19 Глава 19

— Я хочу, чтобы ты была счастлива, — мы едва отдышались, а его руки уже снова начинают ласкать мой живот, пробираясь все ниже и ниже, — и внутри снова вспыхивает ураган, от которого я начинаю дрожать мелкой дрожью.

Сопротивляюсь, как могу, — страсть накрыла, но теперь снова не могу избавиться от липкого ощущения присутствия той женщины, которое так и не вывертилось из комнаты.

А еще…

От мерзкого чувства, — того, от которого не отмахнуться.

Пройдет время, — и он станет со мной таким же — Мороком с холодным, безучастным взглядом. Который пройдет мимо или раздавит, даже не заметив. И тогда все его сегодняшние слова не будут ничего больше значить. Они есть — толко сегодня, только пока он увлечен, — мной, как и одной из многих.

— Фиалка… — он как всегда, безумно чутко читает мое настроение, — пусть даже и не видит моих глаз, прижимаясь со спины.

— Не думай, что я прячу тебя от всех, закрыв в своем доме, мммм? Вернее, — прячу, конечно, но не потому, что у меня там какая-то личная жизнь, а ты — какой-то мой секрет. Я просто хочу, чтобы ты была — только моей. Чтоб ни один чужой взгляд на тебя не лег и не запачкал, понимаешь? Но если хочешь, — будет все. Шикарные платья, приемы, мы будем вместе показываться на людях и выходить в свет. Как пара, Фиалка. Хочешь? Все будут знать, что ты со мной, — весь мир.

— Нет, Андрей, я не хочу.

И правда — зачем мне все это? Я не обольщаюсь красивыми картинками телевизионных и интернет съемок, прекрасно понимая, что там — самый настоящий клубок змей. И на меня будут смотреть с ненавистью кучи глаз.

— Мне это совсем не нужно.

— Тогда что? — его рука исчезает, — и вот уже по телу бегут холодные мурашки, — как будто я зависима от его прикосновений, как будто становится без него вдруг хородно и пусто. Но… Это ведь не так, — не должно так быть!

— Хочешь мой ресторан? Тот, что за парком, м? — его руки снова возвращаются, и я почему-то облегченно выдыхаю. На миг показалось, что он снова станет таким, как иногда бывает — отстраненным, таким, что не пробьешься. — Ты же любишь готовить, Фиалка… Наверняка же мечтала о собственном ресторанчике.

Я всхлипываю, — потому что никогда не говорила ему об этом. И еще — потому что вот так странно вдруг, по одному слову, может исполниться моя мечта. Но…

Нет. Нужно не забывать, что все это — лишь временно. Хищник потянулся ко мне, став добрым, — и точно так же когда-нибудь оттолкнет. Не надо мне ничего у него брать. И верить в странные несбыточные иллюзии — тоже не надо. Все пройдет, — и однажды наши две жизни станут самыми далекими полюсами, которым никогда не пересечься.

— Спасибо, Андрей, — говорю совершенно искренне, — знаю, он не покупает меня, это — его настоящий порыв, но…

Не хочу. Потому что начну верить, будто мы и в самом деле пара, что у нас что-то может получиться… Не хочу окунуться в нереальное, — мне уже разбили сердце однажды, а с ним — все будет иначе, все будет только хуже и сильнее. Я не могу, не должна его полюбить! Иначе потеряю себя — всю, без остатка!

— Ты там не была, — его палец прочерчивает дорожку от основания шеи до самого копчика, снова заставляя голову кружиться. — Давай съездим, поужинаем, ты осмотришься…

— Давай. — тихо выдыхаю, понимая, что сопротивляться просто бессмысленно и бесполезно.

— Это будет свидание, Вера, — его голос начинает урчать, запутываясь мне в волосы.

И я зажмуриваюсь — до боли в глазах.

Еще хуже — если свидание, то я перестану смотреть на него, как на что-то вынужденное… Это же меня сведет с ума… Меня — и мое бедное сердце, которому не устоять перед Мороком! И которое он потом растопчет!

— Как бы я хотел, Фиалка, — он переворачивает меня на спину одним мягким рывком, нависая сверху и зарываясь в волосы. — Как бы я хотел, чтобы для счастья тебе хватало только нас, — и глаза — сумасшедшие, лихорадочные, и взглядом — в самое сердце, так искренне, что даже пальцы на ногах мучительно сжимаются. — Потому что для меня счастье — это ты. И все остальное я бы просто послал бы на хер.

Его жадные и одновременно такие нежные поцелуи покрывают всю меня, — без разбора, — глаза, ресницы, шею, брови, — а я еле сдерживаюсь, чтоб не заплакать.

— Так что? — прихватывает слегка зубами мою нижнюю губу. — Пойдешь со мной на свидание?

И я только киваю, понимая, что не могу больше ему сопротивляться.

— Но вначале… — его губы скольят ниже, ухватывая за сосок, заставляя вздрогнуть и выгнуться всем телом. — Сначала — легкая закуска, чтобы я не утащил тебя на первом же свидании в кабинку туалета…

И, — черт, — я знаю, что он на это способен! Еще как!