Глава 69

– Ладно, – наконец, проговорил Орлен. – Мне уже всё равно. Он сделал несколько довольно необычных жестов правой рукой, описывая в воздухе замысловатый узор заклинания. Клетка, что сдерживала Криптана, медленно растворилась в воздухе, и тот с грозным видом расправил плечи, и немедленно подошёл к Орлену. – За такое тебя следовало бы убить, – отчеканил ректор, останавливаясь прямо напротив поникшей фигуре в белой мантии. – Или оставить в такой же клетке на весь оставшийся срок. – Мне плевать, – махнул рукой тот. – Можешь и убить. Мне больше не интересен ни этот мир, ни другой. Лицо Криптана смягчилось. Удивительно, что после такой пытки, он мог испытывать к этому человеку что-то ещё, кроме ненависти, но, похоже, это было так. – А теперь сними печать с двери, Орлен, – спокойно проговорил ректор, – и я забуду всё, что здесь сегодня произошло. Тот вяло глянул в сторону двери и, выставив вперёд руку, прошептал несколько невнятных связок слов. Внешне ничего не изменилось, но лицо Криптана почти вспыхнуло от удовлетворённой улыбки, едва он глянул на результат деятельности бывшего ректора. – Вот и правильно! – кивнул Криптан, и снял чары с фамильяров, после чего подошёл ко мне. – Уходите, – послышался голос Орлена. – Оставьте меня одного. Эти слова приговором зависли в воздухе, теперь мне стало немного жаль его. – Всё кончено, Лилиан, – прошептал Криптан. – Мы можем идти. – И всё? – удивилась я. – Вы что – даже не швырнёте в него парой-тройкой проклятий?! – А вам бы этого хотелось? Я глянула на угрюмый силуэт бывшего ректора. Он как раз переместился к окну, и всматривался вдаль. – Нет, – покачала головой я. – Но ведь он вас подверг такой пытке! Подверг всех нас! – Мне не хотелось бы прибегать к этому, – тихо проговорил он, и тоже украдкой взглянул на фигуру в белой мантии возле окна. – Но он страдал больше моего, и его злость на моё решение поместить его в это место, мне понятна. И если то, что он сделал сегодня, хоть немного облегчат ему дальнейшее одинокое существование в этом месте, то пусть всё останется, как есть. Если, разумеется, вы не станете настаивать на том, чтобы я сделал ему, как это раньше называлось, “несколько физических замечаний” Разумеется, я настаивать не стала. Орлен сдержал своё слово, и не причинил мне никакого вреда, разве что напугал до полусмерти. Впрочем, этим грешил и Криптан, так что в сердце моём не было ничего существенно против этого человека. Меня удивила та лёгкость, с которой ректор простил ему его выходку. Насколько же они хорошо знали друг друга, раз даже такое не смогло оборвать их довольно сомнительную дружбу? С другой стороны, дружба мужчин – это обычно что-то совершенно из ряда вон выходящее. М я едва ли смогла бы отыскать в подобной “дружбе” хоть какую-нибудь логику. – Пойдёмте, – сказал ректор, и, взяв меня под руку, повёл к двери. У самой двери я высвободилась, и сердце моё повело меня к фигуре возле окна, проститься. Я тихо подошла к нему и мягко положила руку на его плечо. Он наполовину повернул голову и замер. – Спасибо за гостеприимство, Орлен, – проговорила я. – У вас отличный замок, и доброе сердце. – Будьте счастливы, – кивнул он, и отвернулся. Я вздохнула и направилась к ожидающему меня Криптану, и двум фамильярам рядом. Изменилось ли что-нибудь? Нет, моё сердце по-прежнему тянулось к ректору, только теперь к чувству любви и радости от предвкушения свободы примешивалась грусть. Ведь мы уйдём, а он останется здесь. Один. Криптан взял меня за руку, и, схватившись за ручку двери, открыл её. Сквозь дверной проём я увидела кабинет ректора, его стол, заваленный бумагами, часть книжных полок, и даже краешек другой двери. – Я найду, – кинул ректор в сторону Орлена. – Или эту чёртову дверь, или способ. Ничего не изменилось существенно, тебе ещё рано покидать это место. Но и унывать – не наша песня. Орлен не ответил, лишь кинул хмурый взгляд в нашу сторону и снова отвёл глаза. Криптан вздохнул, и двинулся сквозь дверной проход, увлекая меня за собой. – Мне кажется, – заметила я, останавливая Криптана, – из вас бы получился хороший ректор и здесь. Вы смогли построить такой изумительный замок, и у вас есть слуги. Почему бы вам не построить свою академию? Он резко повернул голову, и на лице его застыло недоумение. – Академию? – переспросил он. – Вы сказали: академию? – Да-да, – подтвердила я. – Вам ведь под силу и это! – Под силу, – согласился он. – Но я никогда не думал об этом в таком ключе… ваше предложение, оно выглядит… безумным, а потому, очень заманчивым! – Вот и займись этим, смена места твоего обитания уже совсем близко, – подхватил Криптан. – Попрактикуешься в управлении, а когда выйдешь, сделаю тебя своим заместителем. Уж не знаю, куда придётся девать Йортуса, но ради тебя, горемыка, я что-нибудь придумаю. Шутка ректора возымела эффект. Орлен выпрямился, и в глазах его зажглись прежние огоньки. Огоньки интереса. Кажется, сегодня ему дали новую, интересную для него цель. – Заместителем! Ха! – воскликнул он, подходя ближе. – Смотри, Криптан, как бы сам не сделаться моим заместителем, когда я выйду. Нет, даже не заместителем, будешь у меня завхозом! Если, конечно, Гилен уже не занимает эту должность. – Гилен всё ещё завхоз, – покачал головой ректор, – и я не позволю уволить такого талантливого человека. Впрочем, талантливого далеко не во всём… – Нет-нет, Гилена никак нельзя увольнять, он очень потешный, – согласился Орлен. – Что не история, так обязательно главным героем в ней завхоз. – Если глянуть шире, – продолжил Криптан, – то, если бы не он, то, вполне вероятно, наша встреча, пусть и в несколько тёмных оттенках, не состоялась бы. Криптан повернул голову, и я поняла, что под встречей он подразумевал моё случайное попадание в его академию. Щёки мои покраснели, и я почти возмутилась этому. Столько было возможностей краснеть, почему теперь-то, в самый неподходящий момент?! – Ну не его уволю, так кого-нибудь ещё. Нужно же будет и тебе продолжать свою деятельность в академии, – пожал печами Орлен. – Цитируя твои собственные слова: “я что-нибудь придумаю” А теперь уходите, у меня появилось много важных дел. – Ладно, – проговорил Криптан и мы, наконец, шагнули через порог. – Не раскисай тут, я скоро навещу тебя, брат, обещаю. – Брат?! – воскликнула я, – Это что – твой брат?! Дверь, через которую мы вышли, захлопнулась, и тут же исчезла. Вместо неё серым камнем высилась стена, такая неприступная и глухая, что, казалось, двери здесь никогда и не было вовсе.