок. Повисла тишина, в которой порывы жаркого ветра горячили и без того распалённую кожу. Фамильяры смотрели друг на друга, вероятно, с враждебностью. – А что значит: “оно притянуло её”? – спросила я, желая прервать нависшую тишину. – Ничего не значит, – буркнул ректор, но тут же добавил. – Вообще-то, мой фамильяр прав, так что вы можете выдохнуть с облегчением. Пока что. – Ничего не понимаю, – нахмурилась я. – Вы можете излагаться более ясно? – Я знаю, что ваше желание открыть ту дверь лишь отчасти ваше собственное, – объяснил ректор. – А вы-то об этом знаете?