60 Глава 60

* * *

— Совсем забыли старика, — Маниз недовольно бурчит, а сам глазами прожигает, будто в мозги пытается залезть и выведать, чем это таким важным мы с Тигром в последнее время занимаемся, что нас не видно.

— Ну вот. Решил уважить, — усмехаюсь, глотая виски. — Как приехал, так сразу и к тебе, Маниз. Ну… Почти сразу. Немного задержался по дороге.

— Ты просто так с визитом или с новостями? — вскидывает бровь. Лениво, не отрываясь от очередной изгибающейся в клетке шлюхи.

Встала на колени, раздвинув ноги так, что даже тонкая золотистая полоска ни хрена не прячет, — вот прямо сейчас хоть начинай долбить.

И стакан в моей руке сжимается так, что идет трещинами.

Блядь, а если бы с Верой тогда вышло бы иначе?

Если бы не эта история с тем, что она якобы что-то там украла?

Уверен — и не брала ничего, кто-то из шалав подкинул, из, блядь, зависти. Зависти, что не им придется чей-то хер ртом полировать!

Вот сейчас бы она была на этом месте. Слишком хорошо знаю я Маниза. Он умеет заставлять. Это не Север, где все должно быть добровольно. Этот бы точно не вернул бы девчонку обратно как бракованный товар.

— Сказать тебе хотел. Очень мне твой управляющий, Маниз понравился. Сармат.

— Так даже? — лениво приподымает бровь. — Вот уж не думал, Морок. Не ожидал от тебя такого. Ты меня прямо пугаешь, дорогой. С каких пор тебе мужики бритоголовые со шрамами на всю рожу нравится начали? Или, блядь, что-то затеял, м? Управляющего у меня увести решил? В отель свой?

— В отеле такая рожа мне только отпугивать всех будет.

— А что тогда? Бои? Бордель? Морок, мне начинает казаться, что я стал слишком добрым. Сармат — не девка, такими подарками не разбрасываются. С чего ты вдруг решил злоупотреблять моим гостеприимством? Я разве дал повод? Слабинку в старике увидел, да?

— В тебе, Маниз, столько слабинок, что нам с Тигром вместе взятым еще учиться и волю тренировать, чтобы такими, как ты стать. Просто… Подпортил я слегка твоего управляющего. По дороге.

— Не из неуважения к тебе, — тут же добавляю, понимая, что Маниз может расценить это как вызов, как объявление войны. Мы и так с Тигром посвоевольничали и еще его остров потихоньку начинаем окучивать своим бизнесом, расширяться. А мне война сейчас меньше всего нужна. Да и Тигру она тоже не в тему. Хотя — могли бы, надо признать. Вцепиться и отгрызть хороший кусок. Только, блядь, приоритеты и ценности у нас теперь сменились. И мы знаем, что на самом деле дорогого стоит, а что — просто стекляшка, пустой пшик. — Тут мой, личный, Маниз, вопрос был.

— Компенсировать как будешь? — хмурится. — Я не так щедр, чтобы столько подарков делать. Да и до Рождества вашего далеко.

— Пять процентов сверху от прибыли с гостиницы.

— Человек — не бабки, — качает головой Маниз. — Человека, Морок, еще найти и обучить надо…

— Пять, — усмехаюсь. Ни хера больше не выторгует. — И своего управляющего тебе дам. Если, конечно, захочешь.

Конечно, не захочет. Кто ж к себе чужого впустит?

— Ладно, — Маниз кривится, как будто ему тухлятины в виски плеснули. — Я так понимаю, что повредил ты его без возможности восстановления?

Киваю. Когда я по-другому кого-то повреждал?

— Дарю, — тяжело вздыхает, будто вот от сердца оторвал. — Хрен с тобой, Морок. Сын у меня скоро женится. Добрым я стал. Расстрогался. Готов подарки направо и налево делать. А вот внук когда родится — тогда уже с вас подарки жду. Достойные.

Киваю. По ходу, придется ему совсем не игрушечный вертолет подарить. Да и хрен с ним.

— Морок, — кидает Маниз в спину напоследок. — Бабы — они на коленях стоять должны и рот открывать только чтобы отсасывать. Эта блажь вас с Тигром до добра не доведет.

Усмехаюсь. Старый лис таки понял, что это из-за Веры. Но мне уже плевать.