Глава 22. Последняя воля старого лорда

Знакомый кабинет был погружен в бархатную тьму. В камине жарко полыхал огонь, отбрасывая пляшущие тени на стеллажи с древними фолиантами. За окном по-прежнему не было ничего, кроме снега и воя ветра – словно сама стихия оплакивала смерть старого хозяина замка. Астер сидел за рабочим столом, на котором лежал один-единственный документ. Я понятия не имела, что это, зато узнала оттиск родовой печати лорда Зорана – такие же были на его письмах. Дракон дочитал бумагу и медленно отложил её в сторону, а затем так же медленно поднял глаза на меня. И от того, что я там увидела, кровь застыла в жилах. Там не было ярости. Не было боли. Только ледяная, абсолютно убийственная отстранённость. – Оставь нас, Корн, – раздался его повелительный голос. Я слышала, как за мужчиной закрылась дверь, напоследок впуская Грома, но не могла вымолвить ни слова – горло перехватило спазмом. Собака обнюхала меня и неожиданно улеглась возле ног, положив голову на вытянутые лапы. Астер проследил за ней взглядом, но никак не прокомментировал поведение своего питомца. – Знаешь, что это такое? – он подвинул документ ближе, и я только сейчас разглядела, что костяшки его пальцев сбиты в кровь. – Нет, лорд. – Завещание моего отца. В сердце тонкой струйкой вполз холод, но я запретила себе поддаваться панике. Почему-то так и подумала, что этот документ не сулит мне ничего хорошего. – Накануне смерти он внёс в него дополнительный пункт. Двое слуг, выступавших свидетелями, это подтвердили. Я смотрела на него прямо, не позволяя дрогнуть ни единой мышце на лице, хотя в груди скручивалась колючая проволока. Всегда считала, что противоположность любви – это ненависть. Так вот, я ошиблась. Есть кое-что пострашнее: полное равнодушие во взгляде и словах человека, который только вчера покрывал твоё лицо поцелуями. – Даже не спросишь, что это за пункт, Дейра? – Не думаю, что я вправе интересоваться завещанием лорда Зорана. – А вот он тобой интересовался, даже очень. Настолько, что оставил в наследство пять тысяч золотых, хотя никогда не разбрасывался деньгами, особенно на женщин. Мне показалось, что я ослышалась. Пять тысяч золотых – огромная сумма даже для аристократов. Жалование солдата составляло меньше одного золотого в месяц, хороший конь стоил от пяти до десяти золотых. А за двести можно было купить вполне приличный дом в городе. Старый лорд хотел позаботиться о моём будущем, чтобы я ни в чём не нуждалась? На эти деньги можно было безбедно прожить всю жизнь, или открыть собственное дело – аптекарскую лавку, например. – Я не знала, – хрипло выдохнула я, чувствуя, как по щеке скользнула предательская слезинка. – Он ничего мне не говорил. – Лорд Астер, я могу войти? – в дверь заглянула экономка. – Вам удалось что-то найти? – В её сундуке было это, – женщина развернула свёрток, который держала в руках, и я обрёченно прикрыла глаза – в нём оказалось то самоё золотое платье. – Я также считаю своим долгом сказать, что слуги видели эту особу, выходившей из покоев вашего отца в... неадекватном состоянии. Брена оскорблённо поджала губы, всем своим видом демонстрируя, что ей даже говорить о подобном неприятно. Боги! Не думают же они всерьёз, что деньги и платье от старого лорда были платой за определённые услуги? «А чего ты хотела, Дейра, – с горечью подумалось мне. – Такие слухи ходили и раньше. Я действительно в тот день была не в себе – шаталась как пьяная, даже ворот платья расстегнула, чтобы дышалось легче. Наверное, увидев себя со стороны, и сама бы подумала, что здесь что-то нечисто». – Если мне нужно будет твоё мнение, я спрошу сам. Никто в этом замке не смеет бросать тень на память моего отца, – в голосе лорда отчётливо послышался холод. – Прошу меня извинить, лорд Астер, этого больше не повторится, – экономка почтительно поклонилась. – Я лишь хотела помочь изобличить преступницу. Она вышла за дверь, шурша подолом своего накрахмаленного платья, а я впервые задумалась: почему Брена так меня не любит? Постоянно, с первого дня подчёркивает, что в замке мне не место. Разве не она должна пресекать все слухи, порочащие своих господ? И нет, меня ничуть не обманула её «забота о справедливости» – это была очередная попытка утопить поглубже. Я сбилась с мыслей, наткнувшись на пронзительный взгляд дракона с режущими лезвиями зрачков. – Тебе есть что сказать, Дейра? Откуда оно у тебя? – Это платье я нашла в своей комнате перед ночью Зимних Духов. – Хочешь сказать, ты даже не догадываешься, кто его подарил? – Нет, – потупилась я, не готовая признаваться в том, что думала о нём. – О чём вы говорили с моим отцом, когда ты видела его в последний раз? – Лорд Зоран интересовался, не рассказывала ли я кому-нибудь о его болезни, например, эслейре Ильде. Хотел побольше узнать о мужчинах, которые донимали меня в городе. – Это всё? – Не совсем... Лорд спрашивал, как вы ко мне относитесь, – я немного покраснела. – И что ты ему ответила? Что я тебя обижаю, Дейра? – Астер поднялся со стула, и теперь неспешно приближался ко мне. – Нет, лорд, такого я не говорила. – Я просто пытаюсь понять. Как всего за несколько дней тебе удалось завоевать его расположение настолько, что он внёс твоё имя в завещание? Знаешь, какова была его последняя воля? Я покачала головой. – Конечно, нет, откуда тебе это знать. Мой отец велел охранять тебя как величайшее сокровище в мире. Любой ценой. Что?!