57 Глава 57

Нет. Я не могу от этом даже думать, — голову взрывает острой болью, из-за которой уже совсем ничего не различаю перед глазами. Лучше бы всего было, если бы этот незнакомец Артур просто меня увез. Туда, где ничего этого не будет. Туда, где я смогла бы хотя бы попытаться жить дальше.

Он перестает меня рассматривать, отвлекшись на телефонный звонок.

— Я… Понял, — бросает кому-то уверенно, но как-то слишком резко.

Чувствую, как поворачиваеься ко мне.

— Вера…

Я вздрагиваю, когда чужая рука сжимает мою. Не больно, наоборот, даже как-то нежно. Но…

К чему это? Или меня на самом деле не отпустили? Морок решил добить меня окончательно, надругавшись, отдав своему другу или просто знакомому?

Точно! Я вспомнила — этот человек был с ним тогда, в «Звезде», когда Андрей, — нет, именно Морок решил забрать меня как свой личный подарок, комнатную собачку для постельных утех!

Неужели я и правда ничего не знаю о том, с кем, казалось, слилась намертво и безраздельно?

Может, они всегда вместе ходили по таким местам? Может, даже делили женщин?

Я холодею, понимая вдруг, как все это выглядит.

Однажды он уже нашел меня в борделе, приняв за шлюху. И вот теперь… Снова…

О, Господи.

Я слишком хорошо его знаю, — достаточно хорошо для того, чтобы понять — он уже сделал все свои выводы, сложил дважды два и теперь даже не станет со мной говорить, не будет слушать! Он ведь все уже для себя решил — и в его глазах я просто настоящая шлюха! Которая просто вернулась к своему ремеслу!

Что он теперь решит? Вполне возможно, что я изначально была отправлена к нему Манизом! Для того, чтобы выведать какие-то его тайны или на него влиять… О, Боже!

— Вера… — он осторожно гладит меня по руке, подымаясь до локтя, накидывает на плечи свой пиджак.

А я лишь зажмуриваюсь, не в силах даже посмотреть на него, понимая, что сваливаюсь в пропасть — и на этот раз, похоже, безвозвратно. Андрей не прощает. И вторых шансов не дает.

— Кто-то был? — его голос срывается на хрип. — Тебя уже кто-то покупал? Тебя здесь заставляли что-то делать? У тебя были здесь клиенты? — уже резче, буквально встряхивая меня одним своим голосом. — Вера! Я должен знать! ОН должен знать! И можешь мне поверить, лучше всем будет, если ответ на этот вопрос он услышит от меня, а не от тебя лично!

— Нет, — выдыхаю на грани слышимости. — Не было. Никого! Ни разу!

Я все же не выдерживаю. Срываюсь на истерику. Закрываю лицо руками, сотрясаясь в судорожном плаче.

— У нее не было… Клиентов, — рвано бросает Тигр в трубку, тут же набрав номер. — Хорошо, Морок. Раз ты решил… Уверен, что здесь тебе не нужна моя помощь?

Снова сбивает звонок.

А я холодею. Не понимая, что Андрей мог там решить. Меня заново начинает колотить, теперь уже, как в лихорадке.

— Тише, — он притягивает меня к себе.

Даже не замечаю, как я оказываюсь прижатой к огромной широкой груди, уткнувшись в нее, а он — просто гладит мои волосы.

— Тише, девочка, — все так же продолжает гладить, а мне умереть хочется от того, что это — не тот, в чью грудь мне сейчас так необходимо было бы уткнуться! — Все позади уже. Ты поедешь сейчас со мной…

— А… — я задыхаюсь. — А он?

Даже выговорить его имени сейчас не смогу.

— Он подъедет позже. Не бойся. Я не причиню тебе вреда.

Отстраняюсь, всхлипывая и обняв себя руками и только киваю. Все равно у меня нет никакого выбора, раз Морок так решил. Что меня ждет потом? У меня не хватит воображения, чтобы это представить. Но там явно будет лучше, чем могло быть, если бы я осталась там, где была. Хотя…

Я помню глаза Андрея, когда он сжимал горло Зарине, своей любовнице, что была до меня.

Он может провести меня по всем кругам ада, и даже придумать новые, исключительно свои.

Но выбора нет.

И я молчу, только смотрю в окно на мелькающие дома, машины.

— Где мы? — интересуюсь только когда мы оказывается далеко за городом.

— Здесь мой дом, — этот человек, с самого начала показавшийся мне совсем жутким, улыбается как — то удивительно тепло, и тут же его лицо становится совсем другим. Будто светлеет. — Пока побудешь у меня.

Даже не спрашиваю, что означает это «пока».

Как долго? До какого момента? Пока Морок не решит, что со мной делать дальше?

— Моя жена будет тебе рада, — в его голосе снова столько тепла, что мой страх рассеивается. — Все будет хорошо, перестань так напрягаться. Я же сказал — самое плохое уже позади.

И я поражаюсь, когда ему навстречу из дома выходит молодая девушка.

Он тут же прижимает ее к себе, подымает на руки, зацеловывает волосы, совсем не стесняясь чужого присутствия. А она смотрит на него с такой нежностью и обожанием, — даже не верится, что на него вот ТАК можно смотреть. Он мне напоминает зверя. Хищного и очень опасного. Хотя… Я ведь тоже, наверное, так же смотрела на Андрея…

— Это Вера, — сообщает Тигр, глядя на свою жену с просто невозможной нежностью. — Вера Андрея.

Девушка охает и прикрывает рот ладонью, пораженно глядя на меня, — реально, как на привидение.

— Не может быть, — выдыхает, качая головой.

— Как видишь, может, — Тигр криво усмехается, и я никак не могу понять, что стоит за этой усмешкой.

— Я так рада, что он… — не договаривает, осекается, недоверчиво глядя на меня.

— Приготовь Вере комнату, Света — устало отвечает Тигр, потирая переносицу. — Нам всем было бы неплохо отдохнуть.

— Конечно, — они кивает, все еще рассматривая меня рассеянно. — Иди за мной, Вера. Выберешь, что тебе понравится. А сам Андрей где?

Тигр только пожимает плечами и уже уходит в дом.

— Появится, — бормочет на ходу, не оборачиваясь. — Когда-нибудь.

Я лишь опускаю голову, следуя за ними.

С девушкой мне как-то легче оставаться наедине.

Хоть и воспринимает меня она странно, но явно слышала про меня, и уж точно очень хорошо знает Андрея. А вот меня он никогда не посвящал в свою жизнь! И с другом и с его женой я не была знакома!

Хотя — ее настороженность, скорее всего, объясняется просто. Наверное, она тоже принимает меня за шлюху.

Она молча подымается наверх, ведет меня по длинному коридору, распахивая двери комнат, одну за другой.

— Выбирай.

Мне без разницы, и я останавливаюсь перед первой попавшейся.

Хочется остаться одной, пусть даже ненадолго. В этом доме мне наверняка нет даже смысла кому-то что-то объяснять. Здесь мне не рады.

— Он очень страдал! — она все-таки перестает быть такой отстраненной, хватает меня за руку. — Он ведь из-за тебя умереть хотел! Как ты могла так поступить!

Я смотрю на нее и ничего не понимаю.

— Я принесу тебе поесть, — Света снова замыкается, ее лицо становится холодно-вежливым. — Располагайся и отдыхай. Если что-то нужно, я внизу.